Only Human

Это случилось, когда Генри было шестнадцать лет. Каждый сделал все возможное, чтобы предотвратить это. Вокруг него было так много сверхъестественных существ, что Генри не нужно было лишать кого-то жизни и активировать проклятие. У судьбы, однако, были другие планы. — Где твои родители? — спросил Бен. Он не видел их с тех пор, как приехал утром. — Мама на совещании, а папы нет дома… я не знаю, чем он занимается. Главное, что это приносит ему много денег, — ответил Генри, и друг рассмеялся. — Чем хочешь заняться? — У меня есть идея, но мы должны подождать до вечера, — сказал Генри, и Бен улыбнулся. Его друг умел веселиться.

***

— А твои родители не услышат нас? Когда мы тайком уйдем? — прошептал Бен. — Нет, мои родители ночью заняты другими делами, — сказал Генри, скорчившись. — Эта группа потрясающая, и их единственный концерт на этой неделе — сегодня вечером. — Почему ты просто не отпросился у родителей? — спросил Бен. — Мама не любит, когда я гуляю один, а идти на концерт с родителями я точно не хочу, — ответил Генри. — О. Он помнил, что мама Генри очень красивая, но он давно ее не видел, лишь слышал иногда голос. Бен очень удивился, когда Генри без проблем прошел в модный клуб, где гремела музыка. Вскоре оба мальчика уже кивали в такт, и Бен был вынужден признать, что группа довольно хороша. Он только надеялся, что их не поймают. Его мама тогда не разрешит общаться с Генри. Как только концерт закончился, они поспешили к дому Майклсонов. Но внезапно Генри остановился. — Не двигайся, — сказал он. — Почему? — спросил Бен и тут же почувствовал, как что-то острое впилось в шею.

***

Генри жил в Нью-Йорке. Опасное место, но у него была магия, так что он был уверен, что ничего страшного не случится. Ему говорили, что свою самоуверенность он унаследовал от отца. Они оба считали себя непобедимыми, в отличие от Кэролайн. — Отпусти его, — прорычал Генри, но нападавший только улыбнулся. — Только если ты отдашь мне все деньги, красавчик, — сказал он, — и часы. Бен посмотрел на Генри в полном ужасе. Майклсон почувствовал себя виноватым. — Хорошо, только сначала отпусти друга. — Ты не в том положении, чтобы ставить мне условия, — сказал грабитель и крепче прижал лезвие к шее Бена, пуская кровь. — Последний шанс, — предупредил Генри. — Отпусти его. — Нет, — сказал он, явно недооценивая парня. Генри был сильнее и быстрее, чем казался. Вместо того чтобы оттолкнуть мужчину от Бена, он впечатал грабителя в стену, разбив ему голову о кирпич. Парень в шоке смотрел на кровь, он не хотел так сильно его ударить. Генри всегда недооценивал свою силу. Он знал, что это значит. Майклсон закричал, хватаясь за голову. — Генри! Генри, что случилось? — подбежав, спросил Бен. — Беги, убирайся отсюда. — Нет, что происходит? — спросил Бен, и Генри посмотрел на него. Друг ахнул, увидев, как его глаза загорелись золотым. Бен отступил, не зная, как реагировать. Генри снова вскрикнул от боли. — Давай, — сказал он, подходя и давая ему опереться на себя. — Пошли. Мистер Майклсон! — закричал Бен, как только зашел в дом. Генри повис на нем, потеряв сознание. — Помогите! Клаус и Кэролайн в мгновение ока оказались на первом этаже, забрали Генри у Бена и уложили его на пол. — Что случилось? — спросила Кэролайн, и Бен внимательно посмотрел на женщину, которая совсем не постарела с тех пор, как он видел ее десять лет назад. — Бен, что случилось?! — Мы шли с концерта, и кто-то напал на меня, Генри оттолкнул его, и мужчина врезался в стену, — объяснил Бен. — Внезапно у Генри начала болеть голова, а его глаза… его глаза стали желтыми. — О Боже, — Кэролайн со слезами на глазах посмотрела на сына. — Нет, мой малыш, нет, — она положила голову Генри к себе на колени. — Мой бедный малыш. — Что случилось? — беспомощно спросил Бен. — С ним все в порядке? — Бен, мне нужно, чтобы ты поднялся наверх и оставался там, хорошо? — сказал Клаус так спокойно, как только мог. — Переночуешь у нас. — Хорошо, — сказал Бен и пошел в комнату Генри. Он остановился на лестнице и увидел, как Клаус и Кэролайн со страхом в глазах осматривают сына. Что произошло? Кем или чем они были?

***

— Привет, — сказал Генри, постучав в дверь утром. Бен сел и посмотрел на него. Он выглядел лучше, его глаза были нормальными, но задумчивыми. — Что случилось? — спросил Бен. — Я оборотень, — откровенно сказал Генри, и друг рассмеялся. — Да, конечно, — он ни на секунду не поверил ему. — Что случилось? У тебя эпилепсия? Ты можешь рассказать мне. — Я еще и ведьма, — сказал Генри, закрывая дверь. — Чувак, перестань валять дурака, — сказал Бен. — Что случилось? — Генри встал и закрыл окно. — Что ты делаешь? — Ты хочешь узнать? — Ну да, но ты говоришь об оборотнях и прочем дерьме, так что да, я хочу знать, — ответил Бен. — Ты сам напросился, Бен, я ведьма. — Ты что-то принимаешь? Генри закатил глаза. — Смотри внимательно, — сказал Генри, взял одну из подушек и разорвал ее, как будто это была бумага, а не ткань. — А твоя мама не рассердится? — Просто смотри, — сказал Генри. — Родители разрешили мне рассказать тебе, но если ты не можешь справиться с правдой, скажи мне прямо сейчас. — Чувак, серьезно, просто скажи все как есть, — сказал Бен, начиная расстраиваться. Генри ухмыльнулся. — Как я уже сказал, я ведьма, и я докажу тебе, — сказал парень, но Бен думал, что он сошел с ума. Генри положил руку поверх перьев, и, подняв ее, потянул их за собой. Бен выпучил глаза, раскрыв рот от удивления. — Я также использовал иллюзорное заклинание, чтобы пройти на концерт. — Ого, круто. — Правда? — Генри нервничал. — Да, удивительно, я читал о таком в книгах, — в шоке прошептал Бен, все еще обдумывая увиденное. — С каких это пор ты читаешь? — сказал Генри с улыбкой, и друг рассмеялся. Внезапно выражение лица парня стало по-настоящему серьезным. — Генри? Но парень молчал, погруженный в мысли. — Я оборотень. — Генри? — Обращение мучительно болезненное, — сказал парень. — Все кости переломаются. Я даже представить себе не могу, насколько это больно. Все еще хочешь быть моим другом? — Конечно, чувак, — сразу ответил Бен, — мы неразлучны с шести лет. Все… это, конечно, невероятно, но ты мой лучший друг, — Генри кивнул, ему сразу стало легче, словно с его плеч свалилась огромная ноша. Он ненавидел лгать Бену все эти годы. — Мы же не будем… обниматься, верно? — Нет, нет, — ответил Бен, но затем спросил: — Что случилось с твоими родителями? Почему твоя мама все еще молодая и привлекательная? — Офигел? — воскликнул Генри, но Бен ухмыльнулся, что говорило, что это лишь шутка. — В другой раз. Я не думаю, что ты выдержишь.

***

— Я все время буду с тобой, — пообещал Клаус Генри. — Я тоже, — сказала Кэролайн. — Не волнуйся, если ты меня укусишь, отец исцелит. Мы тебя не оставим, — Генри кивнул, и вампирша взяла его за руку со слезами на глазах. — Мама? Кэролайн покачала головой. — Мне очень жаль, Генри, что я не смогла защитить тебя. Парень обнял мать. — Со мной все будет хорошо, ведь папа будет рядом. К тому же я сам виноват. — Нет, это моя вина. Я твоя мать, я должна была предотвратить это, — сказала Кэролайн, прижимая к себе сына. Генри посмотрел на отца, у которого было такое же страдальческое выражение лица. Он тоже испытывал сильную вину. Генри отпустил мать. — Мы знали, что это может случиться, — утешал родителей Генри. Он не хотел, чтобы они чувствовали себя виноватыми. Он тайком ушел на концерт. Если бы он остался дома, то ничего бы не случилось. — Мы надеялись, что этого не произойдет, — сказала Кэролайн, погладив его щеку. — Пора, — сказал Клаус, и девушка всхлипнула, в то время как Генри выпрямился и расправил плечи. — Я готов.

***

— Разве меня не нужно заковать в цепи? — спросил Генри. — Дядя Тайлер так делал. — Но у него не было меня, — сказал Клаус. — Я могу остановить тебя, если ты выйдешь из-под контроля. Кроме того, вокруг никто не живет. — Верно, — сказал Генри, оглядываясь. Отец владел парой акров земли в сельской местности Нью-Йорка. Поскольку Клаус был гибридом, он мог обращаться, когда хотел, поэтому в форме волка мужчина направлялся именно сюда. — Я знаю, ты напуган, — сказал Клаус. — Я тоже был напуган. Во время первого обращения я понятия не имел, что происходит. Я был с Элайджей и Ребеккой, и они пытались помочь, но ничего не могли сделать. Когда я обратился, открылся страшный секрет матери, и тогда всем было не до меня. — Хорошо, — сказал Генри, в очередной раз радуясь, что у него есть отец. — Это не так больно. Просто следуй за мной, и с тобой все будет хорошо. И… и не беспокойся ни о чем, я обо всем позабочусь. — Что может случиться? — спросил Генри. — В форме волка ты можешь себя не контролировать, и кто-то может зайти на нашу территорию. Но я буду присматривать за тобой. — Я тоже, — сказала Кэролайн, подходя к нему. — Сначала обратишься ты, а потом я, — сказал Клаус. — Мы будем рядом с тобой. Кэролайн взяла его за руку и сжала пальцы. Спустя время началось. Генри опустился на колени и схватился за голову. — Генри, посмотри на меня. С тобой все будет хорошо. Генри закричал. — Мамочка! — Я здесь, — сказала Кэролайн, поглаживая его по спине. В глазах стояли слезы. Она посмотрела на Клауса, который тихо разговаривал с Генри и держал его за руку. Парень снова закричал. Кэролайн изо всех сил старалась сдержать слезы, но сердце разрывалось от боли. Кэролайн лежала в постели, потирая живот. Клаус ушел, и она впервые за долгое время осталась одна. Она на шестом месяце беременности, и по мере приближения срока родов росло ее волнение. Клаус был идеален. Он действительно старался, и Кэролайн любила его… Она почувствовала пинок и улыбнулась. Удивительно, как сильно она полюбила этого ребенка, а ведь он еще даже не родился. Кэролайн с нежностью продолжила поглаживать живот, успокаивая себя и ребенка. — Папа, — всхлипнул Генри. — Я с тобой, сынок, — сказал Клаус, стараясь не морщиться от треска костей. У Генри начали формироваться клыки, тело менялось. Ждать осталось недолго. — Кэролайн? — Да, — ответила она, не отводя взгляда от Генри и поглаживая его по спине. — Сейчас, — предупредил первородный, и Кэролайн кивнула. Она отступила на несколько шагов. Кости парня перестроились, тело покрылось шерстью, а зубы заменили острые клыки. Кэролайн с трепетом посмотрела на сына. Он был белым волком. Клаус с изумлением изучал облик сына, белый волк был большой редкостью. Он никогда не видел оборотня такого окраса, лишь слышал легенды старых волков. Генри открыл глаза и посмотрел на них. На пару уставились два голубых озера, а не жидкое золото. Клаус сразу начал трансформироваться, это не заняло много времени. Генри же тем временем заметил Кэролайн и недовольно рыкнул. — Послушай мой голос, — сказала она. — Это я, твоя мама. Но Генри это не успокоило. Он чувствовал присутствие вампира, и ему это не нравилось. Но внезапно перед ним встал другой волк, загораживая Кэролайн. Оборотни переглянулись, словно что-то решали, и сорвались с места в лес. Кэролайн вздохнула с облегчением, но на руке виднелся красный след от укуса Генри. Она вылечит его позже, когда мальчики вернутся. — Привет, — произнес чей-то голос, и Кэролайн обернулась и увидела Ребекку, Мэтта, Кола, Бонни, Элайджу и Елену. — Вау, я не слышала, как вы подошли, — сказала Кэролайн, вытирая глаза и опуская рукав. Ребекка улыбнулась и села рядом с ней на землю. Все последовали ее примеру, молча ожидая возвращения Генри и Клауса.

***

Генри проснулся от лучей солнца, что упрямо светили в лицо. Разлепив глаза, он увидел отца, прислонившегося к дереву. Тот улыбнулся и бросил ему чистую одежду. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Клаус. — Рад, что все закончилось, — ответил Генри, одеваясь. — Обращение, конечно, болезненное, но затем… мне очень понравилось ощущать себя волком. — Да, если ты примешь себя и не будешь сопротивляться при обращении, ты получишь только удовольствие от процесса. — Я кому-нибудь навредил? Я почти ничего не помню. — Нет, — сказал Клаус, — мы просто бегали по лесу. — Я должен проходить через это каждый месяц? — спросил Генри, хотя и знал ответ. — Прости, у меня сердце разрывалось от вида, как тебе было больно, — сказал Клаус. Генри мягко улыбнулся, подошел и обнял отца, как в детстве, когда ему было шесть. — По крайней мере, у меня есть ты, — сказал Генри и, отстранившись, добавил: — Спасибо, папа. Когда они вернулись домой, вся собравшаяся семья еще спала. Кэролайн проснулась первой. Стоило ей увидеть их, как она бросилась на сына с объятиями, и если бы не обретенная сила оборотня, то он бы точно упал. — О, мой малыш, — Кэролайн крепко обняла его и поцеловала в лоб, щеки и нос. — Я в порядке, мам, правда, — заверил ее Генри, и Кэролайн отстранилась, но не отпустила. В этот момент парень заметил опухший укус на руке. — Мама! — Я в порядке, не волнуйся. — Я укусил тебя! — в ужасе воскликнул Генри. — Ты же не специально, к тому же твой отец может исцелить меня. — Папа, — сказал Генри, поворачиваясь к Клаусу. — Поторопись. — У меня есть идея, — объявил первородный, и Кэролайн нахмурилась. — Моя кровь исцеляет, да, но, может, кровь Генри тоже помогает? Прежде чем кто-либо успел возразить — к этому моменту уже все встали, — Генри когтем сделал разрез на запястье, и выступила кровь. — Что ты делаешь? — спросила Кэролайн. — Пей. Вампирше хотелось отвесить ему подзатыльник. Иногда мальчик вел себя безрассудно. — Генри, это всего лишь теория, — сказал Клаус, не ожидая, что Генри сделает это. — Мам, — он проигнорировал отца, — просто пей. Я волк, и теперь я исцеляюсь мгновенно. Мама. — Нет, нет, я не буду тебя кусать, — запротестовала Кэролайн, но рана на руке и правда начинала болеть. — Мама, я больше не ребенок, — сказал Генри, — я могу сам принимать решения. Если ты этого не сделаешь, я укушу дядю Мэтта, а потом попробую вылечить его. — Эй! — воскликнул Мэтт, но все проигнорировали его. — Мама. — сказал Генри или, скорее, умолял, и Кэролайн вздохнула. — Только один раз, и ты никогда больше так не сделаешь, понял? — сдалась она, взяла сына за запястье и очень нежно укусила. Сделав глоток крови, она отстранилась и поцеловала след от укуса, проследив, как он заживает, прежде чем проверить свою руку. Все они с удивлением заметили, что рана затянулась. — Черт возьми, — сказал Кол, нарушая тишину. — Чего не может этот ребенок? — Эм… Папа сказал, что я белый волк, и еще мои глаза остались голубого цвета. — О, черт возьми.

***

Освободившись, Генри первым делом открыл свой гримуар, который помогала ему составить Эстер, используя свой. Он вспомнил, что раньше читал о белом волке. Белый волк — редкий вид. Этот окрас передается генетически. Оборотни отличаются сильным контролем над своим разумом. Единственный известный белый волк — Николас из соседнего клана. У Генри отвисла челюсть. Николасом звали его деда, отца Клауса.