Корни сердца

С инцидента в гавани прошло несколько месяцев и за это время не произошло ничего значительного. Дни проходили в относительном спокойствии и однообразии, но Итэру это было по душе. Неторопливо и планомерно он старался стабилизировать элементы в своем теле после вмешательства адептов. Он много путешествовал по Ли Юэ, но по-прежнему часто останавливался на постоялом дворе Ваншу. Итэр не мог забыть то, что сказал ему Сяо. Хоть он и не избегал его, как раньше, но держался в стороне, лишь изредка перекидываясь с ним словом. В иных обстоятельствах Итэр легко бы смирился и отправился дальше, но путь в Инадзуму был закрыт, а он сам оправился не до конца. Проводя дни за работой на гильдию, он часто уходил в раздумья, и всякий раз мысли приводили его к Сяо. Почему-то они вызывали у него беспокойство. Итэру казалось, он сделала что-то неправильное, и теперь ему было стыдно. Возможно, не стоило оставлять ему записку, не стоило петь для него и готовить, не стоило даже начинать говорить с ним… Однако, он вспоминал об этом уже после того, как относил на балкон тарелку с миндальным тофу. Всякий раз он был уверен, что этот жест последний, но за ним следовали еще и еще. Сидя на корнях огромного дерева, Итэр снова думал об этом. Близился праздник морских фонарей, и люди стали особенно суетливы. За последние несколько дней на Итэра свалилось небывалое количество поручений, а его заказчики, как один, были ужасно говорливы. Они постоянно норовили рассказать какой-нибудь курьезный случай из уходящего года или похвастаться своими детьми, Итэр с улыбкой выслушивал все и лишь изредка кивал. Он не винил их за это, ему было все-равно. Порой они спрашивали о его родных, и Итэр отвечал невнятно или притворялся, что не слышал. Все его знакомые были заняты своими семьями, и он впервые за долгое время ощутил свое одиночество. Потому, спрятавшись от городского шума в долине, он думал о Сяо. Ведь он тоже был один. Неужели его это совсем не гложет? Как-то раз Итэру попала в руки книга о якшах, и тогда он понял, что его волнения не беспочвенны. Похоже карма медленно и неумолимо подтачивала его силы, рано или поздно он тоже падёт. Возможно, поэтому Сяо сторонился даже его – чтобы не обременять сожалениями. Каков наглец! Думает, что может решать за меня! Итэр резко спрыгнул на землю и направился в сторону гавани. Чем больше он думал, тем больше злился и беспокоился – на Сяо за то, что тот ничего не говорил ему, и на себя за бессилие. Он не знал как избавить его от кармы, похоже это было невозможно в рамках данного мира. Чертовы правила! Если бы можно было их обойти… Он остановился и глубоко вздохнул. Вдалеке был виден постоялый двор Ваншу, Итэр задумчиво смотрел в его сторону с некоторым чувством безысходности. Он бы мог простоять так еще долго, как вдруг кто-то позвал его. - Эй, путник, не мог бы ты мне помочь? Он обернулся и увидел, что к нему направляется старик. Его одежда была покрыта дорожной пылью, а широкополая соломенная шляпа вся была в мелких дырках. - Моя повозка застряла неподалёку, не могли бы вы помочь вытолкать? Итэр согласился, и направился за стариком. Он оставался начеку, ожидая засады, однако старик не обманул его – их действительно ждала одна единственная повозка, запряжённая ослом. Одно колесо застряло на кочке и в одиночку ее никак нельзя было сдвинуть с места. Общими усилиями им удалось вытащить повозку на ровную дорогу, и старик, честно признавшись, что денег у него не много, предложил подвезти. Итэр согласился. Они ехали неспеша, и чтобы скрасить время старик решил завести разговор. - …Хотел срезать дорогу, чтобы побыстрее приехать в гавань. Все-таки скоро праздник, нехорошо будет опоздать… - Он взглянул на Итэра, тот безучастно смотрел куда-то в сторону. – Ты тоже направляешься в гавань Ли Юэ? - Похоже, что да. - Да, такие дни лучше провести в кругу семьи. – Старик улыбнулся. – Тебя, наверное, уже ждут, нам обоим следует поспешить. - Моя семья очень далеко отсюда. Я здесь один. Эти слова давно вертелись у него на языке, но он не позволял им сорваться. Он знал, что от этого не будет никакого толку и, что лучше промолчать. Однако сейчас он почему-то сказал их. - Как жаль. – Старик покачал головой. - В следующем году тебе нужно обязательно привести их сюда. Нигде в мире больше ты не увидишь, как тысячи фонарей поднимаются в небо! Старик старался его подбодрить, но, видя, что слова не возымели эффекта, он замолчал. Минут через десять он вдруг снова приободрился и посмотрел на Итэра. - Слушай, наверняка в Ли Юэ найдется хоть одна одинокая душа, почему бы вам не собраться вместе? Одна одинокая душа… Итэр словно очнулся – действительно, почему он не додумался до этого сам? Он начал подозревать, что вместе с божественной силой, у него забрали чуточку интеллекта. Сяо… Итэр спрыгнул с повозки, обернулся и схватил человека за руку. - Спасибо, дедушка, вы очень мудры! Сказав это, он бодро направился в сторону постоялого двора, забыв обо всем остальном. Старик задумчиво смотрел ему вслед. - Чего ему не сиделось, все равно в одну сторону?.. *** Они поднялись на гору, возвышавшуюся над гаванью. Оттуда город был виден, как на ладони. Он весь светился и был особенно красив в эту ночь. Итэр бодро шагал наверх – его переполняла радость, поэтому он спешил. Сяо оказался на вершине быстрее и подал ему руку, помогая сделать последний рывок. Оказавшись на более-менее ровном участке земли, он окинул взглядом, простиравшийся внизу город. - Думаю, у нас еще есть немного времени. Подождём. Он сел на траву, чтобы отдышаться. Сяо молча стоял поодаль и наблюдал. Затем он сказал: - Тебе не нужно было подниматься. Я все еще могу спустить тебя в гавань. - Зачем? – Итэр непонимающе посмотрел на него. - Ты ведь хочешь провести время весело: запускать фейерверки, играть с друзьями и все такое? А я могу посмотреть на фонари и один. Итэр фыркнул и обиженно отвернулся. - Потому что я хочу посмотреть с тобой. И ты тоже хочешь, иначе бы отказался и просто исчез. Сяо поджал губы - Итэр был прав. Он не хотел отказываться, но и «да» сказать не мог, потому надеялся, что Итэр передумает сам. Однако тот был настроен решительно. Он уже точно знал, что Путешественник не желал никому зла, а его мотив был чрезвычайно прост. После того, как все подозрения развеялись, желание сблизиться с ним усилилось, но Сяо останавливал себя всякий раз. Он чувствовал, что это может плохо для него закончится. - Когда ты отправляешься в следующий мир, что происходит с теми, кто был с тобой близок? - Хм? – Итэр вновь посмотрел на него. – Ничего. Со временем они забывают меня, а в их мире не остается моих следов, словно я там никогда и не был. Сяо помолчал некоторое время, после чего спросил: - Я тоже тебя забуду? - Думаю, да. - Что насчет тебя? - А что я? Конечно, я помню всех, кого повстречал на пути. Но я храню их, как приятные воспоминания. - И тебе никогда не было грустно оставлять людей, с которыми у тебя была связь? - Вообще-то, у меня никогда не было близких друзей, кроме сестры, поэтому нет, мне не было грустно. – Итэр задумчиво вертел в руке золотистый лист гинкго. – Но с тех пор, как я остался один, это чувство стало посещать меня слишком уж часто. Я поэтому и позвал тебя, решил, раз уж ты тоже один в этот день… Итэр грустно вздохнул и отпустил лист гинкго. - По мне не скажешь, конечно, но я живу очень давно и видел многое. За это время я усвоил одну вещь: важнее всего то, что происходит сейчас. Бессмертным это бывает сложно понять, потому что они не ограничены во времени, но для людей настоящее очень важно. – Итэр умолк, пытаясь подобрать нужные слова. – Мне бы хотелось, чтобы ты это тоже понял. И перестал уже думать о будущем. Вечер был тихий и безветренный, поэтому лист медленно опустился на землю. Однако затем его подхватил легкий порыв воздуха и направил к гавани. Сяо проводил его взглядом. Он мягко посмотрел на Итэра и прикрыл глаза. В конце концов он подошел и сел рядом. - Спасибо, - тихо сказал Сяо. - Не за что. Итэр слегка улыбался. Его волосы отражали золотистый свет серьги, и Сяо казалось, что его лицо сияет. Он выглядел особенно красивым в этот момент и казался совсем юным. Сяо вспомнил, что когда-то он тоже был молодым. Он помнил, как в отражении на него тоже смотрел кто-то, чье лицо светилось. На сегодняшний день от него мало что осталось. - Началось! Голос Итэра вырвал его из задумчивости, Сяо посмотрел в сторону гавани. От нее медленно один за другим начали подниматься воздушные фонари. Через пару минут их количество достигло сотни, затем двух, дальше он не стал считать. Казалось, все небо над ними было усеяно фонарями. - Ты посмотри, за ними даже звезд не видно, – озвучил его мысли Итэр. - Одну все-таки видно. - Какую? – Итэр изо всех сил пытался разглядеть ее. Сяо взглянул на него и сам невольно улыбнулся. Возможно, он прав и стоит пойти на поводу его сладких речей. Даже если в конце Сяо погибнет – какая разница, его жизнь и так была очень долгой, и в ней было мало радостей. Он всегда кому-то служил и был скован обязательствами, он поступал так, как должен был. Сейчас он мог поступить так, как хотел. А Сяо и правда очень хотел кое-что. - Твои волосы… - начал Сяо. - А? – Итэр выжидающе посмотрел на него. – Что с ними? - Твои волосы растрепались, пока мы поднимались на гору. Могу я… хм. Он не договорил и отвел взгляд в сторону. Только сейчас Сяо вдруг осознал, как нелепо будет звучать его просьба. В конце концов он не стал договаривать, а Итэр не стал переспрашивать. Он тепло улыбнулся и одним движением снял ленту, скрепляющую косу и протянул ее Сяо. - Можешь. Мне все равно ее расплетать. Сяо смотрел на ленту, а затем перевел взгляд на Итэра и снова на ленту. Он снял перчатки и взял ее в руки – непонятно было из чего она сделана, но ткань была явно прочная. Итэр отвернулся, намереваясь и дальше рассматривать фонари. Сяо молча переместился за его спину и начал расплетать длинную косу. Одну за другой Сяо неторопливо распутывал длинные пряди – они и правда были мягкими и прохладными на ощупь. Он никак не мог оторвать взгляда, погружая в них пальцы и проводя по всей длине локонов. Казалось, Итэра совсем не заботило что он там делал с его волосами, он продолжал смотреть как последние фонари поднимаются высоко в небо и исчезают там. - Это очень красиво. – сказал Итэр. - Да. Красиво… Но Сяо не смотрел на небо.