Only Human

Когда Кэролайн назначили строгий постельный режим, она стала не самой лучшей компанией. Ей было безумно скучно, и она взахлеб смотрела фильмы с Николасом Спарксом и читала любовные романы один за другим. Елена только что ушла, и Кэролайн надеялась, что ее оставят в покое до возвращения Клауса, но она ошибалась. Вскоре в дверях появился Элайджа. — Привет, Кэролайн, — сказал он, входя в комнату. — Пришел поработать нянькой? — спросила Кэролайн с фальшивой жизнерадостностью. Она была на грани срыва из-за чрезмерной заботы. — Как насчет… давай просто скажем, что я пришел в гости, — сказал Элайджа, и Кэролайн закатила глаза. — Можно мне присесть? Кэролайн подумала, что он хочет сесть на стул, но, к ее удивлению, он устроился рядом с ней на кровати. — Что мы смотрим? — Эм… документальный фильм о викингах, — сказала Кэролайн, и Элайджа удивленно посмотрел на нее. — Что? Мне наскучили глупые фильмы. — Ты не против начать с начала? Я хочу посмотреть, насколько правильно были изложены исторические факты. — Тебе не нужно сидеть со мной, — сказала Кэролайн или, скорее, проворчала. — Притворяться, что ты хочешь провести со мной время. Я знаю, что ты здесь лишь для того, чтобы убедиться, что с твоим племянником ничего не случится. Вы все приходите лишь из-за этого. — Ты думаешь, что мы заботимся о тебе из-за ребенка, но это не так, — она открыла рот, но он продолжил: — Вы с Ребеккой по-настоящему подружились. Она все время говорит о тебе. То же самое и с Колом. Они привязались к тебе, Кэролайн, не только к малышу. Что касается меня, то ты пробуждаешь в моем брате что-то такое, что, как я думал, умерло давным-давно, и это было до того, как ты забеременела. Мы все хотим видеть тебя рядом с нами. Глаза защипало, и она вытерла слезы тыльной стороной ладони. — Спасибо, — сказала Кэролайн, и Элайджа обнял ее по-братски. — Ладно, так что насчет викингов? 1492 Кэролайн шла по коридору, когда услышала, как кто-то зовет ее по имени из одной из комнат. — Кэролайн, ты не могла бы зайти сюда на минутку? Мне нужно с тобой поговорить, — сказал Элайджа, и Кэролайн вздрогнула. Это нехорошо. Но она выдохнула и послушно прошла к нему. — Чем я могу помочь? — Мы уже встречались раньше, не так ли? — спросил Элайджа, переходя прямо к делу, и когда девушка не ответила, он повторил: — Не так ли? Кэролайн кивнула. — От тебя ничто нельзя утаить, — сказала она, и Элайджа встал и подошел к ней. — Не могла бы ты напомнить мне, как мы познакомились, потому что я не могу вспомнить. Я помню твое лицо. Откуда я тебя знаю, Кэролайн? Девушка закрыла дверь, чтобы их никто не подслушал. — Мы встречались раньше, — призналась Кэролайн, — но я не могу сказать где. Мне просто нужно, чтобы ты доверял мне. Элайджа усмехнулся. — Доверие должно быть заслужено, моя дорогая, — сказал первородный. — Ты появилась из ниоткуда, ты вампир с сыном-оборотнем, и ты явно что-то скрываешь. Так скажи мне, почему я должен тебе доверять? — Если я скажу тебе, причину нашего пребывания, тогда ты мне поверишь? — спросила Кэролайн. — Я подумаю об этом. — Боль от обращения в оборотня мучительна, я не могу смотреть, как мой сын страдает, — начала Кэролайн. — Но есть заклинание, которое может помочь уменьшить боль, но для него нужна кровь, кровь двойника. В мгновение ока Элайджа оказался прямо перед ней. — Что ты сказала? — спросил он спокойным, но наводящим ужас голосом. — Мне нужна ее кровь, немного, но очень нужна. Как только мы получим ее, ты нас больше никогда не увидишь. — Что еще тебе известно? Кэролайн сглотнула. — Я знаю только то, что известно всем, — она пожала плечами, стараясь вести себя как можно безразличнее. — Вы с Клаусом — первородные вампиры. Клаус пытается снять какое-то проклятие, я не знаю, какое именно. Я знаю, что двойник приедет сюда, и я хочу взять у нее кровь. Но то, что вы сделаете с ней, меня не волнует. Можешь внушить мне, если хочешь. Мне нужна только кровь. Еще раз спасибо Клаусу за уроки лжи и сохранения бесстрастного выражения лица, чтобы не выдать себя. Он хорошо ее обучил. — Только кровь, — повторил Элайджа, и Кэролайн кивнула. — Хорошо, но нам лучше не говорить Клаусу. Он гораздо менее доверчив, чем я. Девушка сдержала фырканье. Разве она этого не знала?

***

Элайджа и Кэролайн вполголоса разговаривали в другом конце коридора, Клаус же наблюдал за ними с прищуром. Она была его гостьей, а не брата, так почему же очаровательная вампирша вдруг стала проводить с ним все свое время? Да, Клаус пытался убить ее, но это уже в прошлом. — Почему ты так пялишься на мою маму? — раздался чей-то голос, выдернув его из задумчивости. Он обернулся и увидел Генри, на лице которого была коварная ухмылка. — Я не пялюсь, — категорично ответил Клаус. — Конечно, — Генри ухмыльнулся еще сильнее. — Тебе что-то нужно? — спросил Клаус. — Я купил меч и подумал, что ты, возможно, хочешь испробовать его? Что скажешь? Клаус оглянулся на Элайджу и Кэролайн. Девушка громко рассмеялась и коснулась руки его брата. — Хорошо, — сказал Клаус, и они вдвоем ушли. — Держи вот так, сынок, — Клаус помог Генри правильно взять пластиковый меч. — Хорошо, попробуй. Генри начал размахивать игрушечным мечом в воздухе. — Не слишком ли рано? — спросила Кэролайн, войдя во двор и увидев ребенка с оружием в руке. — Я учился обращаться с клинком в его возрасте, — сказал Клаус, взяв ее за руку и поцеловав пальцы. — Это было совсем другое время. — Папа, смотри! — Молодец, сынок, — похвалил Клаус, и Генри улыбнулся, на пухлых щеках появились ямочки. Кэролайн улыбнулась, на душе потеплело. Несмотря на все свои сомнения по поводу отцовства, Клаус был замечательным отцом. Генри со вздохом приземлился на задницу, слишком сильно крутанув мечом. — Возможно, ему еще рано, — согласился Клаус, подошел, поднял Генри и понес его в дом, чтобы переодеть, потому что, конечно, сын угодил в грязную лужу. Мальчик был хорош. Действительно хорош. Клаус думал, что обезоружит Генри за несколько минут, но он ошибся. Мальчик словно предугадывал каждое его действие. Они были так поглощены боем, что даже не заметили наблюдающих. — Ты искусен, — сказал Клаус, кружа вокруг него. — Кто тебя научил? — Отец, — ответил Генри, — хватит разговоров. Они еще некоторое время сражались, пока внимание Клауса не привлекла золотая вспышка. Кэролайн стояла в стороне и наблюдала за происходящим с улыбкой на хорошеньком личике. Используя отвлекающий маневр в своих интересах, Генри повалил Клауса на землю и в мгновение ока приставил меч к шее. — А мама научила меня этому, — сказал Генри и затем протянул ему руку. Клаус посмотрел на протянутую ладонь, раздумывая, взять или нет. Наконец гибрид схватил Генри за руку, и тот помог ему подняться на ноги. — Моя очередь! — крикнула Кэролайн, поднимая меч, который выронил Клаус, когда Генри толкнул его. — Ты? Серьезно? — в шоке спросил гибрид. — Если только ты не боишься, — бросила вызов Кэролайн, и Генри рассмеялся. Однако Клаус молчал. У него возникло ощущение, что нечто подобное случалось раньше, но это было невозможно. Он бы запомнил Кэролайн… — Ну? Сразишься со мной? — Ты сама напросилась, дорогая, — сказал Клаус, испытывая чувство дежавю. — Что? — спросила Кэролайн, заметив его странное выражение лица. — Ничего, — сказал Клаус с ухмылкой, — совсем ничего.

***

Клаус уже хотел завернуть за угол, когда услышал голоса. Элайджа и Кэролайн. Он резко остановился и прислушался. — Спасибо за все, — сказала девушка. Клаус услышал какое-то движение. Она обняла его. — Зачем ты это сделала? — Ты просто напоминаешь мне кое-кого, — ответила Кэролайн. — Кого? — спросил Элайджа, и Клаус изо всех сил старался держаться, чтобы не подойти и не оттолкнуть брата от вампирши. — Моего старшего брата, — сказала Кэролайн, и Клаус расслабился, — он всегда заботится о нас. Всегда готов взять на себя ответственность и разобраться с устроенным нами беспорядком. Что ж, спокойной ночи. — Спокойной ночи, Кэролайн, — сказал Элайджа, и Клаус услышал его удаляющиеся шаги. — Я знаю, что ты там, — крикнула девушка. — Я не хотел мешать, — сказал Клаус, выходя из-за угла, и Кэролайн только понимающе улыбнулась. — Конечно, — она не поверила ему. — У вас был такой приятный разговор о том, как Элайджа похож на твоего брата, я не хотел мешать, — сказал Клаус, сделав ударение на слове «брат». Кэролайн улыбнулась. — Он действительно напоминает мне моего брата. — Я тебе кого-нибудь напоминаю? — спросил Клаус, скрестив руки на груди и прислонившись к стене. На лице была фирменная ухмылка. — Да, когда-то я знала такого человека, как ты. Он не заботился ни о ком, кроме себя, и ему было все равно, кому он причинит боль, чтобы получить желаемое, — ухмылка Клауса исчезла, глаза потемнели, но прежде чем он успел что-либо сказать, Кэролайн продолжила: — Но он просто был напуган. Боялся кого-либо впустить, потому что считал себя недостойным. — Недостойным чего, милая? — резко спросил Клаус, но она не отступила. Она смотрела прямо ему в глаза и не отводила взгляда. — Любви. Он думал, что это удел слабых, и даже не верил в ее существование. Однако правда заключалась в том, что он считал, что не заслуживает любви и никогда не найдет ее. Но он нашел. Он нашел свою любовь и был так счастлив, что наконец смог избавиться от боли и гнева и отдать себя кому-то. Что ж, я устала. Спокойной ночи. Клаус молча смотрел ей вслед.