Митохондрия

Дугар дрожащими руками взял телефон в руки, еле как сдерживая себя от позднего звонка Руслану. Никотин так хорошо ударил ему в голову, что он слишком уж осмелел. Настолько, что, наконец, решился. Решился на самый необдуманный и действительно рискованный поступок в своей жизни. Парень откинул телефон на другой конец кровати, начиная тереть лицо руками. Нащупав ладонью возле подушки электронную сигарету, он глубоко затянулся, снова наполняя лёгкие дымом. Пальцы дрожали от волнения, словно он был малолеткой какой. Спустя несколько минут Ангарский снова взял смартфон в руки и открыл мессенджер, открывая чат с Енисейским. Тот был в сети. Судорожно выдохнув, Дугар кое-как начал печатать, через несколько минут отправив короткое сообщение. «Русь, нам нужно серьезно поговорить. Прямо сейчас». Оно было тут же прочитано, но ответ друг не прислал. Так, он, хотя бы, на связи, мысленно успокаивал себя парень, утыкаясь лбом в колени. «Я заметил, что в последнее время ты стал холоден ко мне, словно я что-то сделал не так. Если накосячил — так и скажи». Сообщение снова было прочитано, но ответа не было. «Блять, я скучаю по тебе». Опять прочитано, но и в этот раз ответа не последовало. Что я вокруг да около хожу, подумал Дугар, снова собираясь с силами. Если решил, что сегодня во всем признается — значит, сегодня во всем и признается. Он же мужик, а не тряпка половая, в конце-то концов. «Это не все, что я хотел тебе сказать. Давай без предисловий и прочей хуйни. Я люблю тебя. Не как друга или брата». После отправки этих нескольких фраз парень мучительные минуты ждал хоть какой-то реакции, однако возле сообщения значилось лишь две галочки, которые указывали на то, что оно прочитано. На всякий случай, чтобы не оставить Енисейскому и шанса на сомнения, Дугар решил уточнить: «Я не шучу. И я не пьян. Я бы никогда так не стал шутить с тобой». Снова лишь две галочки. Ангарский положил телефон на тумбочку, а после взял сигарету в руку, снова глубоко затягиваясь. Блять, как же он сейчас хотел сорваться и заявиться прямо под дверь Руслана, чтобы узнать ответ прямо сейчас. Но как мог нарушить его покой еще сильнее? Он и без этого точно его ввёл в явно хреновое состояние, из которого он не выберется сам. Да и тем более, Енисейский сам загонит себя еще дальше в угол. Завтра все должно решиться. В любом случае, они все равно пересекутся в школе, даже если не пойдут вместе в школу. Да он уже готов припереть его к стенке и ждать, пока Руслан хоть что-то внятное ему не скажет. Это мерзкое, тягучее и липкое ожидание обволакивало Дугара полностью, не давая и вздохнуть нормально. Оно душило. Да так, что сил это прекратить уже не осталось. Ангарский зарылся пятерней в волосы и откинулся на спинку кровати, выдыхая дым в потолок. Он быстро растворялся и заполнял своим запахом комнату, однако спустя какое-то время и он исчезал из-за открытого окна. Не хватало еще Дугару получить от матери за запах курева. Она у него женщина современная, знает все эти ашкьюди и чароны. Стрелка на часах ужасно громко тикала, поднимая уровень тревожности Ангарского до неимоверных высот. Он снова схватил телефон, отпечатком пальца разблокировав его, а после открыл месенджер, ожидая увидеть хоть пару слов в ответ. Но ждало его лишь очередное разочарование. Снова лишь две галочки напротив и горящая синяя надпись «в сети» напротив имени друга. Дугар был в шаге от того, чтобы швырнуть самсунг в стену. Как же он, блять, хотел увидеть что-то кроме этого гребанного молчания, которое стало теперь обыденностью в их общении. В его голове снова рисовался образ спящего рядом Енисейского, который прижимался к нему, обхватив пояс ногами. Руслан обычно тихо сопел под боком с чуть приоткрытым ртом, а иногда еще и бормотал что-то себе под нос. Он во сне, по обыкновению, заползал под его руку, а потом словно специально укладывал ее на свою талию. И не важно, в каком положении они лежали изначально — Енисейский всегда магическим образом просыпался в его объятиях. И обязательно упирался носом ему в ключицы, выглядя при этом безумно довольным. Как бы Дугар хотел вернуть те времена, когда он мог по утрам видеть спящего Руслана и перебирать его волосы, пока тот дышал почти беззвучно ему куда-то в предплечье. Завтра он и узнает, сможет ли вернуть эти мгновения обратно, или же они останутся лишь воспоминаниями краткого счастья, которое будет рушиться на его глазах и рассыпаться в мелкую стеклянную крошку.

***

Семь часов утра. Самое ужасное время, если ты лёг всего час назад. Хотя, какое там лёг — отрубился. Дугар всю ночь не мог уснуть, в волнении хватая телефон почти каждые десять минут. Каждый раз его ждали лишь две галочки возле сообщения. И это пугало до невозможности. Руслан никогда не оставлял его сообщения без ответа. Даже если был обижен. Неужели, их дружба уже пошла по швам и вот-вот развалится из-за его признания? Да даже если Ангарский удалит это, Енисейский уж точно запомнил. Потому что такое не забывают. Не каждый же день тебе в любви лучший друг признается. На удивление парня, дома уже никого не было. Обычно в такое время мама с папой в четыре руки готовили на всех завтрак и слушали ретро-музыку с радио. А сейчас на столе лежала записка. Странно, подумал Дугар, беря ее в руки. «У нас срочная командировка в Томск. Еда в холодильнике, деньги при входе. Будем через пару дней. И чтоб не пил!» Парень неожиданно рассмеялся с последних слов и, кинув бумажку в мусорку, открыл холодильник. Отыскав там колбасу и сыр, он уселся за стол. Нечасто его родители в какие-то командировки ездили, да и в поездки редко без него собирались. Его мама с папой всегда были за совместное времяпровождение, однако заметили, что им нужна свобода. Почти семнадцать лет, чего уж там говорить. Именно по этой причине они и оставляли его одного, сами куда-то уезжали на несколько дней отдохнуть. Ангарский быстро закинул в себя завтрак и начал собираться на уроки. На часах было ровно семь тридцать. Что-то он рано сегодня. Выйдя на улицу спустя пять минут, Дугар понял, что вообще никуда идти не хочет. На самом деле, он не хотел знать ответа Руслана. Не хотел видеть отвращение в его зелёных глазах. Не хотел оставлять их дружбу. Не хотел терять его. Потому что следом он легко может потерять и себя. Глупо ли это? Естественно. Но как ему еще быть? Ангарский машинально взглянул на своё запястье и увидел на нем всего несколько слов. «Я не могу справиться с собой». Как же хорошо, что не мне одному сейчас хуево, подумал он, понимая, что в этот момент должен чувствовать угрызения совести. Нельзя так даже в мыслях считать. Однако так успокаивало, что и его родственной души были сейчас проблемы. Приятно даже было. Дойдя до школы уж слишком быстро, парень обнаружил, что пришёл аж за пятнадцать минут до начала первого урока. Точно надо отметить этот день в календаре, усмехнулся Дугар, расстегивая ветровку. Погода была тёплая и солнечная. И почему то Ангарскому не хотелось, чтобы она стала дождливой под стать его настроению. Пусть уж хоть где-то все будет хорошо. Зайдя в класс и поздоровавшись почти с каждым встреченным человеком на лестнице и этажах, Дугар сел на своё место, высматривая красную макушку по всем углам кабинета. Но ее, почему-то, нигде не наблюдалось. Ангарского это насторожило, однако свои переживания он решил оставить при себе. И лишь за две минуты до звонка в класс вошёл Енисейский, выглядя, ну… Пиздец потрепанным и невыспавшимся. Он, как и всегда, плюхнулся рядом с Дугаром и невозмутимо достал все нужные принадлежности. Последний заметил краем глаза, что его руки немного тряслись. Как же ему хотелось взять их в свои ладони и попытаться хоть как-то унять эту дрожь. Но все, что он мог, так продолжать пустым взглядом смотреть на доску, где писали что-то об экономике то ли Германии, то ли еще какой страны. Не до того ему было. — Александра Матвеевна, можно выйти? — спросил Енисейский, лишь мельком глянув на сидящего рядом друга. — Да, Руслан, иди, — ответила женщина и продолжила свой важный рассказ. Спустя минуту Ангарский не выдержал и тоже поднял руку. — Извините, можно выйти? — проговорил парень, уже смотря в сторону двери. — Тут что, двор проходной? — проворчала женщина. — Да иди уже, иди. Парень тут же метнулся в коридор и почти побежал по лестнице, прекрасно зная, куда именно направлялся его друг. Главная достопримечательность каждой школы и просто место, где можно отдохнуть. Туалет, если простыми словами. Сейчас в голове Дугара творился какой-то кошмар. Все смешалось в одну большую кашу, а перед глазами стали мелькать воспоминаниями из их детства. Когда им было по семь лет, они, насмотревшись всякой ерунду по телевизору, решили сбежать жить в лес. Они тайком собрали с собой вещи в рюкзаки, натаскали еды с холодильника, пока не видели родители, а после встретились около входа в лес. В те времена их отпускали гулять чуть ли не в другой район, а лес был совсем недалеко от места, где мальчики жили. Дугар, будучи в то время куда более ответственным, чем Руслан, взялся ставить палатку, которую втихаря взял с балкона, пока никого не было, пока последний разводил костёр. Самому у него не получилось это сделать, поэтому пришлось достать спички. Спустя какое-то время они уже жарили сосиски, держа их на палочках над костром, и ждали пока приготовится картошка, которая лежала в углях. Вот только они не учли, что найти их могут совсем быстро. Они, сытые и довольные, лежали на траве и смотрели на звёзды, как вдали раздались крики. Очень знакомые. Руслан обернулся и увидел свою маму и родителей Дугара, которые с фонарями в руках бежали к ним. Их обоих схватили за уши и отругали за такую глупую идею. — Нас из-за костра нашли, дурак, — буркнул тогда Дугар, толкнув Енисейского локтем в бок. Тот посмотрел на него обиженно и незаметно наступил на ногу. А когда им было по десять лет, то они накопили денег на петарды. Опять-таки насмотревшись всякой фигни, только уже на ютубе, мальчики решили попробовать тоже взорвать петарды. Случилось это летним вечером, они только-только сдали учебники и шли довольные с покупкой в карманах джинс. Выбрали они место, если честно, хреновое — игровая площадка. Дети со своими родителями уже разошлись по домам, поэтому и свидетелей не должно было быть. Руслан вытащил петарды из своих джинс, пока Ангарский искал в рюкзаке зажигалку. Мальчики с горящими глазами подожгли пиротехнику и спрятались за деревом, выглядывая из-за раскидистых ветвей. Было и правда круто. И шумно. Вот только одна из петард отлетела в близстоящую машину, от чего сработала сигнализация. Мальчики растерялись и застыли на месте. Однако их потрясение тут же испарилось, когда из подъезда выбежал хозяин автомобиля, выкрикивая «Ах вы мелкие выблядки!» на всю улицу. Они тут же дали деру, весело смеясь друг другу. Радость и чувство безнаказанной свободы пьянили и кружили голову. Ветер трепал их волосы, из-за чего те лезли в глаза. И в этот раз их не поймали, что не могло не радовать их уши, которые от одного воспоминания о их побеге в лес начинали болезненно пульсировать. Когда же им было по тринадцать они, уже будучи подростками, а не мальчиками, нашли целую бутылку «Жигулевского» на лавочке возле какого-то подъезда. Руслан удивлённо тогда вскинул бровь, не понимая, кто вообще мог оставить не открытую бутылку пива без присмотра. А Дугар махнул рукой и, тужась минут десять, таки вскрыл пиво, выливая часть пены прямо на асфальт. Енисейский тут же вырвал бутылку из его рук и глотнул, зажмурившись. После он толкнул ее другу, который через несколько мгновений хмурился точно также, но упорно продолжал пить, пока пива от не осталось ровно половины. Руслан, не желая слыть ссыклом, пусть и в глазах Ангарского, допил до конца, выкинув бутылку в мусорку. — Ну и дрянь, — сказали они в один голос, начиная смеяться. Вот только в этот раз им уже попало. Все же запах пива это маты с другой улицы какого-то мужика из-за испорченной дверцы машины… И Дугар не хотел, чтобы все эти моменты остались пережитками прошлого, пусть и до ужаса счастливого. Он хотел, чтобы их становилось все больше и больше.

***

Руслан стоял в туалете и, оперевшись руками о раковину, смотрел на своё отражение в мутном зеркале. Оно было опухшим и даже немного жалким, так еще и грязь на стекле придавала ему какой-то печали. Да Енисейскому самому себя жалко стало. То сообщение в полночь выбило его из колеи. Он не был готов к таким переворотам в своей жизни, о чем бы он там ни мечтал. Несмотря на то, что Руслан принял свои чувства к другу, это не означает, что он примет их взаимность так легко. Первая мысль, которая появилась при прочтении желанного признания, была о том, что Дугар решил пошутить или был пьян в стельку. Однако следующее сообщение опровергло его опасения. Но это не делало ему легче. Да он буквально ломал себя, когда убеждал себя и готовил к отрицательной реакции Ангарского на его влюблённость. Даже успел убедить себя в том, что он не имеет права на какую-то взаимность. Руслан снова загнал сам себя в угол. Как и всегда. Однако это все не помешало ему уснуть в час ночи и встать ровно в семь утра, но при этом умудриться чуть ли не опоздать. Идиотизм и абсурд какой-то, честное слово. Енисейский прекрасно понимал, что через несколько минут Дугар заявится сюда, чтобы узнать его ответ. Или хотя бы почему он не отреагировал на его сообщения. Вот только проблема была в том, что он и сам не очень понимал, почему так сделал. Наверное, побоялся. А чего он, спрашивается, боялся? Тоже не знает. Но что он точно знал и ощущал в этот момент, так это то, что еще немного, и его начнёт трясти от волнения и страха столкнуться с проблемой лицом к лицу. Ему снова хотелось спрятаться в шкаф, закрыв уши ладонями, и ждать, пока это все не закончится. Но еще одна проблема заключалась в том, что без него это все не сможет закончиться. Потому что он один из тех, кто и заварил эту кашу. Следовательно, ему ее и расхлёбывать. Руслан уже и сам не понимал, зачем загнал себя в угол, если все, кажется, так просто на самом деле. Он любит Дугара. Дугар любит его. Так в чем же проблема? Головой-то он понимал в чем проблема, а вот сердцем… не хотел и признавать даже. Он боялся, что для Ангарского будет являться заменой той девушки. Они ведь так похожи. От одной этой мысли Руслану хотелось сделать этой Алисе гадость какую-нибудь. И от этого было еще более мерзко и противно. Со стороны входа послышались знакомые шаги, от чего парень вздрогнул, склоняя голову к полу, словно не желая смотреть на входящего. Дугар медленно подошел к нему, боясь шевельнуться лишний раз, и не мог сказать и слова. — Почему ты не ответил? — спустя несколько минут спросил тот, смотря на согнутую спину Руслана. — Честно, — прошептал Енисейский, сжимая края раковины ладонями, — Я боялся. И до сих пор боюсь. — То есть… — немного неверяще проговорил парень, — Тебе не мерзко? — Да было бы от чего, — хмыкнул Руслан в ответ, — Сам-то я ничем не лучше. — Подожди, ты… — начал Ангарский, однако его тут же прервали. — Но я не хочу быть чьей-то заменой, — четко произнёс он, поднимая взгляд на друга, — Понимаешь? — Да что ты вообще несёшь? — удивился Дугар, — Какая замена? — Ты… — Руслан вздохнул, потирая глаза дрожащими пальцами, — Блять… Ты правда ничего не помнишь? Тогда, в январе у кого-то на квартире сидели, ты меня еще домой бухим тащил. — Ну, да, ты чуть ли не блеванул мне кроссовки, — пожал плечами тот, — Ничего же не было. — Ага, ясно, значит, — кивнул Енисейский, — А я прекрасно помню, как эта бляд… Алиса очень радостно с тобой сосалась на диване, пока с великим удовольствием лапал ее за всевозможные места. И, знаешь, — усмехнулся парень, — Мы с ней чертовски похожи. — Блять, Руслан, — начал Дугар, — Ты сам то себя слышишь? Мне она нахуй не сдалась. Я ее от силы видел раз десять в жизни, а ты… Ты то другое дело. Ну, похожи вы немного, ну и хуй с ним. — Замолчи, просто замолчи, — прервал его Енисейский, отходя к окну. Он упёрся лбом в приятно холодящее кожу стекло и, достав из кармана сигарету, затянулся. Глубоко, чтобы как можно больше дыма попало в лёгкие. Сейчас только никотин может хоть как-то ему помочь прийти в чувство. Или расслабиться. Оба варианта были неплохими. Енисейский так себя ненавидел в те секунды. Казалось бы, вот оно, счастье, которое ты хотел. А ты все равно от него отказываешься. Руслан был слишком горд, чтобы быть чьей-то заменой. Это слишком унизительно. Ему еще не настолько хуево, чтобы соглашаться на такую мерзость в ущерб самому себе. — Я тебя хоть раз в жизни обманывал? — спросил Ангарский, встав рядом с ним. — Сейчас не тот случай, когда можно использовать этот аргумент, — ответил Руслан. — А я вот думаю, что именно тот, — сказал парень, — Неужели ты готов в ущерб себе верить в этот бред? — Да схуяли это бред? — возмутился Енисейский, — Очень даже все лог… — Блять, послушай меня, — перебил его Дугар, поворачивая к себе и кладя руки на его плечи, — Я бы никогда не поступил так с тобой. Ты слишком мне дорог, чтоб я занимался такой хуйней? Думаешь, один страдал от страха невзаимности месяцами? И… Парень замолчал ненадолго, опустив голову, а после продолжил: — Тебе в голову не приходило такой мысли, что она была заменой? — Дугар на этих словах выдавил улыбку, — Да, вы действительно похожи. Да, она красивая. Но мне то на это абсолютно похуй, раз сейчас я стою перед тобой и распинаюсь, пока ты нос воротишь и в глаза правде смотреть не хочешь. — А… — Енисейский снова поднял голову, — Если ты снова напьёшься и полезешь к кому-то, кто на меня похож? Думаешь, я не пошлю тебя нахуй только из-за того, что люблю. — Я и не сомневаюсь, — хмыкнул тот, — Ты меня еще отпиздишь чем-нибудь. Но теперь-то мне этим зачем заниматься? Руслан отвернулся от друга, переваривая все, что сейчас услышал. Казалось, что все это сон. Или что это одна большая шутка. Страшно, что все это — ложь. Но Дугар ведь не такой. Столько лет дружбы дают основания ему доверять. Даже если приходится переступать через себя и свои страхи, в которые он сам и загнал. Может, стоит хотя бы попробовать? — Так что скажешь? — спросил Анграский, не убирая рук с его плеч. — Блять, а сам как думаешь? — пробурчал Енисейский, — Ну конечно согласен, идиот. Дугар на мгновение замер, не веря своим ушам, а после крепко его обнял, стискивая при этом так сильно, что у его новоиспеченного парня что-то точно захрустело. Однако тот не спешил отталкивать его от себя, лишь прижался в ответ, уложив подборок на плечо. Руслан сам не заметил, как заплакал. Он не знал, от чего слезы так и лились на рубашку Дугара, но никак не мог их остановить. Видимо, от перенапряжения у него все это и полезло наружу. Было даже как-то неловко омрачать такой момент своими соплями и нытьем. Ангарский это сразу заметил и отстранил парня от себя, вытирая его лицо рукавом и заглядывая в глаза. — Вот не сейчас, а, — пробухтел Руслан, догадываясь о намерениях Дугара, — У меня все ебало в соплях и слезах. Тот лишь посмеялся и потрепал его по волосам, снова прижимая к себе, только уже бережнее и мягче. Енисейский соврал бы в тот момент, если бы сказал, что ему не понравилось. Честно, у него колени подгибались от этого, точно он бабой какой-то стал. Да только так похуй было в тот момент, что он и на почетное звание бабы согласен был. Только бы Дугар его не отпускал. За окном все такая же чудесная погода, которая, наконец, таковой начала казаться им обоим. Хотелось прогулять все уроки и сбежать куда-нибудь. Вот только через секунду это показалось глупой затеей, поэтому они вернулись обратно в класс. И, боже, как же хорошо, что они сидели около стенки на последней парте. Там уж точно никому не видно, кто кому на что руки складывает. Это не могло не радовать.

***

После окончания уроков парни сидели в вестибюле и о чем-то говорили, громко смеясь. Что Дугар, что Руслан, на удивление, был очень довольным, даже чересчур. Словно кто-то из них сорвал джекпот в миллион долларов. Хотя долгожданная взаимность даже рядом не стояла с этим — она намного ценнее. — Привет, мальчики, — с улыбкой сказала Алиса, вставшая сбоку от Енисейского. Она появилась словно из ниоткуда, как из-под земли, от чего Руслан чуть не подскочил. Его глаза тут же метнулись в ее сторону, выражая все своё презрение к стоящей рядом девушке. То, что он не харкнул ей в лицо, как услышал ее голос, пиздец какое удивительное событие. — Как дела? — спросила та, чуть наклонившись к Дугару через Руслана, который очень ахуел от такой наглости. — Пока ты не пришла все было просто чудесно, — проворчал парень, отодвигая ее назад. — А я не у тебя спрашивала, — ответила Алиса, понимая, что вежливость с Енисейским не проканает. С ним вообще ничего не канает. Ангарский же, заметив растущее раздражение своего парня, прямо на виду у девушки положил свою ладонь на его, поглаживая большим пальцем ее тыльную часть. Это повергло Алису в такой шок, что та даже рот открыла, не в силах как-либо еще выразить свою реакцию. — Слушай, Алис, — вежливо проговорил Дугар, — Свали по-хорошему. Эти слова уже не только шокировали девушку, но и обидели, что тут же отразилось на ее красивом лице. Да, оно и правда было красивым, никто из них этого и не отрицал. Просто похуй как-то на эту красоту было. — Вы… вы… — пробормотала Алиса, сжимая свои маленькие ладошки в кулаки, — Короче, да пошёл ты нахуй, Ангарский, — и тут же указала пальцем на Руслана, — И ты нахуй иди, Енисейский. Да оба нахуй идите, — а после девушка удалилась, махнув длинным хвостом. — Сегодня этим и займёмся, не переживай! — уже весело крикнул ей в след Енисейский, довольно откидываясь на спинку дивана. Дугар же с улыбкой посмотрел на радостного Руслана, который выглядел снова таким живым, что больше страшно за него было. Похоже, надо было раньше ему признаться. — Даже не думай об этом, — пробормотал тот, догадываясь, о чем думает Ангарский. — И не надеялся, — хмыкнул Дугар, привычно закидывая руку тому за шею, — Но на поцелуй то я могу надеяться? — Нашёл, блять, место, где таким заниматься, — закатил глаза Енисейский, но Ангарский то знал, что это смущение, так виртуозно прикрытое раздражением. Дугар лишь похлопал его по щеке и встал на ноги, подставляя ему локоть, будто он дамой какой-то был. Руслан снова закатил глаза и оттолкнул его руку, поднимаясь и беря свой рюкзак, при этом очень хорошо пряча покрасневшие щеки. — Ну ты и пиздабол, — рассмеялся Ангарский, толкая его в бок локтем. — Еще раз и я тебя ебалом в лужу окуну, придурок, — буркнул Енисейский, чувствуя до ужаса приятное тепло внутри. — А может в другое мес… — Нет, я серьезно тебе сейчас что-нибудь в задницу запихаю! — воскликнул парень, пихая друга в плечо, не ощущая уже какого-либо смущения. — Знаешь, а так тоже интересно, — заговорщески подмигнул ему Дугар, направляясь в сторону выхода из школы. — Еще немного и ты точно труп, идиот, — сказал Руслан, подбегая к другу. Тот улыбался так счастливо, что Енисейский совсем не жалел о своём решении ему довериться и открыть свои чувства. Да и как могло вообще быть иначе? Выйдя на улицу, Руслан поднял руки вверх, потягиваясь после долгого сидения за партой, полностью оголяя свои запястья. Именно в тот момент Ангарский посмотрел на его руки, а после удивлённо вытаращил глаза. Неужели… Для точности предположения, он тут же схватил Енисейского и притянул его руку к себе, задирая рукава рубашки и ветровки. «Я не могу справиться с собой». Вот что было написано на обоих запястьях. Парни молча взглянули друг на друга, а потом одновременно перевели глаза на свои запястья. — Бред какой-то, — пробормотали они в голос, через мгновение начиная смеяться на весь школьный двор. — Мы либо идиоты, либо любимчики судьбы, не иначе, — хмыкнул Енисейский. — Да даже не будь ты моим соулом, мне было бы абсолютно похуй, — проговорил Дугар, притягивая друга к себе за плечо. — Значит, это штука просто приятный бонус, — улыбнулся Руслан. — А можно ли мне получить еще один приятный бонус? — спросил Ангарский, наклоняясь к лицу парня. — Блять, ну не сейчас, — отпихнул его Енисейский, все еще глядя на своё запястье. Дугар лишь печально вздохнул и, взяв за чуть суховатую ладонь, повёл к воротам из школы. Руслан же в этот момент понял, что, похоже, его жизнь не такая уж жалкая и несчастная, как он думал. И это было чистой правдой.