Под розовым сиянием

      Ночью так и не удалось уснуть. В полудрёме незаметно прошла ночь. Ощущение словно лежал вечность с открытыми глазами — ужасно. Поэтому дорога в колледж кажется просто сущим адом. Ты просто идёшь и валишься с ног, словно на тебя давят толпы людей сзади. С этим однозначно надо что-то делать. Не сейчас. Позже. А может и никогда. Ужасная привычка оставлять дела на потом дает о себе знать.

***

      Снова потрёпанный жизнью колледж. Когда уже каникулы ссаные наступят? Слишком долго ждать, ну что такое!       Главная задача: найти рыжего. Где он может шастать? Хуй его знает. Человек непредсказуем, словно вода, которая течёт в непонятном месте, из дырки в трубе. О да, это точно описывает Тарталью, он вечно в ёбанной дыре. Искать его нет желания, сам найдётся, мальчик не маленький. На паре он уж точно появится.       Главное правило: сесть в самый угол и старательно делать вид, что тебя нет. Тогда преподаватели не будут заострять внимание на тебе. Особенно если ты хуёвый ученик, что сдаёт конспекты с опозданием, так ещё и не в силах ответить на какой-либо вопрос. Возможно, Скарамучча бы и учился хорошо, но ему попросту было влом. Лень, прокрастинация и прочие качества мешали до жути.       Тому вина ”охуенная мать“ которая делала... Нет. Она ничего не делала, в этом и проблема. Было слишком много возможностей. Даже сейчас, он буквально может ничего не делать кроме того, чтобы подсовывать преподам горсти купюр. Практически все тут продажные, мало кого волнуют твои действительные знания.       Скарамучча накинул капюшон и побрёл в тот самый дальний угол и уткнулся в телефон. — Бро, ты где?

— Я на паре. Встречный вопрос. Ты где, рыжий хуй?

— Полегче, у меня снова кличка новая?

— Вопросом на вопрос не отвечают.

— Уже лечу, не ссы в трусы!       Боже. И как спасение парня превратилось в это? Даже пошли в один колледж, чтобы тупо скучно не было, не поодиночке скитаться. Хотя, ничего бы не поменялось. Скарамучча каким-то хером всё равно болтается один. А с хером таким, что Тарталья вечно проваливается в бездну. Опять же, было упоминание о воде и трубе? Думаю, повторять не нужно.       Ещё чуть позже в дверях появилась привычная рыжая голова и рядом с ней, ох, снова он с своим дружком. Синеволосый, смуглый парень, с проколотым ухом. Кэйа — обучающийся другого факультета. Вроде он и адекватный, не ходит на тусы где куча объебанных подростков, в отличии от Скарамуччи, из-за личных принципов. Но при этом его извилистые шутки, да и аура от него не совсем приятная исходит. Никогда не поймешь, что у него в голове, а неизвестность пугает. Ещё как. Жутко.       Скарамучча уже видит как Тарталья и Кэйа прощаются. Один выходит, а другой наоборот пробирается вглубь.       — Решил променять меня на более высокого? — недовольно цокнул Скарамучча.       — Э-эй, ну ты чего? Не собирался я тебя променивать.       — Ну-ну.       Первая пара была по химии. Её преподавал молодой учитель. Он работал тут первый год, но у учеников уже сложилось неплохое о нём впечатление. Объясняет понятным, современным языком, не закручивая до непонятных слов как некоторые «древние» преподаватели. Старался найти подход, не бубнил под нос тему, разъяснял если спросят. Золотой преподаватель, побольше бы таких в их дыре.       Скарамучча лишь по простой привычке сидит на его паре в самом дальнем углу. Тут уже попросту удобно, комфортно. Тот не ругает за неопрятный внешний вид, с понимаем относится к задолжавшем конспекты, не давит с этим. Но если не сдал, то не видать тебе отличной оценки в семестре, хотя можно было с ним договорится и все исправить. Именно из-за такого подхода, пожалуй, почти вся группа относилась к нему с уважением.

***

      Дом, милый дом. Наконец-то можно уткнуться лицом в подушку. Моральные и физические силы иссякли, полностью опустошая своего хозяина.       Ох... Некстати Скарамучча снова вспоминает того парня из клуба. Да что за черти, блядь. Память просветляется, и кажется уже даже может вспомнить как он пах. О нет, это просто бред. Наркота всё же хуёво повлияла? А пах он чем-то приятным, сладким, но не сильно. Ну нет. Почему так хочется увидеться с ним? Узнать поближе? Интересно, какой у него характер? Нежный? Не может быть, нежные мальчики не берутся за наркоту. Но и на грубого он не тянет. О боже...       Скарамучча идёт в ванну, умываясь и стараясь смыть все лишние, ненужные вопросы. Откуда они лезут-то? Надо отвлечься.       Под словом «отвлечься» он не имел в виду продумывать истории о том, что бы случилось будь Скарамучча в нормальном состоянии. Вдох выдох...       Телефон в руках и уже неосознанно, будто само по себе пишется:

— Чибрик, когда следующее пати????

      Телефон сразу же выключает и откладывает. И что он подумает о нём? Может рассказать всё как есть? О да... Это прекрасный вариант, идеальный. Рассказать о том, как ему запал какой-то мальчишка со смазливой внешностью, который не пойми зачем напичкал его. Но ведь Тарталья являлся его лучшим другом? Может он поймет? А можно ли его так называть. Довольно продолжительное время они вместе, но настолько откровенные разговоры не заходили. Была не была. Телефон снова в руках и к верхнему сообщению он дописывает:

— Можем завтра поговорить перед парами в парке?

      Теперь он точно отключает телефон, переваливается на бок и закрывает глаза. Снова пустота.

***

      Начало весны беспощадно: вроде близится лето, но всё ещё так холодно. Ветерок проскальзывает под одежду, а нос давно начал превращаться в сосульку. Тарталья снова опаздывает, это уже не в новинку? Почему-то именно сейчас, Скарамучча позабыл об особенности друга и битые минут 20 стоит и тупо мерзнет.       — Ой-ой-ой, Скарик, долго ты тут стоишь? Кажется ты окаменел, — немного, совсем чутка в его глазах виднеется сожаление.       — Долго, пошли зайдем в тц, там уж отогреюсь.       Парни направились в недалеко стоящий торговый центр.       — Я очень заинтересован тем, что ты хотел мне поведать. От тебя нечасто такого дождёшься. В последнее время ты сам не свой, кажется, всё стало ещё хуже, даже с учетом того, что хуже ну физически не могло быть. Ты решил об этом поговорить или будет что-то незначительное?       — Было бы незначительное, то стал бы я тебя, просить поговорить? — немного оглядев рыжего как глупца.       — И то верно... Пошли сядем и я готов выслушать всю твою историю, — Тарталья сказал это с большой ухмылкой за что получилось локтем в живот. Ожидаемо? Ожидаемо.       Взяв горячий кофе из автомата они сели на ближайшую лавочку. В торговом центре было всё же намного теплее чем на улице, так ещё и кофе блаженно проходится по телу. Теперь можно и рассказывать ни о чем не беспокоясь.       — В общем, слушай.

***

— Стоп, стоп! Скарамуччику реально кто-то понравился и этот кто-то парень? Я думал, что ты по девушкам.       — Мне самому нереально стыдно, я даже не знаю нравится ли он мне. Ты расстроен тем, что я... ну... тот самый?       — Э-э-э? Что?Да какое мне дело кого кто любит, любовь пола не имеет, как ты вообще мог так про меня подумать? А? Я всё же твой лучший друг, обязан принимать тебя такого какой ты есть! И вообще, что ты нюни распустил? Не в твоем духе. Разве не Скарамучча добивается любыми путями, то, чего он хочет? Сопли подтёр и вперёд в бой. Найдём мы способ, чтобы тебя с твоим мальчишкой свести, — Тарталья оглядел Скарамуччу успокаивающим взглядом, который так и говорил: «Хэ-э-эй, всё будет хорошо!». На самом деле, он благодарен рыжему: сколько бы обзываний у них не пролетело друг на друга, всё же они пробыли долгое время вместе, и уж всё же как ни крути, они оба дороги друг другу.       Пускай до Скарамуччи долго доходит искренность, но она все же доходит, иначе он бы не сидел сейчас на грани слез. Ведь слова, что были сказаны, действительно были нужны ему сейчас.