Не ищи проблем

Если и есть подходящий момент, чтобы вспомнить всю свою жизнь и горько, сокрушенно усмехнуться, то это именно он – Дейдара изо всех сил старался вжаться в стену и не дышать, попутно чувствуя нарастающую панику. Он бы, наверно, мог просто от страха помереть, как крохотная мышь, прячущаяся от крадущегося кота. Хидан шел тихо. Под подошвами его ботинок вдруг хрустнули стеклышки – так Дейдара и понял, что не остался незамеченным. Почему-то все замолкло, ей-богу, какой-то закон подлости. Заткнулась завывавшая сигнализация, бойцов Макс-Така тоже слышно не было, все забились по углам и ждали подкрепления. Ситуация оказалась безвыходной и Дейдара глупо надеялся, что Хидан все-таки успокоится хоть немного, не станет бросаться и пускать клинки в ход сразу. Конечно, Дейдара понимал, что тот неадкватен – Хидан едва ли осознает себя собой, так что речи о воспоминаниях и спокойствии не идет. Похоже, Хидан остановился, прислушиваясь к какому-то тихому звуку в соседней кабинке. Там ведь тоже кто-то мог быть, куклы и клиенты так и сидят в комнатах. Дейдара медленно вытянул вперед ноги, сполз по стене и почти лег на пол, собираясь спрятаться под кроватью. Все-таки можно понадеяться на порывистость и нетерпение Хидана в таком состоянии, он не будет старательно кого-то выискивать, скорее ринется на звук и, никого не найдя, впадет в отчаяние. Дейдара видел киберпсихов, они в основном действуют одинаково, но ни в чем нельзя быть уверенным. И все же Дейдара не успевает. Он замирает, прижав к груди руки, когда Хидан в одно движение оказывается рядом и нависает, угрожающе поднимая клинки. Его лицо искажается от больного восторга, улыбка растягивает губы, но в глазах ни капли радости, только какое-то страдальческое непонимание. Дейдара крепко зажмуривается, готовясь к боли, и глубоко вздыхает. Может, он даже успел смириться, кто знает. Как ни странно, жизнь перед глазами все-таки не пролетала, все сожаления ушли, а мысли очистились, как при глубокой медитации. Что-то грохочет, словно землетрясение, Дейдара чувствует, как вибрирует пол. Все его смирение мигом улетучивается, с глубоким вдохом сердце срывается в бешеный ритм снова, и он открывает глаза. Перед ним недоуменно и злобно округляет глаза Хидан, от мощного удара сбоку он изгибается словно тряпичная кукла, едва не ломая шею. Боец Макс-Така в полном обмундировании, как следует разогнавшись, просто влетел в него плечом, сшибая с ног. Силы удара достаточно, чтобы Хидана отбросило к стене, а перекрытия оказываются не такими уж крепкими, чтобы его удержать. Штукатурка сыпется на него, освещение кабинки тухнет, Хидан вываливается наружу, пробив стену насквозь. Дейдара пару секунд тупо смотрит на протянутую ему руку. – Ну! Вставай мать твою! – орет солдат, нетерпеливо хватая Дейдару за запястье. Он дергает его вверх, тянет больно и Дейдара почему-то испытывает что-то вроде злости. Словно его разбудили на самом интересном месте сна и не дали досмотреть чем дело кончится. – Он… В порядке? – зачем-то спрашивает Дейдара, обеспокоенно глядя на проем в стене. Хоть он и не видит лица бойца в шлеме, но может практически почувствовать, что смотрит он на него, как на ебанутого. – В полнейшем, блядь, порядке, – рявкает солдат и снова дергает Дейдару за руку, – Вали отсюда! Беги через подвал, там наши тебя встретят и выведут из здания. – Кисаме? – Дейдара вглядывается в черное, матовое стекло шлема, неуверенно потирая запястье. Со стороны доносится шорох, треск проводов и шуршание изоляции со штукатуркой. Дейдара получает ощутимый толчок в спину и бросается в коридор, не оборачиваясь. Он хотел попросить Кисаме, если это, конечно, он, чтобы тот Хидана не убивал, но, очевидно, момент не самый подходящий. Ноги двигались сами по себе, не разбирая дороги, Дейдара споткнулся о горшок с цветком, наткнулся на упавший автомат напитков и едва не пробежал мимо нужной двери. Только спускаясь по ступенькам в подвал, минуя первый этаж, его перестало трясти. Обида за отсроченную смерть отпустила, жить захотелось так сильно, что из глаз чуть слезы не полились. Его хватали за руки, настойчиво вели по узким аварийным коридорам Башни и наконец вытолкнули на улицу. Яркий свет солнца ударил по глазам, это, получается, сейчас день? Черт знает, Дейдара уже напрочь потерял счет времени. Он медленно шел вперед, еле передвигая ногами, отмахнулся от женщины-психолога, миновал ави Травмы, вышел за ограждения и замер. Он стоял посреди толпы зевак, столпившихся у Башни и практически перекрывших движение. Дейдару вдруг одолела злость – люди почему-то веселились, делали селфи на фоне здания и боевого ави Макс-Така, громко ржали и чуть ли не делали ставки, сколько народу угандошит киберпсих в этот раз и выберется ли из Башни живым. Конченное, инфантильное общество не принимало проблему всерьез до тех пор, пока она не касалась лично их. Все завоют, если Хидан вырвется на улицу и начнет резать всю эту «золотую молодежь». Дейдара усмехается, представляя это. В такой момент они вряд ли будут делать селфи, ублюдки.

--

Рабочий день шел на удивление четко – Какузу диву давался. Ни один пациент не опоздал на прием, расходники не заканчивались, перебоев с электричеством нет, неожиданных травм не было. Просто фантастика. Все слишком хорошо, чтобы быть правдой. В обед он решил сходить за тако. Давно не ел тако, а раз уж день выдался таким замечательным, можно и дрянной, но чертовски вкусной жратвы закинуть. Продавец, невысокий, круглолицый мексиканец, радушно развел руками и принялся готовить, о чем-то громко болтая. Какузу даже не стал утруждать себя включением переводчика, все равно трёп наверняка ни о чем, так что он просто кивал и изредка вежливо улыбался, пялясь в экран телефона. Лениво пролистывает новости, задерживает внимание на последних полицейских сводках и скроллит вниз, игнорируя рекламные посты. В основном все статьи сосредоточены на недавнем отключении электроэнергии, а мнения в комментариях разделились – кто-то считал виноватыми кочевников, кто-то – террористов, а кто-то решил, что коллектор сам ебанул, потому что старый, а техобслуживание никто не проводит. Короче, вся эта еботня Какузу никак не волновала. Получив свой горячий, истекающий соусом и маслом тако, Какузу двинулся обратно в офис. Он уже сделал шаг на пешеходный переход, как перед носом у него пронесся какой-то хер на мотоцикле, не остановившись на красный. Какузу проводил его долгим тяжелым взглядом и трижды проклял, оскалившись под маской. Так подумать, Хидан наверняка гонял на своем мотаке так же, потому что он такой же отбитый кретин. В офисе стояла блаженная тишина, до следующего пациента целых сорок минут, так что можно спокойно обожраться и залипнуть в телек. Какузу развалился на диване, включил экран и отдался процессу целиком и с удовольствием. Было вкусно, жирно и пиздецки вредно, но разок в месяц можно. Долгая блевотная реклама наконец закончилась, начался выпуск местных новостей. Привычная ведущая с всегда одинаковой идеальной прической заявила, что в Найт-сити бесчинствует очередной киберпсих. Какузу хмыкнул, не впечатлившись. По словам ведущей, дело осложнялось замкнутым пространством и огромным количеством гражданских в зоне работы Макс-Така по обезвреживанию психопата, так что за долгие два часа его не задержали. Какузу скептично поднял бровь и, стоит признать, удивился. Обычно психопатов ловили (точнее, убивали) минут за двадцать, а тут столько возятся. И тут на экран вывели картинку с места происшествия. Журналистский дрон летел над толпой зевак у Мегабашни, поднимался все выше и выше, пока не достиг вывески Облаков. Из одного разбитого окна тянулся дым, диктор на фоне сообщал, что Макс-Так ограничен в применении оружия, потому что сверху и снизу жилые квартиры, и… Дальше Какузу уже не слушал. Он звонил Хидану, снова и снова набирая его номер, проклиная каждый гудок, который оставался без ответа. Масло с тако капало ему на джинсы, новостной блок закончился, сменяясь гребаной рекламой, от которой можно было поймать приступ эпилепсии. Какузу продолжал звонить, понимая, что это бесполезно. Хидан просто, черт возьми, не отвечает. Если бы он был жив – он бы ответил. Да он сам бы позвонил, блядь, он бы обзвонился и извелся истеричными криками, чтобы Какузу приехал и забрал его. Значит, самое время подумать о самом худшем. Какузу бросил тако на стол, не замечая разбрызгавшегося на документы соуса, встал и вышел из офиса, тут же отменяя все приемы через комм. Сел в машину и сорвался с места, хоть и понимал, что до самой Башни не доедет, видел же, сколько уже там собралось народу. Придется пробежаться немного. Как-то рефлекторно он включает радио, чтобы слушать в дороге новости, может что-то еще скажут. Впрочем, он даже слов не разбирал, пытаясь понять, на какой вариант надеется больше. Если Хидан и есть киберпсих – это лучше, он все-таки жив, хоть и с натяжкой. Ситуация со всех сторон полное дерьмо. На коммуникатор вдруг поступает вызов – аватар звонящего скрыт, номер не определяется, но Какузу все равно отвечает на звонок. Ей-богу, хуже уже не будет. – Рипер, это я, Кисаме, – торопливый голос трудновато услышать из-за гулкого бубнежа и эха, – Тут это… Как бы твой дружок взбесился. Я подумал, тебе нужно об этом знать. – Пиздец как нужно, – равнодушно отвечает Какузу, а сам закипает изнутри, – Хочешь предупредить меня о грядущих похоронах? – Нет, чувак, бля, – слышно, что Кисаме спешит и слова вылетают быстрее, чем он успевает их сформулировать, – Мы пытаемся его поймать. – Поймать? Нахрена? – Какузу искренне не понимает намерений Макс-Така. Хидан – не жилец, даже если его поймают. Он уже ёбнулся, его не починить, не вылечить, его, как личности, не существует. Поймайте его, посадите в камеру, и что? В конце концов, он отгрызет себе язык и истечет кровью, потому что в его существовании никакого смысла. – Есть теория… Короче, есть люди, которые занимаются лечением этой срани, – вздохнув и прокашлявшись, Кисаме продолжает, – Ну и меня уговорили попробовать… А у меня есть полномочия. – Кто уговорил? – Да какая разница? Ты можешь приехать сюда? – Уже еду. Какузу сбрасывает звонок, сосредоточившись на дороге. Кто, блядь, уговорил Кисаме не убивать Хидана? Что там за ангел милосердия нарисовался средь бела дня? Получается, придется его благодарить, хотя черт знает, за что. Видеть Хидана мертвым проще, чем видеть его в этом безумном состоянии, не способного даже вспомнить свое собственное имя. Да и лечение это казалось неистовым бредом, но… если подумать, Кисаме не стал бы рисковать своей репутацией и званием, чтобы сотворить подобную хуйню без причины. Выходя из машины, Какузу прихватил с собой свой лимитированный Нуэ, проверил патроны и спрятал его за пояс. В голове возник идиотский вопрос – а сможет ли он пустить Хидану пулю в лоб самолично? Если он бросится на него, если вырвется и начнет убивать людей, сможет ли Какузу его убить собственными руками? Разум твердил «Да» без тени сомнения, сердце сжималось от одной мысли. Что победит, если все-таки придется? Найти на это силы просто невозможно. Какузу пробивается сквозь толпу горожан, смотрит вверх, провожая взглядом полицейские дроны. Ажиотаж, конечно, Хидан вызвал сумасшедший, даже помощнее, чем взорвавшийся коллектор. Дойдя до полицейских заграждений, Какузу остановился, разглядывая лица солдат, медиков и копов. Из здания вышли два бойца – оба раненые – тащившие третьего, которому досталось еще сильнее. На их черной форме кровь совсем незаметна, только поблескивает на солнце, как чернила, и капает с хромовых шлемов. На плечо Какузу опускается тяжелая рука, он резко оборачивается, тут же встречаясь с Кисаме взглядом. Выглядит тот неважно, но на первый взгляд цел, хоть и грязный весь, в какой-то штукатурке, извести и чужой, судя по всему, крови. – Давай за мной, – Кисаме отключает ограждение, пропуская Какузу на территорию Башни, – Надо обсудить кое-что. – Че тут обсуждать. Вы реально решили задержать его, или просто не можете с ним справиться? – Какузу усмехается, чувствуя что-то вроде неуместной гордости. – Честно говоря, нихера не получается, – Кисаме, обернувшись, красноречиво округляет глаза, – К нему не подойти, от пуль уворачивается, будто у него ускорители стоят, хотя, как я помню, у него имплантов-то раз-два и обчелся. – Верно, богомолы – третий имплант. Не понимаю, почему он… – Почему – будем потом разбираться. Давай сперва подумаем над возможностями, – Кисаме доходит до припаркованного ави, дверь сдвигается, и он наклоняется, чтобы залезть внутрь, – Сюда. Надо серьезно перетереть. Какузу заглядывает в ави, недоверчиво оглядывая молодого парня, уже сидящего там. Миловидная мордашка испачкана в крови и растекшимся макияже, длинные волосы собраны в высокий растрепанный хвост. Выглядит как… Какузу мысленно себя одергивает. Хидан так же выглядит иногда. Стоит быть терпимее. – Так каков расклад, – спрашивает Какузу, усевшись напротив Кисаме и этого странного пацана. Дверь ави плавно закрывается, погружая их троих в идеальную вакуумную тишину. – Это Дейдара, – Кисаме бросает на парня короткий взгляд, – Он убедил меня попытаться. Говорит, есть некие люди, которые платят за поимку живых киберпсихов и занимаются их терапией. – Платят?! – от возмущения Какузу аж пропускает вдох, не удержав нервного смешка, – Очевидно, они платят за подопытных. И вы хотите им Хидана сдать? Уж лучше убейте его сейчас. – Нет-нет, все не так, – подает голос Дейдара, – Они действительно их лечат! Разве ты не слышал о бывшей полицейской Реджине Джонс? Она сейчас фиксер, который размещает заказы на живых киберпсихов, чувак, она реально делает это из добрых побуждений. Ее заебало их убивать, как отребье, потому она и ушла из полиции. – Ну пиздец, бывшие полицейские у нас теперь святые, – бубнит Какузу, – Так и что? – Короче у меня есть контакт одного типа из ее клиники. Он охренительный нейробиолог, и если такие, как он, работают на Реджину, то у Хидана есть реальный шанс, – Дейдара замолкает и, как-то скромно потупившись, бросает на Кисаме нерешительный взгляд. – В общем, рипер, расклад прост – мы ловим Хидана и тащим к этой тёлке. Ты должен остаться с ним, потому что это способствует терапии. Еще и эдди получишь. Блядь, вот бабки – это последнее, о чем Какузу сейчас думал, как ни странно. Такое внезапное, но простое осознание – Хидан важнее денег, и все сразу встало на свои места. Конечно, он останется с ним. Конечно, всадит ему пулю между глаз, если терапия не поможет и Хидан будет сходить с ума, мечтая о смерти. Это самое чистое и яркое чувство, которое когда-либо накрывало Какузу – оно, наконец, сформировалось, все эти уколы совести, все сомнения, переживания сложились в единую картину. Он без Хидана не видит жизни, а значит обязан помочь ему всеми силами, чтобы иметь возможность попросить прощения. – Звони своему контакту, – говорит Какузу, глядя на Дейдару. Глазные импланты Дейдары подсвечиваются приятным голубым светом, извещающим, что он активировал коммуникатор. Кисаме тем же способом отдает бойцам приказ начинать операцию по поимке киберпсиха. Какузу замирает в ожидании, скрестив на груди руки. У него трясется коленка, но, заметив это, он кладет на нее ладонь, вспоминая, что у Хидана постоянно трясется коленка, когда ему скучно. Это наводит на мысль, что, может, в те моменты ему было вовсе не скучно, а Какузу ни разу не придал этому значения… Кисаме тихо переговаривается с бойцами, но Какузу его не слушает. Он вперился взглядом в одну точку, засмотревшись, и закусил губу, размышляя, за что же ему все это. Почему так получилось? Хидан не мог двинуться из-за имплантов, слишком их у него мало, только если один из них не был заражен, но и это просто нереально – Какузу всегда проверяет технику лично. Так почему? Неужели он просто не замечал, что Хидан не в себе? Были ли признаки? Сокрушенно нахмурившись, Какузу готов был признать, что не особо-то обращал на Хидана внимание. Ну, то есть, обращал, но не совсем на то, на что стоило бы. Эти перепады настроения, щенячьи взгляды, в которых так и читалась просьба о помощи, нервные истерики и этот его сраный Бог… Стоило поговорить и послушать. У Какузу никогда не было на это времени. – Его нет, – вдруг произносит Кисаме, сверля Какузу взглядом. – Что? Кого? – Хидана нет в Облаках. Как сквозь землю провалился. – В смысле, блядь, нет?! – рявкает Какузу. Дейдара вздрагивает, Кисаме трет широкой ладонью лоб и почесывает имплант на скуле. – Они не могут его найти. Кровавый след ведет через кабинет босса Облаков, там аварийный черный ход, – Кисаме поворачивается к Дейдаре и уточняет: – Сасори и Гаара в порядке, если что. Дейдара не сдерживает облегченного выдоха, но тут же напрягается снова, видя, что Какузу явно не ебёт судьба какого-то там Сасори. – Ну и? – Какузу вздергивает возмущенно брови, – Пусть идут за ним? – Тоннель под Башней разветвляется, они не понимают, куда именно он ушел. Какого черта он вообще ушел, психи так себя не ведут! – Может у него ремиссия? – наивно предполагает Дейдара, – Я читал, что такое бывает. – Что еще ты, блядь, читал? – язвительно выдает Какузу, – Поделись своими знаниями! Нам их сейчас пиздец как не хватает! – Полегче, рипер, – Кисаме машет ладонью, привлекая внимание Какузу на себя, – Он пытается помочь, че ты. Нам понять надо, куда Хидан ушел, пока он не устроил кровавую бойню где-нибудь в Чайнатауне. – Окей, – Какузу поднимает руки, скептично усмехаясь, – Давайте. Это же вы тут знатоки, я-то чем могу помочь? – Есть знакомые нетраннеры? Я не могу использовать своих, они спалят, что я продал вам имплант и натянут мне жопу на голову, еще и заражение импланта пришьют. – Чт… Какие нахер нетраннеры, у меня… – Какузу осекается вдруг, задумавшись. Вообще-то, есть у него нетраннер. Год назад Какузу спас одного, когда у того чуть не закипели мозги от внезапной хакерской атаки по сети. Сменил ему все импланты, очистил программное обеспечение и помог скрыться от преследования враждебными ИИ. Так что можно сказать, тот нетраннер у него в долгу. Задержав на Кисаме тяжелый взгляд, Какузу отворачивается в сторону и звонит по комму. На аватаре у нетраннера машут крыльями вороны, гудки идут, пока один из них не прерывается тихим щелчком. Это можно счесть за сброшенный звонок, но Какузу знает, что это все эти хакерские штучки. Имитация. – Чем обязан, Какузу-сан, – бархатистый голос вещает словно из самых недр сети, прерываемый помехами и тонким писком вычислительных машин. Этот нетраннер чистокровный японец, работающий в Арасаке, так что его манера разговаривать слегка сбивала с толку, если не сказать больше. – Итачи, ты сможешь найти человека по поведенческому чипу? – сходу спрашивает Какузу, – У него киберпсихоз, если это... важно. – Найдет ли ворон свое гнездо? – пространно вопрошает Итачи, – Конечно, найдет. Болезни не имеют значения. Судя по всему, это можно толковать как «Да». Чертов японец, вечно они говорят загадками. Какузу терпеливо ждет, пока Итачи подключается к нужному слою сети и нервно ковыряет ногтем подушечку пальца. – Название и код чипа, пожалуйста. – Кукольный чип МН-978-54А, активирован недавно, заводская сборка. – Принято, – голос Итачи расплывается, не слышно ни вдоха, ни выдоха, словно он вовсе не человек, – Где же потерявшаяся птичка… Хочешь, выведу на твою оптику процесс? Сразу увидишь локацию. – Давай, – соглашается Какузу и перед его глазами тут же рассыпается пикселями карта города. Сканер выводит изображение на сетчатку, хочется часто-часто моргать, но это бесполезно. От непривычки сводит глазной нерв, впрочем, Какузу быстро адаптируется. Он видит бесконечные массивы информации, бегущие по верхнему слою карты, видит, как Итачи ломает защиту чипа, чтобы пробиться к локальным данным и вычислить местоположение. Вся эта нетраннерская хрень была для Какузу сродни магии, телепатии – как не назови, этим занимаются только изначально двинутые на голову. – Здесь данные изменились, – на карте появилась точка и Итачи выделил ее, – Здесь он нырнул глубже, чем положено. Какузу догадался, что Итачи говорит о начале психоза, по крайней мере, точка соответствовала Мегабашке и Облакам. От точки поползла пунктирная линия – сперва она практически кружила на месте, спутываясь в неряшливый клубок, а потом вдруг сорвалась в сторону, потянулась прямо, никуда не сворачивая. Хидан двигался по тоннелю, добравшись почти до конца, но внезапно свернул налево, не добежав до выхода из тоннеля всего сотню метров. Он ушел в сторону порта, на территорию Мальстрема и, наконец, линия остановилась. Набережная. Совсем рядом стоят баржи и сухогрузы, там хренова туча людей, которые даже не подозревают, какая участь их ждет. – Попался, – Итачи ставит точку в конце линии, – Не движется. – Ты можешь оставить мне этот радар? Вдруг он куда-то ломанется, пока мы едем, – Какузу кивает Кисаме и тот хлопает ладонями по бедрам, показывая готовность выдвигаться. – Разумеется, я уже оставил файл в твоей системе, – Итачи замолкает ненадолго, Какузу даже успевает подумать, что он отключился, – Рад был выплатить долг, Какузу-сан. – Спасибо, Итачи, береги мозги, – отвечает Какузу и сбрасывает звонок. Он сразу отправляет локацию Кисаме и сверлит его выжидающим взглядом. – Я возьму небольшой отряд и поехали. Надо постараться не привлечь внимания общественности к тому, что мы проебали киберпсиха, – Кисаме шумно выдыхает, раздувая щеки, – Для Макс-Така это просто позор. – Делай, как знаешь, – дверь ави поднимается с шипением пневматики, Какузу вылезает наружу, – Только побыстрее.