give me fun

Доброе утро начинается в обед. Именно этому правилу следует Шуджи Ханма, распахивая глаза ближе к полудню. Первое в списке дел — «утренняя» сигарета. Устроившись поудобнее на скрипящем стуле в крошечной кухне, парень безразлично рассматривает заученный до деталей вид из открытого окна и достает последнюю сижку из пачки. Небо застлано густыми тучами, предвещая начало дождя и грома. Парень ежится, словно кожей ощущает как ледяные капли затекают ему за шиворот. Холод он ненавидит люто. А еще он ненавидит скуку. Всей своей серой и скудной душонкой ненавидит. Едва окурок оказывается в переполненной пепельнице, пустой желудок дает о себе знать. Шуджи неохотно слезает со стула и заглядывает в пустой холодильник. Последние бабки он спустил на сиги и пиво. — Блядство, — выругивается парень, хлопнув хлипкой дверцей. Выбираться на улицу ему не хочется, особенно в такую хуевую погоду. Ханма снова бросает взгляд в окно и неспешно продвигается в комнату, где выуживает из шкафа худи черного цвета. Делать нечего, голод не тетка, а бабки в кармане нужны, хотя бы для того, чтобы сиг прикупить. На улице первые капли зарождающегося ливня уже окропили сухую землю. Игнорируя непогоду, парень покидает дом и направляется прямиком в свое логово — заброшенный зал для боулинга. Там его ждут верные псы — блюстители законов сдешнего района, в котором Ханма занимает далеко не последнее место. Холод с промозглым ветром пробивается под одежду, вызывая поток мурашек по телу. Ткань промокшего худи неприятно липнет к коже, ухудшая ситуацию. Парень натягивает капюшон как можно ниже и прячет руки поглубже в карманах, пытаясь хоть как-то сохранить остатки тепла, исходящие от собственного тела. В теле, как и на душе, мерзко и зябко. Неприметное здание зала уже маячило перед глазами своей невзрачностью. Мало кто предположит, что там, в этом пустующем и никому не нужном здании тусуется толпа ребят, чьи лица, в большинстве своем, в будущем будут украшать папки с уголовными делами. Прелесть японцев в том и заключается, что нос свой они без повода никуда совать не станут. Будут проживать свою собственную жизнь уныло, но не полезут в дела других, пока это их лично не коснется. Во многом благодаря этому самому менталитету здешний клуб любителей набить ебальники все еще никто еще не обнаружил. На входе Шуджи встречают почтительным поклоном. В нос ударяет тухлый запах перегара, дешевых сигарет и чипсов. Ничего не говоря, Ханма проходит внутрь и занимает свое место в центре. Один из отморозков с броским шрамом над бровью, оперативно протягивает лидеру еще не распечатанную пачку Мальборо. — Не часто вы тут появляетесь в такую погоду, лидер. — Завязывай с этой хуйней, ублюдок, — рычит парень, зажимая сижку зубами. Парнишка вздрагивает испуганно и немедленно подносит зажигалку дрожащими руками. Получать по физиономии ему не хочется, а Ханма известен любовью выбивать зубы неугодным. — Новости есть? — Н-никак нет, ли… Ханма, — икает юноша и медленно пятится назад в толпу. Брюнет обводит взглядом присутствующих. Человек 20 стоят по стойке смирно, ожидая приказа новоиспеченного начальства. К слову говоря, исполнять роль главаря группы малолетних хулиганов Шуджи не вкатывает совершенно. Быть лидером, значит быть ответственным за своих людей, а у Ханмы аллергия на ответственность. Однако в роли рабов эта школота вполне себе пригодна, потому парень не торопится покидать сие захолустье, не насладившись как следует. — Слышал, в Шибуя во всю разрастается влияние байкерской группировки «Токийская свастика». Лидера звать Майки, — вперед вышел, кажется, самый взрослый из присутствующих. Крупный бритый тип с татухой на полголовы латиноамериканской внешности. Хоть и не японец явно, языком владеет получше некоторых присутствующих, да и в общем парень он серьезный и уравновешенный. Пожалуй, единственный здесь, удостоенный нормального отношения со стороны Ханмы. — О нем слухи ходят, будто он еще никому не дал на ногах после стычки уйти — настоящий монстр. — Майки, говоришь… — брюнет выдохнул клубящийся дым и задумчиво промычал, смакуя имя на вкус. За последний год он слышал его не впервые, однако свидится с этим монстриком лично не доводилось. Все же байкерская группировка и одиночка, любящий уродовать чужие мордашки, стоят на совершенно разных уровнях. — Звучит интересно. Еще около минуты Ханма просидел в тишине, размышляя о вышесказанном, однако вскоре опомнился и поднялся с места, скинув окурок в руку пацана, которому не повезло встать рядом. Ребята встрепенулись, готовые к приказу, однако его не последовало. Лидер молча двинулся на выход, игнорируя толпу. Стоило только ржавой двери захлопнуться, как парни выдохнули с облегчением. Бога смерти они боятся ровно так же как и уважают.

***

— Не слишком ли много ты требуешь за работу которую делают за тебя другие? — недовольно бубнит невысокий упитанный мужчина с зализанными как смоль черными волосами, отсчитывая коротенькими пальцами новенькие купюры. В губах у него дешевая сигара, перекатывающаяся из стороны в сторону по мере разговора. Одет он как типичный сутенер из фильмов про итальянских мафиози: расстегнутая на верхних пуговицах атласная рубашка бардового оттенка, поверх нее накинутый на плечи темно-синий пиджак. На коротких полных ногах плотно прилегающие классические брюки того же цвета. Дополняют образ безвкусные лакированные туфли с заостренным носком. Ханма сидит напротив его стола в кожаном кресле, безразлично рассматривая абстрактную картину за чужой спиной. Крошечный кабинет организован аляписто и дешево, сквозь пропитан табачным дымом и едким женским парфюмом. " — Эта свинья сюда своих шлюх водит? " — думает парень, забирая со стола отложенные деньги. — Слыхал, у Горо берут в полтора раза меньше. Не думаешь, что слишком много требуешь, Ханма-кун? Мужчина смотрит на юношу своими маленькими остренькими глазками и выдыхает дым, который тут же рассеивается в воздухе не добравшись до брюнета. Ханма пересчитывает купюры, складывает их в карман штанов, после чего вальяжно поднимается с места и идет на выход. Толстяк оскорбленно пыхтит, недовольный игнором в свою сторону. — Ты слышишь меня?! Хочешь чтобы я вышвырнул тебя и твоих гопников? Да я… — Заебал, — неожиданно резко рычит Шуджи, остановившись у самой двери. Едва парень повернул голову в сторону жирдяя, тот тут же притих, испуганно сжимаясь в комок. Желтые глаза брюнета сверкнули гневом, а на лице взыграла издевательская ухмылка. — Мои ребята охраняют твой дешевый клуб и твоих уродливых шлюх за мизерные бабки. Ты как сучка скулить от счастья должен за то, что я приставил их вкалывать за такие копейки. Не забывай, что при желании, мы в любой момент можем разнести к хуям это захолустье. Пока-пока. Дверь захлопнулась на последних словах, ставя жирную точку в диалоге. Ханма выходит на улицу и полной грудью вдыхает сырой воздух. Рукой нащупывает в кармане треников раскрытую пачку сигарет, подцепляет ее зубами и осматривается по сторонам в поиске людей. Зажигалку он посеял еще по пути сюда. Взгляд останавливается на знакомой фигурке, скрытой под большим зонтом и неспешно продвигающейся по противоположной стороне улицы. Не то, чтобы Шуджи рад видеть одноклассницу, однако именно сейчас ему до безумия хочется отвлечься от разговора с жирным сутенером. — Ну привет, Мизуки-тян.

***

Мизуки обожает дождь. Ей нравится звук разбивающийся об асфальт воды и запах сырости. Нравится, что на улице почти нет людей. Нравится, что погода соответствует настроению. Наверное поэтому она предпочла посетить своего лечащего врача именно сегодня, когда все нормальные люди сидят по домам и попивают горячий чай, смотря глупые передачки по ТВ. Шум дождя заглушает слова, внезапно произнесенные откуда-то спереди, а широкий зонт не дает возможности рассмотреть говорящего. В глаза бросаются потрепанные джорданы и черные спортивные штаны. Больно знакомые предметы гардероба. — Игноришь? — произносит Ханма, забираясь под чужой зонт. Парень улыбается, пробегаясь глазами по однокласснице. Мизуки покрепче сжимает в руках рукоятку зонта и пятится назад. В списке ее планов на жизнь с некоторых пор красным маркером выделена фраза «не связываться с Шуджи Ханмой», потому встречи с ним она уж точно не ожидала и не хотела ни в коем разе. — Чего тебе? — Девушка прикусывает губу, сдерживая всю свою пассивную агрессию, направленную на кадра впереди. Она старается не смотреть в его глаза и упорно глазеет по сторонам, едва парень придвигается ближе. — Зажигалка не найдется? — Парень выпрямляется и вновь скрывается за зонтом, отчего Мизуки приходится оттянуть его назад, чтобы видеть лицо собеседника. Брюнетка медлит с ответом и все же забирается рукой в карман, нащупывая там нужную вещь. Шуджи удивленно вскидывает брови в тот момент, когда Нишимура протягивает ему розовую зажигалку с «Хэллоу Китти». Он явно не ожидал, что у миловидной одноклассницы будет запрятано что-то подобное. — А у тебя много секретов, да? — подмечает парень, прикуривая, после чего возвращает вещь ее владелице. Мизуки не отвечает, лишь пожимает плечами и грустно улыбается. — Пошли поедим. Составишь мне компанию. Не дожидаясь ответа, парень забирает из рук брюнетки зонт и подталкивает ее вперед в направлении своей излюбленной забегаловки. Поесть и поговорить ни о чем — именно то, что ему сейчас нужно.