Only Human

— Всё, с меня хватит, — сказала Ребекка, врываясь в комнату. — Вставай. — Ребекка… — слабо запротестовала Кэролайн. — Нет, ты зашла слишком далеко, не смей вести себя как бесхребетная дурочка, — сказала Ребекка, а затем бросила в нее пакет с кровью. — Пей. — Я уже поела, — возразила девушка. Ребекка бросила в нее еще один пакет, а затем вернулась с целым холодильником, забитым до отказа. — Выпей всё прямо сейчас, — приказала Ребекка. — Ты знаешь, почему Генри так много плачет? Потому что ему нужна мать. Возьми себя в руки и пей кровь! — Кэролайн посмотрела на нее широко раскрытыми от шока глазами и кивнула, принимаясь за дело. — О Боже, — спустя пару минут выдохнула девушка, хватаясь за живот. — Я больше не могу. — Не останавливайся, — сказала Ребекка, сидя в кресле на другом конце комнаты и читая журнал. К тому времени, как Кэролайн опустошила весь запас крови, ей захотелось упасть и не двигаться. Она потеряла счет пакетам, что теперь кучей валялись на полу. — Ладно, теперь пошли, — сказала Ребекка, вставая. — Куда? — Ну, ты можешь либо остаться сидеть здесь в полном одиночестве, либо пойти со мной и увидеться со своим сыном и друзьями, — ответила первородная. — Это слишком рискованно, — сказала Кэролайн, чем вызвала ее раздражённый вздох. — Я прожила тысячу лет как вампир, поэтому я знаю больше, чем ты. И я говорю тебе, что с все будет хорошо. Ты хочешь навредить своему сыну? — Конечно, нет! — воскликнула Кэролайн. — Тогда ничего не случится, — сказала Ребекка. — Поверь в себя. — Но… Майклсон застонала. — Хватит! Вставай. Мы едем в Пансионат. — Зачем? — спросила Кэролайн. — Потому что именно там Генри ждет, когда наконец увидит свою мать.

***

— Так это и есть демоническое отродье, — сказал Деймон, когда вошел в комнату и увидел Елену, держащую Генри. — Он не отродье, — шикнула она, свирепо взглянув на вампира. Девушка осторожно положила Генри в кроватку, но тот сразу начал протестующе кряхтеть. В этот самый момент у неё зазвонил телефон. — Ты можешь присмотреть за ним? Елена не дала ему времени ответить, сразу поспешив ответить на звонок. Деймон, оставшись в комнате наедине с ребёнком, подошёл к кроватке и с любопытством заглянул в неё. Мальчик заинтересованно потянул к нему свои маленькие ручки, дрыгая ножками. — Я не возьму тебя на руки, малыш, — сказал Деймон, и тогда Генри начал хныкать. Вампир слышал, что Елена еще говорила и пока не собиралась класть трубку, так что у не было другого выбора, кроме как взять плачущего ребенка на руки. Генри мгновенно замолчал и улыбнулся Деймону. Что не так с этим ребенком? — Деймон? — сказала Елена, возвращаясь в комнату. — Что ты делаешь? — Он собирался начать плакать, а я не хочу слушать крики детей в моем доме, — сказал Деймон, сморщившись, передавая ребенка ей. Но Генри снова захныкал. — Тише, — проворковала Елена, но тот заплакал только сильнее. Гилберт снова посмотрела на Деймона умоляющими глазами. — О нет, — сказал он, поднимая руки вверх. — Даже не думай об этом, — раздался пронзительный крик, Генри уже закатывался, упрямо пытаясь добиться своего. — Где его отец? Или Ребекка? — Ребекка забирает Кэролайн, а Клаус поехал за вещами Генри, которые он забыл в ее доме, — ответила Елена, покачивая плачущего ребёнка и глядя на вампира. — Тише, зайчик. — Отлично, — цокнул Деймон и закатил глаза, забирая ребенка обратно. Генри сразу перестал плакать. — Что с ним такое? — Я не знаю, — сказала Елена, так же потрясенная, как и он. — Наверное, Генри нравятся вампиры? Когда мы с Бонни или Лиз нянчимся с ним, требуется вечность, чтобы уложить его спать или накормить, но для Стефана или Ребекки он ведёт себя как сущий ангел. Конечно, для Клауса он просто идеальный ребёнок. — Почему ты держишь моего сына? — раздался напряжённый голос гибрида позади них. — Твой ребенок начал плакать и успокоился только, когда я взял его на руки, — сказал ему Деймон, не глядя на него. — Мне это тоже нравится, как и тебе, — Клаус недовольно посмотрел и забрал Генри. — Кэролайн уже едет сюда? — спросила Елена, прежде чем между ними вспыхнула перепалка. — Бонни и Мэтт скоро должны быть здесь. — Ребекка написала мне, что они скоро приедут, — ответил Клаус. В воздухе возникла неловкость. Клаус был человеком, который причинил Елене столько боли, но все же девушка безумно полюбила ребенка, которого он держал на руках. Теперь им приходилось терпеть друг друга, и любовь Елены к Генри уравновешивала ее ненависть к Клаусу. — Ребекка и Кэролайн ехали прямо за нами, — сказал Мэтт, входя в комнату, а Джереми и Бонни следовали за ним. — Ты уверен, что хочешь это сделать? — спросила его Елена. — Есть шанс… — Абсолютно, — ответил Мэтт. — Кроме того, в случае чего ее смогут остановить. — Бонни, ты можешь отнести Генри наверх? — попросил Клаус, и Бонни забрала у него ребёнка. Как только ведьма поднялась наверх, Стефан спустился вниз. Мгновение спустя вошла Ребекка с Кэролайн. Она улыбнулась при виде своих друзей. — Привет, — сказала девушка, и Клаус подошел и поцеловал ее в макушку. Странно было вспоминать, что год назад ему было трудно даже держать ее за руку на людях. — Обними меня, — сказала Елена, протягивая руки. — Елена… — Я не видела тебя неделю, и нам троим правда хотелось бы обняться с тобой, — сказала Елена, когда Мэтт и Джереми встали рядом с ней. Это было испытание. — Ты… — начала уже Ребекка. — Хорошо, — перебила ее Кэролайн. Она нерешительно подошла и обняла свою подругу, глубоко вздохнув. — Ну, — сказала Елена через мгновение, — теперь ты гораздо сильнее, Кэролайн. — Ой, извини! — новоиспечённая вампирша неловко усмехнулась, отпуская ее. Мэтт улыбнулся Кэролайн, и она следом сжала его в объятиях. Парень оторвал ее от земли, крутанув, чем вызывал ее звонкий смех. Ей было совсем не трудно контролировать себя. Она слишком сильно любила их, чтобы причинить им боль. Джереми был следующим, и девушка тоже обняла его. — Готова? — спросил Клаус, и Кэролайн кивнула. — Принесите его! Бонни спустилась по лестнице, держа в руках маленький свёрток. Да, Кэролайн чувствовала запах их крови, но у нее не было никакого желания нападать на них. Ребекка позаботилась о том, чтобы она была сыта. Бонни улыбнулась и передала ей Генри. Кэролайн со слезами на глазах усмехнулась, глядя на ребенка. Ее сына. — Привет, милый, ты помнишь меня? Все начали расходиться, оставляя Кэролайн и Клауса наедине с Генри. — Он вырос, — заметила Кэролайн, играя с его маленькими ручками. — В последний раз, когда я видела его, он был ещё такой крошечный, весь красный и сморщенный. Ты отлично заботишься о нем. — Спасибо, — сказал Клаус, слегка смущенный похвалой. — Я хотел бы взять на себя всю ответственность, но Ребекка и шериф очень помогают. Как и Елена и Бонни. — Он все еще живет в моем доме, верно? — спросила Кэролайн. — Там он в большей безопасности, — ответил Клаус. — Никто не может войти без приглашения, и Елене всегда задают вопрос, прежде чем ее пустят к нему. Таким образом, мы можем убедиться, что это она, а не Татия, — Кэролайн напряглась, услышав это имя, но кивнула. — Как только Татия умрет, он сможет вернуться домой. Генри начал суетиться, но когда Кэролайн начала тихонько напевать ему, он притих и начал уже сонно моргать. Они посидели вот так еще несколько минут. Кэролайн качала Генри, пока Клаус планировал смерть ее убийцы. Постепенно запах его крови стал воздействовать на неё сильнее, и внезапно она слышала только сердцебиение Генри и ничего больше. Ее охватил голод. — Клаус, ты должен забрать его, — гибрид сразу кивнул и забрал ребенка у Кэролайн. Девушка глубоко вздохнула и выдохнула и вернула себе самообладание. — Станет легче, — заверил ее Клаус, и Кэролайн мягко улыбнулась. — Я знаю, — сказала она, но потом Генри начал плакать, что было странно, потому что он редко это делал, когда Клаус держал его на руках. Маленькие ручки Генри потянулись к Кэролайн. Он хотел свою мать. — Ты сильнее, чем думаешь, — сказал Клаус. — Дыши, милая, верь в себя, — Кэролайн закрыла глаза и сделала еще один глубокий вдох, Клаус вернул ей Генри. Прижимая его к себе, она старалась равномерно дышать. Генри улыбнулся ей, и Кэролайн заметила едва заметные ямочки на обеих пухлых щечках. Да, у него должно быть будет улыбка его отца, и, судя по всему, волосы тоже. Осталось лишь понадеяться, что он не унаследовал его социопатические наклонности.

***

Лиз смотрела на своего внука, крепко спящего в кроватке. Елена только привезла его, и женщина ожидала прибытия Ребекки с минуты на минуту. Клаус обычно присматривал за ним днем, но ночью его заменяла сестра. Клаус, вероятно, считал, что Лиз было бы комфортнее, если бы Ребекка оставалась на ночь с ней и Генри, а не он. — Привет, мам, — раздался голос Кэролайн. Лиз обернулась и увидела, неловко стоящую на пороге дочь. Она сразу поспешила крепко обнять её. — Кэролайн, — прошептала Лиз со слезами на глазах и широкой довольной улыбкой. — Как ты? — Лучше, мне просто нужно было поверить в себя и перестать вести себя, как слабачка. Я пью много крови, чтобы держать жажду под контролем, но Ребекка сказала, что скоро я уже научусь контролировать себя без этого. — Ты прекрасно держишься. — Да, но искушение все еще есть, — сказала Кэролайн. — Желание укусить кого-нибудь очень сильное, но мне пока удалось никого не убить, так что это плюс. Ты меня боишься? — Нет, — сразу ответила Лиз. — Я должна. Я всю свою жизнь боролась с вампирами, но обращение спасло тебе жизнь. Так что для меня сейчас это больше благословение, чем проклятие. — Верно. — Есть какие-нибудь новости о девушке, которая… ты знаешь… — спросила Лиз, не зная, как это сформулировать. — Убила меня? — закончила за неё Кэролайн. — Нет. Кол и Элайджа все еще ищут ее. До тех пор Генри будет находиться под постоянным наблюдением. — А что насчет тебя? — спросила Лиз. — К счастью для меня, за мной присматривают люди, которых нельзя убить, — сказала Кэролайн. — У нас все будет хорошо. Лиз улыбнулась и взяла ее за руку. Кэролайн слышала, как кровь бежит по венам ее матери, но снова сделала глубокий вдох и выдох, как учил Клаус. Она сильная, она справится.

***

Кол улыбнулся, когда открыл новое сообщение. — Что такое? — спросил Элайджа, и брат повернул к нему экран телефона, показывая фотографию Кэролайн, держащей Генри на руках. Элайджа тоже улыбнулся. — Ребекка прислала? — Эм… да, — сказал Кол, замешкавшись, что и выдало его с потрохами. — Да? Это была ведьма, не так ли? — догадался Элайджа, улыбаясь: — Я знал, что она тебе понравилась. — Неважно, — сказал Кол, сразу помрачнев. — Между нами ничего не будет. Бонни не сможет закрывать глаза на такие вещи, как это сделала Кэролайн. Я не думаю, что у меня когда-нибудь будет то, что у Ника. — Кол… -начала Элайджа, но тот покачал головой, переводя тему: — Теперь понятно, почему внезапно в один прекрасный день Клаус просто потерял всякий интерес к Татии. Сейчас мы знаем, что это случилось из-за Кэролайн, но тогда это казалось очень неожиданным. И ещё понятно, почему он никогда не питался блондинками. Ник не хотел причинять боль никому, кто хоть в малейшей степени напоминал Кэролайн. — И правда. Он всегда говорил мне, чтобы я не заботился ни о ком и не испытывал никаких чувств. Говорил, что мне должно быть плевать на всех, кроме нашей семьи, как и ему. Теперь кажется, что он обманывал себя. Он не был безразличным, просто девушка, к которой он мог испытывать, еще не родилась. — Он ждал ее, — сказал Кол, и Элайджа кивнул. Внезапно зазвонил телефон. — Алло? — Кол внимательно слушал, что ему говорят, а затем ухмыльнулся. — Что такое? — Элайджа решил не нарушать конфиденциальность брата, поэтому даже не напрягал слух, когда тот взяла трубку. — Мы нашли суку, — ответил Кол.

***

— Уф, меня сейчас стошнит, — заскулила Кэролайн, допивая последний пакет крови из холодильника. — Ты вампир, любимая, — напомнил ей Клаус, садясь в постели. — Тебя не может тошнить. — Ну, а мне хочется, — Кэролайн села на кровать. Она убедила его остаться с ней, а не ночевать где-то в другом месте. Ребекка была в комнате для гостей, а Генри крепко спал в своей кроватке. — В конце концов, тебе не придется пить так много крови, чтобы полностью контролировать себя. Через некоторое время тяга не будет такой сильной. — Клаус? — М? — Ты хочешь, чтобы я пила из вены? — спросила Кэролайн. Клаус непонимающе посмотрел на неё. — Я имею в виду, ты считаешь, что мне стоит это делать? — Лично я думаю, что это сделает тебя сильнее, но я не хочу, чтобы ты делала то, что не хочешь, — ответил Клаус, и Кэролайн прикусила губу. — Я могу стать потрошителем… как Стефан? — Стефан намеренно лишает себя человеческой крови, этого достаточно, чтобы свести с ума любого вампира, — ответил Клаус. — Ты пьешь человеческую кровь из пакетов, ты не потеряешь контроль, как он. Тебе интересно попробовать кормиться из вены, дорогая? — Ну да, в конце концов, я теперь вампир» — Хорошо, — сказал Клаус, закатывая рукав и обнажая запястье. — Вперёд, попробуй. — Ты? — растерянно спросила Кэролайн. — Если ты хочешь узнать, каково это — пить из вены, лучше пусть это буду я, чем какой-нибудь незнакомец с улицы, которого ты случайно осушишь, — сказал Клаус, и Кэролайн прикусила губу, бросив взгляд в сторону спящего Генри. — Он спит, как ты, дорогая. Очень крепко. — Хорошо, — сдалась Кэролайн, — но останови меня, если я потеряю контроль. — Я обещаю, — сказал Клаус, — давай. Кэролайн нерешительно приблизилась к его запястью и, дрожаще вздохнув, вонзила клыки в светлую кожу. Боже, его кровь была вкуснее, чем все, что она когда-либо пробовала в своей жизни. Она была богата на вкус, сладкая и тёплая на языке. — Не истощай меня, — со смешком сказал Клаус, наблюдая, как девушка делает один глоток за другим, блаженно закрыв глаза. Кэролайн моментально остановилась и выпустила его запястье из хватки. Она облизнула губы, и он протянул ей салфетку. — Ну? — Намного лучше, чем из пакета. Твоя кровь очень вкусная, — сказала Кэролайн, вытирая рот. Она зевнула и положила голову на подушку. Внезапно у Клауса зазвонил телефон, и девушка подскочила, ожидая, что Генри начнет плакать. — Как я уже сказал, любимая, как только он выспится, он проснётся, а так его ничем не разбудишь, — сказал Клаус и ответил на звонок. — Кол, ты видел, который час? — Кэролайн прыснула со смеху, зажимая рот ладонью. Он говорил как настоящий отец. — Что? — Клаус казался удивленным, и Форбс с любопытством посмотрела на него: — Хорошо. Привезите ее в наш старый дом, — он повесил трубку. — Кол и Элайджа нашли ее. — Так быстро? — Кол — очень хороший следопыт. Они схватили Татию и должны привезти ее завтра. Ты готова к этому? — Да, — сказала Кэролайн, — я хочу быть там. Я хочу помочь убить ее, — она посмотрела на Генри. — Стоит ли нам говорить об убийстве людей в его присутствии? — Он не возражает, — Клаус пожал плечами. Кэролайн закатила глаза. — Ну, ему стоит к этому привыкнуть, ты ведь его отец, — сказала она, и на этот раз Клаус закатил глаза. Кэролайн улыбнулась. Это было мило. Они вдвоем сидели и подшучивали друг над другом, пока Генри спал. Прямо как семья. — Клаус? — М? — Я… я… действительно устала. — Ну, тогда давай поспим, завтра важный день, — сказал Клаус, и Кэролайн выключила свет, но долго не могла заснуть, сотни мыслей крутились в голове.