Клён, эрозия...

Он удивлённо глядел на вещицу, что ему только что вручили. — Что это? — Ива поднял свой взгляд на Мико, внимательно наблюдавшую за чужой реакцией. — Всего лишь милый омамори, который поможет тебе скрыть свою живую ауру. — ответила она, сощурив глаза. Моменты, когда Яэ выглядела по-настоящему серьёзной, были очень, очень редки. — Закрепи его где-нибудь на одежде, не снимай и не теряй его ни в коем случае, иначе тебе никакая маскировка уже не поможет. Под «маскировкой» женщина подразумевала тот костюм, в который был одет Ива в тот момент. Чёрные одежды, полностью закрывающие всё тело — даже руки, шея и ноги были полностью скрыты за чёрной матовой тканью. Сёгун не понимал, для чего ему нужно было надеть столь закрытый костюм, но Яэ лишь объяснила, что «так надо»… Тц. И ладно. Но ни закрытый костюм, ни странный серый омамори не являлись основной частью маскировки Ивы перед посещением Хякки Яко… В тот момент Сёгун неожиданно скрыл своё лицо за пушистой маской уродливой рыжей собаки, с мелкими чёрными глазками. Мико, увидев это, улыбнулась и мечтательно вздохнула. — Ах, в таком виде ты мне нравишься гораздо больше… — и хихикнула, довольно быстро закончив язвить. Ива предпочёл проигнорировать эти слова. Вместе они неторопливо пошли вперёд по дороге. Точнее, не торопилась только Яэ — ей-то спешить было некуда… А Ива всё не мог дождаться момента, когда уже наконец увидится с Казе, отчего то и дело забегал далеко вперёд и потом ждал, когда Мико нагонит его. Вскоре она остановилась около двух сакур и повернулась лицом к Сёгуну. — Чтобы попасть на фестиваль, пройди два раза вокруг этих сакур, и выйди к дороге между ними. Ох, и пока не забыла… — этими словами она почти в последний момент остановила Иву. — Возможно, когда ты вернёшься с праздника, ты заразишься скверной. Если это случится, не забудь вызвать во дворец жриц из Великого Храма… На этом всё.~ От шока он даже не заметил, как лисица успела скрыться. Ушки Ивы дёрнулись, а кулаки с небольшим промедлением сжались. Эта лисица!.. Ему стоило догадаться, что она помогает ему не просто так, а с определённой целью. Если она получит приглашение во дворец, она может изгнать Казе… …Ох, Казе… …В любом случае, он не может отступать на полпути. И если он сейчас не посетит фестиваль, может больше никогда не увидеть его. Сглотнув, он делает шаг вперёд, проходя сквозь сакуры, и оказывается на окраине столицы, но уже совершенно другой — здесь было полно бакэмоно, и все они развлекались на шумном, оживлённом празднике. Это и был Хякки Яко.

***

— …Три попадания из трёх! Невероятная меткость! Сара прокрутила лук в руке после трёх идеальных попаданий в мишени, которые то и дело двигали малыши тануки, усложняя для игрока задачу, после чего передала его Итто, и как ни в чём ни бывало произнесла: — Мне нужен этот плюшевый слайм. — бакэнэко, стоявший за стойкой, кивнул и протянул ей плюшевого анемо слайма. Казе, удивлённо наблюдавший за этим, лишь думал, зачем этой суровой женщине понадобился плюшевый слайм… Вся компания, состоящая из двух духов, тэнгу и они стояли около тира, в котором нужно было стрелять по мишеням из лука. Казе одним из первых попытался выиграть в этой палатке хоть что-то, и под странную поддержку Варуи, заключавшуюся в куче подшучиваний, он сделал несколько выстрелов, один за другим… …Лишь один раз он попал в самый край одной мишени и ничего не выиграл. Сдерживая своё разочарование, Казе записал в дневнике, что точно не умеет стрелять из лука. Варуи даже пытаться не стал — в конце концов, ему было нечем стрелять из лука. Грустно быть лишь летающим рисовым шариком. Сара показала превосходный результат, и вполне заслуженно — недаром она убила столькие годы на многочисленные тренировки… …И вот теперь настала очередь Итто. Пусть он и заявил о себе как о «самом лучшем во всех играх», с меткостью у него были… Небольшие, кхм, проблемы. — Я хоть в этом и действительно хорош, но если что! Не смейтесь! — произнёс он и стал коряво целиться. Сара сразу же про себя подметила, что он держит лук совсем неправильно… На её фоне Итто был полным профаном. Они сделал первый выстрел — не попал, нахмурился. Сделал второй выстрел — не попал, недовольно пробормотал что-то. Стал целиться в третий раз… …Стрела полетела точно в цель, но в самый последний момент малыш тануки переместил мишень в совершенно другую сторону, и стрела не попала. — …Мимо. — безразлично заметил Варуи. Дразнить Итто не было так же весело, как дразнить Казе. — АРГХ! — в порыве эмоций Итто запустил в мишень не стрелу, а лук, из-за чего самый большой из тануки упал и стянул с палатки ткань, служившую палатке крышей… В общем, их прогнали. — …Знаете что? Зато я очень хорош в борьбе! — произнёс он, сидя на лавочке со всеми остальными. Всю компанию обещали выставить с фестиваля, если они продолжат всё разрушать, так что им всем пришлось спешно удалиться… — Тэнгу, давай сразимся! Ты, я и драка Сумо! — Отказываюсь. — грозным тоном ответила она и повернулась к Казе и сидящему на его макушке Варуи, чтобы объясниться. — Идиотский они вот уже сто лет надоедает мне с дракой Сумо. Я так и не согласилась. — Быть может, вы найдёте другое соревнование? — дух решил помочь Саре. — Без драки Сумо. — ЭЙ! ПОЧЕМУ БЕЗ ДРАКИ СУМО? — Итто возмутился так громко, что тэнгу пришлось закрыть свои уши, а Казе, не будь лишь бестелесной душой, точно бы потерял слух. — …Что ж, ладно. Знай, Казе, что цыплёнок Тэнгу просто стру-си-ла! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — …Идиот, нас снова выгонят отсюда, если мы устроим что-то подобное здесь. — Ах? Снова? — призрак удивлённо моргнул. — Пусть Итто тебе расскажет, что случилось на позапрошлом фестивале. Тэнгу нахмурилась и отвернулась от них обоих, а Казе наоборот, взглянул с огромным интересом на Итто. Варуи тоже лениво повернулся к они, чтобы послушать его рассказ. — Ха-ха-ха, в тот день было очень весело! — он посмеялся. — В позапрошлом году мы с Тэнгу перебрали с алкоголем и в итоге поспорили, кто быстрее потеряет сознание, если мы будем бить друг друга по голове стульями. Моя идея, кстати! — Итто выглядел очень гордым. — В итоге вышла ничья — нас выгнали с фестиваля. — Так теми идиотами были вы?.. — спросил Варуи, пока Казе впервые в своей загробной жизни так ярко и искренне засмеялся… Тем временем откуда-то из толпы послышался звонкий весёлый голос, призывающий ёкаев вокруг отведать «вкусного и смертельно острого рамэна». Варуи и Сара не обратили внимания на это, но вот Итто заметил, как по-живому заблестели глаза Казе, услышав об ужасно остром блюде… Что-то острое он ещё ни разу не пробовал, верно? — Пошли возьмём несколько порций, дружище! — к удивлению призрака произнёс мужчина и поманил того за собой, слегка грубо и небрежно продираясь сквозь толпу. И они пошли.

***

Ива честно не думал, что фестиваль окажется… Настолько огромным. Всё такое яркое, шумное, оживлённое, что довольно необычно для праздника, посвящённого тем, кто уходит в мир иной… Вокруг народ так счастлив — а за своей маской лицо Ивы приняло напряжённое выражение. Каждый взгляд, брошенный в его сторону, казался последним… Ведь стоит только кому-то заподозрить его в том, что он на этом фестивале незваный гость, и все старания пойдут насмарку… Неожиданно, ушки с хвостом Ивы дёрнулись, когда он почувствовал, что кто-то стал к нему принюхиваться… — Новая кровь… Пахнет, как странный инугами… — Ещё и крошечный, совсем миниатюрный… Он встал смирно, не двигаясь, и стал наблюдать за тем, как две лисицы шли вокруг него, оценивающе разглядывая. Ива впервые за долгое время занервничал настолько сильно. — А хвостик-то какой, ты только взгляни… — лисичка потёрлась о рыжий хвост Ивы. — Давненько я не видела прямоходящего инугами… Собаки такие тупоголовые. — за маской не было видно, как Сёгун нахмурился после этих слов. Кто-кто, а вот он уж точно так не считал. — …Давай заберём щеночка себе? Ива не выдержал, и быстрым шагом пошёл прочь от этих двух лисиц, куда глаза глядят… О-ох, что за омамори дала ему Яэ?! А фестиваль по мере продвижения меньше не становился — наоборот, народу на улицах появлялось всё больше, как и многочисленных прилавков с едой и играми… …В тайне он надеется, что Казе здесь хотя бы весело.

***

— Ох, какой жгучий вкус! — с удивлением произнёс призрак, с удивительным удовольствием продолжая уплетать миску с рамэном. Как объяснил Варуи обомлевшему Итто, призраки чувствуют вкус еды, но не ощущают никаких последствий от неё: ни тошноты от испорченной еды, ни чувства жжения от острой, ни удовлетворения и сытости от вкусной. Поэтому, по сути, употреблять что-либо съестное духам нет никакого смысла… …Но Казе обладает особенным, можно даже сказать научным интересом к еде. — Ха-ха-ха-ха, когда я в последний раз его ел, несколько часов из туалета не вылезал! — посмеялся Итто, восхищённый призраком. — Потом Кудзё Тэнгу запретила мне его есть. К слову о ней… — они перевёл взгляд на женщину, стоявшую чуть поодаль. — Я сейчас вернусь! Когда Казе остался наедине с миской рамэна, Варуи подлетел к тому и завёл с ним беседу, а Итто уже приблизился к Саре, прежде издалека наблюдавшей за теми. — Ну что, Тэнгу? Вспомнила что-нибудь? — Почти ничего. — Сара покачала головой. Выглядела она довольно мрачной, что насторожило Итто. — Если я действительно видела его во время войны, мне нужно увидеть ширё в бою, чтобы припомнить что-то более отчётливое и точное. Ведь таким образом я узнаю, к какой части конфликта он принадлежал, и это уже мне поможет. — Хм… О, идея! — Итто прокашлялся и сделал глубокий вдох. — ЭЙ, КАЗЕ! ДА, ТЫ! ИДИ СЮДА! Призрак услышал бы, как его окликнул этот они даже если бы находился сейчас не в столице, а где-нибудь за горой Ёго. Он, отдав уже пустую миску владельцу лавки и поблагодарив, направился в сторону Сары и Итто, а за ним тем временем летел маленький огонёк… — Вы что-то хотели, господин Аратаки?.. — Пойдёшь на дуэль с Тэнгу Кудзё? И Сара, и Казе удивлённо распахнули глаза и уставились на широко улыбающегося Итто. Варуи, наблюдая за их реакцией, тихо хихикнул. — Ты хочешь отвести их к полю для дуэлей?        — Да! Лучшее место для того, чтобы освежить воспоминания о поединках прошлого. Кудзё Тэнгу нужно это для того, чтобы рассказать тебе новые сведения о себе, Казе! — Итто упёр руки в бока. — Ну что, ты согласен?        Призрак опустил взгляд, будто бы перед ним предстал до ужаса сложный выбор…        — Да. Я согласен. — он всё ещё был в смятении, и всё же решился.        …Но выбора у него и не было.