Под розовым сиянием

      — Ого-о, а мне казалось что ты передумал и не придёшь. Кажется, я ошибся, — прозвучало где-то из-за спины. Хоть и не было видно того, кто произнёс, можно было сразу догадаться, кем являлся хозяин голоса. Никто иной как,       — Тарталья, всегда к вашим услугам. Такси уже ждёт, пошли.       — О, ну ты как всегда в своём духе, да, мажорик? — не сказать, что Скарамуччу раздражает Тарталья, хотя нет, не так. Скарамуччу раздражает буквально каждый на этой чёртовой планете. Тарталья просто небольшое исключение и то не всегда.

***

      Парни уже ехали в такси. Небольшое, но всё же есть предвкушение. Да-а, там он сможет расслабиться. Главное в тихую смыться от компании Тартальи, она там не всегда приятная, да и кажется они недолюбливают Скарамуччу, или же просто не замечают. Второй вариант наиболее вероятен. Люди до того дотошные, что еле сдерживаешься, чтобы не вмазать. А ведь Скарамучча лишь в крайнем случае прибегает к кулакам. Лучшим решением остаётся просто стоять в сторонке и помалкивать. Разгребать кучу недовольных, моральных уродов — нет желания. А вот компания самого с собой приятная, отличная, безупречная, наиохуеннейшая… И ещё куча-куча слов, которыми хочется описать времяпрепровождение наедине с самим собой. Поэтому решено. Спаиваем в тихую Чальда и смываемся на душу бармену. Там же будет алкашка? Бред. Обязательно будет, Тарталья бы не позвал на чистое, ебанное скул пати.

***

      Дверца клуба буквально перед носом. Шаг вперёд и ты уже в этом злосчастном заведении. Слышится приглушённый звук какой-то знакомой песни. Парни приехали чуть позже начала ибо толкучка у дверей, ну нечто просто. Если Тарталья — дылда, которая всех растолкает, то Скарамучча будет тем кого растолкают, ещё и сверху жопой на лицо сядут. Так что выехать позже наилучшее решение.       — Чибрик, кого мы ждём? — терпение на исходе. С каким хуем нужно ждать, он уже наждался, спасибо. Непонятное чувство подкрадывается мелким холодком и мурашками по спине. Да что за хуйня? Никогда не было такого.       — Скар, терпение. Этот человек важен мне, я обещал подождать, — о-о-о вот это он зря. Ой как зря.       — Все иди нахуй, я пошёл, напьюсь до чертиков и буду валяться в туалете, и больше ты меня не найдёшь. Аривидерчи, амигос! — Скарамучча уже уходил, но снова его заставляют остановиться:       — На месте стой, он уже идёт, — и что за хуйня… Почему он каждый раз стоит и ждёт? Он собака ему что ли?       Не обманули. Вдали показался мужчина… Стоп. Мужчина?!       — Тарталья, что за хуйня! — какого черта он пригласил… Взрослого мужчину... Точнее нет, на вид ему лет двадцать конечно, но это не отменяет вопроса: что он тут забыл?       — Спокойнее! Это план «б» если алкашня будет все же по паспорту. Не ссы в трусы, все пучком, — теперь уж точно, спаиваем Тарталью и валим нахуй. Как минимум, потому что не хочется сидеть в компании человека, который старше лет так на пять. Как максимум будет стыдно.       — Эм... Здравствуйте?       — Можешь отложить официальность, я не настолько стар, как могло показаться, — басистый голос, мурашки пробегают.       Сам мужчина высокий... Это Скарамучча один бракованный выходит? Каштановые волосы, кончики чуть осветлённые и, кажется, осветлял он сам. Хочет казаться молодым? У него не выходит. Спасибо, что хоть бороды как у священника нет. Одет строго. Куда вырядился то, вроде клуб, а не дом престарелых. Ох, так язык чешется ляпнуть, что-то, хоть что-нибудь, чтобы зуд с языка пропал. Но не может, чисто из-за мелкого уважения к Тарталье. Да и ссоры не войдя в клуб не нужны.       — Хорошо, понял. Можем ли мы уже войти? — Скарамучча честно пытается… Ну не может он без ядовитых словечек.       — Секунду, давайте я хотя бы вас познакомлю. Скарамучча, это Чжун Ли. Чжун Ли, это Скарамучча, — парни демонстративно пожали руки.       — Рад знакомству!       — Взаимно, а теперь я пошёл, — открывая проклятую дверь входит Скарамучча.       Наконец музыка теперь ничем не приглушенна, а сразу и резко бьет по ушам. Сладостный запах алкоголя, немного душновато, но пережить можно. Вокруг темно, лишь возле сцены экран который даёт свет на танцпол, мигая под бит и небольшие лапочки над столикими, освещающие розовым сиянием. Прекрасно, чудесно, ещё чуть-чуть и…       — Покажите, пожалуйста, ваш репост.       Блять. Просто блять. Забыл, что это ебаная туса по репосту. Забравшись рукой в карман, достаёт телефон и показывает репост.       —Все хорошо, можете входить.       Парочка сзади парня так же показала репост и вошла. Кажется, в такси Тарталья упоминал, что-то про столик. Но собственно как обычно, ничего не слышал, не слушал. Тут все подойдёт. Придётся ждать, пока те доплетутся.

***

      Все самые худшие ожидания Скарамуччи сбылись. Вся, абсолютно вся компания в сборе. Даже Мона. Черт, а ведь та после расставания не появлялась тут долго. Людей было много, настолько, что занимали аж 3 немаленьких столика рядом. Половины из людей, к счастью, он не знает.       — Во-оу, дед инсайдник появился все же? — О нет. Скарамучча не собирался ругаться сегодня, лишь отдыхать. Но она первая полезла.       — На себя посмотри, из конуры не вылазила. Что ты вообще прицепилась, так жаждешь привлечь внимание?       —Да ты! — Мона резко вскочила из-за стола опираясь двумя руками об него. Кажется, она хотела сказать что-то грозное, но слава Богу, да, тут реально в Бога поверишь, слава Богу её остановили.       — Эй ну вы чего как собаки? Отдыхайте, если уж вам так противна компания друг друга, то просто игнорируйте. Нам ссоры не нужны, — спасибо Тарталье, конечно, но что-то тут не так, раньше он бы не сказал такого. Ему лишь в веселье наблюдать за подобным. Всё же мужик тут этот… Вроде Чжун ли, не просто так. Может шишка какая? Похуй, не столь важно. Скарамучча уходит незамедлительно, прямо сейчас. Он и двух минут не просидит на месте.       — Чибрик, я к барной стойке, надо будет, то подходи. — Уже отдаляясь проговорил Скарамучча.       Итак, отлично, остаток вечера будет проведён в одиночестве. Кажется, он этого хотел, но все же неприятное жжение появлялось. Не впервой вот так ему оставаться наедине с самим собой. С самого раннего детства. Что же, это к лучшему? Иммунитет выработался.

***

      Прошло хуй знает сколько времени. Точнее, Скарамучча не смотрел на время. Он просто втыкал в пустой бокал. Ранее тут был напиток, кажется под названием… нет, не вспомнит. Единственное, что он запомнил, так это то, что напиток подожгли перед применением. Значит, там был такой ингредиент как самбука. Значит, Скарамуччу скоро унесёт. Может и не скоро, обычно на него не сильно действуют алкогольные напитки, сколько бы он не выпил и сколько бы там не было градусов.       Скукота полнейшая. Голова помаленьку тяжелеет, а тело отдаёт легкой негой, слабостью. Сквозь свои мысли просачивается знакомый трек. Когда-то горячо любимый Скарамуччей. Мда. В трезвом состоянии он бы не сделал такого, но он не трезвый, поэтому отправляется на сцену около которой горел экран, показывая каких-то незнакомых парню персонажей. Вслушиваясь в бит, он начинает… честно, пытается танцевать. В детстве знакомые мамы говорили о том, что у него неплохо получается, но мать была слишком увлечена своими делами, забив на это. Хотя скорее было чисто наплевать, пусть он был бы самым лучшим танцором планеты. Как ни крути, слова мамы были важны. Особенно в тот момент, когда ещё формировалась личность. Мать проигнорировала, значит посчитала не столь важным, а значит, что Скарамучче это тоже не важно и он забьет хуй. Что собственно он и сделал.       Плавно вмешиваясь в танцующую толпу, Скарамучча постепенно забывает обо всем. Даже не от алкоголя. Он действовал, но не так долго как хотелось, всего пару мелких минут, а после разум начал просветляется снова. Музыка подходит к концу и парень уже собирается уходить, как его притягивают за талию и начинает играть следующая песня.       Стоп.       Кто, чёрт возьми, его лапает?       Насильник?        Мужик за 40?       Сознание от духоты маленько плывет и медленно фокусирует лицо человека который схватил его. Обоже, почему все плывет. Ещё чуть-чуть и он видит человека перед ним.       — Эй, с тобой все хорошо? — нет, все заебись. Просто левый чел его трогает. И... Какого хуя?! Это тот пацан, что снёс его около магазина?!       — Что за хуйня, сначала сбиваешь людей, потом лапаешь их. Это щас мода у малолеток?       — Ох.. а я думал, что все же ошибся. Тогда хочу принести свои извинения за тот случай, и да, я не думаю, что у нас великая разница в возрасте. Мне       шестнадцать, к твоему сведению, — чёрт, чёрт, этот пацан… он выше его, на голову уж точно. И какие шестнадцать? У него такое смазливое личико, что тянет лет на четырнадцать, не более.       — Я спешил, поэтому извиниться мне не удалось. Впрочем, я не буду затягивать, вижу тебе и так хорошо, — Рука беловолосого плавно перешла с талии на подбородок и подтянула чуть ближе.       Последнее, что Скарамучча помнит, так это то, как его целуют, с языком и перекладывают какую-то ебанную таблетку. А ещё как глаза слепит розовый свет. После всё как в тумане.