Часть 1
7 июля 2022 г., 12:56
Гермиона Грейнджер оглядела свою комнату в доме номер 12 на площади Гриммо и вздохнула. Все ее вещи были сложены в небольшой чемодан. Комната выглядела пустой. Минимальное усилие, которое потребовалось, чтобы собрать ее ничтожное количество вещей, измотало ее. Она подошла к своей аккуратно застеленной кровати и села, вспоминая события, которые привели ее сюда.
Прошло шесть месяцев после окончания войны, и она чувствовала себя так, словно ее жизнь разбилась о стену. Она жила со своим лучшим другом, Гарри Поттером, и проводила большую часть дней, скрываясь в своей комнате. Она выходила только поесть и помочь с восстановлением Хогвартса.
После войны Гермиона сразу же отправилась в Австралию, чтобы попытаться восстановить память родителям. Когда она нашла их, то поняла, что навыков, которыми она сейчас обладала, было недостаточно. Ей нужно будет изучить продвинутые заклинания памяти, чтобы обратить вспять проделанную работу. Она вернулась в Англию, вернулась к Рону, с которым только начала встречаться, и к Гарри. Они втроем переехали на Гриммо в унаследованный Гарри от Сириуса дом. В течение дня все трое возвращались в Хогвартс и помогали с восстановлением школы; по ночам они спали в одной комнате, не желая спать отдельно после нескольких месяцев совместного использования небольшого пространства во время бегства. Вместе кошмары были не так уж и страшны.
В конце концов, мероприятия по восстановлению замка начали сворачиваться, и Макгонагалл начала обсуждать идею возвращения Троицы на восьмой год в Хогвартс. Гарри и Рон отказались — их уже приняли в программу обучения Авроров, и они должны были начать, как только закончат восстановление Хогвартса. Их ответ не слишком удивил: все ожидали, что они станут аврорами. Что действительно стало неожиданностью, так это решение Гермионы отказаться от предложения.
— Гермиона, — сказал Рон, когда они сели ужинать в тот вечер, когда отправили свои ответы. — Ты отказалась? Я думал, что ты больше всех на свете захочешь закончить свое образование.
Гермиона посмотрела на свою еду, передвигая ее по тарелке. — Да, но я не могу туда вернуться.
— Что ты имеешь в виду? Ты была там каждый день в течение последних шести месяцев, помогая восстанавливать замок, — сказал Гарри.
— И это была настоящая пытка, — ответила Гермиона.
— Миона, ты в порядке? — спросил Рон, положив на стол свою вилку.
Гермиона подняла глаза, в которых стояли слезы. — На самом деле нет.
— Почему ты не сказала раньше? — спросил Гарри.
— Когда бы у меня была возможность? Со времен финальной битвы мы были очень заняты. Я была в Австралии. Я помогала восстанавливать Хогвартс. У меня не было возможности вздохнуть, не говоря уже о выполнении желаемого.
— Давай сделаем так: ты закончишь свое образование, а потом мы решил, что делать дальше, — сказал Рон, мягко положив руку на ее плечо.
— Неужели ты не понимаешь, — проговорила Гермиона. — Я не могу туда вернуться, и вести себя так, будто все нормально. Ничего не нормально. Там погибли наши друзья. Как я могу ходить по этим коридорам, не вспоминая о том, что произошло? — она встала, ее руки дрожали. Она сжала их в кулаки, пытаясь унять дрожь. — Я думаю… Я думаю, что мне нужно уехать на некоторое время.
— На выходные? — спросил Рон. — Мы можем поехать в отпуск. Куда бы ты не захотела, Миона, просто скажи мне, и мы сможем ненадолго уехать, прежде чем я начну курсы Авроров.
Гермиона прикрыла глаза. — Я имела в виду не отпуск, Рон. Я имела в виду уехать навсегда.
— Куда? — спросил Гарри, борясь с эмоциями.
— Я думала об Америке, — сказала Гермиона.
— Америка? — прикрикнул Рон — Это же очень далеко. А как же мы? Как же наши отношения?
Гермиона почувствовала, как по её щеке покатилась слеза. Она поднесла дрожащие руки ко рту, чтобы сдержать рыдания.
— Гермиона, ты в порядке? — спросил Гарри, заметив её дрожь.
— Рон, я люблю тебя, ты знаешь это. Но я думаю, что некоторое время порознь будет лучше для нас. Только до тех пор, пока я не смогу спокойно гулять по улицам Лондона и не вспоминать, ну, об этом, — произнесла Гермиона, игнорируя вопрос Гарри.
Она открыла глаза, и не в состоянии смотреть на их лица, взяла тарелку с ужином, и повернулась, чтобы отнести её на кухню. Однако, ей не удалось этого сделать. Дрожь усилилась, заставляя её отпустить тарелку. Тарелка с шумом падает на пол, разбиваясь на десятки кусочков. Гермиона удивленно вскрикнула, когда дрожь прошлась по её телу, заставляя рухнуть на пол.
— Миона! — она услышала крики парней, прежде чем погрузиться в темноту.
***
Последствия длительных пыток круциатусом. Нет постоянного лечения. Если ей повезет, то со временем они пройдут. Ещё одно напоминание о произошедшем в Малфой-Мэноре. В Святом Мунго ей посоветовали отдохнуть и принимать успокаивающее зелье, когда она почувствует стресс, поскольку он и чрезмерные эмоции были причинами этого эпизода. Пытки Беллатрикс были «подарком», продолжавшим давать свои плоды. Переодеваясь из больничного халата, Гермиона посмотрела на свою левую руку, и шрам, оставшийся там от проклятого ножа. Неважно, что она и персонал Мунго будут делать, этот шрам никуда не денется. Она натянула длинный рукав рубашки и, убедившись, что они доходят до запястий, села и надела кроссовки. Она закончила переодеваться и вышла в холл, где стояли Гарри и Рон, ожидающие её. Она прошла мимо них. Они провели ночь, пытаясь уговорить её, что уезжать сейчас будет ошибкой. Кто позаботиться о ней в Америке? Там у неё не будет ни друзей, ни семьи. Здесь у неё есть люди, которые позаботятся о ней. — Что, если подобное произойдет там и никто не сможет тебе помочь? — взмолился Рон. Ничто не заставит её передумать. Во всяком случае, этот эпизод только укрепил её решение. Ей нужно на время уехать из Англии. Просто чтобы подзарядить свои батарейки и сосредоточиться на себе. — Возможно, меня не будет год или около того, — сказала Гермиона Рону и Гарри, когда они сидели в её комнате и смотрели как она собирает вещи. — Максимум четыре. Я хочу поступить в университет, в магическом университете в Салеме прекрасная программа для обучения зельеварению и чарам памяти. Я вернусь после получения диплома. Мне нужно забыть о всех плохих мыслях и выяснить, как держать свое состояние под контролем, когда вокруг столько триггеров. Гермиона встала с кровати и подошла к парням. Она обняла и поцеловала каждого из них, а потом аппарировала в аэропорт Хитроу. Спустя половину пути через Атлантический океан она начала плакать.***
СЕМЬ ЛЕТ СПУСТЯ
Гермиона прикрыла входную дверь и заперла ее, прежде чем пойти по улице маленького городка в Массачусетсе, где она теперь жила. За две недели до этого она не только получила магическую степень по зельям и заклинаниям памяти в Университете Салема, но и маггловскую степень по химии в Государственном Университете Салема. Это заняло немного больше времени, чем обычно, так как она пыталась получить двойную степень в обоих мирах, плюс ей нужно было наверстать упущенный год, подготовиться и сдать маггловский экзамен GED, но она, наконец, закончила. Ближе к концу своей программы она прошла собеседование на вакансию в соседней школе, и перед выпуском она узнала, что получила ее. Теперь она была учительницей химии в средней школе Салема. Когда она училась в университете, она обнаружила, что если она будет оставаться в основном в мире магглов, ее приступы останутся в стороне. Она обнаружила, что расслабляется и не вздрагивает каждый раз, когда кто-то достает палочку. После переезда в Америку она всего несколько раз возвращалась в Англию. Один раз на празднование года со смерти Волдеморта, чтобы получить свою награду от Министерства и репарации, и каждый год на Рождество. Каждый раз, когда она возвращалась, она говорила всем, что вернется навсегда, когда закончит свои дипломы. В глазах Рона всегда светилась надежда. Они все еще встречались, обмениваясь письмами и звонками, чтобы поддерживать отношения. Гермиону очень удивил уровень преданности Рона их отношениям, особенно когда они были на расстоянии. Они наверстывали упущенное за время ее двухдневного пребывания в Англии. Большую часть этих двух дней они проводили, отсиживаясь в комнате Рона на Гриммо, выходя, чтобы поесть, после чего возвращались в постель. Желудок Гермионы скручивался, когда она направлялась в волшебный Салем, чтобы отправить почту. Она посмотрела на письма, которые держала в руках, и постаралась успокоиться. Она решилась сообщить мальчикам, что собирается навсегда остаться в Америке. Ее письмо к Рону включало предложение приехать и присоединиться к ней, чтобы наконец встречаться без огромного расстояния между ними. Она была готова поднять их отношения на новый уровень, может быть, даже выйти замуж, но она не была готова вернуться в Англию. Она нашла здесь свой дом и обнаружила, что во время коротких поездок домой стресс и тревога резко возрастали, а дрожь возвращалась. Во время ее визита на юбилейный бал и церемонию, у нее был еще один приступ, единственный подобный тому, который был в тот вечер, когда сказала Рону и Гарри, что уезжает. Она пришла к выводу, что для ее здоровья будет лучше, если она останется в Америке. Она надеялась, что Рон и Гарри поймут ее. Она отправила письма и неторопливо направилась к своему маленькому коттеджу. Самое замечательное в жизни в Салеме было то, что можно было ходить куда угодно. Она бродила по улицам, разглядывая витрины магазинов, пытаясь придумать, чем бы ей заняться в свободное время этим летом, поскольку у нее больше не было занятий, и ей не нужно было начинать работать в течение пары месяцев. Она стояла перед магазином, с тоской глядя на сарафан, который, как она точно знала, никогда не наденет, и вдруг почувствовала, как кто-то похлопал ее по плечу. Она обернулась и увидела темноволосого мужчину, одетого в костюм и галстук. Он улыбнулся ей, как только понял, что завладел ее вниманием. — Прошу прощения, мисс, — сказал он, доставая из кармана пиджака значок. — Я агент Уинвуд из ФБР и хотел бы задать вам несколько вопросов. Гермиона посмотрела на его значок. Это выглядело правдоподобно, но она действительно не слишком много знала о маггловских правоохранительных органах в Америке, чтобы заметить поддельный значок. — Эм, конечно. Что бы вы хотели узнать? Агент Уинвуд выглядел озадаченным. — Простите, вы туристка? Потому что, если вы не постоянный житель этого города, я не думаю, что вы можете мне помочь. Гермиона улыбнулась. — Вообще-то, я местная. Я живу здесь уже семь лет. Чем я могу вам помочь? Агент улыбнулся. — Ну, мэм, я просто хотел спросить, не замечали ли вы в последнее время здесь чего-нибудь странного? Гермиона подняла бровь. — В каком смысле странное? Потому что мистер Махони, бездомный, который часто посещает местное кафе, может делать довольно много вещей, которые можно считать «странными». Уинвуд ухмыльнулся. — Я о людях, которые ведут себя нехарактерно, о необъяснимых поступках и тому подобном. Гермиона на секунду задумалась. — Я ничего не замечала. Простите. Жаль, что я ничем не могу вам помочь. Должна ли я беспокоиться о своей безопасности? Уинвуд покачал головой. — Нет, мэм, но если вы наткнетесь на что-нибудь, что, по вашему мнению, принесет пользу или вы что-то вспомните, пожалуйста, не стесняйтесь звонить. Агент протянул ей визитную карточку с его именем и номером телефона. — Я позабочусь об этом, — она посмотрела на карточку. — Агент Дин Уинвуд. Дин улыбнулся. — Можете звать меня просто Дин. И не стесняйтесь звонить мне, даже если вы не видите ничего странного. Ну, знаете, на всякий случай, если захотите выпить кофе или чего-нибудь еще… Гермиона улыбнулась и посмотрела в его сверкающие зеленые глаза. — Ну, Дин, мне очень не хочется вас огорчать, но у меня есть парень, так что я не собираюсь принимать ваше предложение. Однако я позвоню, если замечу какие-нибудь странные происшествия в городе. — Справедливо, я уверен, что мы ещё увидимся, мисс… — Грейнджер. Гермиона Грейнджер. — Гермиона. Красивое имя. Увидимся позже, Гермиона. Дин улыбнулся ей в последний раз, после чего пошел по тротуару, оставив Гермиону одну с его визитной карточкой в руках.***
Три дня спустя Гермиона, улыбаясь, сидела в маленькой закусочной, которую часто посещала по воскресеньям утром. Казалось, что везде, где она оказывалась последние три дня, агент Дин Уинвуд был там же. Сегодня утром, войдя в закусочную, она заметила, что он сидит за столиком в задней части ресторана. Делает заметки на листе бумаги и ест вафли с большой тарелки. Гермиона чуть не застонала, когда заметила, что единственный свободный стол был напротив того, который он сейчас занимал. Расположившись и ожидая официантку, она не могла не наблюдать за агентом Уинвудом, пока он был занят другими делами. Он действительно был красивым мужчиной, и они казались примерно одного возраста. Он, должно быть, очень умен, раз уже так далеко продвинулся в ФБР в столь юном возрасте. Открывая местную газету, она невольно задумалась, похожи ли сотрудники ФБР на Авроров. Потому что Рон и Гарри оба уважаемые авроры, хоть и молодые. Конечно, они были новичками, и им предлагали места в программе без необходимого образования из-за их роли в войне, но они все еще были хороши в своей работе. Мысли о Роне и Гарри заставили ее нахмуриться. Прошло три дня, а от Рона все не было ответа. Обычно он довольно быстро отвечал на ее письма, и если она обращалась с чем-то серьезным, то почти сразу же получала от него известия через камин. Ее желудок скрутило при мысли, что вероятно, его ответ ей не понравится. Она почувствовала, как у нее задрожали руки при мысли о том, что их отношения могут вот-вот закончиться. Она быстро закрыла газету, закрыла глаза и начала делать дыхательные упражнения. Ей не нужно было, чтобы ее первый серьезный приступ за многие годы случился посреди маггловского ресторана. Она начала успокаиваться, и дрожь начала ослабевать. Ей просто нужно было не думать о возможных негативных вещах. В любом случае, она не должна предполагать худшее. Рон может быть просто занят на задании. Они всегда посылали его и Гарри на задания, которые больше никому не были нужны, и обычно им требовалось время, чтобы закончить их. А когда Рон был на задании, ему обычно требовалось больше времени, чтобы ответить. Гермиона вздрогнула, когда кто-то тронул ее за плечо. Она открыла глаза, ожидая, что это официантка, готовая принять заказ, но вместо этого увидела мистера Махони, стоящего у ее столика. — Простите, мистер Махони. У меня сегодня нет лишней мелочи. Хотите, я угощу вас завтраком? — сказала Гермиона, мило улыбаясь мужчине средних лет. Мистер Махони ничего не ответил. Он просто стоял и смотрел на нее. Гермиона нахмурилась. — Мистер Махони? Все в порядке? Мистер Махони схватил Гермиону за руку и вытащил из-за стола. Он не сказал ни слова, когда Гермиона начала сопротивляться, он просто потащил ее к выходу из закусочной. Гермиона запаниковала. Она могла использовать свою магию, чтобы освободиться, но у нее не только не было легкого доступа к ее палочке, но ей также не хотелось попасть в неприятности со статутом секретности. Затем она вспомнила агента, сидящего в ресторане. Она просто должна смириться с этим, и не быть героем в этот раз. — Помогите, кто-нибудь, пожалуйста! — крикнула она. Мистер Махони больно сжал ее руку. Для такого тощего, недоедающего мужчины у него определенно была крепкая хватка. Сила почти нечеловеческая. Она чувствовала, как его пальцы оставляют синяки на ее руке. Она никогда не была так счастлива, что носила длинные рукава, иначе это, вероятно, было бы еще больнее. Она попыталась упереться каблуками в пол, но пол был ламинатным, и ее обувь не имела большого сцепления, поэтому она просто скользнула по полу к выходу. Это была она, или они тоже двигались с нечеловеческой скоростью? Она услышала звон открывающейся двери, и теплый воздух ударил ей в лицо. Где же этот агент? Как раз в тот момент, когда она попыталась высвободить руку, чтобы дотянуться до палочки в противоположном кармане, она почувствовала, что остановилась. Она посмотрела на Мистера Махони. Казалось, он просто остановился без всякой силы. Она оглянулась и увидела агента, стоящего позади нее. Мистер Махони развернул их так, чтобы они могли встретиться лицом к лицу с агентом Уинвудом. Она взглянула на Мистера Махони и заметила, что его глаза потемнели. — Дин Винчестер. — Откуда ты меня знаешь? — ответил агент. — Тебя все знают. Так же, как мы все знаем твоего отца. — Отпусти девушку. — Нет. — Думаю, я достаточно ясно выразился, — сказал агент, вытаскивая пистолет из кобуры. — Отдай мне девушку. Гермиона начала паниковать, она не хотела попасть под перекрестный огонь. Она начала всерьез пытаться добраться до своей палочки. Мистер Махони рассмеялся. — Пусть это будет Вам предостережением, мистер Винчестер. Держись подальше, перестань охотиться на нас, и мы перестанем причинять боль людям, которые тебе небезразличны. Прежде чем Дин успел ответить, Мистер Махони запрокинул голову, и из его рта повалил черный дым, прежде чем исчезнуть в небе. Хватка мистера Махони ослабла, и он упал на землю без сознания. Гермиона стояла на тротуаре, переводя взгляд с Дина на мистера Махони. — Какого черта? — спросила она, открыв рот. — Сукин сын, — пробормотал Дин, убирая пистолет в кобуру. — Что происходит? — спросила Гермиона. У нее кружилась голова, болела рука, и дрожь начала возвращаться в десятикратном размере. — У тебя есть место, куда мы могли бы пойти спокойно поговорить, а не стоять посреди тротуара? — спросил он, проводя рукой по волосам. Гермиона кивнула и направилась к своему коттеджу. Ее сильно трясло, идти было трудно, но ей нужно было домой. Ей нужно было выяснить, что происходит в ее городе и кто этот человек, потому что одно было ясно наверняка — он не был агентом ФБР. Они были уже на полпути к ее дому, когда это случилось. Дрожь, которую она так старалась контролировать с тех пор, как ее попытались похитить, вышла из-под контроля. Она почувствовала, как у нее дрожат ноги. Она остановилась, наклонилась и уперлась руками в колени, чтобы сохранить равновесие. — Гермиона? — спросил Дин, останавливаясь позади нее. — Я думаю, мне нужна помощь, чтобы войти, — сказала она, прежде чем рухнуть на землю, все вокруг нее потемнело.
