18.
18 июля 2022 г., 15:00
Третьякова проснулась от будильника и потянулась, обнимая крепче Лауру и целуя ее в шею:
— Блин! Мы что, заснули? — девушка подняла резко голову.
— Черт, — Лаура положила руку на лоб, — У меня форма дома еще.
— Извини, я тебя усыпила тут.
— Да я же сама заснула, — Лаура поцеловала ее лоб, обнимая, — Опоздаю. А тебе нельзя, увольнительная заканчивается.
— Ладно, я в прошлый раз опоздала из дома, — Маша вздохнула, — О, а времени с запасом.
— Почему «о»?
— Говорят, как неделю начнешь, так ее и проведёшь, — Маша мягко поцеловала ее в линию челюсти и перешла ниже.
— Ты чего собралась делать? — брюнетка засмеялась от ее щекотки.
— Я собралась начинать неделю отлично, понедельник же. Выходных не было, поэтому не мешай, — девушка поцеловала ее.
— Ты опоздаешь так.
— Я вовремя все, а тебе и так уже опаздывать.
— Тоже верно, — Лукина поцеловала ее, крепче обнимая.
— Ехать еще домой и в училище, быстрее начнем, раньше поедешь.
— Ммм, нет, не торопись тогда, — брюнетка засмеялась, расслабляясь от ее нежных касаний.
Девушка сидела потирая виски, пока Лукина была в душе. Когда брюнетка вышла, сразу заметила ее лицо и хмурый вид:
— Все нормально?
— Ага, голова что-то болит только, — Маша поднялась и поцеловав ее, посмотрела на часы, — Я уже опаздываю. Давай, ты тут собирайся нормально, ключи потом отдашь.
— Оставляешь меня тут одну?
— Мне лучше, правда, не опаздывать, — девушка поцеловала ее еще раз, — Все, я пошла. Не торопись.
— Хорошо.
— До встречи, — девушка ушла, помахав пальцами.
Маша вышла на улицу и сразу забросила в себя таблетку, чтобы отпустило голову, и помчалась в училище.
День в училище был непростым, начались усиленные подготовки к сдаче промежуточных нормативов для проверки. Девочки умирали в зале, затем на игровой площадке, следом строевая, потом уроки, потом подготовка.
Машина голова разрывалась и выкручивалась до предела. Таблетка ей никак не помогала. Казалось, она проскочила тело незамеченной, никак не сбавляя шум в голове. Поэтому ей пришлось уйти и сделать то, чего она бы не хотела делать. Закурить. Закурить то, что навсегда может перечеркнуть все. Но она не может больше терпеть.
Третьякова постаралась скрыться, как можно глубже и дальше от всех, за углом черного хода:
— Попалась, — Мари букнула ее.
— Кхм, — Маша закашлялась.
— Подруга, ты чего это дымом увлеклась?
— Я не… не увлеклась, просто… Кхм, ты чего здесь?
— Я? Я пошла мусор выносить, дежурим же с Олей. А ты? Куришь? Чет сигаретами не пахнет… — она принюхалась и подняла брови, — Нифига, а у тебя зрачки что-то огромные такие… Маха? Ты че, траву дымишь?
— Тш, — Третьякова устало закрыла глаза, стыдливо пряча свои глаза под веками, — Пожалуйста, не ори только.
— Не ори? Ты угораешь?! Ты куришь в училище наркотики?! И я не ори?! Маша!
— Мари! Я не… Я просто пытаюсь расслабиться. У меня болит голова весь день. Я не могу выдохнуть! Я устала! Я переживаю за все и сразу.
— Я понимаю, все переживают, но вот это… А если твоя узнает?
— Бросит меня или сдаст здесь на месте.
— Великие отношения.
— Она уже два раза ловила. Это третий шанс.
— Третий?! И ты… ты вот так легко рискуешь этим?
— Не легко! Мне не легко! Но я не могу по-другому, — Маша развела руками печально.
— Ты сидишь уже?
— Да нет, так… балуюсь, — Маша вздохнула и поднялась, — Все, вот, потушила, — она бросила окурок в мусор.
— Тебя спалят с такими глазами… Она точно спалит тебя.
— Значит налажала опять, — девушка кивнула, — Не сдавай меня, а?
— Я? Мне что, делать нечего? Просто ты… ты понимаешь, что на кону абсолютно все?
— Да.
— Не только училище, Маша.
— Я знаю.
— Оно стоит этого?
— У меня нет выбора. Я не могу по-другому. Мне плохо. Мне тяжело. А это… Это просто помогает расслабить голову. В ней постоянно какие-то мысли. Я не могу пока иначе. Мне надо это.
— Хорошо, — девушка развела руками, — Твое право. Только… Не рискуй напрасно. Все-таки, не так страшно, что тебя спалят, как то… что это вообще есть в твоей жизни. Я всегда тебя поддержу и послушаю. И я не сдам тебя. Ни в чем.
— Спасибо тебе.
