Клён, эрозия...

В один из приятных солнечных дней, двери в кленовый сад Сёгуна вновь отворились… Через них, несвойственно спешно для себя прошёл Ива, что-то придерживая в кармане рукава своего хаори. Судя по всему, он спешил дойти до беседки, стоявшей в конце сада… Лёгкий ветерок доносил до пушистых ушек Сёгуна простенькую, приятную мелодию со стороны беседки. Если приглядеться, вдали можно было заметить расплывчатый силуэт, державший в своих руках инструмент. Ива, увидев знакомые очертания вдалеке, ускорил шаг ещё сильнее. — …Казе! — музыка прервалась, когда юрэй, неожиданно, услышал своё имя. Тот поднялся на ноги и бережно сложил цитру на столик, после чего поклонился вошедшему в беседку Архонту и склонил голову перед тем. — Ваше Превосходительство… Счастлив вас снова видеть. Вы что-то хотели? — …Да. — Ива коротко кивнул, и достал из своего рукава… Небольшую записную книжку с перьевой ручкой. И зачем только она ему? — Помнишь наш недавний разговор? Когда мы говорили о твоём прошлом? — Помню… Тогда раскрылись достаточно важные детали. — Казе склонил голову чуть, посерьёзнев. — Что-то случилось? — Нет же, ничего не случилось… Я просто хотел передать тебе небольшой подарок прежде, чем уйду на собрание. — Ива протянул тому блокнот с ручкой. — Впредь записывай все сведения и догадки о себе в этот дневник. В будущем, если ты продолжишь узнавать новые детали о себе, их может стать слишком много, чтобы их можно было спокойно держать в голове. Тут, у входа в сад начала виднеться знакомая Иве фигура солидной дамы в очках… Секретарь! — …Мне пора идти. — коротко кивнув духу, который тут же растворился в воздухе, чтобы не попасться на глаза сёгунскому секретарю, Ива направился в сторону выходу из сада. Не прошло и пяти минут, как сад опустел, и Казе вновь стал осязаемым. Усевшись на одиноко стоящем дзафу (Сёгун ведь не узнает, что юрэй сидел на его подушке?), дух раскрыл книжку и взял ручку в руки. Записывать все сведения о себе… Что ж, это не так уж и сложно. Казе запомнил все детали, которые всплыли во время того разговора с Ивой — в конце концов, дух не смог бы себя простить, если бы забыл о чём-то настолько важном! Обдумав ещё несколько вещей, юрэй наконец начал писать: «Моё настоящее имя — (пока не известно). Моё временное имя — Казе. Я инадзумец, вероятно, жил на острове Наруками (родился?). Умею играть на инструменте. Кажется, я обучен грамоте, раз смог это написать… Любопытно, это ведь тоже важная деталь? Мне стоит спросить это у Ивы Его Превосходительства. Я погиб после начала гражданской войны в Инадзуме, но до смерти Райдэн-сёгун. Закат эпохи Сакуры… Привязан к кленовым листьям… (Были ли они важны для меня при жизни?) Вероятно, мне стоит углубиться в историю, чтобы понять, когда именно я погиб… Гражданская война длилась год, если мне не изменяет память. Нужно попросить у Ивы Его Превосходительства исторических справочников. Заодно узнаю, что из важного произошло за эту сотню лет…» «Что из важного произошло за эту сотню лет…» Ох, у Казе начинает кружиться голова при мысли о таком огромном сроке. Пропустить целое столетие мимо себя… Пожалуй, ему лучше отвлечься от этого. Такими пугающими мыслями юрэй себе лучше не сделает. Он положил блокнотик с ручкой в сторону, и взял цитру в руки. Полилась простенькая музыка…