give me fun

Журчание бьющейся о дно ванны воды из крана наполняет маленькую комнату. Мизуки сидит на кафельном полу, оперевшись о бортик и смотрит бездумно как пена растекается по поверхности, оттесняя прозрачную воду. Дрожь утихла, однако мысли о случившимся все никак не выходят у девушки из головы. Едва только в воспоминаниях всплывают эти глаза цвета закатного золота, сердце пропускает удар. Тело содрогается навстречу очередному всхлипу и слезы по новой вырываются из глаз. Мизуки съеживается, поднимая узкие свои плечи, крепко зажимает губы руками и безмолвно кричит. Желание разрыдаться глушит усилием воли. Беззащитная и напуганная, она едва ли находит в себе силы подняться и заглянуть в зеркало. Хрупкая и без того девушка сейчас кажется себе еще более хилой. Если обобщить, то в целом ее можно описать одним словом — кукла. Та самая несуразно маленькая и тонкая, созданная лишь для того, чтобы поместить на себя красивый наряд. Кожа ее бледная, почти прозрачная, плечи узкие и острые. От них под прямым углом отходит тонкая длинная шея. Лицо вообще кошмарное: опухшие краснючие глаза, влажные от слез щеки и искусанные в кровь губы. " — Хоть сейчас иди на главную роль в «Звонок»…» — думает Мизуки, накидывая на лицо длинную темную челку, открывает шкафчик и достает оттуда флакон с таблетками. Препарат на основе солей лития — штука дрянная. Настолько дрянная, что вновь оказывается на полке, не удосужившись даже быть открытой. Она не впервые пропускает прием препаратов и каждый раз придумывает новые отговорки для самой себя, однако основной причиной выставляет пресловутое «со мной все в порядке». Опустившись в горячую воду, брюнетка удовлетворенно выдыхает и прикрывает глаза, расслабляясь всем телом. Кожу слегка пощипывает жар, однако девушку это ничуть не смущает, напротив, именно так она и любит. Слух раздражает приглушенный звук захлопнувшейся входной двери. Самое время для возвращения родителей. Мизуки обреченно стонет и опускается в воду с головой. Пять секунд…десять…пятнадцать. Выныривает и отряхивается. Нужно выйти к матери, иначе снова ломиться в ванну начнет, решив что дочурка с катушек слетела и сотворила с собой непоправимое. Мизуки вылезает из воды. Кожу неприятно холодит кондиционер, заставляя невольно поежится. Наспех одевается в пижаму и накидывает полотенце на голову. Щелкает замком и выходит в коридор по направлению к гостинной. Хранительница очага семейства сидит вальяжно на диване и устало потирает виски, пробегаясь глазами по тексту новой статьи в медицинском журнале. Она бредит своей работой и даже дома не может спокойно заниматься мамскими делами. Кардиолог до мозга костей, если можно так сказать. Заметив в дверном проеме дочь, женщина откладывает журнал на столик и движением руки подзывает ее к себе. Едва тушка приземляется рядом, она стягивает с носа очки и с прищуром всматривается в лицо младшенькой. Мизуки смущенно отводит взгляд в сторону, но строгое материнское «смотри на меня» заставляет подчинится. — Опять ревела? — взгляд у старшей Нишимуры пронзительный и тяжелый. Школьница молчаливо перебирает в руках уголок полотенца и тихо произносит: — Это ерунда, не обращай внимания. Женщина наигранно измученно вздыхает, накрывая глаза ладонью. Морщинки у ее губ становятся отчетливее. — Вечно ноешь из-за ерунды. С твоей сестрой было гораздо проще — золотой ребенок, честное слово… Таблетки пьешь? Девушка кротко кивает и мать, утомленная разговором, жестом указывает дочери на дверь: уйди, мол, и без тебя тошно. — Прости, — едва слышно шепчет Мизуки, оказавшись за дверью гостинной и удаляется в комнату.

***

— Смотрите, это он! Король смерти! — Идиот, он бог смерти! — Почему он здесь?! Разве его не отправили в исправительную школу? Бла-бла-бла. Мизуки стояла за несколько метров от кабинета, вжимаясь пальцами в ремешок сумки. Одноклассники толпились у закрытой двери, заглядывая в небольшое застекленное окошко и что-то бурно обсуждали. — Ты слышала? Ханма вернулся. Давненько он здесь не появлялся, — прошушукали позади. Брюнетка сглотнула. Неужели тот парень сказал ему прийти? Нерешительно, ведомая треклятым любопытством, девушка продвигается вперед. Одноклассник стоящий у окошка внезапно отступает назад, Мизуки добирается до двери и в эту же секунду она распахивается, обдав дуновением лицо школьницы. Горящие золотые глаза напротив прожгли Мизуки взглядом. По спине пробежалась волна мурашек. Тело оцепенело. — Ну привет, — Ханма улыбнулся. Голос его все такой же низкий, властный, даже немного насмешливый. Он мгновенно отрезвил девушку. Нишимура сорвалась с места, уворачиваясь от тел одноклассников. Взлетая вверх по ступенькам, девушка едва не сбила с ног какого-то ученика и, даже не извинившись, устремилась на крышу на всей возможной скорости. Солнце ударило в лицо прямыми лучами едва только Мизуки оказалась на свежем воздухе. Ослепленная ярким светом, девушка опускается на колени, приводя дыхание в норму. — И далеко ты убегать собиралась? Брюнетка вздрагивает и оборачивается. Прямо в проходе к лестнице стоит он — Шуджи Ханма. Самодовольно улыбается, достает сигарету и показательно закуривает. Взгляд у него пронзительный, подчиняющий и пугающий. Девушка в панике притягивает сумку, шарится в ней, пытаясь отыскать хоть что-то дельное. Учебник…карандаш…циркуль… ЦИРКУЛЬ! Вынув из пинала сие орудие, Мизуки выставляет его вперед, всем своим видом показывая готовность воткнуть его куда-нибудь в чресла преследователя. Парень удивленно вскидывает брови, прерывая затяжку и внезапно закатывается смехом. Хохот гулом разносится по крыше. Согнувшись пополам, он вытирает накатившую от хохота слезу с уголка глаза и выпрямляется. — Не приближайся! — вопит школьница, когда парень начинает подходить ближе. — И что ты мне сделаешь? В глаз воткнешь? Может в шею? Произнеся последние слова, Ханма обхватывает рукой запястье девушки и подносит его прямо к сонной артерии, едва касаясь острием кожи. — Ну?.. Мизуки задрожала. Этот человек точно ненормальный. Вот кому нужен психиатр и таблеточки, а еще лучше — смирительная рубашка! — Боишься? — Глаза парня словно потухли — в них отразились разочарование и скука. Опустив руку, Шуджи делает шаг назад и затягивается, не сводя взгляда с растерянной Мизуки. — Не собираюсь я делать с тобой ничего, идиотка. Все убегаешь от меня при каждой встрече, как мышь от кота. Может я подружится хочу? — Ты?! Подружиться? — Девчушка скривила рот и истерически хихикнула, воззрившись на долговязого. Вчера она не обратила особого внимания, но сейчас отчетливо рассмотрела насколько тот высоченный. Ростом поболее 190 см вымахал. Жесткие темные волосы зачесаны вверх вместе с осветленной челкой. В ухе красуется длинная прямая серьга, сделанная под золото. Школьный пиджак накинут на плечи поверх обычной белой футболки. «Додик какой-то, » — подумала Нишимура, поднимаясь с места. Она все еще крепко держала в руках циркуль, но все же атмосфера между ними двумя явно смягчилась. — Говоришь так, словно я животное какое-то, — усмехается Ханма, притаптывая ногой окурок. — Я зверь исключительно в постели. — И насекомое по мозгам, судя по всему, — тихо бубнит брюнетка, собирая длинные растрепанные волосы в хвост. Шуджи все прекрасно услышал, однако ничего в ответ не высказал, лишь улыбнулся мимолетно и двинулся на выход, предварительно растрепав новой знакомой только сделанную прическу. — Меня зовут Ханма Шуджи. Запомни это имя, Нишимура Мизуки. Девушка в ответ промолчала. Как только фигура Ханмы исчезла в проходе к лестнице, Мизуки опустила голову под ноги. Прямо у туфли красовался ее потерянный бейджик.