История одного жилета

Этот смешной, возникший из ниоткуда мальчишка в своем нелепом жилете появился очень вовремя. Истратив почти все силы на ликвидацию взрывоопасных основ, Снейп уже с трудом удерживал мощную стихию огня. — Как вас вообще сюда занесло? — сердито спросил он, вдруг сообразив, что Перси, чей отдел магического транспорта располагался тремя этажами выше, делать здесь было совершенно нечего. Случайно заглянул, конечно. Поначалу мальчишка проявил феноменальную несообразительность, первым делом бросившись спасать рукописи. Толку от них было бы мало, если б оба спасателя сгинули в огне. Тем более, что каракули Снейпа мало кто мог разобрать. Но потом этот средний Уизли очень вовремя оказался рядом, да еще и дурацкий жилет не сплоховал. Первый раз Снейпу встречалось такое свойство, очевидно, магически наложенное, как усиление возможностей носящего его волшебника. Знать бы о таком раньше, скольких удалось бы еще сберечь. Надо бы расспросить мальца, хотя вряд ли он в курсе. Вон как удивился, когда Снейп потребовал повторить действия. Или просто хорошо притворяется? Тогда мальчик — замечательный актер. Зато старинную, полную форму заклинания знал. Нет, вряд ли практиковал — были заметны в его движениях скованность и неуверенность. Но то, что знал — точно. Он не повторял за Северусом движения, от секундного этого запоздания пропала бы половина эффекта, и дверь, вероятно, открыть так и не удалось бы. Нет, он именно что колдовал одновременно со Снейпом. Шаг в шаг, вздох к вздоху, и это порождало очень странные чувства. Как будто идешь по краю пропасти и точно знаешь, что ты тут не один. Непривычное ощущение. Вообще, в этом Персивале слишком много неровности. То начал напускать холод, затем сорвался в горящий ад. Кажется, вспомнил какого-то из своих мертвецов. Эти ребята очень любят являться в бою, где им совершенно не место. Северусу по молодости приходилось долго учиться отгонять своих мертвецов. В конце концов им осталось время и место только во снах. На самом деле, если бы с этим мальцом поработать, отточить технику, вернуть форму… Заклятия погашения огня, применяемые им, очевидно, неоднократно — чему ж удивляться от близкого родственника близнецов? — получались у Перси легко, даже красиво. Если бы поработать над всем остальным… Впрочем, что за глупости, мантикора раздери, лезут в голову? С какой стати сдался ему этот глупый мальчишка? Жалеть его тот вздумал. Кофе предложил. Не надо было и соглашаться. Проклятая усталость. Как собаку бездомную, подкормить решил… И девица эта в баре. С невозможно пухлыми губами и сверлящим взглядом. Черные, коротко стриженые волосы ежиком торчали у нее на голове. Серьга отсвечивала тусклым серебром на самом краешке брови. А главное, какие призывные, плотоядные взгляды бросала она на мальчишку Уизли. Еще и ухмылялась, покусывая стоячий накрахмаленный воротничок барменской форменной рубашки. Невыносимая девица… С каких это пор Снейпа бесит, что люди нравятся друг другу? Вот и лаборатория. Нет, все-таки ужасно, что внутри министерства нельзя аппарировать. Какие мысли только не взбредут в голову, пока идешь — вернее, еле ползешь — по длинным гулким коридорам. Вид разгромленной, почерневшей лаборатории почти совсем доконал его. Снейп послал патронус министру, кратко изложив суть событий. О Перси он почему-то счел важным умолчать. Шеклболт пришел сам. Выглядел искренне удивленным и раздосадованным. — Выпей укрепляющего и разберись, что тут у тебя за бедлам, — проворчал он напоследок и, хлопнув дверью, исчез. Значит, не он. Но кто же тогда пытался проникнуть в запечатанную после пожара лабораторию? И зачем? Защитные заклинания хранили следы неудачных попыток взлома. Это должен был проделать тот, кто устроил поджог, или, по крайне мере, кто-то, бывший во время пожара неподалеку и наблюдавший за происходящим. Отлучился-то Снейп весьма ненадолго. Кофе выпить не получилось. Снейп теперь был абсолютно уверен в том, что сама по себе лаборатория не могла вспыхнуть. Кто-то действовал настолько быстро, нагло и отчаянно, что попытался взломать защитные чары двух взрослых волшебников в самом сердце министерства, среди бела дня. Либо этот кто-то совершенно безголовый, либо у него мощное прикрытие. На всякий случай Снейп собрал в отдельные контейнеры все уцелевшие остатки ингредиентов и зелий. И бумаги с собой прихватил. Заботливый Перси их так надежно упаковал. Что нашло сегодня на этого мальчишку? Откуда вдруг столько внимания и заботы? Новое поручение от министра? Или очередная разработка отдела тайн? Снейп привык не доверять людям. Особенно если те вели себя непредсказуемо. Эта привычка не раз спасала ему жизнь, и отказываться от нее так просто он не собирался. С трудом аппарировав к дому, Снейп понял, что работать сегодня точно не сможет, прав был этот сукин сын министр. Надо бы выпить восстанавливающих зелий. Но, не успев додумать эту мысль, Снейп уснул, не раздеваясь, прямо на диване в гостиной. * * * Сколько холодного отчаяния было в его голосе. Что значит «неужели вы думаете, что меня кто-то будет лечить»? Лечили же его в Мунго. И вообще — право на медицинскую помощь есть у каждого, тем более, у работников министерства. Откуда тогда эта слепая ярость, маскирующая отчаянье? И какое, собственно, Перси дело до бывшего преподавателя, нынешнего хама и директора Хогвартса по совместительству, мантикора его раздери? Злой и растрепанный Перси ворвался в свой офис. Мисс Аткинсон тут же презрительно поджала губки. — Фи, мистер Уизли. Не знала, что вы курите. — Я? — только и смог оторопело переспросить Перси и принюхался. Действительно, его великолепный ярко-синий жилет с желтыми, отливающими огнем фениксами источал непередаваемый аромат костерка. Молча пожав плечами, Перси набросил на себя очищающее заклятие. Потом еще одно, и еще. Запах гари явно не желал выветриваться. Через какое-то время Перси заметил, что его буквально сверлит глазами унылый мистер Уиткинс. В его взгляде сквозили неожиданные в столь тоскливом субъекте неподдельное любопытство и цепкий интерес. В этот самый момент в полуоткрытую дверь бодро влетела очередная служебная записка, плавно развернулась в воздухе и спикировала прямо Перси на стол, едва не сшибив недавно наполненную чернильницу. «Мерлин, я же должен был зайти в тот кабинет», — спохватился Перси. Но записка была о другом. Яркими, будто раздувающимися от важности зелеными чернилами там было написано: «Персиваль Уизли, явитесь срочно для получения личного поручения министра». «Ну и денек сегодня, — вздохнул про себя Перси, — а ведь еще даже утро не кончилось». Поручения лично от министра он получал не каждый день. «Где вот его сейчас гриндилоу носят? — с горечью думал Перси, идя по полутемным и тихим министерским коридорам. Ноги сами выбирали самый длинный путь. Почему-то видеть сейчас министра совершенно не хотелось. — Ушел, расплевался, даже кофе не попил. А ведь магическое истощение — это вам не шутки! Так и в обморок свалиться можно. И это еще в лучшем случае». Тут Перси даже остановился от неожиданно пришедшей в голову мысли: «А ведь он прав, сукин сын! Я сейчас действительно рассуждаю, как мама. Уизлистость, кажется, передается по наследству и неизлечимо остается в крови. На всю жизнь». Перси глубоко вздохнул. «Подумаешь, уж и позаботиться о нем нельзя. Мантикора его задери». * * * Перси давно не видел Шеклболта вблизи. Большие выпирающие губы, нависшие надбровные дуги, упрямые скулы. Кингсли вроде бы совершенно не изменился за эти несколько лет. Только жестче стали черты, да в глазах поселилась безнадежность. «Нет, только глупый человек может рваться стать министром. Такая постоянная ответственность. Ну ее к Мерлиновой бабушке», — подумал Перси, в очередной раз примеряя роль министра на себя. — У меня к вам поручение, Персиваль, — тусклым невыразительным голосом сказал Кингсли. — Вы давно выступаете за бесперебойное обеспечение летучим порохом всех отделов министерства, что в наших условиях не всегда является легковыполнимой задачей. Министр помолчал минуту, словно давая возможность невидимому летописцу запротоколировать его слова. — Министерство в лице заведующего лабораторией зельеварения работает сейчас над усовершенствованным составом летучего пороха, подвергшегося обработке зельями. Надо найти оптимальное решение и обеспечить максимальный результат по минимальной цене. В связи с этим вам поручается… Перси яростно замотал головой. Снейп же разорвет его на кусочки, живьем проглотит, а жилет выплюнет! Он же ни за что не поверит, что эта безумная идея усовершенствования летучего пороха пришла в голову вовсе не Перси. Кингсли, заметив краем глаза яростную жестикуляцию Перси, все же сделал паузу в своей речи и внимательно посмотрел тому в глаза. — Да я понимаю, что ты не хочешь с ним работать, — добавил он уже более человеческим голосом. — С этим… никто работать вместе не соглашается. А мне что делать? При этих словах Кингсли картинно развел руками. Розовые, как у младенца, подушечки пальцев выглядели беззащитно. По сравнению с темной тыльной стороной рук, ладони его казались слишком мягкими. — Ты уж потерпи ради общего дела, — проникновенно продолжил он. Перси сглотнул и зажмурился. Возникшую напряженную тишину министр истолковал в свою пользу. — Ну, вот и договорились, — с облегчением произнес он. — Давай, зайди через полчаса, и уладим все формальности с назначением. Потом домой иди. Ценные сотрудники должны вовремя и качественно отдыхать. Перси шел по полутемному коридору, щеки его все еще пылали от невысказанных слов, оправданий и проклятий. Душу изнутри раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось петь и плясать оттого, что судьба в лице усталого министра предоставила ему такую возможность: по долгу службы видеть Снейпа и иметь возможность хотя бы попытаться распутать странный клубок, сжимающийся в груди при виде острых худых плеч, решительных шагов, чертовых длинных рук. С другой стороны, Перси подозревал, что работа с этим… действительно не являлась легкой увеселительной прогулкой, и что, вероятнее всего, он не раз пожалеет о навязанном сотрудничестве уже через пару дней. Если не часов. «Зато хоть кофе точно попьем», — раздался в голове легкомысленный и совершенно неуместный смешок. И все же… Все же оставалось еще что-то после этого разговора с министром, что не давало Перси спокойно перевести дух и гнало его вперёд, мерять гулкими шагами пустые субботние коридоры министерства. «С этим… никто работать не соглашается…» Это звучало как-то слишком презрительно, жестко. Слова, потерявшиеся за «этим», явно были нецензурными. И ведь Кингсли даже не задумался над тем, что Перси мог это отношение не разделять. Всплывшее тут же холодное «неужели вы думаете, что меня кто-то будет лечить» начинало приобретать в данном контексте другие значения, ни одно из которых Перси не нравилось. Вообще, такое хорошее, ясное было утро. А потом появился сумрачный Снейп и, как всегда, все испортил. — Вы заставляете меня ждать, — раздраженно фыркнула рысь — патронус Кингсли. — Забываетесь. — Ох, Мерлин, — прошипел сквозь зубы Перси и помчался к кабинету министра. Отведенные полчаса пролетели молниеносно. Яростные размышления и горькие выводы стремительно съели отпущенное время. — Надеюсь, вы не передумали? Все приказы уже подписаны, — грозно произнес Кингсли, встретив его в приемной своего кабинета. — Нет, что вы! — только и смог сипло пробормотать Перси. Кингсли даже улыбнулся. Что же за фрукт такой Снейп, что министру так трудно найти ему напарника для работы? Перси не успел додумать эту мысль, как широкая ладонь министра уже мягко легла ему на локоть и развернула к выходу. — Ну вот, сейчас мистер Боуд даст необходимые указания сразу вам обоим, объяснит все тонкости работы, чтобы, как говорят маглы, два раза не вставать. А потом, Уизли, отправляйтесь домой. В выходные следует отдыхать, поняли меня? И министр снова по-отечески похлопал Перси по плечу. Вид у мистера Боуда был тоже ошарашенный и немного испуганный. «Как будто он один боится к Снейпу идти», — вскользь подумал Перси. У крепко запечатанного входа в лабораторию они бесцельно потоптались какое-то время, потом мистер Боуд непечатно ругнулся и потащил Перси к выходу. На улице он цепко схватил Перси за локоть и мгновенно аппарировал. Как оказалось, прямо к Снейпу домой, в гостиную комнату. Первое, что увидел Перси, едва приземлившись, была направленная ему прямо в нос черная внушительная палочка. — Что вы себе вообще позволяете? — взвился за спиной визгливым голосом мистер Боуд. Перси определенно казалось, что за высотой интонаций он старался скрыть испуг. Тяжелая узловатая палочка министерского работника оказалась нацелена Снейпу прямо в грудь. — Одно лишнее движение — и меня оправдают все суды и инстанции! — продолжал верещать Боуд. — Если вы до них доживете, — сквозь зубы тихо процедил Снейп. — Вспомнили свое пожирательское прошлое? — Стоп! Остановитесь немедленно, мы же не за этим сюда пришли! — закричал Перси, чтобы остановить поток оскорблений в адрес Снейпа, слушать которые почему-то было совершенно невыносимо. Перси изо всех сил старался завладеть вниманием взбешенного Боуда, повернувшись к Снейпу спиной и стараясь загородить того от направленной в грудь палочки, подрагивающей от ярости в руке министерского служащего. — И вы туда же! — только и пробормотал Боуд на окрик Перси, тем не менее, как-то быстро сдувшись и притихнув. Осторожно убрал палочку, прошагал пару шагов по маленькой гостиной и уселся в кресло хозяина без приглашения. Снейп и Перси, не сговариваясь, так и остались стоять. — Почему мне кажется, что вы сработаетесь? — иронично проворчал Боуд, смерив тяжелым взглядом их обоих, и начал инструктаж. — Все поняли? Вопросы, разъяснения в письменном виде в рабочее время на адрес министерства. Ясно вам? — Да, да! — поспешно проговорил Перси, моля Мерлинову бабушку о том, чтобы Снейп не встрял хоть сейчас. Мистер Боуд аппарировал прямо из гостиной, а Перси так и остался стоять посреди комнаты. — Убирайтесь немедленно! — устало прорычал Снейп, и Перси послушно вышел за дверь. В нос ему ударил холодный пыльный ветер почти заброшенного Коукворта. Да, Перси где-то слышал, что Снейп живет в весьма нереспектабельном месте, но даже и предположить не мог, до какой степени. С покосившегося крыльца снейповского дома открывался удручающий вид на покалеченную мостовую кривой улочки, обрамленную по краям чахлыми кривыми деревьями. «От одного этого повеситься можно, — подумал Перси. — А тут еще мы вломились в дом без приглашения. Даже не предупредили. Кто он ему, заключенный, что ли? Ни к одному волшебнику нельзя аппарировать сразу в дом. Ну да, вот же он и про пожирательское прошлое вспомнил…» Стоя на холодном ветру, Перси невольно поежился. Сегодня все нелестные слова в адрес Снейпа ранили почему-то очень больно. Что он там делал в гостиной? Неужели спал? Перси вспомнил смятую подушку на диване и сползшую на пол мантию, лежавшую так, как будто ей только что укрывались. Видимо, спал — и за долю секунды, услышав хлопок аппарации, смог не только проснуться и выхватить палочку, но еще и наставить ее на незваных гостей. «Мерлин, впрочем, чему я удивляюсь? Сколько лет пробыл он на этой войне. Сколько лет она длилась для него… Мантикора меня раздери, я придумываю оправдания для Снейпа?» — воскликнул Перси про себя и прежде, чем сообразил, что делает, вновь шагнул к двери. — Сэр, выслушайте, пожалуйста. Я только хотел вам сказать… Извините за наглое вторжение. Я надеюсь, с Боудом нам не придется сталкиваться часто. Все будущие контакты с ним я обещаю брать на себя. И мысленно добавил: «Вас он, похоже, не переваривает». — Да вам-то за что извиняться? — услышал Перси усталый голос с той стороны двери. — Насколько я понимаю, для вас это вторжение стало такой же неожиданностью, как и для меня. Перси не успел ничего ответить, ошалев от примирительного тона. Сердце сжалось от явной усталости, сквозившей в голосе. — Зачем вы сейчас опять пришли? — спросил Снейп, теперь уже совсем тихо. — Насколько я понял, официально мы начинаем работать вместе с понедельника. В моей лаборатории. — Я кофе вам принес! — выпалил Перси первое, что пришло ему в голову.