Бескрайность

      И как только хватило спокойствия, чтобы не прикончить его? Можно ли списать это на усвоенный урок из второй жизни за Нин Бая? Она думала, что это положительный момент… Не совсем глупа, какой была раньше…       Быть поглощённой тьмой тоже оказалось вариантом неудачным. Быть бездушным чучелом не радовало и не вызывало ничего, кроме пустоты. Ань Чжи пала на очередное дно, использовав Вей Ли, чтобы что-то почувствовать, как раньше… Хоть и не было между ними отношений учителя и ученика, но воспоминания прошлой жизни были… Она любила Вей Ли, сначала как ученика, а после… после всего, что ему пришлось вытерпеть от нерадивого учителя, Ань Чжи совратила такого светлого ребёнка, как и прочих адептов, как и Гуй Чжана…       — Мне жаль… — тихо выдохнула она, исчезая в снежной буре.       Куда направит её артефакт? В очередное прошлое, где она встретит не самых приятных личностей… Но и подумать Ань Чжи не могла, что откроет глаза в зелёном лесу, а под ногами будет приятный ковёр из мха… Что-то этот лес ей напоминает, но что? Много времени прошло… Неужели это Лес Тишины? Забавно, его ведь спалил дотла Вей Ли, когда приручил силу Ань Чжи…       — Ваше Величество, всё готово! — рядом с Ань Чжи появился седой старик, облачённый в серые одежды отшельника…       Его вид был незнаком, и… откуда же он знает… Стоп! Это тот голем из Подводного Дворца? Разве Ань Чжи не создавала его для охраны, почему он шастает тут? Хотя, если подумать хорошенько, если этот лес ещё цел, то та мерзкая змея тоже… Хоть Ань Чжи не понимала, что подразумевалось под «всё готово», было плевать на это, важно прикончить этого ублюдка…       — Хорошо-хорошо… — Ань Чжи кинула мешочек с мощным ядом старику. Этот яд должен был разбудить змея и сильно ослабить… когда тот выползет на поверхность, мигом избавиться от него…       Големы понимают волю создателя, поэтому тот в поклоне принял мешочек.       — Ты знаешь, что делать.       — Да, позвольте откланяться, — старик снова поклонился и исчез в тумане.       Отлично! Всё пойдёт по плану! Эта мерзкая ползучая тварь много натворила гадостей, а после, обратившись в женщину, проникла в секту под крыло Гуй Чжана… С прибытием этой «дамочки» он становился всё большим кретином.       Перед глазами было весьма высокое пышущее жизненной силой дерево. Охваченная любопытством Ань Чжи коснулась его, и жизнь начала медленно перетекать из дерева в ладонь, образуя изящный шарик.       «Ну не прекрасно ли это? — она повертела этим шариком меж своих пальцев, после чего быстро закинула его в рот. — Жаль, мало…»       От использования собственного «Сердца Бога» ци в теле становилось меньше. Это мерзкое чувство слабости и чувство преддверия беспомощности накрыло Ань Чжи… Лицо быстро побледнело, а плечи судорожно начали дрожать… Она боялась вновь пережить первую жизнь…       Осознавая ощущения, накатившиеся валом на разум, она не заметила, как мох под ногами и рядом стоящие деревья начали чернеть и иссыхать. Помогли простые глубокие вдохи и выдохи… Она не слабая. Больше не будет секс-игрушкой, чтобы выжить. Не будет больше убивать миллионы жизней ради мести…       «Последним желанием было спасти…»       — Вей Ли!       Сосредоточившись, она направилась на континент Су, царство обычных смертных людей. Он должен быть именно там. Определённо артефакт сработал! Осталось отыскать его. Раньше Вей Ли был побирушкой-сироткой в Империи Сунь.       Накинув бамбуковую шляпу с вуалью, Ань Чжи, чуть не срываясь на бег, искала… Она помнила, как выглядел он, будучи маленьким. Большие глазки, непослушные чёрные волосы, худощав… Но таких не было… Может ли быть, что он ещё не родился?       Нет! Такого точно не могло быть, он должен быть жив… Артефакт не мог ошибиться…       — Я вновь…       Она взглянула на безоблачное небо, и на ум пришла странная идея… Может, он уже в секте Небесных Чертогов?       — П-простите, господин, — Ань Чжи обернулась на звонкий девчачий голосок. — Ах…       — Чего тебе? — враждебно ответила Ань Чжи, собираясь уже уйти, но её остановила нежная ручка.       — Господин, не хотите выпить чаю? — та, заикаясь, краснела и отводила взгляд.       Аккуратно высвободив свою руку из цепких маленьких пальцев, Ань Чжи ответила:       — Не стоит такой милой девушке предлагать подобное незнакомцам, мало ли что у них на уме.       Она бы хотела ещё что-то сказать, но не успела… Ань Чжи уже оказалась в другом месте, используя туманное перемещение, — это был чудесный способ преодолевать большие расстояния… Конечно, только если у тебя соответствующий уровень культивации. Раз этот сработал, Ань Чжи облегчённо выдохнула: она не совсем слаба… Но даже будучи с телом бога, вынуждена подчиняться правилам континента Гао…       «Чёртова лестница…»       Скрыв себя от взора старейшин и всех, кто преодолевал лестницу, она направилась в секту Небесных Чертогов. Каждый шаг пробуждал самые неприятные моменты жизни Ань Чжи, вплоть до той ночи… Когда убила сотни людей, не моргнув и глазом, движимая только местью за свои несчастья, боль и обиды… Совсем позабыв о маленьком ученике… и то, что он услышал… те обидные слова, пронизанные льдом и сталью…       Все последующие годы на Тянь-Куо не было ни дня для сожаления… как вернуть всё назад? Как вернуть свою и Вей Ли жизни без этой боли? Как прервать бесконечную муку перерождений и ада…       Прошлое воплощение поведало Ань Чжи, что это последний шанс… Тот шанс, который точно не упустит, и Первородной Бог что-то тоже говорил про искупление, и оно не было в смерти Ань Чжи… по крайней мере не сейчас.       Эта секта не изменяла себе, в памяти сохранились именно те самые улочки и Дворец старого Главы секты. Взобравшись сюда, она, не думая ни минуты, переместилась на пятый пик.       При виде маленького бамбукового домика сердце пропустило несколько тревожных ударов.       Неприятно его видеть…       Но сейчас это дом Нин Бая… Того самого… настоящего.       Подобравшись ближе, она заметила прячущегося Ян Ён Миня. В кулаке Ань Чжи тут же образовалась божественная энергия. Он сейчас слабее неё и слеп, раз не может почувствовать враждебную ауру.       Скрываясь под туманом, Ань Чжи не терпелось убить этого подонка. Но застыла. Этот мужчина вынул мазь и с помощью ци положил внутрь бамбукового дома на низенький столик. Она окинула Ян Ён Миня презрительным взглядом. Он напоминал маньяка, что преследует ребёнка.       После того, как мастер Ян ушёл, Ань Чжи решила осмотреть эту мазь на предмет яда. И…       «Аха-ха-ха… чёртов ублюдок…»       В мази он был. Кто бы мог подумать! Никому нет веры… Но в закромах у неё была такая же мазь, только без яда. Заменив баночку, она вышла во дворик, где плакал Нин Бай, сидя за каменным столиком.       «Отчего ты так горько плачешь?»       Ань Чжи задавалась вопросами… Настоящего Нин Бая она не знала. Какой он был? Что любил? Что ненавидел… Сейчас перед ним лицо, с каким она ходила многие годы, две жизни подряд… Признаться, было очень непривычно — наблюдать его со стороны…       Но тут он приподнял голову, явно всматриваясь вдаль…       И только сейчас она заметила опухшие щёки… Рука сама потянулась к его щекам, но вовремя Ань Чжи остановила её…       «Прости меня…» — мелькало в мыслях при воспоминании обо всей той грязи, постигшей тело Нин Бая, когда её душе пришлось занять его.       Этот мальчик… Ему тоже несладко приходится тут.       «Я помогу тебе, Нин-эр, обещаю!»       Мальчик вытер слёзы и, шмыгнув заложенным носом, побрёл к дому. Пока всё это время Ань Чжи кипела яростью… Было весьма понятно, кто именно ударил его по щекам.       — Шэнь Юй, — грозно выдавила Ань Чжи, словно проклиная.       Явно он жив, и даже то спасение в горах было излишним. Стоило оставить его умирать там. Заслужил такую карму… Но нет… Если бы не судьба, то Нин Бай и Вей Ли не оказались бы на одной территории.       Ань Чжи направилась в другое, не менее печальное место… Поднявшись над лесом, словно облако, она приземлилась во дворике очередного бамбукового домика. Там она заметила бочку и маленький силуэт, плескавшийся в ней.       Всё казалось сном…       Не веря глазам, подошла ближе. Это он. Её сяо Ли.       «Мой маленький ученик».       Тот не видел её. Лишь сильно тёр себя тряпками. Похоже, он тренировался и поэтому так испачкался. Этот малыш — настоящее сокровище в её жизни. Мальчик закончил и мигом облачился в белые одежды секты, которые несомненно шли ему… Хотя и чёрный цвет был идеален.       После Вей Ли побежал в домик открывать окна и двери, подготовив воду, принялся стирать простыни и одеяла, что были покрыты сажей и липкой грязью. Взяв мыльный корень, он начал с усилием тереть ткань, пока маленькие детские ручки не покраснели. Ещё немного, и кожа начала бы трескаться, образовывая уродливые раны.       — Маленький шиди Вей, тебя зовёт учитель Ли, — позади мальчика на поляне стоял первый шисюн Гуй, с суровым и беспристрастным, а вскоре и надменным видом.       Ань Чжи обернулась на пришедшего, но, кроме печали, не могла ничего почувствовать.       Мальчик встал, скрестил руки с мыльными ладошками перед собой и почтительно поклонился шисюну.       — Третий шиди Вей приветствует первого шисюна. Этот ученик выполнит приказ Учителя.       — Тц, — недовольно цыкнул тот себе под нос и, взмахнув рукавом, — явно подражая своему учителю, — покинул Вей Ли.       Вей Ли на удивление сильно злился на Гуй Чжана… Неужели помнит? Это ведь невозможно… или…       Тот продолжал хмуриться и злиться, а после, поправив свои одежды, побрёл к Павильону Журавлей. В логово настоящего чудовища… Ань Чжи пошла следом. Не хотелось пускать маленького Вей Ли к нему. Этот павильон ничуть не рушит старый образ, всё в этом здании так, как было, когда она жила тут в качестве пятого мастера.       Во внутреннем дворике сидел Ли Шэнь Юй с книгой в руке. Эта картина в гораздо большей степени вызывала приступ отвращения, нежели восхищения. Как смеет сия мерзкая тварь сидеть тут, словно невоплощённое божество… От этого его вида и зная, какой он человек, Ань Чжи начало подташнивать.       — Явился. Двадцать ударов кнутом послушания, ещё столько же через два часа. Свободен.       Мужчина даже не взглянул на своего ученика. И только Ань Чжи кипела невыносимой яростью, еле сдерживаясь, чтобы снять туманное облачение и не убить его тут же… Но это принесёт лишь проблемы как Нин Баю, так и Вей Ли… В этой секте нет ни одного нормального мастера и старейшины… Никого, к кому можно было бы примкнуть в качестве ученика.       Вей Ли улыбнулся и учтиво поинтересовался:       — Этот ученик приветствует своего учителя. Этот ученик хочет узнать причину своего наказания.       В голову мальчика полетела книга, оставив после себя покраснение на лбу. Она с шелестом страниц упала на зелёную траву, Вей Ли же остался неподвижен. Ли Шэнь Юй подошёл к нему ближе, бросая взгляд сверху вниз.       — Хочешь знать, почему этот учитель наказывает нерадивого ученика? А сам-то ты как думаешь? — последние слова он произнёс на пониженных тонах.       Ли Шэнь Юй более ничего не ответил ученику, проходя мимо. Вей Ли опустил взгляд на книгу, название которой было «Послушание и благочестивое поведение».       — Это ты третий ученик с пятого пика — Вей Ли?       — Да.       — Иди за мной… — юноша повернулся спиной к Вей Ли. Заметив, что мальчик не двинулся с места, он добавил: — У меня приказ от мастера Ли, так что следуй за мной.       Подобрав книгу с земли, Ань Чжи сожгла её в синем пламени, от жара которого там, где она стояла, трава тут же обуглилась, обнажая торфяную землю… Пепел, как песок, осыпался сквозь сжатые со всей силы пальцы.       Маленький и тощий Вей Ли уже ушёл за учеником, но она решила отправиться к Ли Шэнь Юю, что так отчаянно двигался по направлению к родовому гнезду, которое он сам и уничтожил, вместе с жителями… Тот сжимал демонический меч… Неужели замучила совесть?       «Ха, у этого подонка её и не было вовсе».       Вспомнить, как он сам убивал? Это место пропитано ненавистью к нему… Все неупокоенные мстительные духи с первых шагов Ли Шэнь Юя взбудоражились. Ань Чжи видела, как те блуждали вокруг Ли Шэнь Юя, проклиная, что вызывало улыбку… Они с ней заодно… пропитаны той же злобой.       Тут кучка духов начала собираться воедино, чтобы Ли Шэнь Юй заметил их в виде пожилого старика.       — И отчего же почтенный Даочжан пожаловал в нашу дыру?..       Не успел старик договорить, как в его горло вонзилось чёрное лезвие. Старик выплюнул чёрную кровь, а его кожа тут же покрылась гнилыми струпьями. Тело с грохотом упало наземь. Мужчина вытянул руку, и меч ринулся рукоятью ему в ладонь. Ничего не говоря, он продолжил свой путь, не убирая оружие обратно в ножны.       Сев рядом с телом, Ань Чжи прикрыла глаза старика. Наблюдавшие духи тут же закружили вокруг Ань Чжи, плача и стеная от обиды…       — Помоги. Помоги. Помоги нам.       — Убей его.       — Хорошо… — улыбнувшись, она встала и направилась следом за ним.       Тот осматривал дом с хмурым видом… Наблюдать за этим было весьма скучно… Мало волновали причины, по которым Шэнь Юй явился именно сюда, в свою старую комнату…       — Маленький Юй. Не ожидал тебя тут встретить.       Тот вздрогнул, кажется, он ещё помнил Ань Чжи, если и нет, то всё равно… зато она помнила его хорошо, даже слишком… Хотелось бы не знать этого человека вовсе, как и тех, кто жил в секте, мня себя небожителями. Мерзость…       — К-как…       Ань Чжи лукаво улыбнулась.       — Да, как видишь.       — И что же Вас привело в это место?       Ань Чжи подошла поближе к мужчине, всё так же хитро улыбаясь. Ей не понравилось то, что смотрят не в глаза, — дëрнув Ли Шэнь Юя за подбородок, она всё же заставила взглянуть на себя.       — Пришло время платить по счетам.       Увиденное ранее не могло не повлиять на это решение. Уже не было никакой силы терпеть Шэнь Юя, пусть это принесёт маленьким ученикам небольшие трудности, хотя бы будут в безопасности… Он не сможет навредить сяо Ли…       Мужчина начал отступать назад, но Ань Чжи, будучи богом с континента Тянь-Куо, пригвоздила его к полу, сжимая ладонь на его шее. Тот хрипел, пытаясь что-то вымолвить, но это уже было бессмысленно… то, как он поступил с маленькими учениками, — непростительно.       — Кха-кха… у меня есть душа, что подойдёт вам больше… кха-кха… — закряхтел узник заслуженных пыток.       Удивившись, Ань Чжи ослабила хватку, но не отнимала руку от шеи:       — Что за душа?       Мужчина улыбнулся, задорно вглядываясь в лицо Ань Чжи:       — Недавно, кхе-кхе… пришёл ученик, талантливый… Его дух определённо силён…       — Хм, и как же зовут этого ученика?       — Вей Ли…       После его слов натянутая тоненькая ниточка терпения окончательно лопнула. Схватив демонический меч, Ань Чжи вонзила его в горло Ли Шэнь Юя и на минуту позабыла о сделке с ним. Пока тот умирал, не вынимая меча, пальцами прорывая грудную клетку, ухватилась за мерзкую обещанную душонку. После того как закинула её в рот, она улыбнулась наблюдавшим сзади духам. Те начали приобретать изначальные формы женщин и мужчин, детей и стариков…       В поклоне они с улыбками на лицах исчезли. Этот городок, кишащий нечистью, теперь полностью очищен, и, возможно, сюда в скором времени придут люди, и жизнь вновь забьёт в нём ключом, а пока… Стоило разобраться ещё с одной тварью.       Но перед тем как покинуть это место, одним движением пальцев руки — вспыхнуло, словно сено в жаркую погоду. Теперь можно было бы с облегчением вздохнуть, для будущего Нин-эра и Ли-эра не было больше угроз… а если и возникнут, то, не ровен час, Ань Чжи вновь сровняет с землёй эту проклятущую секту ко всем чертям.       Голем в виде старика должен был рассыпать приманку в море… Было неизвестно, когда эта тварь вылезет наружу, своей неуклюжей тушей руша всё на своём пути, а голодом губя всех живых, кто попадётся…       Ненасытное неуклюжее змеище… сродни пустому колодцу его желудок. Жаден до грани безумства, раз не постеснялся обратиться женщиной и лечь под Гуй Чжана… Ань Чжи как-то застала их вместе за этим делом… Только после, узнав, что это за А-Ю вначале обозлилась на Башэ, она расхохоталась истерическим смехом… Спустя столько лет и две жизни до сих пор это смешно… Каково это — спать с древним монстром?       — Пф… — Ань Чжи вновь подавила рвущиеся наружу приступы смеха…       Променять одного монстра на другого, более древнего… Вкусы у Гуй Чжана крайне скверные… Как и у Ли-эра… Всё же Ань Чжи не была достойна стоять рядом с ним. Не было и шанса на такие странные и несуразные мысли.       Отойдя на сотню цуней, Ань Чжи обернулась. Постройки полыхали вместе с телом Шэнь Юя. Зрелище было чудесное! Хоть во второй жизни он и помер вовсе не так, было не важно… Гадкая натура учителя пятого пика успела подпортить некоторые планы Ань Чжи.       Взмахнув белыми рукавами траурного цвета ханьфу и накинув соломенную шляпу на голову, закрывая лицо полупрозрачным белым муслином, она покинула селение. Вдохнув в грудь больше свежего воздуха, ощущая, как постепенно падают тяжеленные камни с души, поднимаясь выше облаков, Ань Чжи преодолела пару десятков ли, пока к ночи добралась до пятого пика.       После недолгих размышлений выбор пал на маленький домик, где горел ещё свет. Скрыв себя ещё в поселении, отважно прильнула к одной из стен бамбуковой хижины рядом с окном. Маленький мальчик смазывал ужасные раны… От которых невольно бросало в дрожь — от одного только вида… Он шипел, а маленький носик морщился, но вот глаза сверкали яростью уже сейчас… словно…       «Он всё помнит!» — безумная идея лезла в голову. Но выражение этих чёрных глаз было очень знакомо. Вей Ли побрёл к тумбочке около кровати, кряхтя и возмущённо вздыхая, забрался на неё и уставился прямо в ночное небо…       Вей Ли был так близко… и так далеко… Вблизи его черты лица хоть и были детскими, но уже виднелись признаки того взрослого мужчины, что умолял безжизненный труп учителя о любви. Тут маленький ученик слез с тумбочки и направился к кровати. Как только он лëг на живот, в глазах потемнело, и мальчик провалился в глубокий сон.       Сколько лет страданий прошло… и видеть их снова в лице родного человека до боли не хотелось. Приоткрыв дверь хижины, она прошла внутрь. На крайний случай, если вдруг сон ученика окажется чутким, Ань Чжи вытащила из своего кольца сонное благовоние, что полностью сгорало, не оставляя и следа, только небольшой пепел в виде пыли.       Поставив его рядом с кроватью, принялась медленно водить пальцами по неаккуратно завязанным бинтам. Раны под нежными, едва уловимыми касаниями исчезали. Вглядываясь в лицо сяо Ли, Ань Чжи видела, как его брови расслабились, а напряжённый носик перестал дёргаться. Вскоре и вовсе от безмятежного сна у мальчика потекли слюни.       Когда с ранами было покончено, рука тут же опустилась на непослушные волосы, нежно поглаживая. Хватило всей её силы воли, чтобы оторвать руку от макушки сяо Ли. Но это нужно было сделать, чтобы он жил…       Практически стоя в дверях, она ещё раз обернулась, ловя блаженное сопение ученика, и улыбка не заставила себя долго жать…       — Бедный ученик… Спи крепко.       Отныне его жизнь в этом мире будет только чище… Тот, кто отдал приказ, мёртв, а что насчёт того, кто его исполнил?        — Это ты третий ученик с пятого пика — Вей Ли?       — Да.       — Иди за мной… У меня приказ от мастера Ли, так что следуй за мной.       Это был именно «Он»… ничем не примечательный внешний ученик, что походил на обычного слугу или раба… Труда оказаться в месте наказаний не составило. Удивительно, что старый глава секты так кичился силой и мощью, что не соизволил даже поставить стражу… Это его упущение!       Двери отворились, и в нос мгновенно ударила вонь горелой плоти.       «Сяо Ли не нуждается в моей помощи…»       Сердце неприятно кольнуло, но тут же зародилось нечто светлое. Маленький ученик может постоять за себя! Только вот… он не шибко-то задумывается об устранении улик… Тело-то спалил, но вот вонь осталась.       Расставив в своём порядке несколько курильниц, Ань Чжи щелчком пальцев подожгла фитильки. Убойный аромат сандалового дерева должен стереть эту вонь. К тому же тут не одна она… придётся подождать, пока сильный дым благовоний не покроет весь зал, прежде чем убирать их.        Да и на полу виден чёрный след опалины… Сяо Ли крайне несдержан, но оно и понятно. Демонам не свойственно быть сдержанными. Он в полной мере высвободил свою ярость на мучившего его. Только вот наверняка маленький демон задумал собственную месть Шэнь Юю… Этим Ань Чжи могла бы его огорчить, но тот похотливый и озлобленный учитель не достоин жить.       «Думаю, сяо Ли поймёт…»       Очередным заклинанием Ань Чжи скрыла опалину в плитке, и вонь, кажется, начала улетучиваться, смешиваясь с дымом… Спустя одну палочку благовоний она покинула этот зал для наказания непослушных учеников. Конечно, можно было уничтожить его, чтобы и камня на камне не осталось, но лишний шум не нужен…       Следует блюсти скрытное существование. Ань Чжи вообще не должна была оказаться тут… если бы не это чёртово проклятье, что с каждым разом повторяется, снова и снова. Мельком Ань Чжи узнала, что боги Тянь-Куо не особо-то питали любви к её персоне — из-за убийства наследного принца когда-то в прошлом… В голове многое не укладывалось. Как за то, чего она не помнила, могла нести наказание сродни страшному проклятью небес…       Немыслимо. Глупо. Мелочно!       То-то Небесный Император Жо Вень так ненавидел Ань Чжи, отбывающую кару во второй жизни. Чёртов несносный индюк. Ощипанная курица! Она не помнит, как выглядел этот наследный принц небес, что поспособствовало найти пристанище удалённей от презираемых ею глаз… Ну, и ещё от одного влюблённого дурака.       С ума сойти!       Рыжий генерал просто спятил, когда чуть ли не лишился жизни за один поцелуй! Ань Чжи всё опасалась, не наткнуться бы на кого-то из них… Влюблённый рыжий дурак может что-то придумать — крайне сумасшедшее, нежели умереть ради поцелуя. Хотя грядущая затея с убийством Башэ могла поставить под удар и раскрыть её миру. Что априори не очень-то хорошо…       Эта жизнь — последняя! В которой Ань Чжи могла прекратить череду смертей близких людей, собственных страданий в нескончаемых перерождениях и снять это проклятье, в коем Ань Чжи на сегодняшний момент неповинна!       Грязные совращения адептов, предательства, убийства, уничтожение пяти миров, гибель сяо Ли и своих братьев из современного мира — она могла принять, потому что отчётливо помнит это… и готова понести кару только за свои грехи; тех, которые были за пределами воспоминаний, не считала сто́ящими даже раскаяний!        В не лучшем из своих настроений Ань Чжи вернулась в Подводный Дворец, что поддался времени и начал рушиться. Барьер хорошо держался, отделяя участок суши на дне и толщу воды, но сырость была просто запредельной… Развеяв своё заклинание невидимости, уверенным шагом направилась внутрь. Защитный массив всё ещё работал! Хоть и стал ослабевать, простые «праведники» или «демоны» не могли сюда проникнуть.       Спускаясь по лестнице, со всей силы отворила каменные двери, что имели крайне безвкусный или даже тривиальный рисунок… и дураку понятно, что он означает… Святость и благодать, что в итоге, с течением времени, превращаются в гниль и порок…       Подобное давно перестало волновать Ань Чжи, просто каменные двери с рельефами банальной истины мира… Внутри, как и всегда, большой гроб да дерево… и полный беспорядок, покрытый плесенью и пылью. Стол с хламом для очередных попыток разбудить своё ци и меридианы, до создания различных артефактов наподобие «Сердца Бога». Стеллажи с книгами и древними рукописями…       После создания её ведь закинуло к Вей Ли, так что не было времени прибрать весь хлам. Кольцо, что носила Ань Чжи, могло вместить ещё очень много вещей, что она и сделала. Стало на удивление просторно, даже с учётом, что это помещение было весьма огромным.        В гробах всё так же лежали куклы братьев из современного мира в красных дорогих одеждах с определённо царской вышивкой. Присев рядышком, Ань Чжи положила голову на собственные руки. Тут же вырвался тяжёлый вздох. Их лица странным образом стирались из памяти, только сяо Ли каким-то чудом оставался там всегда, до мельчайших деталей.       Многое уже давно позабыто из современного мира… жизнь, чувства, удобства цивилизации, работа…       — Ваше Величество, во дворец проникли…       — Что? — рявкнула Ань Чжи, пока глаза наливались кровью от гнева. — Кто?       Голем, принявший свой истинный облик… склонялся, всё ниже опуская голову. Он был первым творением Ань Чжи и получился, мягко говоря, не очень, но зато был наделён мощью под стать богу Тянь-Куо. Она хотела огородиться от гнева и презрения богов, если те вдруг сумеют отыскать Подводный Дворец и покуситься на жизнь Ань Чжи.       Но кто бы мог подумать, что это три маленьких негодника, которых она всем сердцем хочет защитить… Про последнего было, конечно, спорно, но Гуй Чжан не виноват в своей недалёкости. Скрыв себя, Ань Чжи наблюдала, как троица проходит мимо неё и удивлённо озирается на гроб и яблоню…       — Понятно, почему тут смрад… Здесь труп сгнил.       — Ты своим молчанием можешь сойти за умного, так что помолчи.       — Ах ты… — Гуй Чжан замолк, всматриваясь внутрь щели каменного гроба.        — Нужно открыть крышку гроба.       — Ты шутишь? Вдруг тот монстр объявится?       — Нет… Уже нет.       — Если мы помрём здесь, в следующей жизни я тебя прибью.       Все трое схватились за крышку гроба и со всей силы начали толкать. Та, издавая звук трения камня об камень, с трудом поддавалась. Понемногу она начала открываться… Ань Чжи только-только успела всё привести в должный вид, а эти дети опять вынуждают заниматься уборкой…       Рядом с Ань Чжи был так же скрыт заклятьем и голем… И вот парадокс… Что бы они сделали, если бы узнали, что монстр, которого так испугался Гуй Чжан, рядом с ними в этом помещении и смотрит на них? Испугались? Убежали? Полезли бы в драку? Но он нужен не для битья маленьких детей…       — Что за…       — По древним легендам, в Царстве Богов было одно заклинание, способное сохранять тела нетленными.       Мысленно Ань Чжи закатила глаза… Нин Бай был плохо эрудирован, раз не смог отличить обычные куклы от настоящих трупов… Хотя… ему бы лучше никогда такого не знать… сохранить то детство и юношество без грязи и убийств.       Вей Ли нахмурился и, не раздумывая, схватил камень. Ань Чжи вздрогнула… Сяо Ли взял «Сердце массива»…       «Это нехорошо».       — Ты что творишь? Положи на место! — спохватился Нин Бай, опасаясь замаскированной опасности.       — Нет, — твёрдо заявил мальчик, и послышался треск…       Драгоценный камень развалился на мелкие осколки. Ученики пятого пика услышали, как из-за стен поднимается гул, становясь всё громче и громче, пока стены не начали сотрясаться и обваливаться. Мальчик, пока никто не видит, спрятал осколки камня в свой пространственный мешок.       «Массив запустился!»       Тяжело выдохнув, пришлось сбросить заклятье скрытности и сосредоточить большую часть силы на предотвращение разрушения дворца. Мальчишки замерли на месте, увидев Ань Чжи. Хотя и понятия не имели, кто на самом деле перед ними, за всеми этими муслиновыми тканями, что радушно прикрывали лицо. И не могли узнать этого. Но вот кое-что она видела точно! Как маленький ученик запихивал в мешочек осколки бывшего артефакта.       Взмахом руки осколки превратились в одно целое… став даже чем-то большим. Втайне от посторонних глаз поместила в камень осколок сердца и духа… если Вей Ли будет им пользоваться, то данный подарок неизменно возвысит потенциал юного демона и взрастит силу быстрее, чем у сверстников.       Опустив драгоценный артефакт с частичкой себя, Ань Чжи миролюбиво обратилась к сяо Ли:       — Больше не ломай.       Мальчик удивлённо захлопал глазками, пока Ань Чжи прибирала бардак — закрыла крышку гроба, убрала большие осколки камней взмахом ладоней. И, обернувшись к мальчишкам, которые пытались сообразить, кто перед ними, переместила обратно, где и должны были они быть.       — Кха-кха… — она взглянула на ладонь, на ней виднелись следы отхарканной крови. — Это должно было случиться. Рано или поздно.       Удивительно только одно… обернувшись на голема, Ань Чжи прошипела:       — Как они смогли попасть сюда?       — Через портал, Ваше Величество, — монотонно бросил он, не разгибая головы.       Голем — не живое существо. Оно не имело причины врать или лукавить, а уж тем более строить козни. Не могли же мальчики сами открыть портал на Тянь-Куо, к тому же в такое защищённое место, как Подводный Дворец бога Хаана…       — Кто-то помог им… Голем, выясни, где та ползучая тварь сейчас! — крикнула Ань Чжи, принявшись искать что-то в своём зачарованном кольце.       Голем покинул её, растворившись в воздухе, оставив одну в полуразвалившемся дворце. Не покидала мысль, что, возможно, эти куклы братьев не пригодятся, потому что совсем скоро…       — Осуществлю задуманное!       Приходя в себя, она ощутила дикую слабость в теле… медленно жизнь утекала, словно песок сквозь пальцы. Она обязана завершить задуманное до истечения срока жизни её души. С тяжестью Ань Чжи опиралась о крышку гроба, чтобы не рухнуть на землю. Перед глазами плясали белые пятнышки, а в ушах стучало сердце. Сомкнула сильно веки и разлепила — эти мерзкие пятна исчезли, но слабость никуда не делась.       Позади показался голем, склонившись на одно колено:       — Ваше Величество, змей напал на ученика, учуяв ваше сердце…       — Ещё бы не учуял… нужно было заранее разведать место, прежде чем их отправлять…       Сил пересечь границу миров было не столь много, но их хватило. Ань Чжи побоялась опоздать. Это не то, с чем может совладать сяо Ли… по крайней мере не в его слабом состоянии. Он использовал сердце, чем и привлёк чудище по свою душу… Ученик был догадливым, с одной стороны, это радовало, но, с другой, пока в мире есть монстр, мечтающий сожрать всё и вся, было опрометчиво использовать артефакт.       С десяток ли был виден громадный змей. Перепрыгивая с одного дерева на другое, Ань Чжи молилась, чтобы успеть… Какое же счастье было, что маленькому Нин Баю удалось установить барьер… слабый… но он смог помочь им.       Пока змей скалился и извивался по горе, сотрясая её, Ань Чжи поверх барьера Нин Бая наложила свой, через который змей точно не пролезет. Чудище приготовилось к основной атаке, взбешённое, что не может полакомиться десертом. По окончании атаки его осенило, что барьер цел…       «Пора тебе подохнуть!»       Собрав волю в кулак, Ань Чжи призвала своё самое грозное оружие — Копьё Небесной Кары, когда все молнии собрались воедино, а небо готово разразиться всей яростью и гневом, что есть, появилось небесное копьё, мгновенно пронзившее тушу Башэ. Он извивался, как дождевой червяк, пока окончательно не испустил последний дух.       Отхаркивая кровь в кулак, она спустилась с дерева, чтобы подхватить ядро монстра — золотую бусину с зелёным отливом. Чувствуя накатывающую слабость и темноту в глазах, она кинула эту бусину в рот, морщась от терпкого и горького привкуса.       «Гадость».       Быстрым течением реки ци понеслась по венам, восполняя то, что было потрачено… Хоть и на вкус ядро Башэ — самое отвратительное, что пробовала Ань Чжи, зато по эффективности не хуже любого эликсира восстановления ци. Эти жалкие пилюли давно перестали усваиваться, да и с телом бога Хаана было что-то не то, тот явно поглощал ци из живых существ, а всё остальное было неэффективным…       Хотя бы что-то.       Вей Ли и Нин Бай целы.       Сил оставалось немного, на один раз до того, как сяо Ли воспользуется «Сердцем Бога». Оставалось только одно незаконченное дело… Рука сжала артефакт, и тот радушно отозвался ярким алым свечением, охватывая всё тело Ань Чжи.       «Пожалуйста, пусть это окажется то место…»       

***

      Первым, после того как открыла глаза, Ань Чжи услышала шум городской жизни. Моментально скрыв себя заклинанием, она покинула переулок. Руки дрожали. Грёзы о современном мире были сладкими и одновременно заставляли душу ощутить ноющую удушающую тягу вернуться.       Давно позабытый мир. Сладостный и одновременно кошмарный. Такой желанный и вместе с тем мерзкий. Машины гудели, оглушая слух после нескольких веков пребывания в фэнтезийном историческом мире. Затхлый запах города забивал лёгкие, заставляя кашлять, чуть ли не от удушья.       Вынырнув из переулка многоэтажных домов, закрывающих сами небеса, Ань Чжи вспоминала некогда проторенные дорожки. Люди, что сталкивались с непонятным «нечто», оборачивались, но не могли разглядеть, в кого они врезались, и злились на невиновных прохожих поблизости, взращивая взаимное негодование друг к другу.       Но ей было плевать. Отвыкла уступать дорогу кому-то, да и, признаться, не до излишней скромности было-то. Первостепенной задачей стало возрождение в памяти давно забытых деталей. Ань Чжи помнила, как были убиты братья, но позабыла, кто именно это сделал…       «Там был снег. Перекрёсток. Следы, тянущиеся куда-то вдаль. Темнота. Склад».       Тропинка вывела её к школе, около забора стояли двое мальчиков и обиженно надували щёчки. Сердце пропустило пару ударов… Знала бы она, что с помощью собственного сердца сможет переходить границы миров и времени, давно бы сделала это. Не пришлось бы проходить через все эти тяготы…       Странные чувства родились при виде братьев. Они были для Ань Чжи всем, но, видя их сейчас и понимая, кто она теперь, возникали мысли, что они не остались для неё семьёй. Имея мужское тело, чуждое, непривычное, Ань Чжи не являлась мальчикам сестрой.       Она чужая для них.       От этих мыслей оставался кислый осадок на сердце.       Уже показалась лихо выезжающая из-за поворота машина. И было понятно, что за мальчиками приехала сестра. Они обиженно дуясь сели в машину. И только когда та тронулась, странное чувство окатило Ань Чжи с головы до ног. Обернувшись, она увидела другую машину, что последовала за братьями и сестрой.       Искать обидчиков долго не пришлось.       Они уже показались.       И это очень хорошо! Оказавшись в той машине на заднем сиденье, Ань Чжи внимательно осмотрела, кто ей управляет… Через зеркало заднего вида она разглядела до боли знакомые очки и черты лица. Мужчина остановился неподалёку от припаркованной машины жертвы. И стал пристально смотреть. Не отрываясь.       Уголок рта Ань Чжи нервно дёрнулся, а в серых глазах блеснул странный азарт предвкушающей победы. Ведь вряд ли этот странный тип выйдет из машины живой. Увидев, как семья зашла в дом, тот вынул бумажки и письмо…       Стоило только взглянуть на эти бумажки — и ждать не пришлось, как вены вскипели от ненависти.       — Так это ты.       На злобный рык позади мужчина вздрогнул и обернулся.       — Как ты попал сюда? Кто ты такой? — мистер Вонг тут же разразился вопросами, которые никогда не будут удостоены ответа.       Собирая бумажки, мужчина потянулся к бардачку и вытащил пистолет. Целясь прямиком в голову.       — Кто ты, мать твою, такой?       Но она улыбнулась, провоцируя Вонга спустить курок. Собственно, он это и сделал. Но был отчего-то шокирован, что ли…       — М-монстр… — заикался тот, пытаясь открыть дверцу машины и выбежать. Поняв, что подобный трюк не удастся, принялся заводить машину и разгонять её по трассе, превышая допустимую скорость. Делая резкие повороты рулём, Вонг намеревался выиграть время, но привлёк лишнее внимание правоохранительных органов, патрулирующих эту местность.       Те ревели сигнальными сиренами, требуя остановиться. Но Вонг, словно одурманенный страхом, всё не останавливался, сбивая дорожные конусы и знаки. Пока не выехал на перекрёсток, где на зелёный свет дорогу переходила женщина с ребёнком…       Женщина мигом обняла ребёнка, прикрывая его собой и пытаясь отбежать, машина вихляла из стороны в сторону, пока не врезалась в светофор. На этом «весёлые» катания мистера Вонга закончились. Полиция тут же арестовала нарушителя.       — Т-там ещё о-один, — задыхаясь, мужчина с заломленными руками пытался остановить задержание. Но полицейские не обнаружили никого в машине.       Ань Чжи ехидно улыбалась, пока полицейский забирал странные бумаги и пистолет.       — Мистер, вы задержаны за хранение нелегального оружия, у вас есть право на адвоката в суде.       — Н-нет… это не моё! Не моё… — глупо начал кричать тот и ударил полицейского в рёбра, за что получил дополнительный пункт обоснования задержания.       Женщина с малышом подошла ближе, пока не разглядела в нём знакомого.       — Милый! — взвизгнула она и направилась к нему.       — Стойте! Этот мужчина будет заключён под стражу.       — Но это мой муж…       — Все вопросы можете обжаловать в суде.       Под вой сирен и блеск ослепляющих мигалок Вонга сопроводили действительно по-королевски. Словно императорская процессия во время торжества. Надо было умудриться собрать около шести полицейских машин…       Хотелось бы убить его за содеянное… Но вмешиваться в ход судьбы другого мира Ань Чжи мало хотелось. Её время жизни и так было на пределе возможного, чтобы использовать силу бога на этом смертном.       Исчезая в полутьме ночного города, она могла облегчённо выдохнуть:       «Впервые я поступила правильно… — Взглянув на освещённый балкон квартиры, она напоследок улыбнулась, всматриваясь в силуэт девушки. — Прощай».