Часть 4
19 июля 2022 г., 06:40
— Больше никогда, Сэмми, — сказал Дин, когда они возвращались в «Импалу».
— Правда, Дин? Никогда — ужасно долго, — улыбнулся Сэм.
— Мне все равно. Я никогда больше не сяду в самолет.
Сэм засмеялся. — Ты не можешь позволить, чтобы это повлияло на твое мнение о полетах. Не в каждом самолёте есть демон, вселившийся в пилота и стюардесс, чтобы совершить катастрофу.
Дин покачал головой, когда они садились в машину. — Мне все равно. Я буду спокойно лежать на земле, ездить на Детке. Так будет безопаснее.
— Знаешь, каждый год в дорожно-транспортных происшествиях гибнет больше людей, чем в авиакатастрофах, — отметил Сэм.
— Мне все равно. Моя задница будет на этом водительском сиденье в безопасности здесь, на этой земле, — Дин повернул машину на дорогу и направился на восток.
— Куда мы теперь? У тебя есть зацепка об отце, о которой я не знаю? Другое дело? — спросил Сэм.
— Не знаю. Это самое близкое к восточному побережью дело за последние пару месяцев, и я собираюсь навестить Гермиону, — сказал Дин.
— Гермиона… девушка, за которой ты должен следить? Ты не упоминал о ней несколько месяцев. Почему ты вдруг захотел навестить ее?
Дин замолчал. После первого звонка Дин звонил Гермионе, когда Сэм был занят или спал. Он не знал почему, но хотел сохранить свои отношения с ней в тайне. И он предположил, что то, что у него было с Гермионой, можно назвать отношениями. Не в традиционном смысле, а в их странном мире. Он звонил ей хотя бы раз в неделю, и они просто разговаривали. Ничего слишком серьезного — они откладывали все серьезные обсуждения на следующий раз, когда они могли бы увидеть друг друга лично, только обыденные вещи.
Гермиона начала работу в школе, и у нее были проблемы с преподаванием химии. Каждый раз, когда он разговаривал с ней, у нее появлялась новая история о чем-то безумном, что сделал ребенок, или о том, как какой-то пацан пытался на нее наехать. Он смеялся, пытаясь представить Гермиону, наказывающую подростка на фут выше, чем она. Затем он рассказывал ей об их последней работе и о том, как они были близки к тому, чтобы найти своего отца.
Он любил говорить с ней, слышать ее голос и истории о ее повседневной жизни, которые действительно заземляли его, немного поднимали дух, даже когда он знал, что отец где-то там, охотится на демона, убившего их с Сэмом маму. Когда они взялись за работу в Пенсильвании, его сердце поднялось. Это было самое близкое к Гермионе место с тех пор, как он ушел, и он знал, что это будет его возможность встретиться с ней лично. Но он не позвонил, чтобы предупредить ее. Он не хотел обнадеживать её на случай, если он не сможет приехать, или катастрофы на самолете, где они с Сэмом сгорели бы дотла. К тому же, удивить ее было бы романтично…?
Он понял, что слишком долго молчал и повернулся к Сэму. — Да, насчет этого…
— Дин, что ты не договариваешь? — спросил Сэм.
— Возможно, я немного преуменьшил роль Гермионы в моей жизни, — сказал Дин.
— Ты солгал мне? — воскликнул Сэм.
— Нет, я бы не сказал «ложь», я бы сказал «некоторое искажение правды».
— Тогда скажи мне правду сейчас, — сказал Сэм, поворачиваясь к Дину на своем месте.
— Ну, я познакомился с ней на этой работе, как я и сказал. Я просто упустил то, что пока я оставался там, я переехал в ее дом. И что я вроде как звонил ей каждую неделю с тех пор, как мы работали вместе.
— Какого черта, Дин! У тебя есть девушка, и ты не сказал мне?
— Технически, она не моя девушка. Мы не обсуждали эту часть наших отношений, мы просто друзья. Пока. Я надеюсь изменить это, когда мы доберемся до Салема, — объяснил Дин.
— Подожди, разве не ты говорил, что мы не можем иметь никаких привязанностей в жизни? Что эта работа может только навредить людям, которые нам небезразличны? Как наличие девушки вписывается в эту мантру?
— Это другое. Я едва вижу ее, и мне хочется сделать все, что в моих силах, чтобы убедиться, что она защищена, когда меня там нет. В ней есть что-то такое, что заставляет меня хотеть быть рядом, хотя все в нашей жизни говорит мне, что это невозможно.
Сэм вздохнул. — Что насчет случая с Джессикой? Ты думал о том, что такое может случиться с Гермионой?
— Каждый чертов день с тех пор, как мы были в дороге, — ответил Дин. — Но я ничего не могу с этим поделать. Она делает меня счастливым. Знаешь, у меня не было этого в детстве, как и у тебя.
— Знает ли она, что ты охотник? — спросил Сэм. — Знает ли она, что влечет за собой эта жизнь?
Дин покачал головой. — Она знает, что я охотник. На самом деле, она помогала проводить исследования в Салеме.
Сэм рассмеялся. — Неудивительно, что она тебе нравится, она сделала то, что ты ненавидишь. Может, тебе стоит уговорить ее поехать с нами, это даст мне немного помощи в исследованиях.
— Как бы мне ни хотелось, чтобы она поехала с нами, я не думаю, что справлюсь с этим. Я бы тратил слишком много времени, беспокоясь о ней и ее благополучии. Я не знаю, что бы я сделал, если бы что-то случилось с ней в дороге.
Сэм замолчал на секунду. — Звучит так, будто ты очень серьезно относишься к ней.
Дин потрепал волосы. — Не знаю, чувак. Что-то в ней просто притягивает меня. Кажется, что мы знаем друг друга целую вечность, хотя прошло всего несколько месяцев, и большинство из них мы провели, общаясь по телефону.
— Когда мы найдем папу, ты бросишь охоту и осядешь с ней? — спросил Сэм.
Дин молча смотрел, как фары «Импалы» светят на отражатели на обочине дороги.
Отказался бы он от жизни и поселился бы с Гермионой? Ему даже не нужно было думать об этом на самом деле. И почему-то это его напугало. — Да, я думаю, я бы так и сделал.
***
Гермиона вздрогнула от стука в дверь. Хмурясь, она посмотрела на часы на столике. Кто постучал бы в ее дверь в два часа ночи? Был вечер пятницы и она никого не ждала. И раз не прошли через камин, это был не один из ее друзей из Англии. У Гарри была привычка забывать разницу во времени. Ей пришлось заставить его и Джинни пообещать подождать до полудня в Англии, прежде чем приходить. Она ждала, услышит ли она что-нибудь, но стук снова раздался, только громче. Она встала с постели, обула тапочки, стоявшие сбоку кровати, и накинула одеяло вокруг плеч. Был почти октябрь, и ночи стали холоднее, хотя она все еще спала в топе и шортах. Кошмары часто заставляли её потеть ночью. Она подошла к входной двери и посмотрела в глазок. Она забыла, как поздно было, когда увидела, кто за дверью. Она быстро открыла и распахнула дверь, прежде чем прыгнуть в объятия Дина Винчестера, который стоял на ее крыльце. Руки Дина автоматически обернулись вокруг ее маленького тела, и он потянул ее поближе, вдыхая запах. — Мне ведь это не снится, да? — Гермиона бормотала в его грудь. — Потому что если я сплю, я не думаю, что когда-нибудь захочу проснуться. — Тебе не приснилось, милая, — тихо сказал Дин в ее волосы. Гермиона улыбнулась и обняла его сильнее. Дин, не желая отпускать, закрыл дверь и начал маневрировать так, чтобы они шли прямиком в гостиную. — Я так скучала по тебе, — сказала Гермиона. — Я тоже скучал по тебе. Гермиона немного отодвинулась. Она подняла глаза и мягко улыбнулась, глядя на нежность, окутывающую его лицо. — Ты здесь по работе? — спросила она. — Нет. Мы только что закончили работу в Пенсильвании, и у нас пока ничего нет, так что я просто приехал сюда, чтобы увидеть тебя. Лицо Гермионы болело от такой долгой улыбки. Она не знала почему, но это казалось самой романтичной вещью в мире. Дин ехал часами по своей прихоти, только чтобы увидеть ее. Она даже не могла уговорить Рона приехать в гости за все семь лет, что они были вместе. — Как долго ты будешь здесь? — спросила она. — Пару дней. Сэм держит ухо востро, чтобы сразу заметить, если что-то всплывет. Я здесь, пока что-то не произойдет. — Где же Сэм? — Он остановился в мотеле здесь, в городе. Я оставил его и машину там, и пошел сюда, чтобы увидеть тебя. Гермиона неохотно отдалилась от него. — Не хочешь присесть? Они подошли к дивану, и Дин подождал, пока сядет Гермиона. Она села на конец дивана, а он сел рядом, накрыв рукой спинку дивана, чтобы та окружала ее, но не касалась. Они сидели в тишине какое-то время, просто греясь в ощущении того, что они были близки друг с другом впервые за несколько месяцев. Гермиона подвинулась так, что ее голова лежала на плече Дина. — Ты хочешь поговорить сегодня или стоит подождать до завтра? — спросил он, проводя рукой вверх и вниз по ее обнаженному плечу, с которого упало одеяло. — Завтра. Прямо сейчас, мы можем просто… побыть вместе? — Конечно, — ответил Дин. Он поцеловал её в макушку, прежде чем скинуть ботинки и развернуть себя и Гермиону на диване так, чтобы он лежал с ней на груди. Они быстро заснули.***
Дин проснулся от солнца, светящего прямо ему в лицо. Первое, что он заметил, была сильная боль в шее. Второе — тёплое тело, лежащее на нём. Тогда он вспомнил, где он и с кем он сейчас был. Он улыбнулся. Даже с болью в шее от сна на диване всю ночь, это была хорошая жизнь. Просыпаться с красивой женщиной, лежащей на нем. Он наклонил голову и поцеловал Гермиону в макушку. Она пошевелилась и посмотрела на него. — Который час? — спросила она сонным голосом. Дин поднес запястье к лицу. — Ого, уже десять, мы, должно быть, очень устали, раз так долго спали на этом диване. — Ничего себе, и правда. Я не спала так хорошо в течение многих лет, — сказала Гермиона. — Обычно я не сплю большую часть ночи. Дин нахмурился. — Почему? Гермиона сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. — Кошмары. Они были у меня по ночам какое-то время. Дин закрыл глаза. — Я думаю, что мне нужен кофе, если мы собираемся общаться сейчас. Гермиона улыбнулась ему. — Позволь мне сходить в туалет, потом я сделаю кофе, а потом мы поговорим. Как это звучит? — Как рай, — ответил Дин, развернув руки, чтобы позволить Гермионе встать и направиться в сторону ванной комнаты. Услышав, что дверь захлопнулась, он сел и потянулся. Он встал с дивана и начал ходить по гостиной маленького коттеджа. Несмотря на то, что он пробыл здесь всего две недели, это место ощущалось домом. Он оглянулся, и не похоже, чтобы многое изменилось с тех пор, как он был здесь в начале лета. Та же мебель, те же безделушки. Он посмотрел на каминную полку и заметил, что на ней теперь стояла не только старая урна. Он подошел к камину, чтобы проверить на фотографии. На одной была Гермиона с парой, он предположил, что это ее родители. На следующей была маленькая Гермионе с двумя мальчиками, которые обняли её за плечи… — Какого черта? — пробормотал Дин, приближаясь к фото. — Она только что пошевелился? Он закрыл глаза и открыл их снова, сделав шаг назад, когда картинка, как будто пленка, постоянно двигалась. Он наблюдал, как мальчики закидывали руки на плечи Гермионы снова и снова. Он перешел на следующую фотографию. Это была фотография одного из мальчиков, темноволосого в очках, и танцующей женщины с рыжими волосами. Женщина была одета в белое платье. Должно быть, со свадьбы. И снова картинка двигалась. Он перешел к следующей. Здесь была снова маленькая Гермиона и два мальчика, они были одеты в парадную одежду, ухмыляясь в камеру, держа какие-то медали. Последняя фотография на камине была с тремя подростками, стоящих на фоне обломков, они выглядели ужасно. Как будто не ели месяцами, как будто прошли через битву и просто рухнули друг на друга. Дин сделал несколько шагов от камина, потирая руками лицо, снова и снова. — Фууух, — прошептал он, не желая, чтобы его услышала Гермиона. — Что здесь происходит? — он сошел с ума? Не может быть, чтобы фотографии так двигались. Он посмотрел в коридор и заметил, что Гермиона все еще в ванной. Должно быть логическое объяснение, должно быть. Он сядет на диван и будет ждать, пока Гермиона выйдет, чтобы она все ему объясняла. Он подошел к дивану и еще раз взглянул на камин, и то, что он увидел, заставило его подпрыгнуть. Человек с грязными черными волосами и круглыми очками только что вышел из камина и теперь стоял в гостиной Гермионы. — Какого черта! — закричал Дин. — О, черт, — сказал он, замирая на месте. Услышав шум в гостиной, Гермиона распахнула дверь ванной комнаты и остановилась на месте происшествия в гостиной. — Черт возьми, — пробормотала она, затаив дыхание. Взгляд Дина метался между ней и Гарри, в ожидании объяснений. Она вздохнула. Это было похоже на срывание пластыря с застарелой раны. — Дин, думаю, сейчас самое время сказать тебе, что я ведьма.
