Клён, эрозия...

То было прохладным летним утром. Приятный лёгкий ветерок весело кружил в воздухе слетевшие с деревьев кленовые листья, поднимая их до самых облаков. Снизу доносился спокойный шум моря, а возле сидящего в беседке Сёгуна тихонько играла цитра, будто бы сама по себе… …Но на деле, если приглядеться, можно было заметить полупрозрачный силуэт юноши, играющего на инструменте. Держал он инструмент куда более уверенно, чем в первый раз, а мелодия стала куда более интересной, хоть и не слишком сложной. С тех пор, как в саду поселился юрэй, Ива стал проводить время там ещё чаще. Завтраки, обеды, ужины — все приёмы пищи, по возможности, Сёгун проводил у себя в саду. Тем более, в саду наедине с Казе обедать было куда приятнее, чем в зале Тэнсюкаку под присмотром цепких глаз слуг. Казе, по крайней мере, не заглядывал Иве в рот. До сегодняшнего дня. Сёгун упорно старался делать вид, что не замечает, как дух во время игры на цитре то и дело бросает короткие взгляды на Иву, а точнее… На его руки, которые с помощью палочек держали кусочек рыбы. В конце концов, Ива не выдержал, и тихо спросил, не глядя на духа: — Тебя что-то гложет? — Казе, услышав вопрос, аж вздрогнул от неожиданности, и чуть не выронил цитру из рук. — Ох, нет-нет… Не обращайте на меня внимания, Ваше Превосходительство. — дух опустил голову покорно, прикрыв глаза. — Я вижу, что что-то не так. Прошу, скажи мне, о чём ты думаешь. — Ива даже палочки в сторону отложил и наконец взглянул на Казе, который и сам отложил свой инструмент. — …В святилищах часто делают подношения в виде еды для духов. — начал он совсем тихо, будто бы боясь своих слов. — Пусть я и не добрый дух… Могу ли я её есть? Это действительно интересный вопрос — любопытно, сколько ещё интересных мыслей таится в голове Казе? Ива нахмурился задумчиво, пытаясь вспомнить, что слышал о подношениях в храмах. — Насколько мне известно, духи еду не едят. Они впитывают те эмоции и чувства, которые были вложены в неё. А еду доедают птицы и звери, их… «Посредники». — произнёс Сёгун, сложив руки на коленях. — Если ты того хочешь, я могу сделать для тебя подношение. — Подношение? Для… Меня? — Казе оторопел от подобного предложения, и даже почувствовал новое чувство для себя, которое заставляло духа хотеть поскорее отвернуться от Ивы, а лучше и вовсе скрыться. — Я ведь не божество, чтобы делать мне подношения… — Их делают и духам. Ты — дух моего сада. Если я сделаю тебе подношение, мой сад станет ещё прекраснее. — Ива чуть улыбнулся, а новое чувство, охватившее юрэя, усилилось. — Я был бы очень рад… — В таком случае… Примешь ли ты подношение в виде рагу из редиса и рыбы? — Сёгун миску с едой поставил перед духом, предлагая ему сесть за стол, а сам стал с интересом наблюдать за Казе. Юрэй тем временем сел на другой стороне столика, напротив Ивы, и задумчиво взглянул на миску с едой перед собой. Цель Казе состояла в том, чтобы «впитать» в себя эмоции и чувства, которые были вложены в это подношение… Но беда была в другом: дух понятия не имел, как это делается. Сёгун, наблюдавший за этим, склонил голову и произнёс: — Быть может, ты попробуешь съесть кусочек, как человек? Я вполне могу ошибаться в своих суждениях. Казе чуть нахмурился, а после потянулся к оставленным на столе палочкам, после чего ловко взял их в руки. Через мгновение дух уже подхватил с помощью приборов кусочек рыбы, а затем положил его в рот… — Как вкусно… — неожиданно сам для себя проговорил дух с тихим восторгом. Ушки Ивы дёрнулись, а хвост неожиданно завилял, пока сам Сёгун глядел на юрэя неверящим взглядом. — Ты… Ты чувствуешь вкус? — в тот момент зрачки Ивы даже заблестели фиолетовым цветом. — Кажется, да… — дух моргнул пару раз и поднял голову, после чего случайно встретился взглядом с Сёгуном. Тот слабо улыбнулся. — Похоже, что тебе нравится моё подношение. — Очень нравится… — Казе кивнул ему в ответ, пока тусклые глаза духа блестели в восхищении. — Я буду ждать новых подношений! — Обещаю, я буду делать их каждый день. — на душе Ивы потеплело в тот момент. Дух, тем временем, с нескрываемым восторгом продолжил есть блюдо, которое изначально было сёгунским завтраком… Казе, казалось, так давно не испытывал никаких вкусов! В тот момент ему захотелось попробовать и еду других вкусов. Сладкое, солёное, острое, горькое, кислое — ему нужно вспомнить все вкусы, обязательно. Ива тем временем с тёплой улыбкой на лице наблюдал за тем, как Казе наслаждался вкусом еды. Эти живые, восторженные эмоции на мертвенно-бледном лице выглядели столь необычно, но Сёгуну это даже нравилось. Наблюдая за духом, он понял одно: Ива хочет защищать Казе и кленовый сад. Радость Сёгуна омрачилась, когда, неожиданно, в голове он услышал навязчивый гул, громкость которого нарастала с каждой секундой…

«Я не смог его защитить.»