История одного жилета

Пожар бушевал вовсю. Взлететь на воздух им уже не угрожало, но все равно оставалась заманчивая возможность сгореть заживо. Огонь прочно отрезал их от двери. Магических сил хватало только на поддержание воздушного пространства вокруг себя да заклятий охлаждения, но и те уже давали сбои. С легким потрескиванием и пока что небольшим жаром огненная стихия все ближе подбиралась к ним. — Как вас вообще сюда занесло? — сердито спросил Снейп.— Отдел магического транспорта вроде располагается совсем на другом этаже. «Наконец-то заметил очевидное», — саркастически хмыкнул про себя Перси. Вслух же сказал другое: — Меня попросили зайти в соседний с вами отдел. Что-то срочное. — И именно поэтому вы решили сперва заглянуть в лабораторию, — привычно съязвил Снейп. Перси не нашелся, что ответить. Огонь разрастался. Золотые, отливающие зловещим красным светом языки его вздымались выше и выше, и казалось, что отсюда они уже больше не выйдут никогда. «А так хорошо начинался день», — подумал Перси и зачем-то подергал за лацкан свой новый жилет. «Хоть помру красивым», — мелькнула в голове дурацкая мысль. — Профессор, а есть у вас какое-нибудь заветное желание? — поддавшись минутному порыву, спросил Перси. Снейп обернулся так внезапно, что взмокшие волосы длинными черными плетьми взметнулись вокруг его лица. — А вы, никак, помирать уже собрались? — с ехидной усмешкой спросил он. — Ну, вроде как пора, — ответил Перси и развел руками, словно пытаясь обнять бушующую вокруг стихию. И снова в задумчивости дернул себя за лацкан жилета. — Что это вы сейчас делаете? — грозно спросил Снейп. Перси даже икнул от удивления: — Как что? Пожар с вами тушу. И добавил тихо, после минутной паузы: — Безуспешно. — Не держите меня за идиота, — процедил сквозь зубы Снейп. — Я не об этом спрашиваю. Прямо сейчас вы выбросили облачко холода. Как вы это делаете? — О чем вы? Какой холод? Понятия не имею, — смущенно зачастил Перси. Снейп смотрел на него с едва сдерживаемой яростью и раздражением. Почти как когда-то смотрел на Лонгботтома. — Повторите сейчас все движения. Мысли, вдохи и выдохи, все, что вы только что делали, — зловеще прошипел Снейп. «Как я могу повторить мысли?! — возмутился про себя Перси. — У меня, в отличие от некоторых, их тысяча проносится за минуту». Снейп только ухмыльнулся в ответ. Как будто прочитал мысли Перси. Хотя почему — как будто? Именно что прочитал, скорее всего. Почувствовав себя при этом крайне неуютно, Перси автоматически дернул полу жилета. — Вот оно что, — хищно прошипел Снейп. — Жилет. Уизли, о чем вы думаете, когда дергаете его? — Ну, обо всем сразу… — начал было Перси, но был грубо прерван теряющим последние остатки терпения профессором: — Сейчас думайте о чем-то приятном, о холоде, например, и подергайте эту чертову канареечную тряпку еще раз. Только вдумчиво. Способны вы на такое? «Конечно, способен. Я, в отличие от некоторых, вообще все делаю вдумчиво», — огрызнулся про себя Перси, дальновидно не озвучив свои мысли. Злить донельзя взвинченного Снейпа вовсе не хотелось. Как бы он не прихлопнул незадачливого обладателя жилета раньше, чем это сделает неумолимо подступающий огонь. Значит, о чем-нибудь приятном… Снег, например. Для большей концентрации Перси даже глаза закрыл. Он так интенсивно начал думать о зиме, что почувствовал вдруг, как прохладный воздух щекочет ему нос. Вокруг них появилось кольцо холода в десять футов диаметром. Тем не менее, этого было явно недостаточно. Догорающие лабораторные шкафы, когда-то величественно уходящие под самые своды лаборатории, теперь нависли угрожающими, дышащими багровым жаром остовами. Еще пара минут, и они окажутся погребены под пылающим деревом и плавящимся стеклом. Вероятно, заклятие щита тут сработает, но вот удержит ли оно всю эту массу? И хватит ли у них при этом сил поддерживать искусственный воздух вокруг себя? Снейп будто опять услышал его мысли и бросил отрывисто — похоже, силы у него тоже были на исходе: — Надо пробираться к двери и попытаться открыть ее. Попробуйте собраться с мыслями еще раз. Перси кашлянул, соглашаясь. Надо было представить себе холодную зиму, беззаботные игры в снежки под стенами Хогвартса, мелких Рона и близнецов. При мысли о них как будто что-то мигнуло, и волосы опалила вздыбившаяся лавина огня, обрушившись с утроенной силой. Снейп отгонял ее охлаждающими заклятиями, но было видно, что держится он из последних сил. Перси видел, как плотно были сжаты тонкие губы, как дымился лацкан длинного сюртука. «Зачем ему всегда такие длинные рукава?» — отстраненно подумал Перси, сам удивляясь своему неуместному любопытству. Нет, им отсюда не выбраться… Бедная мама. Перси поглубже вдохнул раскаленный и горький от гари воздух, закрыл глаза. Почему-то вспомнилось, как он покупал этот жилет, как легкомысленно и весело светило солнце, храбро пролезая в окна в том странном магазинчике, как нежно обнимала его мягкая ткань, как были планы еще жить и жить… Перси так глубоко погрузился в воспоминания, что уже не чувствовал жара, даже воздух, казалось, стал чище. А потом Перси вспомнил, как неловко наткнулся на Снейпа в полутемном коридоре министерства. И как тот вдруг улыбнулся в ответ на дурацкую выходку. На душе стало легко и как-то… правильно. «С этой мыслью, наверное, можно и помереть», — подумал Перси и бесстрашно открыл глаза. Вокруг лежали хлопья сухого льда, который медленно таял, не оставляя следов. Лаборатория напоминала отцовский сарай, закопчённый и неухоженный. Пожалуй, здесь предстоит много уборки. — Что здесь произошло, сэр? — встрепенулся Перси подходя к Снейпу, который колдовал над самой дверью, тихо ругаясь сквозь зубы. «Как мило он рычит, — подумал Перси, — совсем как папа, когда не может совладать с новым изобретением. В жизни бы не подумал, что можно ругаться так уютно». Снейп оглянулся через плечо, дуя на замерзшие тонкие пальцы, ставшие непослушными от холода. Его палочка словно нехотя повиновалась владельцу. — Очевидно, этот ваш наряд как-то усиливает ваши желания, мысли. И удесятеряет магические усилия, вероятно. Чтобы сказать точнее, мне нужно будет провести более детальные исследования. — Угу, — только и смог сказать Перси, не в силах убрать с лица идиотскую улыбку. Дующий на руки Снейп был похож на бездомного фавна. Так и хотелось закутать его в полушубок и угостить чашечкой горячего кофе. Перси мотнул головой, скорее прогоняя крамольные мысли. Еще не хватало, чтобы его испепелили на месте сразу после того, как им удалось избежать участи сгореть заживо. Дверь не открывалась ни в какую. Ни алохомора, ни колопортус не действовали. Северус использовал даже бомбарду, но дверь только треснула надвое, не сдвинувшись ни на дюйм и оставляя пленников по другую сторону свободы. — Давайте попробуем одновременно, — проговорил Перси вслух чуть осипшим голосом. И встал рядом со Снейпом. Голос звучал громко и уверенно, будто он всю жизнь приказывал. И что удивительно, профессор не съязвил, даже обошлось без изрыгания яда. Совсем, видимо, вымотался в борьбе со стихией. Лишь бросил отрывисто, экономя стремительно убывающие силы: — На счет «два», — и мгновенно вскинул палочку. Это плавное движение вверх что-то напомнило Перси. Где-то он уже видел начало такого заклинания. Оно отличалось от стандартного, начинаясь чуть плавнее, а заканчиваясь отчаянной легкомысленной завитушкой в конце, сильно смахивающей на прыжок с трамплина. Есть у маглов такие штуки, папа однажды показывал. Перси наткнулся на это заклинание давно, еще когда готовился к СОВам в школе, его поразила тогда спаянная воедино отчаянная легкомысленная удаль и мощь, заключенные в размашистых и изящных движениях. Поистине надо быть виртуозом своего дела, чтобы применять такие заклинания. «Что ж, — подумал Перси, оглядывая разгромленную лабораторию, — хуже уж точно не будет». Рука послушно повторяла движения палочки Снейпа. Оказалось, Перси не так уж многое и забыл. Колдовать вместе было как танцевать в паре над пропастью. Один неверный шаг — и хитрое заклинание сорвется, неловко ускачет вдаль, погребет под осколками мира неудачливых волшебников. Но Перси слышал теплое прерывистое дыхание надежного партнера совсем близко. Тот точно знал, куда вести в хитром затейливом танце. Палочки взлетели вверх, почти одновременно, затем упали в пропасть, лишь мгновение задержавшись в пустоте, а затем вновь взмыли ввысь, чтобы завершить свой полет хитрой завитушкой. Где-то на самом кончике заклинания Снейп удивленно обернулся, чуть внимательнее вглядываясь в лицо Перси. Что-то похожее на уважение на секунду появилось в глубине его черных манящих глаз. А потом раздался взрыв такой силы, что, казалось, все Министерство должно было вздрогнуть от ужаса. Дверь разлетелась в щепки, и пока Перси заторможенно взирал, как в их сторону летят острые, как кинжалы куски дерева, Северус наколдовал прочный щит, заслонивший их от осколков. — Ну и реакция у вас, — только и смог выдавить из себя Перси, ошалело оглядывая усеянный острыми щепками пол. Снейп лишь плечами пожал. — Привычка. Они стояли на пороге бывшей лаборатории. Впереди был все тот же сумрачный и пустой коридор. — Сэр, а почему никого нет? Мне казалось, наши эксперименты должны были уже поставить на уши все министерство… — Ага, вы еще скажите, что вас давно хватились репортеры и министр Магии. Вас же минут двадцать не было на рабочем месте, — привычно, но как-то совершенно беззлобно проворчал Снейп. — Но шум? — продолжил Перси, пропустив мимо ушей растерявшие яд колкости. — Не мельтешите. Надо спокойно обдумать. Говоривший это Снейп выглядел вымотанным и усталым. Каким-то очень домашним движением он отер тыльной стороной руки капли пота со лба. «Чертова война», — снова подумал Перси, а вслух вдруг предложил: — Давайте тогда хоть кофе выпьем. — Интересная идея, — отозвался Снейп, окидывая Перси чуть потеплевшим взглядом. — Я тут одно место знаю, прямо в министерстве, — затараторил почему-то ужасно обрадованный Перси. — Это близко совсем, давайте я вам дорогу покажу. — Ага, — как-то совсем рассеянно ответил Снейп и бросил запирающие заклинания на то, что когда-то было дверным проемом, а сейчас представляло собой просто жуткую дыру. — Насколько я понимаю, кто-то хотел уничтожить следы, — пробормотал он. — Нужно сохранить хотя бы то, что осталось. — Следы чего? — потрясенно спросил Перси, почему-то понизив голос до шепота, затем вплел и свой защитный узор в охранные заклинания Снейпа. Каждое движение давалось с трудом, оба волшебника оказались изрядно истощены. «Ох, уж эта паранойя шпионов», — ворчал про себя Перси, вновь и вновь накладывая заклинания теперь уже по всему периметру лаборатории. — Все, можем идти, — буднично произнес Снейп минут десять спустя. Наконец-то! Перси даже выдохнул с облегчением. — Нам совсем близко, это, можно сказать, тут прямо за углом, — весело отрапортовал он. — О, нет, — скривил тонкие губы Снейп, неожиданно останавливаясь. — Только не говорите, что собираетесь напоить меня кофе в министерском буфете! Там его варят отвратно. Лучше сразу яду налейте! Перси тепло улыбнулся в ответ. Если бы все трудности в жизни преодолевались так же легко! — Это все Эрвина, сэр, — только и сказал он. И добавил в ответ на недоуменный взгляд: — Младшая сестра Пенелопы. Потом, встретившись глазами с теряющим терпение и готовым взорваться Снейпом, обреченно пустился в разъяснения. — Эрвина — хорошая девушка, но с норовом. Работу свою она считает временной, всю жизнь барменшей в Косом переулке мечтала работать. Но родители ее не пустили. Сомнительное место, сомнительная репутация. Девушка из порядочной семьи должна вращаться в достойном окружении. Вот она и не считает нужным здесь работать в полную силу. Надеется, что ее выгонят поскорее, и тогда она будет вольна жить, как хочет. Но для своих она делает исключение. На самом деле Эрвина лучшая бариста, каких я видел. Снейп проворчал тихонько под нос что-то, напоминающее «много ли вы видели в жизни, Уизли», но вслух сказал другое: — Значит, для своего парня она сделает исключение. — Нет, вы не поняли, — заволновался Перси, которому почему-то оказалось очень важным убедить Снейпа, что Эрвина никоим образом не претендует на его сердце. — Эрвина — сестра Пенелопы, моей бывшей девушки. Мы встречались еще в школе, курсе на пятом. Расстались в хороших отношениях, с тех пор я вроде как часть их семьи. Снейп лишь насмешливо фыркнул в ответ. — Ведите тогда. Выслушивать истории всех ваших влюбленностей не входило в мои планы на сегодня. «Можно подумать, я ему о своих девушках рассказывал, — пыхтел покрасневший и почему-то раздосадованный Перси. — Мантикора его раздери! Я ему, между прочим, пожар тушить помогал». — Кстати, спасибо, — тихо прошептал Снейп и на секунду положил свою легкую руку на его плечо. От этих простых слов и такого обычного жеста сердце Перси взлетело ввысь, перекувырнулось в воздухе и помчалось вскачь. «Какая замечательная штука, все-таки, эта жизнь, — подумал он. — Как же хорошо, что мы остались живы». Почему-то от этого «мы» было особенно тепло на душе. Эрвина скользнула по ним равнодушным сумрачным взглядом, который немедленно потеплел, стоило ей узнать в одном из посетителей Перси. — Ой, малыш Персик! Как поживают твои пушистые щечки? — привычной шуткой из детства приветствовала она его. Перси почему-то ужасно смутился от этой фамильярности и густо покраснел. Снейп деликатно сделал вид, что ничего не слышал, и занял место за дальним столиком у окна. Впрочем, дело могло быть вовсе и не в деликатности, ведь он наверняка зверски устал. Перси и сам еле держался на ногах, а Снейп сегодня хромал еще до всей этой истории с пожаром. — Зайчик, угости нас, пожалуйста, своим фирменным кофе. Тяжелое выдалось утро, — улыбнулся Перси, заглядывая в искристые светло-карие глаза Эрвины. Почему-то сегодня все люди казались ему необыкновенно красивыми. Вот что значит избежать неминуемой смерти. И Перси любовно погладил свой жилет. — Клево выглядишь, — немедленно отозвалась словоохотливая Эрвина. — А этот, твой — чего такой хмурый? — Он не хмурый, просто чертовски устал, — ответил Перси, пропустив мимо ушей панибратское «твой». А потом спохватился и добавил: — И пожалуйста, Эрви, ради меня, делай ему всегда свой самый лучший кофе, ладно? «Пусть думает, что хочет, Снейп заслужил отличный кофе в любое время», — решил про себя Перси, поеживаясь от пронзительно-понимающих взглядов сумасбродной девчонки. Она всегда была скора на выводы и на удивление любвеобильна. В ее голове постоянно кипела фабрика магловских сериалов, не было на Земле ни одного человека или волшебника, которому Эрвина не придумала бы немедленно продолжительный и бурный роман. Кофе и вправду был отменный. Тонкая струйка седого теплого пара легко вилась над чашкой, легкомысленно и весело танцуя в лучах искусственного солнца из наколдованных окон. Аромат, исходящий из чашки, мог воскресить из мертвых, вернуть веру в Бога, жажду жизни — самоубийцам. Впитывая его каждой клеточкой своего тела, Перси чувствовал, как его затапливает волна бесконечной благодарности миру, этой легкомысленной, немножко курносой и дерзкой Эрвине, гладкому, теплому деревянному столу, мягкой спинке кресла за спиной, усталому, но отчего-то такому близкому человеку напротив, с которым так восхитительно оказалось колдовать вместе. — Сэр, нам, наверное, стоит показаться в Мунго, — не удержавшись, сказал Перси. — Черт знает, чего мы там наглотались в этой лаборатории. — Вы и вправду такой наивный, Уизли? Снейп сейчас выглядел так, как будто только что вылез из проруби, даром что они полчаса назад чуть не поджарились. Леденящим душу, тихим и очень вкрадчивым голосом он прошипел: — Неужели вы и впрямь думаете, что меня кто-то будет лечить? С этими словами Снейп встал, расправив и без того прямые плечи, презрительно скривился и плюнул ядом сквозь зубы: — Обойдусь я без вашей жалости и вашего кофе. Не стройте из себя миссис Уизли. Маменькина версия вам не к лицу. Перси остался в одиночестве наблюдать две дымящиеся полные чашки пропадающего впустую божественного кофе.