А: Невинная связь

852 год. «Мы находимся в открытом море. До Марлии осталось всего два-три часа. Обстановка спокойная. Угроз не обнаружено.» Армин отодвигает в сторону свою записную книжку и перед тем, как выйти с каюты, задувает свечу и закрывает за собой дверь на ключ. Поднявшись на палубу, он глубоко вдыхает свежий морской воздух и поднимает голубые глаза, рассматривая ночное небо с миллионами ярких звёзд. По телу проходит приятная дрожь, на лице появляется лёгкая улыбка. Об этом он мог только мечтать. И несмотря на впереди ожидающие нервные деньки в обществе марлийцев, Армин старается запомнить каждый момент, проведённый в открытом море. — Не забыл указать время? — Арлерт обернулся на женский голос, принадлежащий Микасе, что стоит в нескольких метрах от него. — Почему не спишь? Аккерман пожала плечами, подойдя к парню ближе, одной рукой взявшись за надёжную конструкцию для поддержки равновесия. Бывали случаи, когда девушка случайно падала, не привыкнув к плавающему передвижению. — Не хочется, — Армин кивнул, на секунду посмотрев на вход, и не успел задать вопрос, как его опередила девушка. — Я пришла одна. Леви спит. — Непривычно слышать это от тебя. — Он не отдыхал почти два дня. И мне удалось его уговорить лечь спать. Наступила тишина. Вдвоём они лишь бросали короткие взгляды друг на друга, в основном с интересом рассматривая окружающий их вид. Между ними остались ещё незавершенные разговоры, и Армин ждал подходящего момента, чтобы заговорить первым, но Микаса завороженно наблюдала за волнами, вовсе не обращая на него внимания. Он ждал, когда она повернётся к нему, в голове прокручивал вопросы, которые он хотел бы задать ей, темы для разговора, которые её заинтересуют. Раньше Армин мог легко поддержать общение с Микасой, не готовил заранее примерный сценарий диалога с ней, а сейчас ему тяжело удаётся приблизиться к девушке, редко замечая её рядом. Быть может с возрастом они начинают меняться и прошлые привычки больше не несут какой-либо радости. Сделав глубокий вдох, Арлерт посмотрел ей в спину и хотел начать свою речь, однако Аккерман взглянула на него с грустной улыбкой и сказала: — Я бы не хотела, чтобы мы отдалялись. Армин моргнул несколько раз, издав непонятный звук и замолк. На секунду ему показалось, что она прочитала его мысли. Произнесенные слова Микасы так и остались без ответа несколько минут. Подул прохладный ветер, отчего полуазиатка вздрогнула, застегнув верхнюю пуговицу. Арлерт только сейчас заметил её внешний вид: классические брюки и тонкая рубашка с длинными рукавами. Он молча снял с себя пиджак и аккуратно накинул на плечи Микасы. — Я могу принести плед, — предложил парень, но Аккерман мотнула головой. — Ты сам не замёрзнешь? — Нет, я привык. Не переживай. Армин опустил голову, вспоминая моменты, когда он не раз отдавал ей верхнюю одежду, чтобы она не замёрзла во время ночного поста. Тепло разливается по груди. И парень решает продолжить беседу. — Не всё происходит так, как раньше. Иногда я хочу вернуться в прошлое и заново прожить те дни, где мы были вместе втроём. — Мне не хватает вас. Очень. Микаса повернула голову направо, — к Армину — затем налево, — в пустоту. Она потихоньку привыкает к тому, что теперь их компания состоит из двух человек. И всё же надежда на появление Эрена таится где-то внутри сознания, утешая себя мыслями о его внезапном приходе и о том, как они втроем будут строить планы на предстоящий визит в совершенно чужую территорию. — И я бы хотела сохранить нашу дружбу до того, когда вы… — девушка запнулась, не в силах произнести эти слова, все время крутящиеся в её голове, — …пока не стало слишком поздно, — Микаса натянуто улыбнулась, чувствуя, как глаза наполняются слезами. — Прошу тебя, не думай об этом. — Арлерт умоляюще посмотрел на подругу, осязая внутри тянущую боль в районе грудной клетки. В памяти навсегда сохранилось число, обозначающее продолжительность жизни шифтеров. Сначала было трудно, чем ему казалось. Каждый прожитый день вводил в тихую панику. Он плохо спал, много думал и старался смириться со своей судьбой. Однако, ему было больно на душе. Особенно при виде Микасы, чей поникший взор был устремлен в одну точку, и по словам капитана, она перестала верить кому-либо, пытаясь принять всю ситуацию, но у неё пока это плохо получалось. Им так и не удалось поговорить. Обсудить эту болезненную тему. Лишь короткие фразы в мимолетном разговоре давали временное облегчение, не более. — Поверь мне, Микаса, в конечном итоге, когда закончится война, мы все вместе будем стоять на берегу моря и радоваться долгожданной свободе. Армин хотел, чтобы их разговор имел позитивный настрой, пускай и тема для обсуждения не столь хорошая. Ему тяжело будет видеть слезы Микасы, её молчаливое страдание, которое не заметит никто, кроме близкого окружения. — Я перестал считать сколько мне осталось жить. Как и Эрен. Это не имеет смысла. Советую тебе тоже. — Что-то подобное мне говорил Леви. Честно, мне все ещё не верится. Кажется, словно я нахожусь в длительном сне и скоро проснусь от этого кошмара. Полуазиатка сжала губы, в попытке не заплакать. Скопившиеся слезы стали стекать по холодной щеке девушки. Она продолжает смотреть куда-то вдаль, отвернувшись от друга, незаметно для него вытирая рукой мокрую дорожку. — Давай жить настоящим и не бояться будущего, хорошо? Армин коснулся её руки и, повернув к себе, заключил в объятия. Микаса только кивнула, пообещав самой себе, что не поднимет эту тему в присутствии него. Ей важно быть в жизни своих друзей, ведь неизвестно, какие препятствия ожидают их впереди и слова Арлерта надолго ей запомнятся. Внимательно рассматривая фигуры Армина и Микасы, Эрен сжал руку в кулак. Неуверенно он поднялся на одну лестницу, прокручивая в голове вопрос: выйти к ним или нет? Он слышал весь их разговор. Хотел присоединиться, но не осмелился: странное чувство в сердце болезненно нарастало, отчего щемило в груди, будто останавливая его на месте. Глядя на них, Эрен тепло улыбается. Он скучает по ним. Сильно. Однако во взгляде его зелёных глаз таится сожаление. Решив не мешать им, парень тихо спускается к себе, проклиная себя за всё, чего он не сможет сделать для своих друзей, кроме как, подготовить их к вынужденному расставанию. *** Тёплая погода и яркое солнце встретили группу ничем непримечательных гостей, прибывших из ближайшего континента ради ярмарки. Такую версию предложила Елена, прежде чем они договорились с капитаном корабля об их путешествии в Марлию. Ханджи с интересом разглядывала мимо проходящих неё жителей, что не спеша бродят по улице, покупая различные вкусности у шумных продавцов. Их громкие голоса уже начинают раздражать Леви, с недоверием рассматривавший лавки. Микаса шла рядом с ним; к любым взглядам марлийцев она относится опасливо, словно они знают о них всю правду и готовы наброситься в неожиданную секунду. В отличие от полуазиатки, её друзья спокойно идут сзади, не вызывая каких-либо подозрений. Эрен скучающе следовал за Армином, лишь коротко бросая взор на главную дорогу, где проезжали автомобили. Оньянкопон заметил, как Ханджи, Конни и Саша обернулись на звук мотора автомашины. Он переглянулся с Еленой, широко улыбаясь. — Удобное средство передвижения, — начал объяснять мужчина. — Его изобрели… Нарушив первоначальные правила, созданные Еленой перед выездом в Марлию, Ханджи подбежала к машине, прихватив с собой Спрингера и Блаус. Втроём они не пропускали ни одну деталь неизвестного им механизма, трогали, расспрашивали водителя обо всем, тем самым привлекая внимание некоторых жителей. — Твою мать, очкастая! — тихо выругался Леви. — Вы пока идите дальше, я уведу их, — предложила Елена и вместе с Оньянкопоном на время покинули группу. Микаса взяла под руку Ривая, Армин делился впечатлениями с подругой, идя рядом с ней, а Эрен также шёл сзади них. Девушка ещё перед выходом на порт увидела отстраненный вид друга, и с тех самых пор беспокоиться о нем, указав Армину на него. — Хочешь попробовать мороженое? — вдруг спросил Ривай, на что встретился с вопросительным взглядом полуазиатки. Капрал показал ей ларёк, откуда дети берут непонятное белоснежное лакомство, аппетитно кушая его на ходу. Торгующий мужчина средних лет с длинными усами предлагал прохожим отведать ванильный вкус. Аккерман робко кивает головой, вытаскивая из кармана маленький мешочек с деньгами. Леви недовольно цокает и без лишних слов идёт к продавцу, оставив подчиненную в недоумении. — Ты чего? — Армин наблюдал, как капитан отдаёт деньги мужчине и повернувшись к ним, зовёт его к себе. — Минутку. Пока Микаса стояла в ожидании, она краем глаза посмотрела в сторону Эрена. Тот отвернулся от них, глядя в одну точку, и это стало беспокоить её. В планах поговорить с ним и узнать причину его странного поведения. — Держи. Ривай протянул ей вафельный рожок, внутри залитый мороженым. Её глаза широко раскрылись, а губы приподнялись в милой улыбке. Леви неотрывно смотрел на неё; он готов часами наблюдать за прелестным личиком подчиненной. Армин подошёл следом и увидев, как Микаса собирается отведать первый кусок, он торопится предупредить её: — Осторожно, холодное! Ханджи разговаривала с Еленой, часто оглядываясь в сторону автомобильной дороги, а Саша искала среди толпы своих друзей и завидев одинокого Эрена, начала подходить к нему. Конни догонял. — Куда вы? Вот же они, — остановил Оньянкопон, рукой махнув в сторону Армина. — А что они едят? — поинтересовалась Блаус, заметив неизвестную еду у них в руках, точнее у Микасы и Армина. — Кажется, мороженое… Ответил мужчина, но под конец понял, что остался один. Те двое сразу поменяли направление и побежали к своим. Оньянкопон коротко засмеялся, понимая, что их всех придётся знакомить со множеством других изобретений. Ривай взял из внутреннего кармана пиджака маленькую салфетку и аккуратно потер подбородок, где остались крошки от вафли. Девушка засмущалась, пытаясь скрыть покрасневшие щеки. — Нравится, когда ты смущаешься. — произнёс Аккерман. Микаса поправила головной убор, мельком поглядывая на капитана, что не отводит свой взор от неё и хитро улыбается, вовремя обнаружив любознательного мальчика, который протягивает свою руку в карман пиджака Леви и медленно вытягивает кошелек. — Теряешь хватку, — с усмешкой ответила полуазиатка, опустив глаза вниз к маленькому вору. Ривай последовал за её взглядом и резко взял за руку мальчика, крепко держащий его мешочек с деньгами. Воришка испугался, но не отпускал украденное, продолжая на свой страх и риск смотреть на мужчину. Не терпящий такого поведения Леви второй рукой выхватил вещь и несильно толкнул мальчика на землю, рассматривая его с ног до головы: по внешности он отличается от местных жителей, имея смуглую кожу и черного цвета глаза и волосы. Он явно не из этих краев, судя по тому, с какой ненавистью наблюдают люди, ставшие случайными свидетелями данной ситуации. Микаса изменилась в лице. Её насторожила реакция Ривая. Если он перейдёт границы, а это возможно при его вспыльчивости, она готова будет закрыть за собой мальчика. Внезапно Аккерман посмотрел на девушку, по видимости, поняв её мысли, но только на пару секунд. — Сэр, простите, пожалуйста! — воскликнул маленький воришка. Он сжался от страха, когда Леви стал подходить к нему. Елена подошла к ним, обратившись сначала к капралу, остановив его. — Давайте не будем нарушать правила. Мы итак стали слишком заметными. Затем подняла руки до уровня плеч, издав неправдоподобный смех, тем самым стараясь поменять атмосферу вокруг образовавшейся толпы. — Прошу прощения, это лишь недопонимание. Расходимся, дамы и господа. — Но он же вор! Надо наказывать таких! — выкрикнул мужчина, и люди стали соглашаться с ним. Небольшое представление продолжает собирать присутствующих на ярмарке жителей, отчего разведчикам становится неловко находится в эпицентре событий. Ещё чуть-чуть и народ начнёт сомневаться в их странном поведении. Леви небрежно поднял мальчика с земли и подталкивал идти вперёд вместе с ним, перед этим многозначительно взглянув на своих людей. — Ты просто так это отпустишь? — Аккерман покосился на того, кто это прокричал, явно недовольный их менталитетом. Марлийцы другие. Более жестокие, менее щадящие. — Иди к чёрту. Коротко произнёс Ривай, продолжив свой путь и даже не смея поворачиваться на слова нелюдя, что в своей речи задевает элдийский народ. Елена устало выдохнула. Она надеялась на тихую прогулку по улице города, однако разведкорпус умеет обратить весь гнев народа на себя. Оньянкопон лишь поддерживающе похлопал её по плечу. *** — Давай знакомиться, — Леви наконец дошёл до нелюдимого переулка, остановившись у каменного двухэтажного дома. — Тебя как зовут? — Т-тоби, — он боялся, прижался к стене, не мог поднять голову на Аккермана. — Послушай, — капрал присел на колени перед ним и заглянул ему в глаза, — больше не воруй у всех на виду. Тебе повезло, что твоя «жертва» отнеслась к тебе добродушно. — М-мне н-надо… поес-сть… Микаса ощутила горький ком в горле, глядя на бедного мальчика, пытающегося выжить в этом мире. Рядом стоял Армин, чей взгляд был устремлен вниз, а плечи опустились. Леви был равнодушен. По крайней мере так говорила его безэмоциональность. Мужчина взял с мешочка половину монет и протянул воришке, заметив, как он начинает плакать при виде добровольно отданных ему денег. — Знаешь, где находится ближайший ларёк с едой? — спросил Ривай, намереваясь проводить его до места, после чего догнать свою группу. — Нет, с-сэр. Их над-до мам-ме отнес-сти. — Хорошо, пойдём. Аккерман встал на ноги и хотел предупредить Микасу, но та не дала ему начать, предложив пойти вместе с ним. К ним присоединился Армин, позже Саша, затем все остальные, помимо Эрена. — Не хотите работать? — Ривая удивило согласие своих подчиненных на помощь совсем неизвестному им мальчику, однако позже он догадался с какой целью они захотели пойти вместе с ним. — Капитан, мы приехали сюда пару часов назад. Можно нам немного отдохнуть? — Саша была возле Микасы, в случае, если Леви разозлиться, она может спрятаться за подругой. — Саша, ты дежурила меньше всех, — воскликнул Жан, потерев переносицу. — Серьёзно? — добавился Конни и чтобы это не перешло в масштабный спор, капрал приказал. — Замолкните все хоть на несколько часов. Найдем ночлег и завтра тогда приступим к важным делам. Следуя за мальчиком, вся группа явилась в отдаленную от города местность, очищенная от зданий, жилых многоэтажных домов и автомобилей. Зелёная зона с деревьями, где видна вся остальная территория Марлии, казалось, простирается до конца Земли. В отличии от Парадиза, здесь ощущается разделение не только касаемо людей и их места в обществе, а также природы: если с начала приезда им представилась общая картина Марлии в виде новейших изобретений человечества, развитой инфраструктуры и менее мирных жителей, то это место в корне отличается от городской суеты своим спокойствием и любовью к флоре и фауне. Армин не пропускал ни одного дерева, наслаждаясь представшей красотой, о которой не было написано ни в каких-либо книгах. Хоть и отличия с их островом минимальны, находясь здесь, видишь то же поле, освещенное оранжевыми желтыми лучами закатного солнца, хранящее свою историю. — Вы можете переночевать у нас, — почти шёпотом предложил Тоби. Его услышал Леви и Микаса, стоящие подле него. — Твоя мама против не будет? — уточнила полуазиатка, на что он мотнул головой и побежал к своему дому. Им всем осталось лишь последовать за ним. Это не дом, а больше похоже на палатку, которую разведчики используют во время походов. Только она большая и объёмная. К ним вышла женщина средних лет, худенькая с тёмными волосами и смуглой кожей. Она была приветлива, а услышав историю от сына, на лице появилась скромная улыбка. — Спасибо вам большое. Вы нам очень помогли. В качестве благодарности мы предлагаем погостить у нас столько, сколько вам нужно. Мы будем рады. Они устроились в двух соседских палатках: в одной будут спать женщины, в другой — мужчины. Микаса сняла свой пиджак и шляпу, оставшись в тонкой рубашке и юбке. Обычно к вечеру на улице становится прохладно, но тут всё ещё тепло. Она хотела поговорить с Леви, направляясь в его сторону. В планах в единственный незапланированный выходной побыть с ним наедине от всех, насладиться друг другом в тишине. Аккерман увидела, как её друзья идут в поле отдохнуть. Среди них не было Эрена, что сразу поняла полуазиатка. Уже подойдя к палатке, она приподняла шторку, зашла внутрь, но ни с кем не столкнулась. Некоторые вещи были разложены на столах, даже пиджак Леви висел на спинке стульчика. — Интересно, где он? — вслух произнесла Микаса и вышла. Не успела поднять голову, как к ней подошёл мужчина, судя по мужской обуви. — Ищешь капрала? — Эрен старался держать равнодушный образ, однако нотка недовольства проскользнула на втором слове. Девушка взглянула на него; зелёные глаза, в чьих зрачках горели огни ненависти, сейчас смотрели на неё, лениво моргая. Руки спрятаны в кармане брюк, а отросшие волосы слегка развивались из-за прохладного летнего ветра. Он стоит в паре метров от неё, наблюдает за смущённым лицом подруги. — Да. Ты его видел? — Эрен мотнул головой. — Не видел. Микаса опустила плечи, понимая, что увидеться с Леви навряд ли удастся, если он вместе с Ханджи обсуждает завтрашний день. Она поблагодарила Йегера и хотела вернуться к себе, однако он коснулся её локтя, с просьбой остановиться. — Я бы хотел показать тебе одно место. И поговорить. Ты не против? Эрен надеется на её согласие. Сегодня тот вечер, который он должен посвятить той, которую он считал своей сестрой, а теперь это кажется абсурдом, в мыслях постоянно возвращаясь к спорным вопросам. Загоняя себя в тупик, он попросту теряет время и пока не стало слишком поздно, Эрен планирует решить всё здесь и сейчас. Вдвоём они шли по одинокому полю, в другой стороне от той, куда ушли остальные ребята. Солнце село за горизонт, небо окрасилось в тёмный цвет, освещенный миллионами маленьких звёзд. Подняв голову, можно увидеть часть вселенной, чей космический вид виден только на определённых участках Земли. С рождения живя за стенами, человек видит лишь малость того, что прячет за собой небесный свод. И когда перед ним открывается такая невероятная картина, глаза расширяются, а сердце замирает. Эрен, будто бы не раз находится в этом месте, изредка бросал взгляды на Микасу, чей взор устремлен к звёздам. Он встаёт возле неё и набрав в лёгкие воздуха, потихоньку выдыхает. — Насколько у вас с капитаном всё серьёзно? Первый вопрос, сбивший с толку, отчего Микаса встала в ступор, никак не решаясь посмотреть на него. Йегер понял её и повернулся к ней, ожидая зрительного контакта. — Почему ты это спрашиваешь? — Она хотела понять смысл в его поведении, в его отношении к ней, в его словах. — Хочу узнать настоящую правду. Ему удалось наконец поймать её взгляд. Микаса выпрямила плечи, убирая с сознания лишнюю растерянность. — С чего ты взял, что я могу лгать? — Я не это имею ввиду. Мне лишь хочется знать твои настоящие чувства к нему. Впервые между ними происходит разговор, в котором Микаса не узнает прежнего Эрена. Перед ней повзрослевший юноша, однако с измененным мировоззрением и видением будущего. Если ранее они были очевидны, то сейчас неизвестно что можно ожидать от него. — Что с тобой, Эрен? — отчаянно спросила полуазиатка. Недопонимание с ним давит на неё, как и мысли о его странном образе жизни. — Ответь, пожалуйста, мне на вопрос. Ей так и не удается раскрыть его внутренние чувства, жаждущие свободы. Он закрыл в себе всё, что было раньше понятно даже по одному взгляду. Осознание того, что между ними пропадает связь, которая несколько лет назад объединила троих, совершенно разных, по характеру, детей, скрепив их дружбой, заканчивает свой последний путь к сердцу, направляя туда оставшиеся стрелы и оставляя глубокие раны. Она делает глубокий вдох, без сомнений уверенно отвечая ему, желая поскорее уйти от этой темы и узнать всё, что её тревожит в нем. — Леви для меня самый дорогой человек в этой жизни, — Эрен поджал губы, кивнул, тем самым приняв ответ, но девушка продолжила: — Никто не понимал меня так хорошо, как он. И дело даже не в аккерсвязи. С ним я, наконец, стала думать больше о себе и принимать мир таким, какой он есть, не включая в него людей, которые невольно заталкивали меня в клетку пустых надежд. Йегер усмехнулся, отчего Аккерман запнулась, серьёзно посмотрев на него, нахмурив брови. — Да что с тобой в конце концов? — Иронично, ведь мы с тобой поменялись местами. Он сократил дистанцию до минимума, однако Микаса сделала шаг назад. Это не остановило парня и сделал ещё одну попытку приблизиться к ней. — Перед тем, как спросить у тебя о ваших отношениях с капитаном, я вспомнил событие годичной давности. Мурашки прошлись по спинке полуазиатки, а сердце начинает болезненно ускорять темп. — Тогда я думал, что никогда больше тебя не увижу. Эрен всё ещё сожалеет, ему всё ещё больно от того, что пришлось пережить его близкой подруге, сам того не понимая добровольно отпустив её в ловушку. Микаса сжимает руки в кулак, сдерживая свои мысли, что начинают вырисовывать в голове отрывки того страшного дня. — Видел, как капрал паниковал. Видел его волнение. Видел его страх. Он чувствовал тебя, твои эмоции, твои боли… Это была ваша связь, которую я не могу понять по сей день. Тогда я осознал, насколько вы привязаны друг к другу. Девушка зажмурила глаза, стараясь не заплакать, в то время, как сердце начинает неприятно щемить. Микаса прикоснулась ладонью к грудной клетке, ощущая жар, распространяющийся по всему телу, обжигая кожу. Болезненные воспоминания влияют на неё горькими последствиями, за началом которых она контролировать не в силах. — Микаса? — Эрен резко дернулся с места к ней, приобнял за плечи, чтобы она не упала. — Всё нормально, не переживай. Аккерман почувствовала облегчение спустя пару секунд, словно бы с ней ничего не происходило. — Прости меня, я не думал, что… — Леви запрещает кому-либо вслух припоминать тот день, зная, что со мной будет. Йегер недовольно цокнул. Он забыл, либо не слышал, одно из двух. Чувство вины давит на грудную клетку, зелёные глаза смотрели на землю, а руки, касающиеся девушку, отпустили её. — К чему ты вёл? Зачем надо было это всё говорить? — дрожащим голосом произнесла Микаса, не повышая тона. Несмотря на прилив сил после короткого, но сильного стресса, слабость окутала её тело, и теперь она готова упасть на холодную траву, закрыв глаза. — Наша дружба постепенно разрушается. У каждого начинается собственный жизненный путь. И перед тем, как начать свой, я хочу уточнить у тебя один последний вопрос. Пауза. Он посмотрел на неё, рассматривал неизменные серые радужки девушки, её недоумевающий, но любопытный взгляд. — Кто я для тебя? Кожа её покрылась волной колючих мурашек. Она растеряна, но виду не подавала, так как пристальный взор Эрена направлен на неё. Его решимость начинает пугать. Неизвестно каков будет итог того, что придётся услышать Йегеру; быть может он отнесется спокойно, или совершит какую-нибудь глупость в порыве злости. Микаса не знает чего ей стоит опасаться. Она не знает о нем ничего, как бы странно это не звучало. Однако, невзирая на выдуманные несколько вариантов концовок их диалога в голове, ответ у неё был один. — Ты мой близкий друг. Не более. В мечтах данный момент сопровождался полной атмосферой романтики, счастья и её глубокими чувствами к нему. Микаса должна была ответить, что Эрен для неё значит многое в жизни и ради него она готова на всё. После этого произошёл бы их первый поцелуй. Если бы Аккерман заявили о совершенно ином исходе событий пару лет назад, ей бы пришлось испытать душевную боль от разбитых иллюзий и мечтаний, все же храня внутри себя едва горящий свет надежды на хороший для них конец. Сейчас её сердце принадлежит другому мужчине, которого навряд ли она представляла в роли своего будущего мужа, исходя из их, довольно, нейтральных отношений. Ему она предана во всем, не допуская ни единого сомнения на его счёт. Эрен приподнял краешек губ, отчаянно смирившись с выбором Микасы. Теперь он не будет пытаться найти ключ и выбраться на свободу, лишь останется жить в её прошлом, чью дверь она закрыла навсегда. — Микаса? Леви был обеспокоен. При виде здорового вида подчиненной, он повернул голову к Йегеру, и здесь в его взгляде появились подозрительные нотки, с нескрываемой неприязнью смотря на парня. — Добрый вечер, капрал, — поздоровался Эрен, несмотря на проявление своеобразного дружелюбия в лице Аккермана. Полуазиатка с недоумением обернулась к мужчине; либо разговор с Эреном углубил всё её внимание на нем, либо Ривай бесшумно шёл в их сторону. Совершенно неожиданно она услышала свое имя из уст капитана, который уже стоял в нескольких метрах от них. «Откуда он узнал где мы находимся?» Вопрос, возникший в голове Микасы через пару секунд были услышаны Леви. «Не забывай про нашу связь, Аккерман.» Досадно. Она прикрыла глаза, вспомнив момент, когда ей стало плохо после слов Эрена об её похищении. Мощный эмоциональный поток обрушился не только на неё, но и на Ривая, из-за своей невнимательности позабыв это скрыть. — Микаса-а-а! Прозвучал отдаленный голос Саши, что машет руками, призывая их к себе. Рядом с ней оказался Армин. Микаса многозначительно посмотрела на Эрена и он понял её без слов. Теперь она осталась с Леви наедине. Как и планировалось изначально, правда не с таким напряженным началом. Ривай провожал силуэт Йегера, сжимая ладонь в кулак. Он зол. Затем его взор медленно переместился на неё. Холодные, обжигающие синие глаза. Мышцы его расслабились, капрал рассмотрел её с ног до головы, задержавшись на розоватых губах девушки. — Я пришёл к тебе, думая, что с тобой что-то случилось, — заранее ответил мужчина, объяснив причину своего внезапного появления в малознакомом месте. — Тебе нравится пугать меня таким образом? — Нет, это вышло случайно. Просто во время разговора Эрен упомянул тот день, когда… — Не продолжай, — попросил капрал, сжав переносицу, пытаясь бороться с приступами сильной усталости. — Я не буду спрашивать подробности вашей личной беседы, потому что это не моё дело. Мне лишь нужно узнать твоё самочувствие. — Со мной все в порядке, правда, — Микаса подошла к нему и обняла за шею, уткнувшись в его плечо. — Если я скажу, что всё ещё ревную тебя к нему, ты ударишь меня? — усмехнулся Ривай, протягивая её к себе за талию. — Поверь, ревновать к нему не стоит. *** Настоящее время. Стена Сина. Арлерт нервно стучал обувью по деревянному столу. Он следил за Микасой, собирающей военную сумку для поездки за стены. Не дождавшись две недели лечебного отдыха, полуазиатка с намерением поскорее найти Леви, на восьмой день стояла на ногах, попутно рассуждая свой маршрут. Стремление Аккерман в поиске своего бесследно исчезнувшего супруга вызывает сомнительные чувства у Армина. Попытки уговорить Ханджи оказались тщетными, более того, командующая выделяет для подчиненной срок в семь дней. Внутренний голос кричит об опасности, которая таится в каждом углу внутри и за пределы трех стен, отчего даже местному народу становиться страшно жить на своей родной земле. Микаса, чьи мысли окунулись в пучину, созданную ею за время долгого отсутствия Леви и слухами о возможной его гибели, останавливает все стремления друга обезопасить её, уговаривая не ехать в тот злополучный лес. — Армин, я должна найти его! — не выдержала полуазиатка, повысив тон голоса. Схватив мешок с вещами, девушка попрощалась с другом и вышла, однако Арлерт сдаваться не намерен и вышел вслед за ней. — Если бы мне дали согласие на совместную поездку, то я не стал бы тебя останавливать. Пойми же ты — одной ехать опасно! Спускаясь по лестнице, Микаса игнорировала слова друга, торопливо следуя к выходу, где во дворе ждёт готовая лошадь с повозкой. Арлерт коснулся её локтя и повернул к себе. Они остановились напротив открытой двери столовой, откуда донесся звук разбитого стекла. Не раздумывая, Армин зашёл первым, став свидетелем неприятной картины: Николо на коленях смотрит на свою руку, где секунду назад было вино, которое он разбил о голову Фалько. Мальчик, спасший свою подругу Габи, лежит без сознания; с его головы вместе с вином стекает кровь. Браун, шокированная поступком Фалько, смотрит сначала на него, затем медленно поднимает голову на повара, посмевший наброситься на «своих же» людей. — Что тут происходит?! Армин подбежал к Грайсу, с ближнего расстояния ища открытую рану. Микаса осторожно поднимает Габи за руку, чуть отталкивая за свою спину. Её суровый взгляд проходится по Николо. — Ты что натворил? За что? — задала вопрос Аккерман и резко делает шаг назад вместе с Габи, когда тот поднимается на ноги. Разбитые глаза, полные боли и безысходности. Микаса мотнула головой, поняв причину необдуманного действия юноши. — Не смей продолжать это, — тихо произнесла девушка, пряча за собой девочку. Армин не медля отреагировал на просьбу Микасы, протягивая руку к спрятанному за поясом ружью. — Люди каким-то образом выходят из комы, Николо. Ты же знаешь Сашу — она просто так не сдастся. — А если нет? — с дрожью в голосе он посмотрел на Габи, — Она же убийца! И ты защищаешь ту, кто своими же руками покалечила Сашу? — Успокойся. Микаса вела себя осторожно. Он все ещё в состоянии аффекта. Полуазиатка ведёт разговор с пониженным тоном, старательно скрывая с поля его зрения объект ненависти. Армин понимал, что любые движения сейчас повлекут за собой нехорошие последствия, но защитить подругу надо любым способом, пока обстановка не накалилась до предела. — Ты не понимаешь… — Я понимаю: и тебя и её, — Аккерман не стала говорить имя Габи, дабы сохранить спокойное напряжение между ними. — Будь сильным. Думаешь, семья Саши хотела бы совершить такого рода мести? Нет. Потому что Саша ещё жива. И она обязательно очнется, рано или поздно. Поверь мне, Николо. Как бы ему не хотелось этого, но он согласился с ней, обессиленно рухнув на пол и зарыдав, прикрыв рот рукой. Микаса выдохнула, прикрыв глаза. Сердце начинает стучать с бешеной скоростью, сознание помутнилось. — Микаса?.. — позвал Армин. — Со мной всё… Она хотела ответить что с ней всё в порядке, однако подняв на него уставший взор, она увидела растерянный взгляд Арлерта. — Что это за вино? Он смотрел на стеллаж с алкоголем, где видна марка и название, не совпадающая с их производством. Аккерман только обратила внимание на это, настороженно глядя на Николо. — Откуда это? — Елена дала мне два ящика. Попросила подавать их на ужин для высокопоставленных солдат. Колючие мурашки прошлись по телу девушки. Армин опустил голову к Фалько и смотрел, как алая жидкость смешалась с кровью. Не успев озвучить свою догадку, в дверь столовой кто-то постучался три раза и все обернулись в его сторону. Микаса и Армин застыли на месте. Глаза широко раскрылись, страх и паника сковали тело. Перед ними стоял Эрен, равнодушно оглядывая помещение. Находясь тут чуть ли не с самого начала, его никак не удивила произошедшая сцена, поэтому он прошёл внутрь, призывая за собой остальных: Флок, Елена, и шестеро разведчиков, держащих Жана, Конни и Ханджи за завязанные на их запястьях концы веревок. — Давно не виделись.