Oops, you think I'm in love. That I'm sent from above. (I'm not that innocent).

Нил улыбнулся, когда товарищи по команде похлопали его по спине. В раздевалке крики «в следующий раз мы их сделаем» и «в следующем году…» эхом отражались от стен. Они проиграли последнюю игру сезона. Нил не мог сказать, что не разочарован, но команда была далеко не лучшей, и никто не рассчитывал на победу. Тем не менее, вероятнее всего, это была последняя игра в экси, в которую Нил когда-либо играл. В субботу утром он отправлялся на следующее место. Завтра он получит свой аттестат в офисе на уроке, а затем отправится автостопом в ближайшие штаты. Может быть, найдет там подработку или две, скопит немного денег в дополнение к тем, что у него уже были для выплаты Мориямам. Но он не мог допустить, чтобы кто-то узнал об этом. Он ударялся кулаками, смеялся над шутками, придумал несколько своих, провел рукой по блестящим темным волосам, которые он тщательно красил. Он играл роль «нормального подростка», пока почти не поверил, что именно таким он и был. — Нил, ты придешь на пиццу? — спросил Эйдан, доброжелательный девятиклассник. Нил почти согласился. Полноценная горячая еда за счет чековой книжки тренера Эрнандеса была предпочтительнее, чем выкраивание всего, что он мог, на батончик мюсли. — Подожди, Эйдан, мне нужно поговорить с Нилом, — сказал тренер Эрнандес. Нил замер. Эйдан вопросительно посмотрел на него. Нил пожал плечами, и тот принял это без лишних вопросов. Остальные члены команды ушли, и остались только Нил, Эрнандес и тишина между ними. — Что такое? — спросил Нил. — Нил, твои родители пришли на игру? Ответ Нила был отрепетирован до совершенства. — Они уехали из города. — Все еще в отъезде или приехали и отправились снова? — выстрелил в ответ Эрнандес. Нил нахмурился. Ему казалось, что он достаточно хорошо сыграл роль «моим родителям нет до меня дела», чтобы Эрнандесу не захотелось спрашивать. Он ничего не ответил. — Неважно, ты не несовершеннолетний, ты сам принимаешь решения. — Тренер, в чем дело? Это был не столько вопрос, сколько приказ. Скажите мне, что происходит. — У тебя гости. И с этими словами кто-то вошел в раздевалку. Нет, два человека. Один из них зашел со спины: теперь Нил был окружен. Выхода не было. Некуда бежать. Черт, черт, черт, черт, черт. Он притворился, что не видит человека, приближающегося сзади, и вместо этого рассматривал фигуру перед собой. Удивительно, но Нил узнал его. Тренер Ваймак из штата Пальметто. Человек-миф, несчастный бедняга. Этот человек набирал только душещипательные истории: людей, на которых никто другой даже не подумал бы посмотреть. Нил не знал, обижаться ему или нет на то, что Эрнандес считает его таким. Другой причины, по которой Ваймак оказался здесь, быть не могло. Нил молча смотрел на них две, может быть, три секунды, прежде чем перевести взгляд на Эрнандеса. — Вы отправили мою запись. — Я знаю, ты просил меня не делать этого, но ты хорош. Слишком хорош. Было бы пустой тратой таланта не сделать этого, — защитился Эрнандес. — Могу ли я поговорить с Нилом наедине, пожалуйста, — попросил Ваймак. Эрнандес согласился, но послал Нилу взгляд, который говорил: кричи, если я тебе понадоблюсь, и извини. Нил послал ему благодарную улыбку, чтобы показать, что он не сердится из-за записи. Он оглянулся на Ваймака, когда за Эрнандесом закрылась дверь. — Почему ты не хотел, чтобы он отправлял твою запись? — хрипло спросил Ваймак. Не сердито, а растерянно. Нил не лгал, но он никогда в жизни не говорил всей правды. — Я неопытен, неаккуратен, у меня проблемы с поведением, и, честно говоря, я недостаточно хорош для команды университета. Я не хотел разочаровываться, наверное. — Верно, но это не имеет отношения к делу. Внезапно рядом с Ваймаком, ниже ростом, но лишь едва-едва, оказался Кевин Дэй, до недавнего времени второй сын экси. Нил уже давно сжег свою папку, сохранив информацию на флешке на брелоке для ключей (разумеется, закодированную), но лицо Кевина навсегда запечатлелось в памяти Нила с того дня, когда тот увидел, как отец Нила разделывает человека на куски. Значит, вот куда он скрылся. Любопытно. Какая связь между Кевином и лисами штата Пальметто? — Я выбрал тебя из сотен. Считай, что ты не разочарование. — Откуда вы знаете, что я отвечаю требованиям вашей команды? Насколько я знаю, есть определенные… особые критерии. Нил, несомненно, имел в виду склонность Ваймака ко… вторым шансам. Фигура позади него была уже ближе; она приближалась к Нилу с тех пор, как он вошел в комнату. Очевидно, он не делал ничего вопиющего, иначе Ваймак обязательно бы что-нибудь сказал. Человек был уже достаточно близко, чтобы, если бы Нил замахнулся рукой, она попала бы ему в грудь. Нил не ударил его в грудь; он вообще не подавал признаков того, что знает, что за ним кто-то стоит. Ваймак смотрел на Нила так, словно видел его насквозь. Нил чуть не спросил его, что он знает. — Просто догадки. — А ты? — сказал Нил. Это было обращено к человеку, стоявшему за ним. Он не повернул свое тело, лишь сдвинул голову настолько, что смог увидеть фигуру позади себя. — Что думаешь о том, чтобы я присоединился к команде? — спросил Нил. Эндрю Миньярд улыбнулся ему в ответ; его улыбка расширилась, когда он понял, что Нил знал о его присутствии все это время. — Не заблуждайся, думая, что мне не все равно, кто в команде. Эндрю хихикнул. Его голос был хриплым, мягким и более высоким, чем Нил ожидал. Он был бы приятным, если бы не повышенная, фальшивая веселость, которая его окрашивала. Тем не менее, Нил искренне улыбнулся в ответ, прежде чем отвернуться. Нил посмотрел на Кевина. — А что насчет тебя? Ты думаешь, я поверю, что ты считаешь меня кем-то особенным? — Я этого не говорил, — надменно сказал Кевин. — Но у тебя есть потенциал. Ты играешь не на жизнь, а на смерть. Как будто тебе есть что терять. Нил легко усмехнулся, скрывая трепет, который вызвали его слова: — Это твой единственный критерий? — Это единственный критерий, который стоит иметь, — сказал Кевин с смертельной серьезностью. Нил фыркнул: искренность, с которой Кевин говорил, была очаровательна. — Верно, и Мориямы здесь ни при чем, — сухо сказал Нил. Комната затихла. — Почему Мориямы должны иметь к этому отношение? — медленно, сдержанно спросил Ваймак. Нил закатил глаза. Опять. — Пожалуйста, вы можете отказаться от притворства, мы все знаем, что вы здесь, чтобы передать сообщение. Не беспокойтесь, оплата у меня. Я думал, что дата сдачи будет через неделю. Он вам нужен сейчас? — Какой платеж? — спросил Кевин. Он смотрел на Нила без узнавания в глазах. — О, боже, — сказал Нил. — Ты действительно не узнаешь. Я знаю, что мои волосы стали другого цвета, но я не так уж сильно изменился, Кевин. Кевин едва отреагировал. Нил вздохнул и снял свои контактные линзы. — Ну-у? Глаза Кевина расширились. — Натаниэль? — Вот так, — пробормотал Нил. — Теперь я Нил. — Ты должен быть мертв, — сказал Кевин. — Если бы я должен был быть мертв, я бы уже был мертв, — поправил Нил. — Эндрю! — встревоженно позвал Ваймак. Нил почувствовал, как что-то прижалось к его спине. Он чувствовал это уже столько раз, что ему не нужно было смотреть, чтобы понять, что это нож. Нил проклинал собственную глупость, что отвернулся от Эндрю Миньярда. Он пообещал себе, что это больше никогда не повторится. Голос тихо прошипел ему в ухо: — А почему именно ты должен платить Мориямам? Нил насмешливо спросил: — Ты всегда так драматизируешь? — Большую часть времени, — ответил Эндрю, еще сильнее вдавливая кончик ножа в спину; его голос звучал очень задорно. Даже слишком. — Кевин, не мог бы ты объяснить классу, почему я должен платить Мориямам? — Его отец раньше работал на них. Натан Веснински, мясник из Балтимора, — быстро проговорил Кевин. — Его мать украла несколько миллионов долларов и сбежала с Нилом. Мориямы поймали их и должны были убить. Натана уволили и вскоре посадили в тюрьму. Твоя мать, должно быть, заключила с ними сделку, чтобы расплатиться с вашими долгами. — Что-то вроде этого, — подтвердил Нил. — Но сделку заключил я. Мою маму убила Лола Малкольм, одна из людей моего отца на канадской границе. Тем не менее, для преступной организации у Мориям очень большие проценты; я, вероятно, закончу выплачивать все к тому времени, когда мне исполнится двадцать пять. Нил пожал плечами, точнее, начал это делать, но вовремя вспомнил об острие ножа на позвоночнике. — Господи Иисусе, — пробормотал Ваймак. — Я все еще в команде? — шутливо прошептал Нил. Ваймак посмотрел ему в глаза. Нил не знал, что в них увидел тренер, но он первым отвел взгляд. — Знаешь, было бы очень мило с твоей стороны убрать свой нож с моей спины, — заметил Нил. — Или? Нил повернул голову так, чтобы Эндрю мог видеть улыбку его отца. — Я уберу его за тебя. Еще одно соревнование взглядов. Еще одна победа. Но Эндрю не убрал нож. — Как ты попал в школу? — прервал Кевин. — Кто подписал твою заявку? — Мой дядя. Я не могу тебе ничего о нем рассказать, ты же понимаешь. — Конечно, — ошарашенно сказал Кевин. — Есть что-нибудь еще? — резко спросил Нил. Никто ничего не сказал. — Хорошо, — он быстро выхватил нож из рук Эндрю. Вместо того, чтобы напасть с ним, Нил передал его обратно с улыбкой и подмигиванием. Улыбка Эндрю тревожно расширилась, а глаза сузились. Вместо того, чтобы отвернуться. — Да, — наконец сказал Ваймак. — Да? — повторил Нил. — Да, ты все еще можешь быть в команде, — уточнил он. — Если ты хочешь получить место. Полная стипендия. Жилье и еда оплачиваются. При условии, что ты не сдашь нас Воронам. — Что? — спросил Нил. — Что? — спросил Кевин. Эндрю только рассмеялся. Нил подумал об этом. Если он сможет найти постоянную работу в Пальметто, то сможет покончить с планом погашения кредита через два года, может быть, через один, если он будет работать на двух работах неполный рабочий день, а Мориямы выполнят свою часть сделки. — Хорошо, — спокойно сказал он. — Хорошо? — недоверчиво спросил Кевин. — Хорошо, — подтвердил Нил. — И что теперь? — Ну, если ты хочешь позвонить своему дяде… — Не нужно, — перебил Нил. — Где мне расписаться?

 —

Нил получил звонок от Ичиро после пиццы с командой. Он ждал этого. Он ответил, начав короткий путь домой из пиццерии. — Здравствуйте, мой господин, — почтительно начал Нил. — Сработало? — спросил Ичиро без приветствия. Его голос был заинтересованным, и Нил был удивлен: он почти никогда не позволял эмоциям проявляться во всем, что он делал. — Полная стипендия, и Ваймак добавил питание и жилье. Вы получите деньги раньше, чем мы думали. — Мой отец получит свои деньги, — поправил Ичиро. — Ты солгал? Нил старался, чтобы его голос звучал ровно и почтительно, несмотря на обиду, которую вызвало последнее заявление. — Я понимаю, что лучше не лгать о том, что может быть доказано. Просто события моей жизни звучат гораздо более жалостливо, если смотреть на них с моей точки зрения. Уверяю, Ваймак ни о чем не подозревает. — А Кевин? — спросил Ичиро. — В полной безопасности. Он едва узнал меня. — О? — спросил он. — Но ты такой… запоминающийся. Нил фыркнул. — Спасибо, мой господин. Ичиро выдохнул и рассмеялся. — Такой послушный. «Мой господин». Можно подумать, что я сделал что-то, кроме рождения сына. — Поздравляю, — промурлыкал Нил. — С твоим ребенком. — Спасибо, — голос Ичиро был с оттенком теплоты. — Мы с Сьюки все еще выбираем имя. Что ты думаешь, Алекс? Стефан? Крис? — Ты… назовешь его в честь меня? — спросил Нил. — Нил, после всех тех случаев, когда ты спасал мне жизнь, я бы сделал тебя его крестным отцом, если бы не был уверен в твоей неспособности обращаться с детьми. — Спасибо. — Не благодари меня, это меньшее, что я могу сделать. Если только ты, наконец, не позволишь мне выплатить твои долги моему отцу. — Тогда я буду в долгу перед тобой, — ответил Нил. — Я расплачусь с твоим отцом хорошими деньгами, чистыми деньгами, моими деньгами, — он улыбнулся. — И я смогу играть в экси. — Я никогда не пойму чьего-либо пристрастия к этому виду спорта, — пробормотал Ичиро. — Мне пора уходить, ребенок опять не спит. Будь в безопасности и присматривай за Дэем. Я рассчитываю на тебя. — Да, мой господин, — ответил Нил по-деловому. — Спокойной ночи, Нил. — Спокойной ночи, мой господин.