You're in the past and I'm at the lowest point of my life

      Выходя с вокзала в компании таких же как он провинившихся, отправленных на поиски побегушника, Калхун всё прокручивал в голове произошедшее. Сурового Гордона, своё наигранно-агрессивное поведение, шутку про пиво. Свернувшие за угол компаньоны скрылись из виду, когда Барни присел, притворяясь, что завязывает шнурки, и, убедившись, что никого поблизости нет, юркнул в ближайшую подворотню.       И всё-таки, суровый Фримен оказался симпатичным. «Даже горячим,» — без стыда признал солдат, заходя в подъезд. Через третий этаж до другого крыла, и он почти у лаборатории Кляйнера. Может даже успеет обогнать Гордона. Видимо, соревноваться с ним вошло в привычку.       Где-то вдалеке завизжала сирена, оповещающая об отклонении численности. Судя по всему, заметили всё же Фримена. Ну, хотя бы не поймали, иначе бы никто о нём не трезвонил. Мирные жители, только высыпавшиеся в коридор, завидев ГОшника, прятались по квартирам. Картина, для Барни привычная, никак не отбивала компанию мыслей о долгожданной встрече.       «Вообще, интересно, чего Гордон так испугался,» —  Барни запрыгнул на перила, скатываясь по ним, чтобы ускорить спуск: «Или может он просто бледный такой». Двор скрывал в себе нужный подвал, до лаборатории было рукой подать.       Отодвинув прикрывающую вход доску, Калхун устремился вниз, в сырой полумрак, едва освещённый треснувшей тусклой лампочкой. Здесь никто не бывает, так что можно было снять маску, утерев взмокшее лицо локтем. А может и в правду он Барни не узнал. Хотя, да ну, не сильно он и изменился. Гордон вообще ни разу не поменялся. Хоть бы одна морщина, нет, всё так же на двадцать шесть засранец выглядит.       На Калхуна же из по счастливой случайности лежащего на полу осколка зеркала смотрело лицо, едва этими морщинами не заплывшее. «Пердун старый, ещё и щетиной зарос. Как знал, что побриться надо». Волосы растрепались и прилипли к потному лбу, как он ни старался их прилично уложить, получался бардак. Что уж говорить о седине, слишком явно засветившей виски. «Выгляжу на все сто. Лет. Какой ужас».       Тяжёлую створку, бывшую предпоследним препятствием до лаборатории, Барни поднял вручную, тут же аккуратно прикрывая. Вот и автомат, он на месте.       — Бля, что за бред я сморозил. Какое в жопу пиво. — Калхун протёр глаза, пытаясь осознать масштабы собственного идиотизма. — Да, как так надо было проебаться, ааа, — прислонился лбом к холодной стене. А хотелось, конечно, начать об неё биться. Перевесил рационализм — встречать Гордона сверкающей на весь лоб шишкой не хотелось.       Лучше бы не вспоминал этот кошмар. Заходить не хотелось. Сто процентов же ещё что-то перед Гордоном сморозит. Конечно, если он уже пришёл, на что Барни очень надеялся. По крайней мере желающих пройти в лабораторию кроме него самого не наблюдалось. Гражданская Оборона, без сомнений, исключительная свора идиотов, но всё же, на поиски Фримена были брошены по меньшей мере все силы. «Наверняка ещё вертушку отправили, а надежде кого-нибудь ракетой пикнуть,» — и всё же, лучше бы ему уже быть там.       Торопливо пригладив волосы, Калхун ввёл код.       — Он здесь? — Мог бы и не спрашивать. Одетый в дурацкую гражданскую форму, физик-теоретик стоял перед прототипами телепортационных устройств, игрался, пересылая туда-обратно многострадальный кактус. — А, вот он ты.       Старый добрый Гордон, не упускает возможности понажимать на кнопочки. Ни на Барни, ни на разговаривающего с Аликс Кляйнера мессия так и не обернулся, впрочем, они знали, что Фримен им внимает. Разве что вышеупомянутая Ванс была слегка смущена, но ей позволительно.       Солдат даже не упустил возможности, проходя мимо Гордона, провести по его спине. И тот наконец соизволил обернуться, едва смущённо.       — Чёрт, Гордон, ты прямо-таки разворошил улей, — Калхун плутовато улыбнулся, то ли в дополнение к собственной фразе, то ли в качестве ответа на смущённый взгляд Фримена. И тут же, боясь столкнуться с осуждением с его стороны, отвернулся к экранам, с умным видом в них что-то разглядывая.       Переговаривающиеся Аликс с Айзеком тоже замолчали, так что в лаборатории повисла неловкая тишина, прерываемая только писком каких-то приборов и телепортируемым кактусом. Каждый думал о своём, а Барни о том, что он идиот. Ну надо же было про пиво в самый неподходящий момент вспомнить.       — Мы не можем оставить его здесь, док. Это поставит под угрозу всё, над чем мы так усердно работали. — И скорее всего тем, что Калхун не сможет думать нормально о чём-то, кроме своего проёба.       — Не волнуйся, он пойдёт со мной. — Так, а вот это ещё хуже. Барни хотел было возмутиться, хотя бы в пределах собственной черепной коробки, как его прервал громкий взрыв. Кактуса, мирно стоящего на одном из мини-телепортов, больше не было, а Гордон прятал руки за спину так, будто всем своим видом хотел дать понять присутствующим, что он здесь ни при чём. Барни слегка прыснул, прикрывая рот рукой, чтобы не смутить физика ещё больше, пока Кляйнер продолжил начатую Аликс мысль.       — Вот именно, Барни. Сегодня знаменательный день. Испытаем новый телепорт удвоенной транспортировкой.       Калхун выдохнул. И в правду, в Восточной Чёрной Мезе Гордон по крайней мере будет в безопасности. На первое время точно. Был лишь один вопрос, который его волновал.       — Ты имеешь ввиду он работает? Нормально на этот раз?  А то мне до сих пор снятся кошмары про ту кошку.       Кляйнер начал было что-то объяснять, но Барни перестал слушать примерно сразу. Почувствовал лёгкое прикосновение к собственному виску. Заставившее его задержать дыхание. Да уж, за этим Фрименом просто глаз да глаз. Он стоял уж слишком близко к Калхуну, осторожно касаясь его волос примерно в том месте, где во всю «цвела и пахла» седина. Ещё мгновенье, и на плечо солдата облокотилась вторая рука Гордона. Барни точно не сможет думать о чём-то кроме него.       — Что ж, если ему не придётся тащиться по улицам, может и шмотки ему дадим, — Гордон слишком нежно его трогал. Пальцы с волос перетекли на подбородок, осторожно поворачивая голову к себе, чтобы изучать чужие морщины. Сначала глазами, потом и кончиками пальцев. Барни же, в принципе, и не знал, как реагировать. Старался не смотреть мессии в глаза, сверля взглядом то зарывшегося под стол Айзека, то изучающую мониторы Аликс.       — Что? — Кляйнер оторвался от изучения содержимого собственного подстолья и посмотрел на мучаемого. — Ах, точно. Барни, предоставляю эту честь тебе, — будто отмахнулся, ей богу.       — Мне бы вернуться на пост, но ладно.       Гордон отстранился сам, излишне быстро и резко. Калхун же понял, что снова проебался. «Надо было ответить, » — пронеслось во вновь почёсанной репе солдата, идущего к створке. Фримен подошёл чуть позже, после того как, это Барни заметил пока вводил код, докопался до оборудования на столе Кляйнера, только на этот раз потыкать кнопочки ему не дали, учёный быстро, но легко хлопнул по загребущей ручке, тянущейся к прибору. И по надутому лицу мессии можно было сделать вывод, что он обиделся.       — А вот и, аааа!       Солдат хотел было впечатлить Гордона знаниями о новом костюме, дожидающемся хозяина за стеклом, как его прервало тяжёлое тельце, приземлившееся прямо на лицо.       — Блять! Убе-уберите это с меня!       Мозгосос, скинутый с головы, тут же предпринял новую попытку нападения, но Барни ловко, — снося задницей стоящие в комнате коробки и едва не падая, — увернулся. Правда тут же был сбит с ног Фрименом, надыбавшим где-то кусок трубы и с ним наперевес кинувшимся спасать голову друга. Так в обнимку они и улетели в груду коробок, ломая несколько из них, благо что не рёбра. Животное же, довольное вызванным хаосом, гордо протопав пару метров, запрыгнуло на шкаф под радостный возглас Кляйнера.       — Ламарр! Вот ты где!       — Я думал, ты избавился от этой херни! — Подал Барни голос из кладовки, пытаясь встать вместе с разлёгшимся на нём Гордоном. Тот, благо, всё ещё весил как пушинка при своём огромном, — по меркам гнома-Калхуна, — росте.       — Конечно нет! Гордон, я удалил ей клюв, так что она не опасна. — Кляйнер заглянул в кладовку, наблюдая в ней отряхивающегося и уже стоящего на ногах солдата и мессию, аккуратно спускающего на землю ноги, попутно наступая на ботинок Барни под его жалобное «Аёй». — Худшее, что она может — попытаться совокупиться с твоей головой. Абсолютно безрезультатно.       На только-только вышедшего Калхуна Ламарр тут же бесстрашно зашипела, конечно, ей-то бояться было нечего, он покричит, а она подлезет к маме-Кляйнеру и всё, в домике. Этим она и занялась, под крик солдата «Уберите эту срань от меня» подползая к Айзеку, уже подставившего лысину любимой животинке, но, завидев открытую вентиляцию, перестроила маршрут.       — Тьфу, теперь неделю придётся уговаривать её оттуда вылезти.       — Всем Сити Семнадцать будем молиться, чтобы не уговорилась, — Барни обернулся на Гордона, всё это время стоящего за его спиной с трубой наготове, теперь яростно кивающего. Приятно было знать, что твой, э, лучший друг, наверное, тебя поддерживает.       — Что, Барни, не любишь животных?       — Буээ.       И всё же, пора возвращаться к делам насущным. На всякий случай оглядываясь на вентиляцию, Калхун наконец разблокировал капсулу с костюмом. Только Гордон не спешил переодеваться. Он стоял, неотрывно смотря на HEV, освещённый мягкой подсветкой, с таким обречённым лицом. И Барни друга не торопил, впрочем, не совсем понимая его чувства.       Спустя целую долгую секунду Фримен с ужасно тяжёлым вздохом всё же сдвинулся с места, торопливо натягивая костюм на себя. Солдат вежливо отвернулся, впрочем, воображение дорисовывало картину самостоятельно. Оно, конечно, наверняка преувеличивало, слишком уж мутные воспоминания о телосложении друга остались у него. Или не друга. Барни запутался и перестал понимать, как называть Гордона.       Тот, уже полностью переодетый, хлопнул Калхуна по плечу, тут же его сжимая. Даже как-то ласково.       — Что ж, Гордон, вижу, твой костюм сидит на тебе, как перчатка. По крайней мере сами перчатки. — Фримен, убрав руки с плеч Барни, к глубочайшему сожалению последнего, осмотрел свои руки. — Я внёс пару модификаций, но давай-ка ознакомлю тебя с основами. Ну-ка, посмотрим. — Айзек прокашлялся и продолжил. — Пятая Версия Костюма Вредоносного Окружения сконструирована для комфорта и безопасности… Жутко-громко заверещала сирена, заглушая голос учёного.       — Док, на это нет времени. — Барни зажал руками уши в отчаянной попытке не оглохнуть и всё же старался перекричать тревожный вой. Однако, судя по лицам присутствующих, основный посыл они поняли и без всяких подсказок. Благо, тревога скоро прекратилась. — Просто держи костюм заряженным, Гордон, — мессия одарил его таким многоговорящим взглядом, без слов донося свою мысль «Кого ты учишь», так ещё и закрепил его лёгким щипком за нос. И, пока солдат скорчившись отходил от сливы, сбежал к Кляйнеру, объясняющему, как пользоваться зарядной станцией комбайнов.       — Всё же, давайте выдвигаться, — Аликс в полной боевой готовности уже стояла у потайной двери. Калхун и сам направился в её сторону, краем глаза наблюдая, как мессия изучает теперь пустой зарядник. Хотя, вернее было сказать пытается отодрать от стены, более того, скорее всего успешно бы этого добился, если бы не снова спасший электронику Айзек.       Картина передвинута, сетчатка глаза учёного отсканирована, потайная дверь открыла своё содержимое компании. Гордон оглядывал телепорт восторженно, хотя Барни он напоминал скорее ребёнка, увидевшего новую игрушку. С другой стороны, в этом взгляде проглядывалась и лёгкая печаль, солдату более чем понятная.       Обидно, наверное, наблюдать объект многолетнего вожделения, построенный кем-то другим. Фримен сам рассказывал, что с детства бредил созданием устройства телепортации, а что в итоге. Наконец приблизившись к мечте, пропал на двадцать лет, чтобы обнаружить, что проект, над которым столькие, в том числе и сам физик, ломали головы, выполнен.       Барни положил руку на плечо другу, пользуясь моментом, пока на них никто не смотрит, и приобнял его. Гордон, так же не упуская возможности, уткнулся носом солдату в макушку. Впрочем, быстро отпрянул, когда уже практически зашедшая в телепорт Аликс обернулась на мессию.       — Может лучше отправить Гордона первым? Если вдруг что-то случится, он хотя бы будет в безопасности.       Кляйнер задумался, даже не сразу отреагировал на подключившегося по видеосвязи Илая. Так что развлекать Ванса-старшего пришлось Барни, гордо демонстрирующему лидеру Сопротивления Фримена. Тот, попривыкнув к общей обстановке, уже не стеснялся с широкой улыбкой махать старому коллеге, пока Калхун стискивал его плечи. Прервать дружеский трёп удалось лишь Кляйнеру, громко объявившему:       — Значит так и сделаем. Переправим Гордона первым, Илай, ты же не против?       — Нет, Иззи.       — Тогда начнём! Гордон, как будешь готов, мы отправим тебя к Илаю.       Позволив Барни на прощание потрепать себя по волосам, Гордон вошёл в центр устройства. Оно тут же закрыло створки, поднимая первую жертву к потолку. Калхуну же оставалось лишь наблюдать, заняв свою позицию у панели. Кляйнер проводил отчёт, сообщая о состоянии телепорта, когда к солдату бочком подкатила Аликс, не отрывая глаз от процесса телепортации.       — Так что с кошкой?..       Барни только тсыкнул, указывая пальцем на недоумённо смотрящего в их сторону Гордона. Не сейчас им об этом думать, ой не сейчас.       — Передача через три. Два. Да что же это такое.       Процесс телепортации резко остановился. Айзек тут же полез разбираться с панелью управления, пока Фримен не привлёк к себе внимание Барни и не указал ему на отключившийся от розетки кабель. Калхун только кивнул, тут же вставляя его на место.       — Великолепно.       — Удачи тебе, Гордон, — Барни смотрел на него снизу вверх, и мессия отвечал. Невероятно ласковым взглядом, будто, как и солдат, понимал, они увидятся не скоро. Если, конечно, увидятся снова. Панель, закрывающая рычаг открылась, Калхун уже был готов дёргать. Как его прервал жуткий лязг.       — Что за…       Ламарр выпала из вентиляции, оглядывая комнату. Её никогда не пускали сюда, гадкий мозгосос уже однажды сломал аппарат телепортации. И, видимо, решил повторить этот явно удовлетворяющий опыт, под крики всех троих присутствующих прыгнув в уже практически отправленного Гордона.       Яркая вспышка, и он исчез.       Только Илай лепетал, вопрошая, где Фримен. Барни осел на пол. Вот и всё. Умерла последняя надежда человечества. Расщепилась. Прямо на атомы. Или ещё что.       — Вот он! — Аликс ударила Калхуна в плечо, насильно поднимая голову в сторону телепорта.       Гордон, жутко напуганный, возник в том же месте, где буквально только что и стоял. Окутанный электрическими разрядами, но, главное, невредимый. Правда Барни даже не успел порадоваться, как мессию утянуло обратно.       — Джудит, что происходит? — На этот раз говорил Илай.       — Я не уверена, похоже на какое-то вмешательство.       — Гордон, стой спокойно, мы тебя вытащим.       — Его что-то утягивает.       — В смысле, что утягивает? — Влез Калхун, подскакивая с колен. — Айзек, что происходит? Эй! Эй, он вернулся! — Солдат быстро ускакал в дальнюю часть лаборатории, чтобы разбежаться. — Не волнуйся, Гордон, я тебя вытащу! Он уже едва не прыгал в портал, готовый голыми руками вырвать друга, как его схватила Аликс, не пуская дальше.       — Не смей входить, тебя на куски разорвёт!       — И… Чёрт. — Что ему оставалось? Отчаянно оглядываться то на вновь исчезающего Фримена, то на Кляйнера.       — Он здесь, он снова здесь, — почти отчаянно лепетал Илай. — Нет, мы снова его теряем.       — Что происходит? — На этот раз вопрос исходил от Аликс, всё ещё вцепившуюся в рабочую куртку Барни. Тот успокаивающе поглаживал её по спине, уставившись в экран, ожидая новостей от Илая. Он лишь переругивался с с Айзеком.       — Он должен быть у вас.       — Только что проскочил.       — И где он тогда.       Неожиданно для всех, Ванс-старший ответил:       — Сзади.       Кляйнер только вскрикнул, пока все присутствующие в унисон заорали:       — Вырубай эту фигню! Вырубай!       Это и кинулся делать учёный, попутно пытаясь заглушить своим голосом шум аппарата.       — Беги, Гордон, беги!       — Гордон! Спускайся на другую сторону, я тебя встречу!       Наконец, жужжание телепорта затихло, оставляя компанию в тишине. Барни прервал её первым.       — Аликс, помоги Айзеку собраться и выводи его отсюда, если я не успею подойти. Если что я вас догоню.       Девчонка кивнула, наконец отцепляясь от чужого бронежилета, а Калхун уже кинулся вслед за Фрименом, надеясь, что с ним ничего не случится.       Лестничные пролёты, коридоры, ещё лестницы. Солдат буквально перепрыгивал их, спотыкаясь и несясь так быстро, как только мог. На ходу распахнув дверь, он оказался на заднем дворе. Излишне прыткий Гордон разбирал забитый досками проход голыми руками, уже отодрав одну доску. Отвлекать его от этого занятия пришлось криком.       — Ого, Цитадель просто в боевой готовности. Никогда такого не видел. — Фримен медленно шёл в его сторону, так что у Барни было время обратить внимание на зловещее чёрное здание в центре города. — Беги из Сити Семнадцать...       Солдат не успел закончить, взгляд упал на молчаливого собеседника. Непонятно где промокшего, судя по сложенным на локтях руках, ещё и замёрзшего. «Жесть котёночек. Голодный, холодный, » — прислонив ладонь к губам, Калхун выдохнул. Гордон смотрел на него огромными зелёными глазами, ожидая продолжения, но тот молчал. Раздумывал.       Думал он недолго. Даже если он надумал фигню, эта фигня казалась единственно верной. Секундная заминка, и Барни перелетел через забор, приземляясь рядом с другом, тут же обнимая его, будто желая хоть немного согреть.       — Кляйнер остался с Аликс, она за ним присмотрит. Куда я тебя отпущу, не дай бог каким-нибудь гадам попадёшься. Мы щас с тобой вместе через каналы побежим. — Взяв Гордона за руку, Калхун уверено повёл его в сторону так и не вскрытого выхода. И только сейчас вспомнил, что он безоружный.       — Блин блинский, подожди, — обыск карманов не принёс никаких плодов. Один автомат на двоих — не густо. Пистолет он, как назло, оставил. Единственное, что нашлось — это монтировка, когда-то и принадлежащая легендарному Фримену. Вроде как. В любом случае, её Барни и протянул другу. По крайней мере теперь он доски будет не руками отковыривать.