Only Human

— Все видят, что я беременна, — сказала Кэролайн, когда они с Клаусом проходили сквозь толпу. — Ты всего на втором месяце, дорогая, — сказал Клаус, о чем тут же пожалел, потому что его одарили свирепым взглядом. — Мои лифчики больше не подходят, а это платье было гораздо свободнее, когда я его покупала, — сказала Кэролайн, и Клаус хотел улыбнуться, но сдержался. Это только разозлило бы ее еще больше. — Я должна выйти на сцену перед всем городом, и все они узнают, что я залетела. — Кэролайн, ты выйдешь на сцену всего на секунду, чтобы объявить новую Мисс Мистик-Фоллс. Расслабься, никто ничего не поймёт. Обещаю, — сказал Клаус, и Кэролайн улыбнулась. — Мне пришлось надеть балетки, — проворчала девушка. — Наверное, мне придется на некоторое время попрощаться с каблуками. — Ты выглядишь сногсшибательно, любимая, не позволяй себе думать иначе. Вместо того, чтобы обнять его или поцеловать, Кэролайн раздраженно рыкнула. — Перестань быть таким… идеальным! — сказала Кэролайн и потопала прочь. Клаус сделал глубокий вдох. Он знал, что это только начало и дальше будет хуже, но, конечно же, пошел за ней. Он никогда ее не оставит.

***

— Просто сделай глубокий вдох, любимая, — сказал Клаус Кэролайн, которая выглядела так, словно вот-вот взорвется. — Ты забрал ее? — сказала она Деймону как можно спокойнее. — Ты должен был поговорить с ведьмой, а не красть Шарлотту! — Кэролайн пыталась говорить тише, но ее трясло от гнева. — Я… — Остынь, мамочка-вампир, мы все знаем, что рано или поздно это должно было случиться. Представилась возможность, и я ею воспользовался. Под внушением ведьма сказала, что род Петровых могущественен и что они планируют избавиться от всех вампиров. Что-то подсказывает мне, что их план плохо кончится для Шарли, — Деймон пожал плечами и продолжил: — Кроме того, она слишком доверчива и совсем не сопротивлялась. Очевидно, у нее плохое воспитание, раз она садится в машину к незнакомцам. — Она похожа на Елену и доверяет всем подряд! — Кэролайн повысила голос. — Разве ты не помнишь, как Елена пригласила тебя в дом? Даже если ты прав насчет их плана, ты все равно похитил ее, — она повернулась к Клаусу: — Я поговорю с ней, я не могу… Я просто… Я разберусь с тобой позже, Сальваторе, — ей хотелось плакать, ведь у девочки кардинально изменится жизнь из-за них.

***

— Привет, дети, — сказала Кэролайн Генри и Шарлотте, которые играли на улице. — Привет, мам, — мальчик улыбнулся. — Здравствуйте, миссис Майклсон, — вежливо поздоровалась Шарлотта. Миссис Майклсон. Кэролайн неловко улыбнулась. — Зови меня Кэролайн, — сказала она. — Я не знаю, с чего начать. Я уже прошла через это однажды, и мне было тяжело это принять, но ты заслуживаешь знать. Генри и Кэролайн переглянулись, и мальчик понял, что его мать хотела рассказать Шарлотте правду. — Что происходит? — спросила девочка. — Иди сюда, — позвала Кэролайн, и Шарлотта послушно подошла. — Посмотри на меня, милая. — Да, — растерянно ответила она, прошло так много времени с тех пор, как кто-то называл ее так. Это было приятно. — Нет, посмотри внимательнее, — повторила Кэролайн. Шарлотта вгляделась в лицо женщины и, к собственному удивлению, поняла, что та намного моложе, чем ей казалось. Как у нее мог быть десятилетний ребенок? — Я мать Генри, и я никогда не состарюсь, — сказала Кэролайн так мягко, как только могла. — В этом мире много тайн, и я хочу посвятить тебя в секрет, который знают очень немногие. Мне нужно, чтобы ты была храброй. Ты справишься? — Да, — уверенно ответила Шарлотта. — Узнаю огонь Петровой, — донесся голос с заднего двора. — Елена, — сказала Кэролайн, — я хотела сделать это одна. — Она — моя семья, — возразила Елена. — Семья? — удивлённо переспросила Шарлотта, и Елена улыбнулась. — Да, и тебе не нужно бояться. Шарлотта почему-то и так не испытывала страх. Эта женщина, Елена, была очень похожа на нее. Она взяла ее за руку. Клаус наблюдал из окна, как Кэролайн и Елена рассказывали Шарлотте правду о сверхъестественном. Он привык к тому, что люди его боялись, но надеялся, что девочка не отвергнет Генри. Клаус не хотел, чтобы его сын когда-либо испытывал это чувство.

***

Шарлотта заплакала, но не от страха. Она узнала, что женщина, которая все это время выдавала себя за ее тетю, оказалась чужим человеком. Бриджит, так ее звали, нельзя доверять детей. Ее ребенок просто сел в машину к незнакомцу. — Мы не позволим, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — пообещала Кэролайн, вытирая слезу со щеки девочки. — Мы позаботимся о тебе, — Шарлотта кивнула. — Ты, кажется, устала, не хочешь пойти прилечь? — Шарлотта снова кивнула. — Я отведу ее, — сказала Елена и повела ее в дом. — Так из-за нее весь этот переполох, — сказал Генри после того, как они ушли. — Ты сын своего отца, — сказала Кэролайн. — Неудивительно, что тебя привлекла Петрова. — С Шарлоттой все будет в порядке? — спросил Генри. — Да, — сказала Кэролайн. — Мне есть что обсудить с ее так называемой семьей.

***

— Почему я не могу пойти домой? — спросила Шарлотта. — Я никому не скажу, клянусь. — Потому что это небезопасно, — мягко сказала Елена. — Теперь почему ты сказала Генри, что твои родители умерли, когда ты была маленькой? Ведь они умерли шесть месяцев назад, и именно тогда ты начала жить с Бриджит. — Я не хотела, чтобы все меня жалели. Я подумала, что если скажу, что они умерли давно, все подумают, что я смирилась с этим и оставят в покое. — Я тоже потеряла своих родителей, — сказала Елена. — Мне было очень тяжело. Я так по ним скучаю. — Я тоже, — сказала Шарлотта, глаза заблестели от слез. — Я не знаю, что делать. Елена обняла ее, и Шарлотта сразу почувствовала себя лучше. Девушка напомнила ей ее мать. — Все будет хорошо, милая, — сказала Елена, девочка тихо плакала. — Генри знал, кто я? — спросила Шарлотта, когда они отстранились друг от друга. — Вот почему он подружился со мной и подарил мне его? — Шарлотта показала ожерелье. — Нет, Генри никогда бы так не поступил, — заверила ее Елена. — Ожерелье? Оно очень особенное. Это значит, что ты для него важна, — Шарлотта покраснела. — Мне жаль, что тебе приходится оставаться здесь, но это для твоей же безопасности. — Меня похитили, чтобы спасти. — Деймон немного… импульсивен, — сказала Елена, — но он хороший. — Он твой парень? — спросила Шарлотта, и Елена вздохнула. — Один из них, — сказала Гилберт, и Шарлотта округлила глаза. — Шучу, ты можешь сохранить еще один секрет? — Шарлотта кивнула. — Я встречаюсь с дядей Генри, Элайджей, но ты никому не говори, хорошо? — Хорошо.

***

— Что дальше? — спросил Кол. — Мы украли девочку, ведьмы придут за ней. Убьем их? — Нет, — ответила Кэролайн. — Кэролайн, я знаю, тебе не нравится сама идея убийства… — Дело не в этом, у этих женщин есть дети, — перебила Кэролайн. — Я… я не могу так поступить с детьми. — Так что, мы должны заключить с ними мир? — спросил Деймон. — Они хотят убить нас. — Нет, мы поступим по-другому, — сказала Кэролайн и повернулась к Эстер. — Эстер. — Мы лишим их способностей, — сообщила Эстер. В комнате воцарилась тишина. — Ты можешь это сделать? — сказал Стефан, и Эстер кивнула. — Это займет время, — сказала ведьма. — Мы с Бонни работали над планом, и с помощью гримуара Аяны у нас должно получиться. Возможно, нам понадобится помощь Генри. — Я помогу, — крикнул Генри с лестницы. — Ты должен спать, — сказала Кэролайн. — Я хочу помочь, — Генри спустился. — Эти ведьмы похитили меня и пытаются использовать Шарлотту, чтобы навредить моей семье. Я не позволю им этого сделать. — Дайте нам минутку, — сказал Клаус, и все вышли. — Это слишком рискованно, ты не можешь помочь. — Папа… — запротестовал Генри. — Генри, это опасно, — возразил Клаус. — Могут быть потеряны жизни. Я не хочу, чтобы ты пострадал. Генри понял намек. Его отец хотел, чтобы он не вмешивался и не рисковал вызвать проклятие оборотня. — Ты слишком молод. — Я хочу помочь, — сказал Генри. — Ты можешь помочь с заклинанием, но после этого ты уйдёшь, понял? — сказала Кэролайн. — Ты заберешь Шарлотту и уйдёшь. Мы найдем вас позже. Беги, Генри, и не останавливайся.

***

— Ты снова будешь ругаться, если я решу здесь спать? — спросил Клаус. — Делай что хочешь, мне все равно, — ответила Кэролайн. — Просто… они придут за ней, и люди могут пострадать. — Любимая, этого не случится, — сказал Клаус, и Кэролайн посмотрела на него. — Как ты можешь быть в этом уверен? — Ну, Кол умрет прежде, чем что-то случится с Бонни, Элайджа защитит Елену, Ребекка — Мэтта, — начал Клаус. — Деймон и Стефан довольно хороши в драке, но не говори им, что я это сказал. Тайлер тоже. Моя мать может сама о себе позаботиться. Что касается тебя и Генри, я бы никогда никому не позволил прикоснуться к вам. Тебе нечего бояться, дорогая. — Спасибо, — мягко сказала Кэролайн, как много лет назад в школьном коридоре.

***

Эстер, Бонни и Генри стояли перед черным котлом. — Нам серьезно нужен котел? — спросил мальчик. Он думал, что так делают только в кино. — Да, — ответила Эстер, — лишение ковена магии отнимет много сил. Если мы выпьем зелье, это поможет. — Так вот почему нужно добавить в него нашу кровь? — спросил Генри. — Да, Генри. Кровь — это сила, ты это знаешь. — Да, сейчас больше, чем когда-либо, — он фыркнул. — Ты сам хочешь это сделать или мне? — спросила Эстер. — Я могу это сделать, — сказал Генри и уколол палец. Он поморщился, но капнул кровь в смесь ингредиентов. Бонни и Эстер сделали то же самое. — Ничего нет сильнее, чем кровь Беннет и Майклсон, — сказала Эстер, помешивая. После этого она разлила смесь по трем стаканам. — Наши силы будут приумножены. Вместе мы сможем сотворить заклинание, которое лишит их магии. — Значит, все соберут ведьм в одном месте, в доме, а мы снаружи выполним заклинание? — уточнила Бонни, и Эстер кивнула. — Заклинание лишит магии любого, кто находится в доме. Нас оно не коснется. Наша магия в безопасности. Ты готов, Генри? — Да, — решительно сказал он. — Я защищу свою семью.

***

Ведьмы достаточно скоро прибыли к их особняку. Кэролайн пришлось удерживать себя от нападения. Идиотки думали, что смогут справиться с ними. Пятнадцать ведьм были ничем по сравнению с их силой. Тем не менее, они были матерями, и Кэролайн не могла отнять у невинных детей их родителей. Кроме того, заклинание лишило бы силы не только их, но и их потомков. Ведьмы сначала использовали заклинание, вызывающее аневризму, но первородные слишком стары, чтобы оно могло подействовать на них, а Кэролайн и Елена были обучены, чтобы не поддаться ему. Стефан, Деймон и Тайлер упали, но относительно быстро взяли себя в руки. Ведьмы на это не рассчитывали, и их легко загнали в дом. Бонни, Эстер и Генри приступили к заклинанию. Кэролайн заметила, что у сына пошла кровь из носа, и попыталась подойти к нему, но Клаус остановил ее. Мешать ему сейчас было слишком опасно. Он мог напасть на нее, будучи потерянным в магии, а Генри был достаточно силен, чтобы причинить ей боль. Как только заклинание было выполнено, мальчик схватил Шарлотту и убежал. Ведьмы закричали. Лишиться магии — штука болезненная. Кэролайн только надеялась, что Генри убежал достаточно далеко, чтобы не услышать их. Он не любил причинять людям боль. Как только все закончилось, Кэролайн и остальные вошли в дом и предстали перед ковеном. — Давно не виделись, Кейт, — сказала Кэролайн лидеру ковена. — Будь благодарна, что вы сейчас не мертвы. — Почему… почему… вы не убили нас… — произнесла Кейт, тяжело дыша. — Потому что, в отличие от тебя, у меня есть сердце, — прорычала Кэролайн. — Уходите, пока мы вас не убили. У вас больше нет сил, и мы увезем Шарлотту туда, где вы ее никогда не найдете. Дважды я пощадила вас. Не ждите больше от меня великодушия. Идите. Ведьмы выскочили на улицу, но Бриджит задержалась. — Скажи Шарлотте, что я… скажи ей, что я действительно пыталась заботиться о ней, — сказала Бриджит и тоже ушла. Кэролайн вздохнула, и Клаус подошел и обнял ее. — Я надеюсь, Генри не убежал слишком далеко, — сказала она.

***

— Мы на границе города, — сказала Шарлотта, глядя на табличку «Добро пожаловать в Мистик-Фоллс». — Как мы сюда попали? Генри схватил ее и взвалил себе на спину. Он был очень сильным и очень быстрым. Шарлотта просто схватилась за него и закрыла глаза. — Я очень быстрый, — сказал Генри с улыбкой, на щеках у него появились ямочки. Шарлотта наклонилась вперед, быстро чмокнула его в губы и отстранились. Генри округлил глаза, а девочка хихикнула, увидев выражение лица Майклсона. — Почему ты так улыбаешься? — спросил его отец пару минут спустя. — Просто, — ответил Генри.

***

Теперь, когда с ведьмами все было решено, надо было позаботиться о Шарлотте. — Что нам делать? — спросила Кэролайн. — Должна ли она остаться с нами. Она просто девочка. У нее нет таких способностей, как у Генри. Шарлотта не сможет защитить себя в нашем мире. — Я знаю, где она будет в безопасности, — сказала Елена, вмешиваясь в разговор. — Где? — С человеком, который давным-давно вышел из игры.

***

Генри учил Шарлотту управлять мечом, когда во двор вошел дядя Джереми. Мальчик обрадовался. Он не очень часто виделся с Джереми, тот жил в Калифорнии с женой и сыном. Генри подбежал к нему и обнял. — Привет, приятель, — сказал Джереми, а затем посмотрел на Шарлотту. Она действительно была немного похожа на Елену. — Привет, я Джереми. Брат Елены. — Привет, — тихо сказала девочка. — Последние несколько дней были сумасшедшими, да? — спросил Джереми, и она кивнула. — Генри, ты не мог бы оставить нас на минутку?

***

— С ним она будет в безопасности, — сказала Елена. — Он может защитить ее, но в то же время она будет жить нормальной жизнью, — Гилберт посмотрела на Генри, который уныло повесил голову. — Мне жаль, Генри. — Я хочу, чтобы она была в безопасности, — пробормотал Генри, и Елена поцеловала его в макушку. Он выглянул в окно и увидел, что Джереми и Шарлотта все еще разговаривают. Она смеялась. Дядя Джереми хорошо о ней позаботится. Шарлотта будет любима.

***

Джереми провел с ней неделю, разговаривая с Шарлоттой и заставляя ее привыкнуть к нему. Она не могла уехать жить с незнакомцем. Он рассказал ей о пляже, о солнце и о том, как прекрасна Калифорния. Джереми работал учителем рисования, а его жена Эйприл была домохозяйкой, которая уже очень хотела познакомиться с ней. Их сын Грейсон не мог успокоиться, с нетерпением ожидая сестру. Прощание выдалось тяжелым. Шарлотта решила жить с Джереми. Он был хорошим человеком, и она мечтала о любящих родителях. — Пока, Генри, — сказала Шарлотта. — Я сохраню твое ожерелье. — Хорошо, возможно, когда-нибудь я захочу его вернуть, — сказал Генри, и Шарлотта рассмеялась. Он крепко обнял ее. — До свидания.

***

Генри нечасто злился. Он вполне контролировал свой темперамент, но переезд Шарлотты сильно повлиял на него. Она не должна быть вовлечена в сверхъестественное. Хорошо, что она уехала, теперь ей ничего не угрожало. В то же время Генри не знал, увидит ли он ее снова. Обещания легко нарушаются, и кто знал, куда их заведет жизнь? Теперь она была за тысячи километров от него. Генри взял футбольный мяч и швырнул его в дерево. Он ударил с такой силой, что тот застрял в стволе. Он сжал кулаки, дыхание участилось. Ему захотелось ударить кого-нибудь, чего раньше никогда не было. — Генри? — позвал отец. Генри проигнорировал его, взял бейсбольный мяч и бросил. Он сломал ветку в полете. — Генри, прекрати. Но он не слушал. Генри огляделся в поисках чего-нибудь еще, что можно было бы уничтожить, когда отец обнял его и прижал к груди. Генри пытался высвободиться из крепкой хватки, но это было бесполезно. — Успокойся, сынок, успокойся. В итоге Генри сдался и обессилено обмяк в объятиях Клауса. Они вдвоем постояли так некоторое время, Кэролайн же наблюдала за ними у окна, по щеке скатилась слеза.

***

— Спокойной ночи, милый, скоро тебе станет легче, — сказала Кэролайн и поцеловала Генри в лоб. Последние два дня были напряженными. Генри взял ее за руку. — Ты никогда не рассказывала мне историю ее создания, — сказал он, проводя пальцем по татуировке колибри на правом запястье. — Почему колибри? — Я так и не ответил на твой вопрос, — сказал Клаус, и Кэролайн остановилась, — думал ли я когда-нибудь о том, чтобы стать человеком, — девушка выслушала его историю о колибри, борющейся за жизнь, и о том, как сильно это его тронуло: — Сейчас. — Сейчас? — в шоке переспросила Кэролайн. — Да, отцовство заставило меня задуматься о том, чтобы взрослеть вместе со своим ребенком, — сказал Клаус, и Кэролайн мягко улыбнулась. Она взяла его руку и положила себе на живот. Клаус прислушался к быстрому сердцебиению ребенка, которое походило на трепет крылышек колибри. Он наклонился и поцеловал девушку, все еще держа руку на животе. Они не заметили, как на них все смотрели, их секрет раскрыт, но им все равно. — Здорово. Ты круто рассказываешь истории, мама. — Не так хорошо, как твой папа, — сказала Кэролайн. — Именно после этого момента я полюбила слушать его истории. У него их так много. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — сказал Генри, и она выключила свет.

***

— Как он? — спросил Клаус, когда Кэролайн вошла в спальню. — Ему впервые разбили сердце, так что не очень хорошо, — сказала она со вздохом. — С ней все будет хорошо. Ему не нужно беспокоиться. — Но ее больше нет рядом… Так что ты планируешь делать? — Что ты имеешь в виду? — Ты будешь следить за ее родословной, чтобы узнать, появится ли еще один двойник через пятьсот лет? — устало спросила Кэролайн. — Я не знаю, — честно сказал Клаус. — Пока давай просто проследим, чтобы девочке не причинили вреда. — Я видела тебя с Генри сегодня вечером, я знаю, что не часто говорю тебе это, но ты правда очень хороший отец. Я боялась, что потеряю тебя. — Любимая, этого не случится, — сказал Клаус, беря ее за руку. — Я слишком долго боролся за тебя, я не отпущу тебя. Ты и Генри очень много значите для меня. — Мне действительно нужно было это услышать, — сказала Кэролайн, а затем опустила взгляд. — Генри спрашивал о колибри. — Да? Я помню тот день. Мы ругались, как старая супружеская пара. — Да, и я ещё была беременна, так что это было еще веселее, — сказала Кэролайн, улыбнувшись. — Мне пришлось пить воду, пока ты пил шампанское. — Нет, я пил с тобой воду, — напомнил ей Клаус. — Верно, ты и твое идеальное «я» пили со мной воду, потому что мне нельзя алкоголь, — сказала Кэролайн. — Ты рассказал мне прекрасную историю, которая заставила меня растаять. Ты помнишь, почему я сделала татуировку? — Ты сделала ее, после того как я в первый раз попросил тебя выйти за меня замуж, ты сказала, что не готова, но этим показала, что предана мне. — Да, — Кэролайн кивнула, а затем выпалила в типичной для Кола манере: — Женишься на мне? — Что? — переспросил Клаус, не зная, правильно ли ее расслышал. — Женишься на мне? — повторила Кэролайн. — Да… хорошо, — сказал Клаус, потому что не мог придумать, что еще сказать. — Хорошо.