Underworld

Лили лежала на кровати, мирно засыпая. Спустя какое-то время, когда она уже спустилась на первый этаж к вечеринке, Данталион нашёл её. Как ни в чём не бывало, они пошли домой. Молча. Дорога назад протекла быстрее, чему девушка была очень рада. Неловкость от нахлынувших чувств зашкаливала. Придя домой, они, не говоря ни слова, разошлись по комнатам. Сон не заставил себя ждать, и Лили провалилась в темноту. Ей снилось, что она бежит по лесу. Тёмному и мрачному; деревья мёртвые, а их безжизненные, острые ветки царапают девушке лицо. Торчащие из земли корни мешают ускориться, то и дело подставляя подножки. Кровь, капающая дождём с неба, застилает глаза. Дышать тяжело. Она не понимает, куда она бежит и зачем. Просто надо. Из темноты позади неё издаётся рык. Лили бежит быстрее, и впереди появляется красный просвет. Красный рассвет Пандемониума ослепляет её, заставляя зажмуриться. Из-за яркого свечения девушка не сразу осознаёт, что перед ней. Ледяное озеро, издающее холодный пар, словно не отсюда. Вдалеке, на небольшой горе, виднеется золотой трон. Нога опустилась на лёд, из-за чего по телу прошлась волна осколков обморожения. Лили, словно ведомую кем-то, тянуло на тот трон. Он был ангельски красив – смесь стилей барокко и готики, красивые «ракушки» украшали подлокотники и ножки, а спинка выполнила из высоких пик, напоминающих крыши храмов XV—XVI века. Украшенный драгоценными камнями, которые, от больших к маленьким, поднимались наверх, трон выглядел слишком величественным и массивной для хрупкой девушки. Она шла по озеру, и каждый шаг отдавался болью: ноги замёрзли настолько, что девушка их почти не чувствовала. Но она двигалась вперёд, стиснув зубы, всё ещё не понимая, зачем. Подойдя к трону, стоявший на горе земли, на секунду замешкалась. Мыслить здраво не получалось, казалось, всё уже решили за неё. Поднявшись на гору, ещё раз оглядела трон: золото на нём отбрасывало красные лучи рассвета, как солнечные зайчики. Она осторожно села, укладывая руки на подлокотники. Стоило ей опуститься, как трон из золотого превратился в чёрный, истекающий кровью из трещин; вместо драгоценных камней на нём вылупились глаза мертвецов, а подлокотники теперь представляли собой иссохшие костяные руки. Девушка подскочила и увидела, что вместо готических пиков на спинке были собранные вместе крылья, как у летучей мыши. Они со скрежетом расправлялись за троном, становясь всё больше и больше. Крылья опускали от себя тень, покрывавшую весь Пандемониум. Лили в спешке осмотрелась, увидев, что холм, на котором стоял трон, превратился в гору трупов. Безжизненные, светлые глаза смотрели на неё; чёрные волосы липли к лицу. На ледяном озере возникли демоны; толпа простилалась на километры от неё. Она закричала, проснувшись. Красный горизонт за окном горел, приближаясь к рассвету. Лили, сама того не замечая, стала привыкать к этому. Конечно, она скучала по солнцу, голубому небу, шелесту травы. Но воспоминания об этом были такими расплывчатыми и далёкими, словно выдуманными. Такими, что казалось, это происходило с ней тысячи лет назад. Или не происходило вообще. Привычные факелы висели на каменных стенах, отбрасывая блики. Лили мирно лежала на, уже своей, кровати, мягкой и теплой, словно облако. Она пахла дикими цветами – самым лучшим запахом на свете. Девушка закрыла глаза и глубоко вдохнула этот аромат. Ей так не хотелось вставать. Её отвлекло чужое дыхание над своим ухом. Оно было тяжёлым, будто после бега, низким и глубоким. Существо фыркнуло. Лили обернулась и увидела огромного четырёхлапого монстра. Он был так близко, будто рассматривал её во сне. Оно напоминало смесь волка и леопарда, только в три раза больше и более лохматого. Хвост, как у льва, передние лапы представляли собой оголённые кости, а вокруг них – ветвистые лианы; задние ноги были массивными и мускулистыми. Плотная коричневая шерсть покрывала всё тело, кроме передних лап и когтей, которые были невероятно длинными и острыми, как у кошки. Морда приплюснута, с большими жёлтыми змеиными глазами и носом, как у ящерицы. Вместо ушей дырки в голове, которые немного подёргивались. Лили закричала и забилась в угол, закрывая себя тонким одеялом. Это, конечно, никак не спасло бы её, но больше ничего не было. Существо осталось стоять, недоумённо глядя на девушку, слегка повернув голову. На крик девушки прибежал демон. На его лице, сначала взволнованном, появилось облегчение. Существо радостно заскулило и стало прыгать вокруг него: когда оно вставало на задние лапы, голова почти доставала до потолка. Данталион обнял чудовище, запуская пальцы в длинную шерсть, радостно улыбаясь. Лили впервые услышала, как демон искренне смеётся. — Это Бес, моё домашнее животное. — Бес опустился на пол, положив голову на лапы. Демон нежно чесал ему за ушком, а он, в свою очередь, закрыл глаза от наслаждения — Не бойся, он тебя не тронет. Бес довольно умный для ищейки. Лили глядела на это действие не моргая. Существо, такое уродливое и страшное, мирно лежало посреди комнаты, не отрывая от неё глаз. Оно всё ещё глубоко дышало, высунув длинный язык. Желудок сжался, как и другие внутренности. Сердце бешено стучало в ушах. Понимая, что девушке не комфортно, демон дал знак, и существо медленно и вальяжно встало. В последний раз окинув взглядом Лили, вышел из комнаты. Его шаги были тяжёлыми, отдаваясь лёгкой вибрацией по полу, когти царапали камень, но демон, казалось, этого не замечал. Он проводил его взглядом, улыбаясь. — Он не любит гостей. — подытожил Данталион. Лили не была удивлена. Такая шерстяная махина вообще вряд ли что-либо любила, кроме куска свежего мяса. Как можно додуматься его приютить? Хотя в Аду, наверное, все животные такие. Демон тронул её ладонь под одеялом, от чего девушка непроизвольно вздрогнула. — Я не предупредил тебя заранее, прости. Не думал, что он так рано вернётся с охоты. Большую часть времени он живёт в Лесу. От этих слов легче не стало. Учитывая, какие твари там живут, а это существо... точнее Бес, там охотится... От картинок, всплывших в голове, стало жутко, и холодная волна прошлась по позвоночнику. Глубоко вздохнув, Лили постаралась сделать более сдержанный вид. В ответ на это демон лишь усмехнулся: — Сходи умойся, а когда вернёшься, тебя будет ждать завтрак, и мы поговорим. Хорошо? Лили кивнула, от чего улыбка демона стала только шире. Он подумал, что она наказывает его за вчерашнее молчание, что немного забавляло. На самом деле, в горле девушки образовался ком от страха перед неизвестным существом и кошмара, от которого она проснулась. Лили попыталась вспомнить детали сна, но они ускользали. Смирившись, пошла в ванную. Как и обещали, по возвращению в комнате стоял столик на колёсиках с множеством блюд на завтрак. Слуга, ещё не успевший уйти, низко поклонился демону, а после Лили. Когда он смотрел, точнее, просто был повернут в сторону Данталиона, его плечи дрожали. Казалось, он боится не то что смотреть на своего хозяина, а даже находиться рядом с ним. Слуга обошёл девушку как можно дальше от неё и аккуратно закрыл дверь, удалившись. Лили села на кровать рядом с демоном. Его не смущало поведение подданого. — Что это вообще такое? — Лили принялась за блинчики с кленовым сиропом и ягодами. Её до сих пор удивляло, что в Аду есть человеческая еда. — Ты про слугу? — демон, казалось, витал в облаках и не сразу понял вопрос. — Да. — Это душа одной ведьмы. Очень давно она меня разозлила, и вот теперь служит. Хотя, она вроде как именно этого и хотела. В горле девушки застрял ком. — Получается... она бывший человек? — Да. Минута молчания. Блинчики стали не такими аппетитными. Их приготовила душа бедной девушки, может быть такой же, как она. Лили стало так жаль её, что к глазам подступили предательские слёзы. Демон заметил замешательство девушки. — Думаешь о том, станешь ли ты такой же? — она кивнула — Нет. Эта ведьма умерла, и её душа попала сюда. Спустя века адских мук её душа иссохла, и теперь выглядит вот так. Ты же попала сюда через портал. Это разные вещи. И хоть в горло не лез и кусок пищи, в животе заурчало. Переборов себя, девушка продолжила есть. Мысли о душе ведьмы не давали покоя, и Лили всеми силами старалась отогнать их. Демон мирно сидел рядом, почти не дыша, словно боясь спугнуть. На деле же, он пытался придумать тысячу и один ненужный вопрос, лишь бы не приступать к сути того, ради чего пришёл. Пытаясь хоть как-нибудь отвлечься, Лили начала задавать вопросы, так волновавшие её: — А демонам нужно есть? Демон лениво хмыкнул себе под нос: — Нет, только разве что ощутить вкус. — А спать? — Только если потратишь много энергии. — Что за энергия? Демон взглянул на неё и они встретились глазами. Она была так любопытна в своих вопросах, но Данталион не знал, стоит ли ему на них отвечать. Скоро она уйдёт отсюда. Может быть, забудет его, как страшный сон. Это будет только к лучшему для неё. А он только и будет думать о их поцелуе. Наверное, всю оставшуюся ему вечность. Демон оставил вопрос без ответа. — Моя очередь задавать вопросы. Расскажи о своей жизни на Земле. Лили отвечала неохотно. Ей не хотелось в тысячный раз рассказывать о своём одиноком детстве. Когда она училась в школе, любопытные ученики вечно приставали к ней вопросами о детском доме, их распорядке дня, помнит ли она родителей. Чем их кормят, как к ним относятся воспитательницы, где берут одежду и еду. Словно пришли посмотреть на цирковую мартышку, заучившую текст. Годы говорения одно и того же монолога сделали девушку чёрствой к собственным словам. Больше ни одна грань её души не шевелилась, когда заходила речь об родителях. Лили рассуждала об этом, как о погоде. Демон слушал её с любопытством, а когда рассказ пришёл к концу, стал задавать общие вопросы. Любимое время года, любимый цвет, любимая книга. Как бы она хотела провести выходные, самый неловкий момент в её жизни, её идеальное утро. Хоть эти вопросы и казались странными и неловкими, Лили отвечала на них развёрнуто и с удовольствием. Ей было приятно внимание Данталиона, и она больше не могла отрицать этого. Он сидел так близко, с интересом рассматривая её и слушая каждое сказанное ею слово, что хотелось прикоснуться кончиками пальцев его руки. Она не стала. Когда вопросы закончились, они замолчали на пару минут, и девушка могла продолжить завтрак. Чуть позже Лили доела блинчики и отодвинула столик, показывая, что наелась. Данталион начал разговор: — Я нашёл способ вернуть тебя на Землю. — от этих слов у девушки сердце, на миг остановившись, быстро застучало — Для этого необходима особая книга, где раскрывается местоположение Мирового Дерева и расписывается заклинание для перемещения в нём. Книга хранится в секретном секторе Центральной библиотеки Пандемониума. “Я знала что это не обычный тупик!” — подумала девушка, вспоминая их поход в библиотеку. — Но ты со мной не пойдёшь. Слова осколками врезались в сознание, и Лили осталась сидеть с раскрытым ртом. Она не понимала, шутка ли это. К счастью, пришла спасительная злость, всегда помогавшая девушке добиваться своего. — Нет, я пойду с тобой! Демон встал, сжимая кулаки. Девушка повторила его движения, и теперь между ними было пару сантиметров. Конечно, ей было страшно туда идти. Но мысль, что она останется здесь одна, с этим лохматым существом... К тому же, Лили уверена, у Данталиона есть план, и всё пройдёт гладко. А ещё, если честно, теперь ей не хотелось терять его из вида ни на секунду. — Почему ты такая несносная?! — прокричал он, мигом опомнившись и убавив тон — Это не обсуждается. Там слишком опасно, даже я не знаю, чем это может закончиться. — Предлагаешь сидеть тут, ждать и гадать, что с тобой?! А если ты не вернёшься, что предлагаешь мне делать? Данталион дышал глубоко и быстро. Её доводы, конечно, были уместными. Но и брать её с собой означает ещё больший риск раскрытия. Нельзя так рисковать. Неизвестно что будет, если их поймают. Он даже думать не хочет об этом. Данталион развернулся, желая уйти, но женская ладонь обхватила его предплечье. — Пожалуйста, возьми меня с собой. Взглянув на её распахнутые, глубокие карие глаза, все логичные мысли потухли. Рассудок накрыло мутной пеленой, мешая соображать. Человеческая ладонь, прохладная по сравнению с его кожей, прожигала кожу сквозь одежду. Лили стояла так близко к нему, словно нарочно, и теперь его одурманил пряный и нежный аромат. Ему хотелось прижать её к себе, забыть про чёртову книгу, про портал. Оставить её здесь, а дальше уже думать, что делать. Закрыв глаза, Данталион глубоко вздохнул. Дьявол, она сводит его с ума. “Чертовка.” От мысленно улыбнулся.

***

Сегодня действительно был самый тёмный день из всех тех, которые застала Лили здесь. Под покровом ночи не было видно даже домов, стоящих в паре шагов. Тьма накрыла улицу, как покрывало, но Данталион отлично ориентировался в своём мире. Крепко держа девушку за руку, они шли в неизвестном направлении, избегая широких улиц и посторонних глаз. Несмотря на позднюю ночь, по пути им могли попасться демоны. В этой кромешной тьме Лили ничего не видела, передвигаясь на ощупь, стараясь не споткнуться. Горячая ладонь демона тянула за собой; чтобы девушка не упала, он шёл медленно и осторожно. Так близко, что она чувствовала его запах каждой клеточкой её тела. Ночь настигла столицу, из-за чего она казалась неживой. Слишком тихо, только эхо шагов оглушающе отскакивали от узких улиц. Несмотря на непроглядную тьму, Данталион всё же наложил иллюзию на девушку, превращая её в демона. Её новая внешность с каждым разом нравилась Лили всё меньше. Она возненавидела своё демоническое отражение, сама не понимая, почему. Данталион был более сосредоточенным, чем обычно, и его тревога передавалась девушке. Она пыталась отогнать от себя негативные мысли, но тщетно. Её пугал факт, что демоны могут чего-то бояться. Ком застрял в горле, что мешало дышать. Данталион шёл впереди, и Лили уже который раз задумалась о его способностях. Передвигаясь по городу так ловко, он было похож на чёрного кота. Как только они вышли на узкую развилку, где высокие дома сменились небольшими нежилыми строениями, его тревога исчезла. Он словно отложил её в самый дальний ящик подсознания, уступая место серьёзности и спокойствию. Его состояние невербально передавалось девушке. Хотя она точно не знала, куда они идут, предчувствие сменилось на хорошее. Они завернули в переулок, где было ещё темнее. Когда зрение привыкло в темноте, вдалеке появилась темная фигура. Силуэт стоял прямо, не двигаясь, сливаясь со стеной позади. Когда они подошли ближе, девушка смутно разглядела молодого человека. Незнакомый демон оглядел Лили с ног до головы, а потом неодобрительно взглянул на Данталиона. Он будто пытался передать ему свои беспокойные мысли. Данталион остался непоколебимым. — Тащить её сюда было не лучшей идеей. — демон общался с Данталионом, не обращая внимания на девушку, будто её не существовало. Такое поведение задело Лили, но она решила оставить свою нервозность при себе. — Знаю. — коротко ответит Данталион. Конечно, приходить сюда с ней было глупо. Но что ему оставалось? Лили была права. Если с ним что-то случится, она застрянет в его доме, и рано или поздно её там найдут. А если его план не удастся, и их обоих поймают с поличным в библиотеке, тогда... тогда по крайней мере они умрут вместе; может быть, даже быстро. Демон пошёл в неизвестном направлении, Данталион с Лили – за ним. Он всё ещё крепко держал её за руку, словно если отпустит, то потеряет навсегда. Они всё дальше уходили на окраину города. Здесь, в трущобах, пахло гнилью и тиной, но девушка держалась из последних сил, чтобы не закрыть нос рукой. Наконец, они подошли к какому-то люку. Незнакомец шепнул что-то, и люк открылся. Запах тины и гнили усилился. Спустившись под землю по хлипкой лестнице, они оказались в канализации. Тёмной, сырой и плохо пахнущей. Вокруг бегали звери, похожие на крыс, только жирнее и более мохнатые с множеством хвостов. Где-то рядом бежала река из отходов, и хоть девушка не видела её, зато хорошо слышала. Здесь было так мерзко и противно, как на самой вонючей помойке мира. Лили задумалась, откуда в Аду канализация, но едкий запах мешал мыслить. Они шли по влажным коридорам настолько долго, что нос девушки разучился улавливать запахи. Хлюпкие шаги эхом отскакивали от покрытых мхом стен. Девушка неосознанно крепче сжала руку Данталиона, прижимаясь к его плечу. На одну секунду промелькнула мысль, что сейчас он её оттолкнёт. Встретившись с ним взглядом, Лили не поняла, какая эмоция в его глазах. Демон крепче прижал девушку к себе. Спустя время они дошли до лестницы в конце коридора. Она выглядела лучше, чем предыдущая, и надёжнее. Её отделка бежевыми мраморными плитами смотрелась здесь неуместно. Незнакомец вновь что-то шепнул, и в потолке открылся люк. Все вместе они двинулись на поверхность. Хоть в помещении было темно, Лили сразу его узнала. Это самый дальний зал Центральной библиотеки, где Данталион оставлял её листать картинки. Перед их глазами была плоская стена, в которой тысячью рядами стояли книги. Демон что-то шепнул, и несколько полок отъехало в бок. Перед их глазами появилась дверь с замком, от которого исходили голубые лучи. Хоть зрелище завораживающее, плохое предчувствие заполнило девушку. Незнакомый демон встал напротив замка. Он держал ладони перед друг другом, будто хотел их скрестить, но не делал этого. Демон закрыл глаза и сосредоточенно начал что-то шептать. Вдруг в его руке появился синий шар, внутри которого метались молнии. Сначала он был размером с мошку, потом с кулак. Чем быстрее он шептал, чем больше становился шар. Когда он был размером с голову, и внутри него ещё быстрее заполыхали разноцветные молнии, демон разделил их на два. Один из них он приложил к замку, и дверь тут же отворилась, а второй отдал в руки Данталиону. Он вновь недоверчиво обвёл взглядом Лили. — Надеюсь ты знаешь, что делаешь. — Спасибо, Валефор. Я на веки вечные перед тобою в долгу. Демон усмехнулся. — На веки вечные это очень долго, приятель. Впервые за всю их дорогу демоны улыбнулись друг другу, словно старые приятели. В эту минуту, казалось, вся тревога улетучилась. Они будто случайно встретились на улице, или собрались у кого-то в гостях, настолько их прощание было лёгким и не принуждённым. Валефор спустился в тот же люк, откуда они вышли, закрывая его за собой. Лили выдохнула: по какой-то причине находиться рядом с другими демонами, кроме Данталиона, было некомфортно. Данталион, наоборот, стал более сосредоточенным, хотя старался скрывать это под непринуждённой улыбкой: — Ну что, пошли? Лили улыбнулась ему в ответ и кивнула. За последнее время их отношения изменились. После того поцелуя она не могла отрицать очевидное. Ей нравится демон. Это было так глупо и как будто неправильно, но бороться с этими чувствами не было сил. Хотя на самом деле, ей просто этого не хотелось. Несмотря на его сущность, Лили ощущала от него чистую, светлую заботу. Каждый раз, находясь рядом с ним, ей хотелось быть ближе. Чувствовать его запах. Смотреть в глаза, не отпуская его руки. Понимая, что сейчас не время думать об этом, девушка стала осматривать секретный зал библиотеки. Это помещение было неописуемо красиво по сравнению с интерьерами других. Отделка стен, пола и потолков белым мрамором с серыми трещинами придавал помещению глубину, от чего казалось, что здесь больше света. Книги располагались не в шкафах, а прямо в стенах и даже на потолке. Несколько этажей, к которым вели винтовые лестницы, выполнены из благородных камней и металлов. На длинных цепях с потолка спускались тысячи свечей. Но сейчас они не горели, а лишь мирно покачивались из стороны в строну. Посреди зала маленький шар, стоящий на подставке. Он светился слабым розовым светом, распыляя его по всему помещению. Вокруг него на полу выгравирована пентаграмма из белого золота, способная вместить в себя по меньшей мере десять человек. Данталион подошёл к шару, встав почти в центр пентаграммы. Лили, сделав пару шагов вперёд, остановилась. Эта сцена казалась выдумкой, настолько происходящее было нереальным. Демон подозвал девушку к себе, и она послушно, но медленно, словно опасаясь, шагнула в пентаграмму к нему. Предчувствие чего-то нехорошего не покидало её. Демон опустил свой синий шар с молниями, который дал ему Валефор, на другой, стеклянный шар. Стоило им соприкоснуться, пол под ногами задрожал, стеклянный шар раскрылся на несколько долек, словно апельсин, пентаграмма со скрежетом стала опускаться вниз. Лили это напомнило средневековый лифт. Площадка опустилась на десяток метров в полную тьму, после чего остановилась. По волшебству сами собой зажглись свечи. Лили увидела множество шкафов, расставленных по бокам длинного и узкого коридора. В конце его – яркий свет прожектора падает на что-то небольшое, и оно отбрасывает блики. Данталион поспешил к тому предмету, а Лили, в свою очередь, стала рассматривать шкафы. Оказывается, они были вертикально обвешаны толстыми, тяжёлыми цепями. И так каждый шкаф в коридоре, длинной не меньше ста метров. На каждом шкафу – уникальный кодовый замок. Лили отвлеклась на возглас Данталиона. Подойдя к нему, она увидела стеклянный прозрачный куб, стоящий на подставке, такой же, как у шара сверху. Внутри него, как в невесомости, парила книга. Толстая и очень старая, но хорошо сохранившаяся. Единственная загвоздка в том, что куб был увешан такими же цепями, как и шкафы. С самым большим замком. Они оба впали в ступор, не зная, что делать, глядя друг на друга. У них не было больше того шара с молниями, который дал им Валефор, а, следовательно, замок не вскрыть. Это тупик. К горлу Лили стала подступать паника. Вот почему её преследовать тревожные, неутешительные мысли. Она с надежной посмотрела на демона. Если для взлома замка обычной библиотеки понадобился грозовой шар, то что нужно, чтобы взломать цепи в закрытой секции? Данталион задумчиво молчал. По его лицу было видно, что он прокручивает в голове все возможные события. А вот к Лили мысли никакие не шли. Девушка даже не успела сообразить, что произошло, когда сигнализация разрезала пространство оглушительным рёвом, а вокруг появились яркие вспышки света. Она оглянулась и увидела лежащие на полу цепи, и как Данталион держит книгу, уменьшает её и прячет в карман, а Лили берёт за руку. Они бегут по коридору к пентаграмме, чтобы подняться вверх. Поднявшись, осматривают помещение. Снаружи – вспышки света, чьи-то крики и оглушающее рычание. — Блять. Данталион развернулся в противоположную сторону от двери, в которую она зашли. Здесь должен быть другой выход. Когда они почти добежали до конца зала, в двери ворвались демоны. Вдруг они остановились. Девушка не понимала, что происходит, зачем они так сделали. Лили с Данталионом встали друг на против друга, и девушка посмотрела парню в глаза – они были чистыми и светлыми. Он нежно обнял её, вокруг них появилось облако фиолетового тумана; сначала тусклого, потом более яркого. Он стал таким плотным, что сквозь него не было ничего видно и слышно. Данталион обнял её крепче, но тут фиолетовый туман испарился: Лили увидела, как в животе демона торчит копьё, и тот, не в силах продолжить заклинание перемещения, смотрит на неё стеклянными глазами, слегка шевеля губами. Она смотрит на свои руки: красная жидкость капает с них на пол. Данталион закрыл её собой – копьё летело на неё. Последнее, что она помнит: крики, яркие вспышки света, демоны, ворвавшиеся в зал, и Данталион, не отводящий от неё глаз, крепко держа её за плечи. А дальше пустота.

***

Острая боль в области живота говорит о том, что он всё ещё жив. Глаза еле открываются, но он уже узнаёт это помещение. Кабинет герцога был ему знаком. Тёмно-красный свет из окна кажется слишком ярким из-за панорамных окон. Высокие стены пустуют, уширяя пространство, неосознанно заставляя посетителей чувствовать себя букашками по сравнению с ними. Тело ломит, будто его намеренно неаккуратно тащили. К горлу подступает кашель, и что-то тёплое и солёное появляется во рту. Он сглатывает, и желудок скручивается в приступе тошноты, отдавая острой болью. Закрыв глаза и делая глубокий вдох, подавляет этот порыв. Насильно заставляет внутренности регенерировать быстрее. Когда становится лучше, оглядывается, замечая, что его привязали к стулу. Мысленно ухмыляется. Тёмное дерево с красным бархатом, как он и любит. Так пышно и с пафосом, что тошно. Его настроение ухудшается, когда он замечает Лили на соседнем стуле. Тоже привязанную. Её голова безвольно повисла вперёд, как у куклы. Прислушался. Чёткое, медленное сердцебиение. Жива. Хоть какой-то груз упал с его плеч. Фигура мужчины стоит ему спиной, разглядывая Пандемониум из окна, скрестив руки сзади. Он тихо стоит, не шевелясь, хотя уже знает, что один из пленников проснулся. Когда он увидел Данталиона, сначала удивился. Демон его ранга не должен позволять себе подобное, но после, поразмыслив, наоборот понял, как ему повезло. Кто, если не он, смог бы обеспечить безопасность человеческой девушки здесь, в Аду, пока Стигийский совет её не нашёл. Хотя мотивацию Данталиона он всё ещё не понимал. Данталион уловил шевеление на соседнем стуле. Лили приходила в себя, щурив глаза от непривычного света. Поняв, где она находится, её сердцебиение участилось, и она сильнее сжалась в стул. В непонимании она рассматривала сначала Данталиона, сидящего в нескольких шагах, потом зловещую фигуру у окна. Агарес тоже это услышал. Вальяжно обернувшись, он улыбнулся. Казалось, Данталион не был удивлен. Девушка же, наоборот, широко раскрыла глаза от испуга. По комнате распылился сладкий аромат человеческого страха, и Агарес набрал полную грудь воздуха. Подойдя ближе к ней, взглянул в глаза. Демон прервал его размышления: — Что тебе нужно, Агарес? Данталион словно выплюнул эту фразу ему в лицо. Это лишь позабавило старого демона. Данталион всегда был слишком дерзким с демонами равными или выше его по рангу. Несмотря на это, его уважали и почитали. Даже герцог Агарес не мог игнорировать его знания и заслуги. Агарес так же медленно повернул к нему голову, но от девушки не отошёл. — Брось, Данталион. Ты же не думаешь, что я не могу разгадать твою иллюзию, правда? Что-то внутри демона умерло. Осознание, что это может быть правдой, поразило всё тело, заставляя сжаться. Его облики были совершенными и держались столько, сколько требовалось. Даже при физическом контакте они не распадались, вводя противников в заблуждение, словно это не иллюзия, а настоящее перевоплощение. — Ты блефуешь. — Да что ты? — Агарес, отворачиваясь от демона, приподнял подбородок девушки указательным пальцем, заставляя смотреть ему в глаза. От этого Данталион дёрнулся, подавшись вперёд, что только позабавило старого герцога — Конечно, я не спорю с твоим талантом строить иллюзии. Они всегда совершенны, а ты настоящий мастер своего дела. Но она так боится, что её запах, наверное, пролетел по всему зданию. В подтверждение этого Данталион, как будто впервые, ощутил её запах. Он был настолько явным, будто Лили жила здесь несколько месяцев. К нему примешался терпкий и сладкий запах человеческого страха, который Данталион успел возненавидеть. Девушка всё это время сидела, не шевелясь. Страх заблокировал тело, и она могла только ошарашенно смотреть на незнакомого демона. Мужчина выглядел немного старше Данталиона. Сухое, бледное лицо покрывали небольшие морщины. Нос длинный и с небольшой горбинкой, что делало его ещё больше похожим на каноничного злодея из посредственного фильма. Когда он улыбался по коже пробегали противные мурашки, а в ушах бешено стучало сердце. Лили судорожно сглотнула, стараясь быть как можно дальше от него. — Впрочем, неважно, как она сейчас выглядит. — отвернувшись, герцог Агарес вновь подошёл к окну, но в этот раз повернулся к пленникам лицом — Важно, зачем мы тут собрались, верно? — Что тебе нужно, Агарес? — повторил свой вопрос Данталион. Он скучающее сидел на стуле, и только напряжённая челюсть говорила о его злости. Верёвки начинали натирать руки, и он мысленно надеялся, что Лили связали не так сильно. Колдовать не получалось. Должно быть, в стенах кабинета спрятаны символы, блокирующие магию. От досады Данталиону захотелось выругаться, но он остановил себя. Старый демон лишь ухмыльнулся. Он ждал этого момента столько веков. Многие перестали верить. А он знал, что это случится. Один из немногих, кто помнил. Его триумф во время собрания Стигийского совета это подтвердил. Властители, хоть и не сразу, но поверили, дали добро, и теперь можно действовать. Смакуя момент, он начал издалека: — Ты ведь знаешь о Пророчестве, Данталион? Такой умный герцог, как ты, по крайней мере, должен. Замешкался. До этого он был уверен, что их посадили сюда за кражу Легеметона. Столь важная и секретная книга слишком опасна в неопытных руках. Когда сработала сигнализация и в зал ворвался демонический батальон, Данталион подумал, что это конец. Они так быстро оказались в библиотеке, словно поджидали. Если честно, тогда на миг ему показалось, что это подстава. Валефор не смог ему довериться и рассказал о проникновении и краже книги, но какое отношение к этому имеет Пророчество? На секунду промедлив Данталион ответил: — Причём тут это? Я думал, дело в книге. — Мне не нужна книга, а вам тем более. — рассмеялся Агарес — Ну так что? Помнишь, что в нём говорилось? Что когда в Аду, Раю и на Земле начнутся катаклизмы, когда человечество будет максимально близко к самоуничтожению, а ангелы ослабнут, вернётся верховный демон и возглавит свою армию. Припоминаешь что-то такое? — Я не понимаю, о чём ты. Это раздражало. Его загадки, непонятные намёки. Пророчеству миллионы, если не сотни миллионов лет. С тех пор оно, передававшись из уст в уста, изменило своё значение, если не потеряло. Если дело не в Легеметоне, к чему тогда этот цирк?! Или ему плевать на самую важную книгу в истории Ада? Что может быть важнее предмета, обладающего безграничной силой, если уметь ею пользоваться? Агарес же, наоборот, наслаждался его непониманием. — В Пророчестве говорится о Самаэле. Он воскреснет и поведёт демонов против ангелов, тогда случится вторая Великая Война между Адом и Раем. — шутки герцога стали раздражать Данталиона, но на вопрос, всё же, решил ответить. Может, он наконец заблагорассудится уточнить нить разговора — Причём тут это, Агарес? Не надоело играть в игры? Агарес лишь рассмеялся. Его смех, холодный и жёсткий, разнёсся эхом по кабинету. — Многие так думают. Конечно, это удобнее – думать, что Пророчество о Самаэле, но это не так. Ему столько лет, что истинное значение потерялось, и только приближённые демоны знают правду. — Агарес подошёл к столу, скучающе проводя по нему рукой — Раскрывать правду раньше не было смысла, всё равно никто не поверит. Да и к тому же, когда большинство демонов не знают всех тонкостей, ими проще управлять. — он на секунду умолк, задумавшись — Мне вот интересно: ты один из самых умных демонов, которых я знаю, и один из самых влиятельных и могущественных герцогов Ада. Тебе не приходило в голову, почему человеческая девушка не умерла, попав сюда? Температура в Аду на тысячи градусов выше, чем на Земле. Или, может тебя хотя бы интересовало, откуда вообще в зачахлой деревушке под Лондоном образовался портал? Да, я знаю, откуда ты пришла. — заметил герцог замешательство Лили — Ну так что, Данталион? Тебе не было интересно узнать правду? Или ты просто не хотел её знать? Данталион молчал. Конечно, эти вопросы мучали его, но каждый раз находил им оправдание. Он встретился с Лили глазами. В них было столько страха, что, казалось, если он вырвется, то заполнит всю комнату. Она слегка тряслась от напряжения, и Данталион захотел коснуться её руки. Успокоить, шепнув на ушко, что всё будет хорошо. Тем временем Агарес продолжал: — Да, Стигийский совет намеренно подтверждал слухи о том, что Пророчество о Самаэле. Верить в демона куда проще, чем... А впрочем, Лили, ты рассказала всю правду о себе своему приятелю? Кто сильнее удивился этим словам: Лили или Данталион? Агарес быстрыми, широкими шагами приблизился к девушке. Из разделяло полметра, и она увидела в его глазах... заинтересованность? От его резких перемен в эмоциях становилось жутко, словно перед тобой психопат, способный на что угодно. — Я задал вопрос, изволь ответить. — он потянулся к девушке, намереваясь дёрнуть её за плечо, но она отдёрнулась, скривившись. От этого старый демон лишь ухмыльнулся — Строптивый характер, это хорошо. — Я не понимаю, о чём ты. — хоть девушке страшно, голос, на удивление, звучал твёрдо. Она сама этому удивилась. Несмотря на страх за свою жизнь, эти игры стали раздражать даже её. Почему нельзя прямо и сразу сказать, что ему надо?! — Ты сказала, как тебя по-настоящему зовут? — не унимался Агарес. — О чём он, Лили? — Данталион непонимающее смотрел на девушку. Несколько шагов, отделявшие их, казались километрами. — Лили... — тихо рассмеялся герцог, отходя от девушки, сверлившей его взглядом — слишком милое имя для тебя, не думаешь... Лилит? Данталиону показалось, что он ослышался. Мысли вихрем закрутились в голове и сердце, которое, как он думал, чёрное и пустое, казалось, остановилось. Миллионы прочитанных книг об устройстве Ада, демонах, правительстве завертелись у него в голове. Тысячи догадок, предположений, несостыковок, на которые он не обращал внимание. Словно слепой он не захотел видеть очевидное, отрицая его, заталкивая в глубину сознания. “Этого не может быть. Не может быть. Не может...” Он с надеждой взглянул на Лили, но она лишь смотрела на него с непониманием, от чего у демона, казалось, снова разлетелось сердце на тысячи частей, каждая из которых вонзилась в плоть острой, горячей болью. В глубине души появилась надежда, что это неправда, лишь совпадение. Что это сон, бессвязный бред сознания. Агарес продолжал, не замечая муки душ сидящих перед ним пленников: — Пророчество не о Самаэле вовсе. Верить в пришествие демона проще, чем в пришествие демоницы, но факта это не меняет. Пророчество было о Лилит, Матери Демонов, Матери Жизни и Смерти, царице Тьмы и Императрице Ада. — Агарес наслаждался их непонимающими взглядами — “Из бездонных глубин предначального Мрака восстала в явь Ты, о Мать Жизни и Смерти, Мать всех колдовских чар, Дьявольских Искусств и сокровенного мастерства порождений древнейшей Ночи, Дарительница губительной тайны огненного бытия. Ты породила малых и великих Нечистого Племени и увлекла их за собой на штурм небесного града…”* — Это бред, какая разница, как её зовут! На Земле тысячи Лилит, обычных смертных девушек. — Данталион не хотел в это верить. Лили, хоть и была иногда чересчур вредной, даже близко не дотягивала до демона. — Но ни одна из них не смогла бы выжить в Аду! — перебил Данталиона Агарес — Они умерли в первую секунду в портале, если бы, конечно, в него попали. Он почувствовал её. И сам открылся. Данталион не верил своим ушам. Он вновь взглянул на Лили, но она невидящими глазами смотрела перед собой, сутулившись. Всю жизнь она ненавидела своё имя. Эта ненависть, на первый взгляд беспочвенная, иногда её пугала. Теперь она понимала, почему. Агарес хлопнул в ладоши и в кабинет зашли несколько солдат из его личного батальона. Несколько из них крепко схватили Данталиона за плечи, пока другие развязывали его. Закончив с верёвками, они поместили его в руки в светящийся шар. Демон дёргался и пытался вырваться, но тщетно: шар блокировал все его способности, а окружавших демонов слишком много. — Посиди пока в темнице, Данталион. Нам с Лили стоит поговорить по душам наедине. — Нет! Данталион вырывался, но солдаты, крепко схватив его, не дали этому случиться. Его вывели за дверь, а Лили, всё ещё сидя на стуле, обмякла. В эту минуту тысячи мыслей вертелись в её голове, но единственное, что ей хотелось – умереть. Данталион смотрел как со скрипом закрылась массивная дверь, закрывая за собой хрупкую фигуру девушки.

***

Его вели по тёмным и холодным коридорам. Эхо тяжёлых шагов разносилось на сотни метров, показывая необъятную длину пространства. Темницы Ада, безусловно, были самым жестоким и свирепым местом во Вселенной, но Данталиона, конечно, вели не туда. Одного из Верховных демонов не могли посадить в тюрьму без суда и следствия, к тому же, находилась она не здесь. Чтобы добраться до самой глубокой точки преисподней необходимо преодолеть немалый путь, а Данталион уверен, что Агарес в скором времени захочет поговорить с ним тоже. Поэтому демона вели в далёкую, холодную и тёмную комнату ожидания в другом крыле, чтобы не подслушивал. Сопровождавшие его демоны шли на небольшом расстоянии. Руки Данталиона всё ещё погружены в светящийся шар, сдерживающий магию. Да и он сам вёл себя тихо. Холодный разум победил разгорячившийся нрав и теперь продумывал план побега. Они остановились около каменной двери с небольшой решёткой на уровне глаз. Один из гвардии подошёл к ней, направляя руку в место, где должен быть замок. Из ладони выскочила искра, дверь отворилась. Отходя от неё на шаг, демоны выстроились в шеренгу так, чтобы Данталион мог пройти в камеру. Переступив порог, дверь за ним закрылась, а шар на руках исчез. Камера была просторной и даже уютной по местным меркам. Несмотря на отсутствие окон, было светло: небольшие факелы подвешены на стенах высоко к потолку. В углу небольшая кровать с новым хлопковым постельным бельём, рядом с ней рабочий стол и стул из красного дуба, на противоположной стене умывальник из серого гранита. Пол, потолок и стены из коричневых с золотым мраморных плит. Это скорее напоминало комнату отдыха или личный кабинет, а не место ожидания наказания. Данталион сел на кровать, упираясь локтями в ноги, глядя в одну точку. Тысячи мыслей поселились в его голове, но ни одна их них не была настолько чёткой и ясной, чтобы ухватиться за неё. Что бы не случилось, сейчас есть вещи поважнее. Единственное, что было свыше размышлений – мысли о благополучии Лили. Конечно, Агарес не тронет её. Его вера в то, что перед ним Императрица Ада не даст этого сделать. Да и к тому же, он не из тех, кто привык решать вопросы силой. Наверное, им даже повезло, что их вычислил именно Агарес. Будь на его месте другой член Стигийского совета, Асмодей или Велиал, например, дела были гораздо хуже. Хотя они, должно быть, уже знают план Агареса и согласны с ним. Их идея не укладывалась в голове: как Лили может быть Матерью Демонов? Она ещё совсем юная девушка, у которой есть Земные родители, хоть она их и не знает. Она помнит, как росла, и ничего сверхъестественного у неё в жизни не происходило. Это какой-то бред. Не в силах оставаться на месте, Данталион стал мерить шагами комнату. Пока он в доме Агареса, а точнее, в здании временного правительства, создать портал невозможно. Для начала нужно либо отсюда выйти, либо спуститься на достаточную глубину. Это проблематично. Хоть комната выглядит дружелюбно, не стоит терять бдительность. Достаточно воспользоваться своими силами, и не известно, что случится. Рассматривая кривые трещины мрамора, демон мысленно отчитывал время, но с каждой минутой это становилось всё сложней. Как будто сам мыслительный процесс давался с трудом. Он прислушивался к звукам из коридора, которые слышно благодаря небольшому окну с решётками на двери, но там была поглощающая тишина. Настолько безжизненная, что начинало звенеть в ушах. Сосредоточившись, демон закрыл глаза, выравнивая дыхание. Он ненавидел это делать, но пришлось. Ближайшие мысли он нашёл в двух сотнях метрах от себя. Два гвардейца-охранника прогуливались по коридорам, болтая о своём. Это были не сопровождавшие Данталиона демоны, поэтому ничего интересного они не знали. Расширяя свой ареал, Данталион нашёл ещё нескольких патрулей. Они обходили темницу, но не приближались к его крылу. “Мы сегодня не патрулируем западное крыло?” “Нет, Господин приказал туда не приближаться.” “Странно... Не знаешь, почему?” “Нет, но слышал, что там гость Господина, а ещё один в его кабинете.” Гость. На лице Данталиона появилась горькая ухмылка. Будь они гостями Агареса, послал бы он одного из них в темницу? Вряд ли. Данталион продолжил слушать, хотя голова уже начинала болеть. “Да, я тоже слышал, что у Господина в кабинете какая-то важная персона. Настолько важная, что он даже Осе запретил входить.” Осе. Мысль, словно молния, пронзила голову Данталиона, хотя она и так трещала. Он помнил Осе со званных вечеров, когда сам часто туда ходил. Умный, талантливый демон со слишком деспотичным отцом. Он так нуждался в покровительстве, что не мог надолго самостоятельно оставаться на важных встречах. Данталион помнил, что Осе хотел пойти на службу в какому-нибудь уважаемому демону, лишь бы сбежать от отца, но не знал, что тот попал к Агаресу. Какая-то нотка гордости появилась к этому мягкотелому демону. Головная боль такая, словно мозг разваливается на куски и бьётся о череп. В ушах зазвенело, а картинка перед глазами стала на порядок темнее, но Данталион решил отыскать Осе во что бы то ни стало. Он закрыл глаза, поудобнее усевшись на кровати и уперевшись спиной в стену на случай, если не выдержит головной боли и отключится. Выровняв своё дыхание и успокоив сердцебиение, он вновь и вновь пролистывал мысли всех демонов в здании в поисках знакомого. Сотни голосов, интонаций, громкостей поселились в его голове. Их заботы и проблемы стали его, их мысли и чувства прилипли к нему. Данталион не сдавался. Он был знаком с Осе и точно знал, как звучит его голос. К тому же, вариантов, что его здесь нет, не было. Осе ответственный и порядочный демон, слишком любивший свою работу и проводивший здесь много времени. Знакомый голос послышался в собственной голове, и Данталион резко открыл глаза, будто ото сна. Осе был недалеко от кабинета Агареса в восточном крыле здания. Разбирая какие-то бумаги, он размышлял о своей службе и доверии Господина к нему. Ему было обидно, что герцог не впустил его на переговоры, хотя сам считал, что не достоин этой чести. Осе наткнулся на собственный отчёт по патрулированию Тёмного Леса, когда в голове появились чужие, но со знакомым голосом мысли. “Приходи в темницу западного крыла. Никому ни слова.” Осе, не понимая собственных действий, пошёл. Сила, ведомая им, была намного сильнее собственной. Словно под гипнозом он прошёл мимо патруля, который слегка ему поклонился. После его последних заслуг уважение в здании временного правительства повысилось, особенно после находки в Лесу. Осе шёл по тёмным, одиноким коридорам, отдающих сыростью и тиной. Ему никогда не нравились подземелья, а все темницы находились там. Спустившись ещё ниже, он оказался почти на самом нижнем ярусе. Дорога была долгой. Зачем ему вообще в западное крыло? Мысли, чужие, но плотно поселившиеся в его сознании, не давали размышлять здраво. Словно под чужим влиянием передвигал ноги, наконец оказавшись в темнице западного крыла. Он проходил мимо дверей с решётками, пока не заметил знакомое лицо за одной из них. — Данталион? — его лицо стало значительно бледнее с их прошлой встречи, а под глазами появились тёмные круги. Опомнившись, Осе поклонился — Что Вы тут делаете? Вам плохо? В ответ на это Данталион лишь усмехнулся. — Спасибо за заботу, Осе. И спасибо, что пришёл. Данталион стоял, упиравшись руками об дверь. В горле стало сухо, а голова болела так, словно её отрубили и окунули в кипящий лавой котёл. Тяжело дыша, он мысленно гордился собой. Внушение Высшим демонам даётся очень тяжело, но есть ещё порох в его пороховницах. Осе непонимающе молчал, слегка приоткрыв рот от удивления. Он много слышал о Данталионе, в основном о заслугах во время Великой Войны. Несколько раз видел его на званых вечерах, но стеснялся подойти. В какое-то время даже думал пойти к нему в ученики, но позже Данталион всё реже стал выходить в свет и общаться с малознакомыми ему демонами. Сейчас Осе, конечно, рад этому, потому что позднее поступил на службу Агаресу, его Господину. — Почему Вы здесь, Господин? — Осе недоумевал: Данталион выглядел неважно. И почему он вообще сидит в темнице? — Не называй меня “господин”, пожалуйста. — перестав читать чужие мысли, голова стала болеть не так сильно, хотя монотонный шум не давал покоя — Мне нужна помощь, Осе. Знаю, что ты верен своему Господину, но, прошу, сначала выслушай меня. Я оказался здесь случайно, и... второй гость тоже. Но мы не можем отсюда просто уйти: нас не выпустят. Понимаю, мы мало знакомы, и ты, наверное, не доверяешь мне, да и не должен, но помоги нам бежать, прошу. Хотя, можешь помочь только мне, а дальше я сам. От такой неожиданной просьбы рот Осе непроизвольно открылся ещё сильнее от удивления. Конечно, он верил в благие намеренья Господина Данталиона, но они казались такими неправильными и безрассудными... к тому же, он не знал, как Господин Агарес отреагирует на такое. Не зря же он посадил этого демона в темницу, верно? — Я... — запнулся Осе и мысленно отругал себя за это — Я не знаю, чем Вам помочь, Гос... Данталион. Господин Агарес будет в ярости, если я ненароком сделаю то, чего он бы не хотел. Поймите меня, я так долго добивался его расположения... Попасть на службу к такому многоуважаемому герцогу многого стоит... — Прекрасно понимаю. — перебил его Данталион — За такую необыкновенную помощь требуется необыкновенная награда. Я сделаю всё, что ты попросишь. Хотя, уже знаю, что ты желаешь больше всего на свете. Я могу исполнить это. Осе быстро и коротко вздохнул, словно испугавшись собственных мечт. Он смотрел в бездонные, уверенные глаза Данталиона, понимая, что тот не шутит. Больше всего на свете он желал... Нет, даже мысленно не может произнести это. — Вы не можете з... — Я был в твоей голове, Осе. — вновь перебил Данталион — Я знаю. Осе замешкался, взвешивая “за” и “против”. Тысячи аргументов говорили, кричали о том, что отпускать пленников плохая идея. Но один довод, что мечта сбудется... и его многовековые страдания закончатся, перебивал их всех. — Что от меня нужно? — решился он. — Для начала, выпустишь меня из камеры. Потом, так как ты один из местных работников и можешь здесь колдовать, наложишь на меня чары: превратишь внешне в одного из гвардейцев. После покажешь, где тут выход в потайную канализацию. — Но я не умею создавать облики... — Конечно умеешь, просто у тебя не было хорошего наставника. Осе неуверенно кивнул. Он помнил, что Данталион был одним из самых мудрых и знающих учителей в Аду. Шепнув пару слов замку, дверь отварилась. Оттуда, вальяжной походкой, словно из собственных покоев, вышел Данталион. Он всё ещё был бледным, но на щеках стал появляться лёгкий румянец. Осе не стал задавать ненужных и надоедливых вопросов о его самочувствии. Облокотившись на стену, Данталион закрыл глаза и глубоко вздохнул. Немного отдохнёт и возьмёт себя в руки. Сейчас не время расслабляться. — Так, давай приступим. Пару долгих минут ушло на обучение. Осе сильно нервничал и переживал, что не получится. Отгоняя плохие мысли, пробовал вновь и вновь. Ладони слегка вспотели, и Осе винил себя в слабости, мысленно ругая, что предстал в таком свете перед Данталионом. Данталион же, напротив, вел себя весьма сдержанно и тактично перед учеником. Спустя какое-то время у Осе наконец-то получилось создать иллюзию, идеально лежащую на носителе. — Молодец, быстро учишься. — похвалил его Данталион, оглядывая себя — Как-нибудь приходи ко мне, обучу тебя чему-то ещё. От похвалы щёки демона покрылись румянцем, и Осе кашлянул, поднося руку к лицу, чтобы скрыть это. — Теперь мне стоит показать, где потайной выход? — Да. — Данталион по-приятельски закинул руку демону на плечо, от чего тот заметно покраснел — А потом вернёшься в свой кабинет и не будешь выходить оттуда, что бы не услышал. Ты не плохой парень, Осе, так что... береги себя и не лезь на рожон, ладно? Осе смущённо кивнул, и они вместе двинулись глубже в подземелье.