Валкинар: Грехи отцов

Валлуар вместе с Глаудиром направлялись к королевскому замку. Чертог правителей Туадрии представлял из себя довольно крупный комплекс из кремово-белого камня, окруженный крепостной стеной и четырьмя башенками, за которыми располагалась сама цитадель и по совместительству жилище монарха и его ближайшего окружения. Сам замок располагался на небольшой возвышенности относительно остального города. Как валкинар помнил из рассказов старших собратьев, все крупные города континента Эндарии возникали следующим образом: сначала возводился сам замок, а уже вокруг него постепенно появлялся город. Некоторые из таких поселений со временем становились столицами королевств. А из камня подобные сооружения начали строить только в первой половине позапрошлого столетия. По пути градоправитель, постоянно оглядываясь по сторонам, рассказал Глаудиру о том, что принцесса Алин стала постоянно кричать по ночам. Именно эту информацию и узнал родственник мэра. Валлуар хотел уточнить — являются ли это совпадением с недавними событиями, но драколюд ответил уклончиво. А на встречный вопрос валкинара давно ли это произошло, мэр ожидаемо ответил, что сразу после первого нападения. Чем больше Глаудира посвящали в детали, связанные с появлением Вейлурского монстра, тем меньше ему нравилось это дело. Он ещё не до конца оправился от политической авантюры, в которую его втянули в Келгунде, и в Вейлуре назревало нечто похожее. Валлуар явно что-то недоговаривал, а в той истории с внезапно обнаруженной реликвией явно было что-то ещё. И оно было напрямую связано с действующим монархом Туадрии. Хорошо, что в городе оказалась Талис, может быть она поможет докопаться до правды. Тем временем, они миновали массивные ворота, ведущие во внешний двор замка, в котором находилось несколько хозяйственных строений и небольшой сад. По пути к цитадели, к валкинару и градоправителю подбежал полный мужчина в богатом одеянии. Это был граф Сиримон: — Вот и вы, Валлуар, наконец-то, — проговорил он, кинув неодобрительный взгляд на Глаудира. — Король сейчас в саду, ожидает вашего прибытия и… вас тоже, — обратился он к валкинару. — Идёмте, скорее, вас и так заждались! — энергично замахал он рукой, веля следовать за ним. Фландэль действительно находился сейчас в саду, в окружении цветов из разнообразных сортов. Монарх сидел на скамье, читая какую-то книгу. Валкинара это удивило — не каждый правитель мог похвастаться грамотностью. — Ваше Величество, наш гость прибыл, — сказал Сиримон, присаживаясь рядом с королём. — Отлично! — король тут же захлопнул книгу, положил на скамью и с любопытством осмотрел Глаудира, который в этот момент вместе с градоправителем встал на одно колено. — Встаньте, — сказал им Фландэль, что мужчины тут же и сделали. — Как звать тебя, валкинар? — учтивым тоном спросил у драколюда король, после недолгого молчания. — Глаудир Раданион, из красной стаи, — ответил валкинар. — Мне казалось, что валкинары ни перед кем не склоняют головы. — Я знаком с нормами дворцового этикета, Ваше Величество. Имеется кое-какой опыт. Потому и посчитал необходимым его соблюсти. — Хм, — улыбнулся Фландэль. — А вот предыдущий наш гость уверял меня в обратном. Помните этот момент, Орвилл? — Весьма подробно, Ваша Милость, — ответил невысокий, лысый как колено человек, одетый в красный дублет с золотистыми узорами, что стоял рядом с королём. С момента появления валкинара, он не сводил с него оценивающий взгляд, словно взвешивая какое-то решение. — Даже боюсь представить, что мог наговорить Балгот, Ваше Величество, — подал голос Глаудир. — Но уверяю вас, далеко не все мои собратья такие, как он. Даже если они из чёрной стаи. — Спокойно, я же шучу, — махнул рукой король, всё так же улыбаясь. Но затем, посерьёзнев, обратился к мэру, — Полагаю, что вы уже обрисовали ситуацию нашему гостю, Валлуар? — Всё верно, Ваша Светлость. Хотя, некоторые детали я рассказать не успел, так как прибыл гонец от графа Сиримона с вашим приказом. Но основную суть, да, передал. — Замечательно, — король снова обратил свой взор на Глаудира. — Тебе есть где остановиться, валкинар? — Да, Ваша Милость. Госпожа де Мердринур временно предоставит мне место для ночлега в своём доме. — Хорошо, — задумчиво сказал Фландэль. — Скажи, сколько зим ты уже борешься со всей этой чертовщиной, с которой обычно сталкиваешься. Хоть у тебя белые волосы, но выглядишь ты молодо. Однако взгляд твоих необычных глаз говорит, что ты старше всех присутствующих здесь. Спрашиваю, дабы узнать твой опыт и, чего греха таить из любопытства. — Вы очень проницательны, Ваша Светлость, — позволил себе лёгкую улыбку валкинар. — Здесь нечего скрывать, я очищаю мир от влияния Осквернённого бога уже почти девяносто зим. А седые волосы у меня были не всегда, но появились отнюдь не от возраста. — А из-за чего? — спросил король. — Из-за частого взаимодействия с этой мерзостью? — Нет, по другой причине. Не сочтите за дерзость, Ваше Величество, но конкретно эта тема довольно личная для меня, и я не хочу об этом говорить. — Неслыханная дерзость! — проскрежетал зубами, покрасневший от возмущения Сиримон. — Довольно, граф! — отрезал король и продолжил беседу с драколюдом. — Я понимаю тебя, валкинар. Поверь мне, прекрасно понимаю, — посмурнел Фландэль, на мгновение, отведя взгляд. — А часто тебе удавалось спасти жертв от демонического влияния? Твой предшественник говорил, что не задумываясь убивал всех, кто подвергнулся этой хвори. — Да, весьма часто. Я об этом уже сказал господину мэру, — сказал Глаудир, а Валлуар закивал, подтверждая слова валкинара. — Что ж, похоже, мы в тебе не ошиблись, — медленно произнёс Фландэль, после чего взгляд его карих глаз направился куда-то в сторону ворот, будто что-то услышал. — Похоже, Алин возвращается с утренней мессы. Странно, она же длится дольше, — король поднялся со скамьи, чтобы лучше видеть. Глаудир, благодаря своему слуху, ещё до того как монарх заприметил эскорт, услышал стук конских копыт по каменной брусчатке. И понял, что они приближаются довольно быстро. Вдобавок, валкинар уловил в воздухе странный запах. Он даже не мог объяснить чего именно. Когда во внешний двор въехало несколько хорошо вооруженных людей в латных доспехах, Глаудир заметил, как один из рыцарей придерживает рыжую девчушку, которую усадил вместе с собой на коня. Выглядела она откровенно плохо и явно была без сознания. — Великий Отец, — сдавленно прошептал король и быстро же рванул к рыцарям. Сиримон и мужчина по имени Орвилл, вскочили за ним. — Что происходит?! — крикyek король. — Алин, что с тобой?! — монарх взял у рыцаря принцессу, с отчаянием глядя на белое, как известь лицу девушки. — Её Высочеству стало дурно во время молитвы, она даже не могла удержаться в седле, — пробасил рыцарь, что вёз принцессу. — Я счёл своим долго пересадить её на своего коня, иначе бы она точно упала. — Благодарю, сир, — постарался взять себя в руки монарх. — Моё вам королевское спасибо. А теперь отведите принцессу в мои покои и прикажите прислуге бежать в город за лекарем! — отдал распоряжения Фландэль. Рыцарь кивнул, аккуратно взял принцессу на руки и направился к цитадели. Остальная свита, спешившись, последовала за ним. — К сожалению, вынужден оставить вас, господа, — вернулся Фландэль к четверым мужчинам. — Я хотел бы ещё побеседовать с тобой, валкинар, но сам видишь, — подрагивающей рукой король смахнул пот со лба. — Сиримон, Орвилл! — обратился монарх к дворянам. — Если у нашего гостя остались вопросы, велю вам ответить на них. Сиримон вновь хотел что-то возразить, но Орвилл молча осадил графа. — Будет исполнено, Ваша Милость, — сказал Орвилл. — Я сам всё объясню господину Глаудиру, если для графа это затруднительно, — с упрёком посмотрел он на Сиримона. Молча кивнув, король уже было собирался уйти, но, словно вспомнив о чём-то, остановился и вплотную подошёл к Глаудиру: — Я рассчитываю на тебя, воин, — король положил руку на плечо Глаудиру и сжал его. — Мне неизвестно платят тебе за твою работу или нет, но если вы с госпожой чародейкой поможете моему городу, обещаю, что в долгу не останусь. — Но запомни одно — тот, кто подвергся этой порче и сейчас убивает моих подданных, не выбирал такой путь. Поэтому я запрещаю тебе его убивать, даже не попытавшись помочь. В противном случае, я позабочусь о том, чтобы ты не вышел из этого города. Мы друг друга поняли? Самосуда я не допущу. — Да, Ваше Величество, — ответил Глаудир. — Вот и славно, — король похлопал валкинара по плечу. — Я рад, что мы сумели найти общий язык. После этих слов, Фландэль почти бегом устремился к вратам, ведущим в цитадель. Тем временем, оба графа, мэр и валкинар вернулись к садовой скамье. Люди присели, а драколюд остался стоять. Сиримон уселся несколько дальше относительно остальных и сложил руки на груди. По его выражению лица можно было понять, что компания Глаудира ему неприятна. — Полагаю, что у вас остались к нам ещё вопросы, господин Глаудир? — вежливо спросил у валкинара Орвилл. — Постараюсь помочь, чем смогу. — Спасибо. Вопросов не очень много, поэтому сильно вас не задержу. — Задавайте, не стесняйтесь. — Исходя из слов мэра Валлуара, архидьякон Армин, что стал жертвой последнего нападения, сумел найти способ нейтрализовать проклятие скверны. Мне интересно, откуда у служителя Золотой церкви такие познания? С такими как я, он вряд ли был знаком, следовательно, остаются только маги. Но между Консисториумом чародеев и Золотой церковью сейчас не самые простые отношения. — Мы и сами об этом размышляли, — отвечал Орвилл. К единому мнению так и не пришли, но как я полагаю, отец Армин, хоть и отрицательно относящийся к магии на словах, на деле мог и кое-что подчерпнуть из их знаний, когда между Консисториум и церковь более терпимо относились друг к другу, что было во времена молодости Армина. Доказательств у нас нет, поэтому, мы можем только предполагать. — Понятно. А есть ли живые свидетели, кроме господина мэра, которые бы видели монстра воочию и могли бы мне его подробно описать? — Не понимаю, зачем тебе это, Глаудир? — устало вздохнув, спросил мэр. — Если я заранее узнаю его габариты и скорость передвижения, то мне проще будет остаться в живых, — ответил Глаудир. — Как говорят альбиурийцы: «Предупреждён — значит вооружен». — Эх, ну вот что ты за мужик, опять вынуждаешь вспоминать этот кошмар, — судорожно вздрогнул Валлуар. — Тварь немалых размеров, может с медведем сравниться, шкура темна словно грех, а вокруг башки и шеи — кроваво-красная грива, почти как у льва. Пасть вытянутая с клиновидными зубищами, когтями рвёт панцирь, словно сыр ножом резать. Но самое паскудное — это зенки! Белёсые и сверкающие в темноте, — побледнел Валлуар и вдруг хохотнул. — Хоть сейчас заказывай миниатюру или наноси образ на герб! Пусть потомки любуются. — Это не смешно, Валлуар, — возмутился Сиримон. — Не стоит так цинично богохульствовать. — А что нам сидеть и плакать? — спросил у графа Орвилл. — Позвольте, господин Глаудир, я помогу нашему градоправителю. Сам видите, что ему нелегко. Мне как-то довелось поговорить с парочкой очевидцев — как они утверждают, что помимо крепкого телосложения и силы, как у быка, монстр невероятно быстр. Даже резвый скакун от него не убежит. — Хм, — внимательно слушал валкинар. — Он совершал нападения при дневном свете или ночью? — Исключительно при тьме ночной. Я так понимаю, это тоже важно? — Совершенно верно. Зараженные, ведущие лунарный образ жизни, обычно намного слабее днём. — Что за еретические словечки ты употребляешь? — вклинился Сиримон. — Говори по-божески — есть день и есть ночь. — Постараюсь сильно не нагружать, граф, — издевательски улыбнулся валкинар. — Собственно, я почти закончил. Я бы хотел побеседовать с теми выжившими. Вдруг узнаю ещё какие-нибудь подробности? Можете подсказать, где их искать? — Без проблем, — сказал Орвилл, поднявшись со скамьи. — Я могу и сам вас сопроводить, так будет быстрее. Город немаленький, а я знаю его наизусть. — Буду признателен, — кивнул Глаудир. — Но сначала, я хотел бы заглянуть к Талис. Она тоже вызвалась мне помочь и уже, наверняка, заждалась. — Что ж, — в компании всегда веселей, — улыбнулся Орвилл. — Я присоединюсь к вам, когда прихвачу необходимое. — Где мне вас искать? — Возле дома Талис. Полагаю, что вам известно, где это. — Не пристало благородному человеку шляться в компании вероотступников! — прошипел Сиримон, проходящему рядом Орвиллу. — У нас с вами разные представления о том, что пристало благородному человеку, граф, — сказал Орвилл. — Ну а мне что делать? — развёл руками, всё ещё сидевший на скамье, Валлуар. — То, что умеете лучше всего, — ответил Орвилл. — Исполнять обязанности градоправителя. Когда Орвилл и Сиримон повернулись к нему спиной, Валлуар незаметно показал им неприличный жест. *** Как и договорились, троица встретилась в Верхнем городе, возле дома Талис. Чародейка была удивлена, что с ними вызвался идти граф Орвилл, но возражать не стала. В течении всего этого дня валкинар, волшебница и аристократ ходили по Вейлуру, расспрашивая немногочисленных свидетелей нападений монстра. Среди них оказались кузнец, мельник, несколько стражников и даже жрица любви. Увы, но особых результатов, ни один из расспросов Глаудиру и Талис не дал. Почти каждый из опрашиваемых, путался в своём рассказе, так как до сих пор испытывал панический ужас от того, что видел. А у мельника с девкой ужас вызывал, ещё и сам Глаудир. Но большинство просто предпочитало не вспоминать об этом, и неохотно отвечали на задаваемые вопросы. Глаудир, который и до прибытия в столицу много дней провёл на ногах, очень хотел пить, но чистой воды в ближайшей округе не было, а алкоголь он пробовать не собирался. Беготня по городу и у Талис вызвала жажду. Тут то и пришёл на выручку их временный спутник Орвилл, у которого оказалась фляга с водой. Валкинар сначала усомнился в её чистоте, но граф уверил, что она из надёжных источников. Запах не показал ничего, потому троица с охотой по очереди отпивала из фляги. Более того, у Орвилла была ещё и фляга с вином, к которой он тоже иногда прикладывался. И вот оно, как показалось валкинару, пахло очень странно, не типично для вина, о чём он и спросил у графа, когда они шли поговорить с кузнецом. Дворянин сказал, что любит подмешивать в алкоголь целебные травы. После того как всех, кто видел монстра опросили, Орвилл предложил наведаться в Старый храм. Талис напомнила, что король запретил всем туда соваться, но граф сказал, что он выдал ему специальное разрешение, перед тем, как они покинули город. Чародейка сомневалась, что это хорошая идея, но Глаудир, поразмыслив, поддержал Орвилла, так как хотел бы изучить место, откуда и появлялся монстр. Но, когда троица добралась до городского причала, и островок, вместе с частью озера, оказался в поле зрения, Талис стало обильно тошнить. Естественно, дальнейшее путешествие пришлось прекратить, и спутники вернулись в город. По пути чародейке стало хуже, и Глаудир взял её себе на руки. Покрытый испариной, горячий лоб намекал на отравление, но это запросто могло быть и влияние магии скверны, так как ещё на причале валкинар учуял её характерный запах, а не все волшебники могли спокойно переносить эту ауру. Орвилл вернулся в королевский замок, пообещав и в дальнейшем оказывать помощь, если таковая понадобиться, а Глаудир и Талис направились к жилищу волшебницы. Дом чародейки был двухэтажным особняком, расположенный в западной части Верхнего города. Особняк был с небольшим внутренним двориком и, как говорила магичка, скульптурой Аделиты на фасаде. Миновав первый этаж, что представлял из себя нечто среднее между приёмной для гостей и библиотекой, валкинар сразу положил чародейку на кровать, снял и отбросил в сторону чёрный гамбезон, испачканный рвотой Талис, а затем приступил к осмотру. Симптомы, что описывала волшебница и его собственные познания в целительстве, говорили о том, что речь идёт всё же об отравлении. Если бы это было влияние скверны, то из слизистых Талис шла чёрная жидкость. Глаудир неоднократно наблюдал это у чародеев, что были чувствительны к данному виду чар. Драколюд уже собирался было приступить к излечению, но Талис не хотела, чтобы он расходовал свою магию перед сражением с чудовищем. Взамен, она попросила спуститься его на первый этаж и поискать там безоар — изобретение смуглых огнепоклонников из пустынных заморских земель. И главное — никакой магии. На одной из полок, валкинар и нашел этот тёмный, шерстистый комок. Смердело от него так, что запах, как думал Глаудир, весь Вейлур чувствовал. И так до наступления темноты, драколюд, как образцовая сиделка, помогал чародейке постепенно приходить в себя. Когда желудок Талис полностью прочистился, волшебница пару часов проспала, а затем собственными чарами восстанавливала организм. Хоть Глаудир и знал, что до того, как стать волшебницей, Талис росла с четырьмя братьями, в крестьянской семье, но не мог не восхищаться её стойкостью. Весь остаток дня, друзья исследовали заметки, что оставил после себя покойный архидьякон, как последнюю возможность узнать что-нибудь новое. Свечи и флакон с кровью, также принадлежащие священнику было решено использовать для предстоящей нейтрализации скверны в теле проклятого. Как подметил Глаудир, Армин оказался удивительно осведомлённым человек и точно угадал с ритуалом. Заодно не придётся возиться ингридиентами. Напоследок, валкинар поделился своим разговором с мэром и королём. И высказал все свои подозрения. *** — … В конце концов, чуйка стала откровенно говорить мне о том, что Валлуар лжет, — заканчивал свой рассказ Глаудир. — А что именно показалось тебе подозрительным? — спросила сидевшая рядом Талис. Волшебница сменила испачканную, дорожную одежду на изумрудную камизу и распустила волосы. — Вся эта история с внезапно обнаруженной реликвией Аделиты. Нет, я не сомневаюсь, что отец Фландэля действительно мог обнаружить нечто подобное. Мне не очень понравилось поведение мэра, когда он рассказывал об обстоятельствах, при которых её добыли и что за этим последовало. Ты давно сотрудничаешь с Фландэлем? Если да, то, что можешь о нём сказать? Не как о правителе, а как о человеке. — Я не так давно работаю в Вейлуре, но могу рассказать мнение моей коллеги, Кайлы. — Уж она-то разбирается в мужчинах, — улыбнулась Талис, поправив рыжую прядь. — Так вот, Фландэль, что очень удивительно, не слишком религиозен, хотя и тщательно старается это скрывать. Также он весьма умён, трудолюбив и не лишён чувства юмора. Да и простой люд считает достойным правителем и человеком. — Слишком уж идеальная биография, — пробурчал Глаудир. — Тут ты прав. У всех у нас есть недостатки, даже у коронованных особ. Кайла на собственном опыте убедилась, что наш Фландэль — страшно любвеобильный. Брак и появление дочери немного охладили его пыл, но ключевое слово, немного. А уж в молодости, для него не было границ. Дошло до того, что он переспал с одной из фрейлин короля Везериха. Это ещё одна из причин, почему они не слишком любят друг друга. — Я так понимаю, он ударялся в загулы даже при королеве? — Да. И она прекрасно об этом знала. Впрочем, это было взаимно — любви между ними никогда не было, как и в большинстве династических браков. Потому и наставляли друг другу рога, пока королева не умерла от простуды. — Ээээх, люди, — глубоко вздохнул Глаудир, покачав головой. — Но дочь он любит всем сердцем. И готов в Бездну прыгнуть ради неё. — В этом-то я, как раз не сомневаюсь, — Глаудир поглядел в сторону окна. —Ладно, Талис, время уже позднее, — валкинар встал из-за стола, — а гадать над этой историей можно до бесконечности. Может и к лучшему, что правду мы не узнаем. Если не возражаешь, я пойду спать. — Конечно, — слегка улыбнулась Талис. Чародейка несколько мгновений смотрела вслед драколюду, а затем тоже покинула стол. — Глаудир, погоди минуту, — подошла к нему Талис, когда валкинар уже хотел подняться по лестнице. — Совсем забыла кое-что. Ты не против освежиться после дороги? Не подумай, что я упрекаю тебя, вовсе нет, — быстро проговорила она и опять потеребила длинную прядь. — Просто я подумала, что тебе будет приятно немного расслабиться в горячей воде, после долгого пути. У меня и бадья имеется, как ты видел. — Спасибо, мне очень приятно, Талис, правда, — ответил Глаудир. — Но мне не хотелось бы лишний раз злоупотреблять твоим гостеприимством. Я завтра с утра думал наведаться в городскую баню и… — И подцепить там какую-нибудь заразу, — перебила его Талис. — Будто ты не знаешь, чем там порой занимаются, глупыш, — хихикнула она и, схватив валкинара за крепкую руку, повела его на второй этаж. — У меня же всё чисто и стерильно. В конце концов, чародейка я или кто? — Ну, хорошо, — тоже улыбнулся Глаудир. У Талис действительно была немаленькая бадья с инкрустированной резьбой, изображающей дельфинов. Она располагалась у окна, напротив спальни, что находилась в другом конце просторной комнаты. — Подержи-ка, — Талис открыла небольшой флакон из голубоватого стекла и вручила его Глаудиру. — А теперь, лей мне на руки. Глаудир сделал, как она сказала. Талис поставила ладони так, чтобы собрать всю приятно пахнущую воду в них. — Ага, — сказала чародейка, — А теперь отойди в сторону. Валкинар наблюдал, как волшебница прошептала магическую формулу, и вокруг её ладоней задрожал воздух. Драколюд ощутил дуновение ветра, хотя окна были закрыты. Вода, собранная в ладони Талис, стала с журчанием видоизменяться, превратившись в сферу, а затем начавшая увеличиваться в размерах. Ветер подул ещё сильнее. Когда сфера увеличилась до человеческих размеров, Талис провернула жест ладонями и вода, повинуясь магии, двинулась к бадье. А затем, с плеском опустилась, заполнив глубину. — Впечатляет, — сказал Глаудир. — Магия — это целое искусство, как говорил мой учитель. Думаю, тебе понравиться. Глаудир подошёл к бадье, снял рубашку, обнажая мускулистое тело и, прежде чем расшнуровать штаны, обратился к Талис: — Ты не могла бы? Волшебница с улыбкой отвернулась, а валкинар избавился от остальной одежды и забрался в бадью. Драколюд ощутил блаженство от прикосновения тёплой воды к коже, снял с волос ленту, держащую хвост на затылке и окунул голову. Просидев так несколько секунд, Глаудир отжал распущенные до плеч белые волосы и откинулся на деревянный бортик бадьи, с удовольствием прикрыв глаза. — Ну как, приятно? — услышал Глаудир голос чародейки. — Безусловно. Огромное тебе спасибо, Талис. — Не за что, — валкинар не знал, что Талис, пока он держал голову под водой, воспользовалась моментом и осмотрела всё его тело, особенно плоский живот и широкие плечи. Решила чуть-чуть вспомнить их летние деньки в Келгунде. — Я буду внизу, если что. Глаудир толком не заметил, что омовение в бадье подействовало настолько умиротворяющее, что драколюд заснул. Он видел странный сон. В нём было какое-то место, где от края до края простиралась водная гладь. Поверхность была настолько спокойной, что валкинар видел отражение каждой из многочисленных звёзд, украшающих ночное небо. Но самое удивительное было даже не то, что Глаудир мог спокойно ходить по водяной поверхности, а огромная, ослепительно сверкающая луна, словно гигантская гора, нависшая над беловолосым воином. — Глаудир! — услышал он до боли знакомый женский голос. Обернувшись, валкинар увидел её. Одетая в тёмную сорочку, волосы чёрные, как оникс, ярко-жёлтые, выразительные глаза. Лицо таинственной, завораживающей красоты. Она медленно шла прямо к нему. — Идрисэйд? — удивлённо обратился он к ней. Нет, это не могла быть она. В глазах нет игривого прищура, губы насмешливо не изогнуты. Что вообще происходит? Темноволосая подошла к Глаудиру. Его настораживало пустое, отсутствующее выражение на её лице. — Скорее иди в Альбиурию. Спаси их, пока не поздно. Спаси их пока Великий Змей и Ревущее Пламя не поглотили всё. — Идрисэйд, что происходит? — Спаси их, Глаудир! — Идрисэйд! — Глаудир! Глаудир! — Глаудир! Валкинар резко проснулся от голоса Талис. Чародейка трясла его за плечо. Вода уже остыла, так что проспал он явно больше часа. — Талис? — сонным языком спросил он. — В чём дело? Что-то случилось? — У нас тут внезапный гость, — чародейка кивнула куда-то в сторону. Проследив за её взглядом, Глаудир увидел короля Фландэля, стоявшего в стороне. На монархе был видавший виды дорожный плащ. — Не стоит вставать, валкинар, визит неофициальный. Твою сардельку и так видно, не переживай. Талис сжала губы в попытке не засмеяться.