Часть 2
9 июля 2022 г., 00:20
Цветы возвращаются ко мне через пару часов. Ольга просто подходит к беседке, в которой я провожу время за планомерным уничтожением сигарет, и кидает букет на маленький столик.
— Мне от вас, Иван Степанович, ни букетов, ни чего-либо ещё не нужно. Можете делать тут все что угодно, я вам больше слово не скажу. — она уже разворачивается чтобы уйти, но я успеваю перехватить её за руку и притянуть к себе, проигнорировав её испуганный вскрик.
— Ольга Николаевна. — сватья делает попытку вырваться, но я не даю. Обхватываю её за талию и удерживаю перед собой. — Да не дергайтесь ж вы!
— Простите меня, я не хотел вас пугать. И обидеть вас не хотел, — опускаю голову, почти уткнувшись лбом ей в живот. — Я сам себя не понимаю. Перебрал вчера, а вы под руку с нотациями.
Чувствую как она расслабляется и невесомо гладит меня по плечу. Жар от такого мимолетного прикосновения заставляет меня зажмуриться.
— А с цветами вы зря так. Я их для вас выбирал, а извиниться подойти боялся.
— Неужели такая страшная?
— Всем бы такими быть как вы, Ольга Николаевна, — усмехаюсь и поднимаю на неё взгляд. — Красивая вы женщина, мужчины перед вами толпами преклоняться должны.
— И вы? — она спрашивает до невозможности серьёзно, а я уже не могу остановиться.
— Кажется, теперь я возглавляю эту толпу, — мягко отпускаю её. — Простите меня, Ольга Николаевна, я вам весь отдых испортил.
— Иван Степанович, — она сама делает шаг ко мне и кладёт руки на плечи. — я не обижаюсь на вас. Да и отдых вы мне не портили. Просто не понимаю я вас временами. А за цветы спасибо, давно мне их не дарили.
— Что даже Саныч не старается? — подавляю в себе желание обнять её крепко-крепко.
— Да как-то нет, — Ольга грустно улыбается. — Говорит, что это все глупости, и не в том мы возрасте, чтобы цветы носить.
— А можно мне одну глупость, а?
— Какую это? — смотрит подозрительно, а я вместо ответа обхватываю её руками, крепко прижимаю к себе и встаю, легко поднимая её. Она тут же в цепляется мне в плечи, а я улыбаюсь и начинаю кружиться. И мне до того радостно на душе и тепло, что весь негатив последних дней пропадает за секунду. Она в моих руках, держится и не кричит. останавливаюсь и аккуратно опускаю её на ноги, продолжая удерживать за талию. И мне кажется, что в её глазах тоже умиротворение что и у меня. Наклоняюсь и легко касаюсь губами её виска, замираю на миг, а потом шепчу тихо:
— Оля Николавна, тебе сейчас лучше остановить меня и уйти. Или я тебя поцелую.
Она вздрагивает, поднимает на меня взгляд и кончиками пальцев свободной руки проводит по моей груди.
— Остановить тебя? — мы незаметно переходим на ты. — Меня бы кто остановил.
Она приподнимается на носочки и легко касается моих губ своими.
В ответ я лишь прижимаю её к себе сильнее и целую по-настоящему, заявляя права и заставляя подчиниться. А она и не против.
— Иди к себе, — я заставляю себя прерваться.
— А ты? — она смотрит куда-то в сторону.
— Я догоню тебя.
Сватья слушается и молча уходит в дом, а я смотрю на букет и думаю, что жизнь разделилась на до и после. Скоро вернётся Валюха, приедет Саныч и уедет Ольга, а я останусь с никому не нужными чувствами и, по факту, разрушенной семьёй.
Букет из беседки я забрал, долго искал вазу на кухне и набирал воду, оттягивая встречу с Ольгой, но все же заставил себя зайти к ней в комнату. И нашёл её в кресле с тонкой сигаретой в руке.
— Вы все же пришли.
— Я не трус, Оля Николавна. За свои поступки надо отвечать.
