Только не отпускай меня, хорошо?

Бакуго 2:45 Каково было моё удивление, когда я увидел подбежавшего к моему байку Деку. У него, кажется, сейчас нервный срыв случится. Мне не хотелось смеяться над ним, но выглядел он весьма нелепо: натянутая на бледное лицо улыбка так и норовилась со страху сбежать восвояси, вычищенный до скрипа шлем вываливался из его тонких пальцев, а ветер игриво путал чуть мокрые у лба кудри. - Видимо, ты мне так и не расскажешь о том, что произошло около общежития, - я фыркнул, подойдя к Деку и надевая на себя шлем. - Так и будешь скрывать? - Ты же сказал, что я могу не рассказывать, если поеду с тобой, - он отвёл взгляд в сторону. - Садись уже. Деку медлительный и неуверенный. Наверно, я просто зациклился на нём сегодня, поэтому он кажется мне суетливее обычного. Его напуганные глаза в коридоре, слёзы на асфальте и трясущиеся руки вызывали у меня ни мало подозрений. Уворачиваться от догадок относительно бесполезно, ведь выкинуть волнение за небезразличного тебе человека вряд ли возможно. Небезразличного человека? - Каччан, прости, - я почувствовал, как чужие руки крепко обвили мою талию. Он боялся как маленький ребенок, которому предстоит вот-вот прокатиться на опасном аттракционе. Наша ситуация была на это похожа в каком-то роде. Сравнив себя с аттракционом, я не заметил, как неосознанно улыбнулся – повезло, что я успел надеть шлем. - Опять ты извиняешься за какую-то хуйню, - я накрыл его руки своими ладонями, пододвигая ближе к себе. – Во-первых, если не хочешь свалиться после пары секунд поездки, то тебе нужно держаться крепче. Во-вторых, не смей отпускать меня, что бы ни случилось. Всё понятно, ботаник? – почему моя инструкция прозвучала так сентиментально, как в паршивых слюнявых сериалах, что смотрит старая ведьма!? - Понятно… Я повернул ключ зажигания – двигатель мгновенно завёлся, издав характерный звук. Рёв мотора заполнил всю улицу. Мою талию сжали ещё крепче; я чувствовал, как его тело лежит на моей спине. Не представляю, что твориться у него в голове, но сейчас Деку наверняка забыл обо всём. Этого я и добивался. Кто-то может подумать, что раз сегодня мой Последний день, то я буду подчищать свою карму, чтобы меня с распростёртыми объятиями приняли на небеса. Завалите ебало – я сам прекрасно знаю, сколько стоит Изуку общение со мной. Мне жаль, что я не позаботился о нём раньше. Именно поэтому за ближайшее время я хочу успеть наверстать упущенное. Агрессия - лишь сдерживающее поле для более серьёзного чувства. - Держись, Деку. Мы тронулись с места. Дернувшись назад по инерции и закрыв по привычке глаза, я прильнул вперед, наслаждаясь моментом. Мне нравилось чувствовать разливающийся по венам сладкий адреналин, который мог в ближайшее время стать смертельным. Стараясь не вдаваться в ненужные переживания, я прибавил скорости, заворачивая на проезжую часть. Ветер бил в защитное стекло шлема, заставляя наслаждаться его остатками только телом. Перезвон мотора врезался в уши, смешиваясь со звучанием окружающих нас редких машин. Не верю, что больше не смогу пропускать через себя подобные ощущения. Они заставляли меня кричать изнутри о том, что я чувствую себя живым. Подумав об этом, мне стало немного не по себе, однако я быстро прогнал эту мерзость из головы. Почему я должен омрачать сегодняшнюю прогулку каким-то там звонком Отдела смерти? Мне не всралось задумываться об этом каждую минуту! Я ещё не сдох. - Чувствую себя живым, - мне нужно было произнести это вслух. Мне стыдно признавать, что я могу чувствовать себя плохо, когда рядом со мной Деку. Наверное, чувство вины переходит в одержимость, прогрессируя с каждым днем. Также ненавижу признавать свою слабость даже у себя в голове. Сколько бы ни говорил себе, что мне плевать на него, всё равно на его чувства и незакрытые раны – мои попытки разрывала в клочья его яркая улыбка. Как он вообще может мне улыбаться? Беспокоиться за меня? Защищать меня? Разве я заслуживаю такого отношения? Мне сложно контролировать нескончаемый поток мыслей, когда он рядом со мной. Ненавижу это. Подъезжая к светофору, я заметил красный свет. Что ж, это повод спросить у Деку, жив ли он. Я остановил мотоцикл, удерживая равновесие ногой. Шлем снимать не собирался, надеясь, что меня и так услышат – не хватало задроту увидеть моё лицо. - Ну и? Дышишь? У меня замерло сердце, когда я почувствовал, как байк словно стал легче. На моей спине не ощущалось привычного давления, а за талию никто не держался. Перед глазами загорелся зеленый свет. Рев машин разрывал барабанные перепонки. Мы стояли посередине широкой дороги – по бокам по ещё одной проезжей полосе. Я повернул голову. Единственное, что представало перед моими глазами – силуэт Деку, рассекающий дорогу, словно она была пуста. Поднялся гул сигнальных сирен, я оставался на месте. Он бежал, не оглядываясь по сторонам. Ему не звонили. Он не должен умереть. Ему не звонили сегодня. Он вел себя странно. Ему не звонили сегодня – я не слышал. Он плакал навзрыд предо мной. Ему не звонили. Он бы не поехал со мной. Ему не звонили. Я уговорил его ехать, а он не хотел. Ему не ЗВОНИЛИ. - ИЗУКУ! – я закричал, бросив мотоцикл посреди проезжей части. Я увидел, как он посмотрел на меня – перед моими глазами пронесся грузовик. Изуку Мидория 4:04 Бежать. Гул машин постепенно стихал, пока я бежал к противоположному концу дороги. Уши горели, а в носу неприятно жгло от встречного ветра и учащённого дыхания. Я беспокоился только о несущейся машине, которая могла раздавить меня в лепешку. Что я творю? Мне было всё равно, лишь бы спастись. Мне страшно умирать – всё сделал, чтобы избежать этого! Даже отпустил его… Накатившие слёзы разлетались в стороны, оставляя за моей тенью еле заметную влажную дорожку. Свист ветра. Рокочущий сигнал автомобиля - я в ужасе обернулся. Меня ослеплял яркий свет от фар, которые, казалось, уже находились на расстоянии вытянутой руки. Забыв о причуде, я не смел сдвинуться с места, оцепенев. Я в ужасе выжидал, пока перед моими глазами пронесется целая жизнь, как в драматическом сериале. Однако этого не происходило – смерть продолжала приближаться независимо от моего желания жить. Смерти всё равно, как сильно ты лелеешь жизнь – как бы ты не молил призрака с косой не брать себя за руку, он не изменит установленным правилам. Тебе позвонили – одной ногой, а то и всем телом, ты уже в могиле: запястья утопают во влажной земле, и ты не в силах выбраться. Мне слишком страшно, чтобы думать об этом сейчас. Я невольно закрываю глаза и набираю побольше воздуха в легкие. Я жалею об упущенных возможностях. Запах гари заставил меня прийти в сознание. Первая мысль, которая явилась в мою больную голову, - я уже умер, а загоревшаяся машина по причине следственной связи взорвалась. Мои легкие не выдержали, и я раскашлялся. Я не чувствовал своего тела, в особенности ног, но каким-то магическим образом продолжал стоять на земле. - Чёртов Деку… Я убью тебя, как только доберусь до тротуара, - голос Кацуки звучал ещё серьёзнее обычного. Я не стал тратить время на ненужные слова и прижался к нему сильнее. Бакуго был напряжён больше обычного. Раздался очередной взрыв и мне в лицо ударила струя дыма, но горячая рука прижала меня к груди, закрывая от пыли. Я был слишком напуган, чтобы оценивать сложившуюся ситуацию, поэтому обнял Кацуки и не собирался отпускать. Мне не хотелось разговаривать с ним, ведь я знал, что расплачусь и выдам сегодняшний секрет, который так старательно скрывал. Мне привиделось разочарованное и испуганное лицо друга, от которого мне хотелось отвернуться. Его глаза всплыли дымкой в голове; я сжал кулаки, пока они не стали бледными… К этому моменту я почувствовал, что сижу на холодном асфальте. Веки тяжело поднимались, заставляя влажные глаза распахнуться. - Дебил… - Бакуго глотал воздух ртом и опирался покрасневшими руками на землю. С бледного лицо стекали капельки пота, а на губах остались розоватые отпечатки от зубов. – Деку… - я не успел среагировать, как он вцепился в мои плечи и начал трясти. Первый раз я смотрел в алые глаза и видел в них столько боли и ужаса. Я не смел ни о чём думать, лишь вслушивался в его слова, больше похожие на кряхтение. – Тебе жить надоело!? Почему ты согласился ехать со мной, если прекрасно знал, что это может быть твоя последняя поездка!? Деку, ты конченный еблан! Ненавижу тебя! – я заметил на его глазах пару скопившихся слёз, что заставило меня ошарашенно приоткрыть губы. – Почему ты не сказал мне, что ты Обреченный!? … Мне казалось, что на меня вылили чан с кипятком, а потом завалили тысячами тонн снега. Я не сдержал обещание и заставил его испытать такой силы чувства… Своего лучшего друга. Я молился, чтобы в эту же секунду я проснулся от кошмара, побежал в комнату Бакуго, увидел его и получил подушкой по лицу – я не просыпался. Он всё так же смотрел на меня, а я ничего не мог сделать, превратившись в каменного истукана. Через прикосновения я чувствовал, как Кацуки вот-вот растворится от переполнявшей его боли, о причинах которой я только мог предполагать. - Изуку… Пожалуйста, скажи, что ты не Обречённый. Задрот, хватит молчать и смотреть на меня как мертвец!!! Деку, блять, прекрати, - Бакуго закричал так громко, что у меня зазвенело ушах. - Каччан… - я мог издавать лишь жалкое подобие слов, но, кажется, Кацуки этого более чем хватило. Он ударил меня по щеке. Пощечина отозвалась красным отпечатком и пульсирующей болью. – Прости меня, - подобные извинения наверняка не имели сейчас никакого смысла, но я не могу иначе. Каждый раз, извиняясь, я надеюсь, что судьба услышит и поможет мне, но в этот раз Она играла против меня. – Каччан, я не хочу умирать, - от безысходности я задыхался, ища в глазах напротив надежду. – Не хочу… Начинало светать. Времени оставалось всё меньше и меньше, как моей веры в наилучший исход. Видимо, я так и не смирюсь до самого конца, продолжив уверять себя никчемными иллюзиями. Бакуго 4:31 Прямо сейчас я готов был взорвать всё вокруг себя, забрав с собой Изуку и ещё пару невинных жертв, которым сегодня, как и нам, ночью внезапно позвонил ёбаный Отдел смерти. Деку был похож на живую куклу. Напуганный до смерти и бледный Изуку смотрел на меня, вероятно, надеявшийся, что это все лишь кошмар. К сожалению, я и он подсознательно понимали, что до следующего утра мы вряд ли протянем – может, задрот всё ещё дышал иллюзиями, в то время как я пытался мириться. - Прекрати уже извиняться, - скрипя зубами, ответил я. Я себя ненавидел за то, что не смог сдержать рвущуюся наружу боль и ударил Изуку. Наверняка я стал ему ещё более противен, и он вновь посмотрит на меня как на бешеное животное. Вот! С минуты на минуту я превращусь в зверя в глазах дорогого мне человека! Я запомнюсь ему монстром, который чуть не убил его в школе, а потом добил в Последний день. Почему я не могу принять на себя его участь, сократить отведенное мне время в два, в три, да в сколько угодно раз, лишь бы сохранить этому идиоту жизнь!? Я обомлел. Почувствовав, как Изуку обнял меня, я готов был потерять сознание от накативших чувств. Он не должен обнимать чудовище! Почему он делает это? Почему он продолжает ко мне так относиться, хотя обязан ненавидеть такое ничтожество как я!? Я не понимаю его, никогда не понимал, как вообще человек может так нежно улыбаться убийце. - Деку, отпусти меня сейчас же, - нехотя прошептал я, пытаясь отстранить его тушку от себя, но он вцепился в меня намертво. – Я сейчас подорву тебя. Чёртов Деку, прекрати творить херню! Отпусти меня! - Нет! Каччан, я уже один раз отпустил тебя по глупости, и вот что вышло. Я заставил тебя спасать меня, переживать и узнать, что сегодня меня не станет! Я заставил тебя почувствовать всё это! Как ты думаешь, способен ли я отпустить тебя снова? Его слова заставляли меня думать, что я ему нужен. - Каччан, я не отпущу тебя. Прости, я эгоист, потому что заставляю тебя быть со мной. Пожалуйста, прости меня. Я не хочу, чтобы ты страдал, но и не могу позволить тебе уйти, Я себя ненавижу! Деку всегда был ещё тем ребенком, слишком добрым для этого мира карапузом, который в других души не чаял. Я никогда не понимал его чрезмерной и глупой доброты, поэтому часто злился. Как вообще можно быть таким идиотом!? Не щадя себя, растрачивать жизненную энергию на кого попало - на такого как я в данном случае. И почему такие чистосердечные и чуть ли не святые люди попадают в сети Отдела? Это ведь несправедливо: преступники, убийцы и насильники до сих пор дышат, а благодетель Деку проживает свои последние часы! - Да прекрати ты уже нести откровенный бред, чёртов Деку! - закричал я, сжимая его плечи сильнее. - Ты-то эгоист!? Деку ты себя вообще за человека считаешь? Идиот! Придурок! - на его глазах начинали скапливаться слёзы, но мне было всё равно. Мне жаль, что я не могу сказать ему, как он важен для меня, нормальными словами. - Прекрати тратить оставшееся у нас время на дебильные слезы! - Они не дебильные! - всхлипывал Изуку, поглаживая меня по спине. - Я плачу, потому что не хочу терять дорогих мне людей, вот и всё! Хватит говорить мне, что я глупый. Я и сам это прекрасно понимаю! На нас с опасением смотрели проезжающие в автомобилях люди. Кто-то звал на помощь, туша мой загоревшийся мотоцикл, кто-то прикрывал рот руками, замирая от ужаса. Меньше всего я хотел бы, чтобы нас трогали - пусть только попробуют подойти к Изуку, я отпугну их причудой - мне будет плевать, даже если они хотели бы нам помочь. Если они заберут у меня Мидорию, то я не смогу извиниться перед ним. Я сжал зубы крепче и оторвал его от себя. - Уйдем отсюда, - я встал и подал несчастному руку, пытаясь сдерживать собственные слёзы. - Пожалуйста, пойдем, - не верю, что этот парень заставляет меня чуть ли не умолять его на коленях. Не долго думая, Изуку протянул мне руку и уже сам тянул меня за собой. Я видел только его зелёную макушку и развивающуюся на ветру футболку, покрытую шрамами ладонь и садины на ногах. - Деку, - позвал я, не сбавляя скорости. - Каччан, не нужно, - ответил он. Мидория развернулся ко мне лицом, заставляя приоткрыть рот. - Давай проведем этот день без дебильных слёз. Он всего лишь улыбнулся, а я, противореча самому себе, по-дебильному пустил по щекам пару выбившийся слезинок. Опустив глаза вниз, я продолжил следовать за ним, представляя, что ждёт нас дальше. Изуку 5:02 Я снова увидел на глазах своего друга слёзы, которые он по обыкновению старается скрыть. Вечно Кацуки ограждает себя от других, пытаясь справиться со всем в одиночку. Сколько бы я не старался поговорить с ним, все оказывалось безуспешным, а теперь я даже понимаю причину этого. Мы похожи. Наверное, Бакуго бы никогда не признал этого, отнекивался бы, крича, что такого быть не может, но после пары часов с настоящим Бакуго Кацуки, я стал осознавать нашу близость лучше. Я думал о детстве, сжимая руку Бакуго крепче и шагая в сторону городского парка, покрытого лучами восходящего персикового солнца, которые слепили глаза. Его ладонь казалась мне холоднее обычного, поэтому я пытался мысленно согреть ее, воображая, как из моего тела по капиллярам переходит тепло. Бакуго был моим другом даже после всего, что нам пришлось пережить. Когда я смотрю ему в глаза, то словно вижу между нами бетонную стенку, которую он сам же и возвел. Поговорить об этом у меня не хватало смелости. Я знал, что тема прошлого ранит не хуже пули в живот - мы продолжали идти в тишине. - Куда ты нас ведёшь, задрот? - первым голос подал Кацуки, за что я был ему несоизмеримо благодарен. Словно камень с души упал. - У тебя времени... - Бакуго осекся. - Ты знаешь. - Каччан, я не знаю, куда мне идти, - я остановился и посмотрел на него спустя полчаса нашего пути. Пшеничного цвета волосы растрепались и лежали иголками друг на друге, губы выглядели обветренными и покусанными, а с плеча чуть свисала чёрная майка. Он продолжал держать меня за руку, а я не собирался отпускать - мы оба негласно понимали это, но не решались обратить внимание. - У тебя осталось меньше 24 часов и ты тратишь время на то, чтобы гулять со мной по городу? - Бакуго сдвинул брови домиком, но это ничуть не напугало меня, а даже показалось милым. - Ты чего улыбаешься, идиот? - Не знаю. Я просто захотел тебе улыбнуться, - я не сильно задумывался над ответом и просто говорил, что первое придет в голову. Было ли это магическим воздействием на меня компании Кацуки, либо я наконец позволил себе расслабиться, отпустив лишние мысли - я не знал - И правда идиот... - мне показалось, или Бакуго только что улыбнулся мне в ответ? - Подумай своей пустой головой, куда бы ты хотел сходить? Может, расскажешь об этом тете Инко? - Ни за что! - я пообещал себе, что никого не стану волновать своими проблемами, тем более маму. Она меня никогда не отпустит и, если я ей скажу, ей точно будет в тысячу раз больнее. - Я не... - Не хочешь волновать кого-то собой? - понимая меня, продолжил мои слова Бакуго. - Придурок, если бы я не узнал, что сегодня тебя не станет, мне было бы хуёво, потому что я не смог бы... Не бери в голову. - Чего не смог бы? - Я же сказал тебе забить, - Бакуго все же отпустил мою руку и перевел взгляд на дорогу. - Ты никому из них тоже не сказал? Я кивнул, вспоминая, как еле выкрутился со Звонком. Если бы я сказал, наверное, провел бы с ними весь день, а не бегал бы с Кацуки по городу. Однако я не знаю, какой вариант был бы лучше. Мне все ещё стыдно за то, что я позволил ему узнать о Звонке, но и спокойнее от того, что он рядом. - Деку, не улетай в другую вселенную. Это выглядит стрёмно, - Бакуго ткнул меня в плечо, отвлекая от рассуждений. - Прости. Мы прошли дальше, а я продолжал думать над "списком Обречённого". Наверное, с самого начала надо было написать каждому открытку, которая бы хранила в себе мои извинения и тёплые слова получателю. Эта идея мне понравилась, я даже был готов посвятить в неё Каччана, пока в голову не ударила забытая мною напрочь одна весомая вещь. Я почувствовал, как земля исчезла из под ног - споткнулся и упал, успев опереться руками об асфальт, тем самым поранив руки в кровь. - Деку, ёб твою мать! - Бакуго развернулся и подбежал ко мне, присаживаясь рядом на корточки. - У тебя крыша поехала? - Всемогущий... Мне нужно к Всемогущему, - заключил я, испуганно смотря на Кацуки, который, кажется, всё понял без лишних объяснений. Бакуго знал об "Один за всех" уже пару месяцев и достойно хранил мою тайну - Всемогущий был прав, Кацуки как никому другому можно было доверять. Сила, дарованная мне самим героем номер один сегодня ночью должна была испариться вместе со мной, а сеть из носителей данной причуды безвозвратно разорваться. Я не был уверен в том, мог ли Всемогущий передать эту причуду ещё раз, но что-то мне подсказывает, что такой возможностью он не располагает. Единственным способом продлить жизнь чудотворной причуде - передать ее достойному человеку. Задача легла на мои плечи многотонный крестом, не давая сделать и вдоха. Стоило вспомнить день, когда Всемогущий пожертвовал своим здоровьем, надеясь, что из меня выйдет непобедимый герой, как на глаза накатывались немые слезы. Я знал, кому передам эту причуду, но все ещё не отпустил свою мечту стать тем, кто будет спасать жизни людей с улыбкой на лице. Я встал с асфальта благодаря Бакуго, отряхнул руки, и мы отправились в сторону академии. Мне хотелось дойти пешком, но Кацуки настоял на автобусе, ведь времени осталось не так много, как кажется. Он кивнул головой, показывая на ближайшую остановку, и уже обгонял меня на пару шагов. Сколько я был с ним знаком, Кацуки всегда был на шаг впереди меня во всем - его стремление никогда не подводило и давало мощнейший толчок двигаться дальше. Хотел бы я знать, ради чего или кого огонь в его сердце продолжает гореть. Я вновь поймал себя на глуповатой и непринуждённой улыбке. Бакуго станет замечательным героем, поэтому именно ему я передам свою причуду. Автобус подъехал достаточно быстро - удача была на нашей стороне. Мы сели на самые последние сидения, вжимаясь в нагретые солнцем кресла. В автобусе стоял приятный запах летней прохлады и морской влажности, который мне дорисовывало воображение. Транспорт тронулся с места, не наполнившись и на половину. Точно, сегодня же выходной - неожиданно вспомнил я. Как бы я не старался отвлекаться на окружающую меня атмосферу, секунды от этого не шли медленнее, и, к сожалению, это я тоже понимал, хоть и смутно. Я повернулся лицом к другу, набрав ещё больше воздуха в лёгкие, чем обычно. - Каччан, ты ведь знаешь про мою причуду? - я начал издалека, чтобы не сбрасывать на него груз многолетней ответственности за пару минут. - Да, идиот. Вы же сами с Всемогущим мне всё выдали, - хладнокровно ответил он. - Да, - подтвердил я, начав колупать от волнения выглянувший на мизинце заусенец. - Эта причуда передается от одного его носителя к другому, так Всемогущий передал ее и мне, - я не подозревал, как может отреагировать Бакуго на мои слова, поэтому страх начинал подпирать штыком изнутри. - И... Сегодня эта причуда может умереть вместе со мной. Кацуки ничего не отвечал, лишь слушал, по крайней мере, я надеялся, что он слушает меня. Я видел только его затылок - он отвернулся от меня и рассматривал дорогу, бесконечно тянущуюся за окном. Может, сейчас в его голове метаются мысли ещё важнее моих, или же он просто устал и обвинял меня во всех бедах человечества - я мог лишь гадать. - Деку, не тяни и скажи нормально, - я замер от его внезапного замечания. - Пожалуйста, стань десятым обладателем "Один за всех"