the soul of a pirate

      Дверь капитанской каюты громко хлопнула, врезавшись в стену.       Шаги вышедшего Натаниэля говорили всё за него — он чертовски зол и решителен. Минуя лестницу, он взобрался на мостик и тут же привлёк внимание рулевого.       — Капитан, — почтительно поприветствовал тот.       — Меняем курс, — строго объявил тот, подходя ближе. Пару секунд он вглядывался в водную гладь, словно она могла дать ему ответ об истинно правильном решении.       Приближающийся лоцман случайно услышал разговор и, поравнявшись с ними, уточнил:       — Куда нужно добраться?       — Саргассово море.       Лоцман достал карту из-за пазухи, сверился с их местоположением и поднял руку в северо-восточном направлении, давая знак рулевому.       — Право руля! — крикнул Натаниэль.       Судно едва накренилось, разворачиваясь в направлении, противоположному их первоначальным планам. На общую суматоху объявился и квартирмейстер:       — Капитан, куда держим путь?       — Саргассово море, — повторил Веснински и небрежно добавил: — Никогда не знаешь, когда повезёт наткнуться на сбившийся с пути торговый корабль.       Туманно, даже слишком. Обычно они следовали или согласно картам сокровищ, или же по подтвержденным торговым путям, и в обоих случаях уходили с добычей. Сейчас же все, кроме капитана, думали, что, полагаясь на удачу, может и правда удастся что-то заполучить.       Чутьë подсказывало Натаниэлю, что наживаться в этот раз будет не на чем. Но чтобы не вызывать ненужных подозрений, он уверенно высматривал возможное отклонение торгового судна от обычного пути в Бостон. Что именно стало причиной того, что щедро набитый грузом корабль сбился с пути, он не знал, мог лишь догадываться. Прокручивая в голове известные ему пути наживы, он пришёл к выводу, что, вероятно, судно перевозило товары вроде шерсти альпак, красного дерева, какао, специи или, может, если повезёт — изумруды из Колумбии и золото.

«… где-то в округе острова Гамильтон отстало торговое судно. Чтобы не вызывать волнений с Бостоном, туда уже направлена экспедиция. Но им понадобится время на сборы, а его у нас очень мало. Мне нужна твоя помощь. Ты знаком с морем лучше всех них, ты без труда сможешь найти корабль, я уверен. Окажешь мне эту услугу? С любовью и уважением, твой Э.»

      Так было написано в письме. Принц очень уж хотел помочь в разрешении ситуации со всеми имеющимися полномочиями наследника и, помимо участия в приказе о поисковой экспедиции, не преминул обратиться за помощью со стороны — к пиратскому авторитету местных морей. Само собой история умалчивает, что авторитет очень даже знакомый, поэтому на первый взгляд всë выглядит довольно несуразно.       Натаниэль немало сомневался в том, стоит ли браться за поручение, поскольку оно прямо противоречило тому, какую деятельность обычно вели пираты. Они — вовсе не спасательная экспедиция, не ищейки и тем более не благодетели.       — Ты не плохой. Ты просто… не нашëл своë место в мире, — так ему однажды сказал Эндрю.       — Если бы все думали так же, преступников никогда не ловили бы, — отвечал ему Натаниэль с усмешкой на губах, будто тема совсем не важная и его жизни не касается. — В мире был бы полный хаос из-за таких, как я. Признай, такому монстру не место в порядочном обществе.       Эндрю качал головой, упрямо отрицая ту правду, которую пират привык выдавать за чистую монету.       — Ты человек, нуждающийся во втором шансе. И я дам его тебе.       И тем не менее он решился.       В конце концов, это не такое уж и громкое дело, если они найдут пропавшее судно быстро, и его отец про это не прознает.       Для отца он — преемник ужасной репутации и обязательств, невыполнение которых равняется смерти. Повезло ещë, что тот случай с работорговцами несколько месячной давности остался вне его осведомленности.       Найдя взглядом Элисон, помогающую парусному мастеру, Натаниэль подумал, что, конечно, не жалеет о том, что спас её тогда, поскольку дороже человеческой жизни нет ничего, и те цены, которые можно назначить за уже проданного человека, просто абсурдны и не имеют права быть услышанными.       Но за его голову цену уже давно назначили. С каждым новым преступлением он просто подкидывал шиллинги в гору монет, которую получит тот, кто схватит «неуловимого капитана Натаниэля Веснински».       Интересно, хороший поступок уменьшил бы цену? Или сделал бы его ещё более ненавистной и неоднозначной личностью для других?       В любом случае, — думал Натаниэль, — если подстроить всё как случайность, то слух о спасённом экипаже разойтись не должен.       И всё же, когда всë полетит в тартарары, он хочет, чтобы Эндрю знал, что он пытался. Пытался ухватиться за этот шанс, при первом взгляде на который в нём разгорелось неожиданное желание заполучить его, которое впрочем некоторое время успешно игнорировалось им. До этого самого дня.       Когда Натаниэль на что-то решается, отрекаясь от сомнений, он не позволит остальным увидеть или заподозрить первоначальную неуверенность. Так было и сейчас — приказы капитана неоспоримы, а его авторитет слишком уважаем, чтобы команда могла не менять свой путь на ходу.       Несколько часов, в течение которых Крыло Ворона рассекало волны Саргассова моря, Натаниэль провёл на палубе, контролируя команду и с подзорной трубой осматривая окрестности на наличие следов, указывающих на пропавшее судно.       Но кругом — тишь да гладь.       Не к добру это, — думал Натаниэль.       Его опасения оправдались, когда в лучах уходящего закатного солнца показалось нечто сломанное, мерно дрейфующее посреди моря и напоминающее носовую часть судна со сломанной фок-мачтой. В независимости от того, осталось ли там что-либо или кто-либо, нуждающиеся в спасении, нужно было постараться разобраться, что здесь произошло.       Примерно за милю до находки Натаниэль отдал приказ: «Сбросить якорь по левому борту! Шлюпки на воду!». Зашумела цепь, корабль покачнулся и остановился на месте.       — Капитан, хотите сами спуститься? — уточнил квартирмейстер, увидев подходящего к борту Веснински. Под его руководством на водную поверхность уже опускалась пара шлюпок.       — Да, — коротко кивнул Натаниэль. — Ты знаешь, что делать, — в чём он точно не сомневался, так это в том, чтобы оставить корабль и часть команды под командование своей правой руки.       Оказавшись на воде, Натаниэлю стал более ясен масштаб проблемы. Некогда транспортное судно находилось в крайне плачевном состоянии — разбитый пушечными ядрами корпус наполовину затонул, вокруг плавали обломки досок, ящиков, бочек и упавших мачт. Это было похоже на одно из тех жестоких морских сражений, которые что-то напоминали Натаниэлю, но детали никак не состыковывались между собой — он будто видел картину как потерпевший, как член команды затонувшего корабля.       — Если на него напали, то это случилось не так давно, — вслух рассуждал Натаниэль. Часть судна понемногу уходила под воду; об отклонении курса стало известно меньше суток назад, из них несколько часов Вороны плыли сюда. Если взять в расчёт то, что судно, например, пыталось уйти от некого преследователя, то, очевидно, погоня не была быстрой, и оставшегося времени как раз хватило бы для прибытия сюда Воронов.       — Думаете осталось ещё чем поживиться? — спросил один из пиратов, которых, как и остальных, отличала жадность и жажда наживы.       Но Натаниэль об этом, честно говоря, не слишком думал. Да и, кажется, подобные надежды здесь пусты и бесполезны, поэтому он пытался найти взглядом выживших моряков. Хоть кто-то должен был уцелеть верно? Только если не…       — Смотрите: там, на плоту, человек! — крикнул кто-то со второй шлюпки, указывая немного поодаль от кормы судна, туда, где было достаточно безопасно находиться без страха погребения под частями разрушенного корабля.       — Разворачивайтесь в ту сторону! — крикнул Натаниэль гребущим пиратам своей шлюпки. — Остальным — проверить окрестности!       За несколько минут они добрались до досочного плота, который предположительно раньше являлся частью палубы или стен. За него из последних сил держался мужчина. Главное, что выжил, — успел подумать Натаниэль, поднявшись на ноги, ровно до момента, пока мужчина не открыл глаза и наткнулся на остановившуюся шлюпку перед ним.       Только по страху в его глазах Натаниэль запоздало понял, что вообще-то выглядели они далеко не как спасители и, вероятно, это напугало того, кто ранее уже мог отправиться в мир иной, но этого не произошло.       — Нет-нет-нет, прошу, — отчаянно зашептал мужчина. — У нас больше ничего нет…       Натаниэль нагнулся, схватив бедолагу за шиворот и при помощью ещё пары человек затащил его в шлюпку. Пришлось немного расступиться, чтобы хватило место ещё для одного. Дрожа и стараясь отдышаться, мужчина полулежал на полу, но под серьёзным взглядом Натаниэля всей спиной вжался в борт шлюпки, принимая сидячее положение напуганного человека.       — Какого дьявола здесь произошло? — процедил Натаниэль. Напали. Но кто? Конечно, кто угодно из морских разбойников мог это сделать, но, как правило, в преступления такого масштаба местные банды влезали довольно редко. Если от корабля осталась лишь часть, значит, схватка была достаточно ожесточённой, из чего следовал вывод — груз везли ценный.       — Нас ограбили! — отчаянно вскрикнул пострадавший. — Ничего не оставили, материалы и драгоценности все выкрали…       — Кто это был? — допытывался до какой-либо конкретики Веснински. Не то чтобы его можно назвать мстительным, но иметь в виду опасного противника поблизости лишним не будет.       — Пираты, — сглотнул мужчина, опустив взгляд.       — Понятно, что не королевская гвардия, — раздражённо вздохнул Натаниэль. — Вы видели кого-нибудь запоминающегося?       Давай же, любая зацепка выведет нас на след бессовестных воров. Впрочем, как и мы сами.       На пару минут их лодка погрузилась в тишину, — шумели только спокойные волны, бьющиеся о борт, и ветер — пока мужчина с крайне задумчивым видом, кажется, изо всех сил старался вспомнить что-то значимое из нападения.       Он бросил взгляд на Натаниэля и вдруг широко распахнул глаза, словно увидев там что-то. Словно убедился в чём-то.       — Человека с шрамом через всё лицо и взглядом как у морской пучины, — наконец выговорил матрос, выглядя ещё более нервным. — Как у вас, — несмело добавил он и испуганно сжался на полу.       Натан.       Это очень дурной знак.       То, что отличает его от отца, — Натаниэль практически никогда не прибегает к тому, чтобы потопить другое судно, избавившись от экипажа, потому как большинство кораблей, которые они грабят, понимают своё положение и сдаются, отдавая свой груз. Его принцип — угрозы и переговоры. Чего не скажешь о Натане, который без особых причин может избавиться от не угодившего ему судна, даже если люди с него будут готовы сдаться.       Но когда Натан совершает ужасно дерзкое — даже по своим меркам — нападение, значит, его настрой подошёл к опасной фазе «выжгу всё живое вокруг одним взглядом». Другой вопрос — почему так случилось?       От матери в последнее время писем не поступало, а она ведь в первую очередь забила бы тревогу, заметив у супруга приступ ещё большей кровожадности, чем обычно. Что-то не так. Это самое «что-то» непростительно ускользало от внимания Натаниэля.       — Капитан, нашли ещё двоих! — крикнули с другой лодки. — Груза, похоже, нет.       — Кажется, Когти нас опередили, — проворчал кто-то рядом с Веснински.       Груз. Что Натан собирался делать с таким разнообразием украденного? Перепродать и здорово подзаработать? Но тогда он рискует наследить перед стражами порядка. Его план не может иметь таких явных недоработок и напрасных рисков. Просто не может.       — Вот дьявол! — выругался лоцман. — Капитан, какой у нас план?       Натаниэль замолчал, оглядывая напуганных моряков — один в его шлюпке и двое в другой. Он физически чувствовал давление внимания, прикованного к нему. Оно создавало некий щит, за которым Натаниэль без труда мог прятать все свои догадки, мысли и мотивы. Всё, что нужно для его поддержания, — выглядеть уверенным и действовать решительно, так, чтобы ни у кого и мысли усомниться в его авторитете не возникло.       — Доставим вас до Матансаса, — наконец нарушил тишину Веснински.       Пострадавшие с неверием и подозрением смотрели на него, а пираты недоумевали в чём повод неожиданного акта милосердия.       Сделай вид, что никакого милосердия и не было.       — Мы их подвезём? — усомнился в верности идеи один из старых, опытных пиратов. С высоты башни его лет, проведённых в пиратских группировках, он наверняка мог объективно сказать, почему это плохая идея.       Но это даже не было хорошей идеей, это — всего лишь выстрел в двух зайцев разом.       — Подбросим до командиров, которым так интересно узнать, что случилось с судном, — объяснил Натаниэль и особенно выделил: — Мы давно у них на прицеле, и они были бы только рады поводу обвинить нас в очередном преступлении и арестовать, поэтому, добравшись до Матансаса, мы отведём от себя подозрения. Пусть охотятся на кого-нибудь другого, — команда обдумала сказанное и в конце концов одобрила решение. Тогда он обернулся к сидевшему у их ног моряку: — Вы скажите им, что вас нашло торговое судно с Гамильтона, а не пираты, ясно выражаюсь?       Мужчина испуганно закивал, как и несколько минут назад. Что ж, если он хочет пережить дорогу, то рано или поздно придётся запихать страх себе в глотку.       — Отлично. Плывём обратно.

***

«Твоё поручение выполнено. Выжившие доставлены в порт Матансаса. Корабль здорово потрепали, разгромили корму и разграбили подчистую. Какие ваши следующие пожелания? Ваш верный слуга, Н.В.»