Oops, you think I'm in love. That I'm sent from above. (I'm not that innocent).

Нил пробежал семь шагов. Восемь. Девять. За долю секунды он должен был решить, брать или не брать следующий пас. Он бросил мяч Элисон, прежде чем его ударил защитник, который был отмечен за ним. Нил наблюдал, как мяч по изящной дуге взмыл в воздух и приземлился на вытянутую ракетку Элисон. Каким плавным движением она переправила его туда, где, как Нил знал, должен был находиться Кевин, прежде чем он упадет на землю. Нил услышал звук забитого мяча, когда судьи свистнули, чтобы проверить его. Защитник получил желтую карточку. Нил кашлянул и ухмыльнулся в адрес защитницы, которая получила карточку; она нахмурилась в ответ, но в ее глазах было нескрываемое уважение. И с этим игра была выиграна. В автобусе Нил проверил свой банковский счет. Давненько он этого не делал, но раньше долгими ночами его успокаивало то, что он проверял цифры своего долга и видел, что они меньше, чем раньше. Но сегодня их не было. У него было ноль долларов долга. Потребовалось мгновение, чтобы цифры дошли до него, но когда они все-таки прояснились, у Нила на глаза навернулись слезы. Как будто все это время он, сам того не зная, находился под грузом, а теперь, когда он исчез, каждый шаг казался полетом. — Нил, ты в порядке? — спросил Мэтт. Нил прошептал слова, боясь, что они станут неправдой, как только он их произнесет. — У меня нет долга. — Что? — спросила Дэн позади них. Нил обернулся, набравшись смелости: — Я избавился от долга. Боже мой. Я избавился от долга. Лицо Дэн расплылось в возбужденной улыбке. — Большие новости, народ!

—

Нил нашел Кевина лежащим на диване и потягивающим водку. Нил не любил этот напиток, но Кевин, похоже, наслаждался им. — В чем проблема, Кевин? Кевин посмотрел на Нила щенячьими глазами. — Ты уходишь. Нил опустился рядом с Кевином на диван. — Что натолкнуло тебя на эту мысль? — Ты сам. Ты сказал, что уедешь, как только выплатишь долг. А он уже выплачен, так что ты уходишь. Нил закатил глаза. — Я никуда не ухожу. — Не уходишь? В голосе Кевина было столько надежды, что это почти ранило. Он резко встал. — Пойдем. — Куда? Кевин посмотрел на него сверху вниз, внезапно протрезвев (в эмоциях, а не в состоянии опьянения). — Мы идем в тату-салон. Не дай мне передумать. Нил усмехнулся. Хорошо.

—

Нил должен был привезти Эндрю домой к следующему утру, а это означало, что им придется искать место, где переночевать. Логистика ситуации отвлекала Нила от мысли о том, что, возможно, он ошибся; возможно, ему следовало послать Аарона и Ники за Эндрю; возможно, тот не хотел иметь с ним ничего общего. Ники, Аарон и Кевин остались в Пальметто, чтобы спланировать вечеринку «С возвращением!» для Эндрю, и Нил догадывался, что тот будет рад снова увидеть свою машину. Эта странная новая неуверенность была непривычной и некомфортной. Неужели это и есть любовь? Нил заехал на парковку реабилитационного центра и вошел внутрь. Вестибюль был украшен мишурой и хлипкими пластмассовыми оленями. Прекрасно. Он заполнил бумаги — мысли были пустые и роботизированные — и стал ждать. — Нил? Эндрю. Нил поднял голову и улыбнулся. — Привет, наш жеребец. Эндрю закатил глаза, и даже тогда, даже в этот момент, сердце Нила заколотилось: яскучалпотебеяскучалпотебеяскучалпотебеяскучалпотебе. — Привет, Нил. — Пойдем, — сказал Нил. — Пойдем домой.