Путь выбран

      Лора сбежала из кухни, как только у неё появилась такая возможность. Не потому что ей так не нравилась готовка, а только из-за слишком давящего присутствия Констанс Хэкетт. Сразу некоторые вопросы по поводу характера её сынка пропали. С такой матерью вырасти адекватным и веселым человеком было бы сложно. Старушка, конечно, иногда пыталась улыбаться, да и разговаривала нормально, но ей не удавалось полностью скрыть Цербера, затаившегося в глубине её глаз.       Особенно это проявлялось в общении Констанс с внучкой.       Кейли оказалась милой девчонкой со светло-зелеными глазами и темными волосами, собранными в высокий хвост. Она была бойкой и даже пританцовывала в процессе приготовления ужина. С ней подружиться не составило никаких проблем: диалог тек горной речкой – быстро, весело и прозрачно. Последним они были обязаны непритязательным вопросам, ведь никто не пытался копнуть слишком глубоко.       Констанс не пыталась выпытать у гостьи всё сразу, скорее, сосредоточилась на процессе приготовления еды, но отдавала приказы по кухне она показательно: жестко так, бескомпромиссно. Сразу показала, кто тут хозяйка.       Уже когда заготовки отправились в духовку, и оставалось нарезать лишь салаты, Кейли, сжалившись над новой знакомой, подкинула ей возможность сбежать. Чем Лора с огромной благодарностью воспользовалась.       Правда, не то чтобы она могла просто сбежать в свою комнату, нет. Кейли спасла её от своей бабушки, но не от работы. Поэтому Лора отправилась в столовую, где через окна было хорошо заметно, как Калеб, Макс и Бобби играли в мяч, о чем-то разговаривая. С одной стороны, это приносило облегчение (хотя бы одному из них будет комфортно в этом странном доме), а с другой, стало даже обидно.       Эта обида вылилась в яростный стук ящичков – Лора открывала всё на своем пути, чтобы найти чистую скатерть и посуду для сервировки.       – Тебе помочь? – голос раздался из угла так неожиданно, что девушка вскрикнула и подпрыгнула на месте, мечущимся взглядом пытаясь найти виновника её «почти» сердечного приступа. Трэвис Хэкетт нашелся в старом кресле в темноте за последним окном. Солнечные лучи словно избегали то место, поэтому Лора и не заметила мужчину поначалу.       – Черт. Нельзя так делать! Я чуть не поседела. А даже ты ещё не седой, – Лора бормотала это себе под нос, всё ещё держа руку на груди. Сердце так и стучало. Наконец, она выдохнула и начала успокаиваться. – Где тут у вас всё для стола? – она теперь положила ладони на бедра, чуть сгорбившись и осматривая комнату недоверчивым взглядом.       Вместо того, чтобы просто сказать местоположение, Трэвис зачем-то встал и подошел… а после открыл тот ящик, который она уже до этого проверила. Только вот оказалось, что под упаковками салфеток прятались две стиранные скатерти. Одна из которых оказалась в руках Лоры. А вот до посуды она действительно не дошла.       – Знаешь, раз уж мы тут в одной лодке, тебе стоило предупредить, что у тебя мама – тиран, – Лора попыталась с одного замаха разложить скатерть по длинному столу, но естественно, половина решительно сползла на пол. Девушка выругалась себе под нос. Слишком занятая непримечательной миссией, она не заметила помрачневший вид шерифа, после просто услышала резко потерявший мягкость голос:       – Это моя мать. И я не позволю так говорить о ней.       Лора разгладила длинную складку на ткани и невпечатленно посмотрела на мужчину перед ней. Он выглядел откровенно оскорбленным. Вот и вскрылась ещё одна черта – маменькин сынок. Но не в традиционном смысле этого слова. Нюней Трэвис уж точно не казался. Просто… приручен своей мамашей.       На вопросительно и недоверчиво изогнутую бровь Лоры, Трэвис отреагировал сжатыми челюстями:       – Она может быть строга и хочет, чтобы было по её, но это вполне нормально для…       – Домашних тиранов, – закончила за него Лора, заканчивая со скатертью и вновь упирая руки в бедра. – Ты ведь полицейский, как можешь отрицать очевидное? Со мной она ещё сдерживалась, но тот тон, которым она разговаривала с Кейли весьма показателен. И эй, я не против, ты любишь свою маму, это абсолютно нормально. Но нельзя отрицать недостатки.       Кажется, она злила Трэвиса всё больше. И почему она такая упертая? Зачем ей вообще пытаться доказать вчера ещё незнакомому мужику что-то про его мать? Которую Лора, к слову, видела первый раз в жизни. Но обычно чуйка её не подводила. Она даже смогла распознать абьюзера в парне, который нравился её школьной подруге. Естественно, никто не поверил простым словам и интуиции… и в результате попал в очень неприятные отношения.       Безусловно, Лоре требовалось время, чтобы по-настоящему узнать человека, но какие-то самые яркие черты личности она обычно видела сразу: по одному разговору и небольшому промежутку времени рядом. Так, только встретив Макса, она уже знала, что он не будет блистать умом, но зато с ним никогда не будет скучно. А ещё через пару недель Лора осознала его честность и прямолинейность. Макс был совершенно бесхитростным. Вероятно, поэтому можно было вообще не опасаться измен или предательств. Если уж что-то произойдет с чувствами парня к ней, то всё будет сказано прямо.       Это помогало жить спокойно.       – Ладно. Прости, я лезу не в своё дело. Просто… нам здесь ведь теперь жить, решать проблемы. А я… очень плохо уживаюсь со столь серьезными ограничениями, – девушка хотела потеребить рукав толстовки, которую привычно повязывала на бедрах, но только потом вспомнила, что Трэвис дал ей другую одежду. Какие-то старенькие спортивки, возможно, от кого-то, кто когда-то работал в участке? Обычные чуть растянутые леггинсы и футболка. Последняя, к слову, уже оказалась чуть испачкана соусом. Черт. – Посади меня ещё раз в клетку и увидишь, – Лора усмехнулась. Ей хотелось как-то сбить это холодное, жесткое выражение с лица Трэвиса. Он напомнил вставшую в стойку охотничью собаку, которая заметила цель.       После её слов, как-то даже граничивших с флиртом, чего Лора старалась не замечать, Трэвис отмер. Он всё ещё оставался в резко испортившемся настроении, но больше не казался готовым к удару.       – Здесь не тюрьма, а обычный дом. Просто надо будет выполнять некоторые правила, и всё. К тому же, вы – гости, а не семья, пусть нас и объединила одна проблема, – Трэвис решил занять себя делом, перетаскивая с нижних ящиков (при этом он довольно забавно кряхтел, разгибаясь) коробки с бокалами и со столовыми приборами.       – Кстати об этом, – Лора открыла коробку с бокалами и принялась расставлять их по столу. – Кто из вашей семьи оборотень? Как я понимаю, мистер Х. А ещё? – на самом деле, в глубине души девушку возмущал тот факт, что взрослый мужчина, полностью осознавая свою опасность для окружающих, решил работать в детском мать его лагере! Но пока она приберегла эти мысли. Потом выскажет самому Крису.       Трэвис ненадолго завис над открытым шкафчиком с большими тарелками, взгляд его темных глаз метнулся к фотографиям над каминной полкой. Лора заметила ещё и горькую складочку между бровей.       – Кейли и Калеб. Остальные в порядке.       Была здесь какая-то история. Не могло вот так просто повезти именно одной части семьи. Оборотнями стала именно сторона Криса, его ветвь. Лора отложила этот факт на полочку в мозгах.       – Три оборотня. Ну, теперь четыре. Это довольно много, – девушка вспомнила видео, на котором Макс в форме безумного зверя кидался на прутья решетки, рычал и выл. От этого воспоминания мурашки побежали по коже.       – Мы соорудили специальные клетки для них, а ещё намешали успокоительное, которое делает их вялыми, – тут Трэвис немного занервничал, переставляя на стол стопку на вид довольно тяжелых тарелок с красивым золотистым узором по краю. Он чуть щурился и бегал глазами по сторонам, а Лора внимательно изучала его мимику. – Именно этим препаратом я вырубил тебя после нападения на Макса. Я рисковал твоей жизнью, за что прошу прощения. Но… мне пришлось действовать быстро.       Хорошая история. Лора должна была возмутиться и, пожалуй, была возмущена, но так как с ней всё в порядке, эта поднявшая голову злость и жажда справедливости (хорош полицейский, который людей травит!) были не столь сильны.       – Не знаю, какой ты ждешь от меня реакции, – голос прозвучал напряженно и немного язвительно, но Лора, можно сказать, смогла себя сдержать.       – Никакой не жду. Просто раз повод появился, решил извиниться. Я мог бы поступить по-другому.       – М, – Лора сощурилась, буквально уставившись на Трэвиса, словно пыталась душу из него вынуть и посмотреть во все закрома. Но душа не вытаскивалась, и шериф, больше похожий на черную птицу, быстро перестал отвечать на её прямой взгляд. Просто оставил последние нужные для сервировки предметы на столе и молча ушел.       Лора разочарованно цыкнула. Пока что Трэвис являлся наиболее реальным источником информации. Бобби она бы не доверяла (взглянув на здоровяка, девушка сразу поняла, что именно имел в виду его старший брат в своем предупреждении), к главам семейства по своей воле она ни за что не пойдет. Оставались ещё Кейли и Калеб, но что-то подсказывало Лоре, что их, как младших членов семьи, к тому же, зараженных этим… проклятьем? этой болезнью?, не привлекали к основной части забот. Хотя всё равно стоит попробовать с ними переговорить. Может, не сегодня, а через несколько дней, когда они немного поближе познакомятся. В конце концов, ей с Максом тут два месяца куковать.       Одна лишь мысль об этом угнетала. Они рассчитывали на веселый отдых в лагере, на работу с детьми, на купание и походы, а не на вот это вот всё.       – Боже, полный трэш, – выдохнула Лора. Мысль о том, чтобы разбить пару тарелок («случайно») вспыхнула и исчезла. Во-первых, как бы ни хотелось побесить Хэкеттов, оно того не стоило, а во-вторых… сколько стоила одна такая тарелочка девушка не знала. Вдруг это какой-то раритет начала двадцатого века? А она совершенно не врала, когда говорила, что на мели.       Ещё и Макс, как назло, продолжал бессовестно развлекаться снаружи. Он просто не догадывался посмотреть в окно. Лора, конечно, могла бы дать знак, и парень бы прибежал ей помогать, никогда от этого не отказываясь, но… Иногда хотелось перестать быть такой рациональной. В конце концов, Лора может хотеть, чтобы её любимый парень умел читать мысли своей любимой девушки. Главное, это вслух не высказывать и не упрекать Макса в отсутствии такого дара.       Видеть его широкую улыбку всё равно было приятно. Приятнее, чем окровавленное и недоумевающее лицо ещё и за решеткой.       – Если не хочешь, чтобы Констанс ругалась… – голос раздался так же неожиданно, как и в случае с Трэвисом каких-то пять минут назад. Только на этот раз он принадлежал Джедедае и послышался с другой стороны – старик спустился со второго этажа и прямо с лестницы зашел в столовую, а Лора засмотрелась в это время на Макса       Сердце во второй уже раз пустилось в галоп, и Лора почти уронила тарелку, которую до этого раздумывала разбить, а теперь отчаянно ловила. После пары прыжков, та крепко уселась обратно в руки.       – Да что ж такое, я поняла! Это план, чтобы довести меня до инфаркта! – девушка кое-как отдышалась и стукнула тарелкой о стол, возмущенно глядя на Джедедаю. И если Трэвис имел совесть выглядеть чуть-чуть пристыженным, то вот лицо старика оставалось абсолютно бесстрастным. Спокойным таким. Не как у змеи, а скорее, как у повидавшей жизнь овечки, флегматично жующей травку в поле.       – Если не хочешь, чтобы Констанс сделала тебе выговор, лучше поставить по-другому, – Джедедая даже снизошел, чтобы на одном примере показать, где и как должны стоять приборы, тарелка и бокал с салфетками. Это не то чтобы сильно отличалось от варианты Лоры, что ещё сильнее взрастило в девушке нелюбовь к матери Трэвиса. Девушка не сомневалась – из-за пары дюймов и выложенной не с той стороны салфеточки она бы получила дополнительную лекцию.       Она надеялась работу превратить в отдых в лагере. А теперь в месте, в котором она не то чтобы должна была работать, только помогать развеять проклятоболезнь, ей, видимо, предстояло горбатиться весьма активно. Интересно, понимали ли Хэкетты, какая туча над ними начала формироваться? Лора будет сдерживать себя, конечно. На первых порах. Ей нужна информация, ей нужны ресурсы. А ещё связи в этой семье. Подружиться с Кейли, подружить хорошенько Макса с Калебом. Не растерять тоненькую ниточку к шерифу. И с этим уже можно будет очень знатно поработать.       На остальных членов семьи Лора не возлагала больших надежд. Но и не отрицала полностью возможность их помощи.       *       В общем, Лора не могла полностью скрыть свои неловкость и напряженность от пребывания в чужом доме. К тому же, вокруг было непривычно много людей. Она была единственным ребенком в семье, а бабушки с дедушкой (один из дедушек погиб в Афганистане) жили в другом штате. Макс мог похвастаться младшей сестрой, но в остальном ситуации у них были схожи. Тут же… Куча людей.       На ужин их как будто бы разделили по возрасту: посадили на одну сторону всю молодежь, а на противоположной сидели все, кто был старше тридцати. А возможно и сорока, тяжело было понять настоящий возраст Трэвиса и Бобби. Лора собиралась это выяснить. Для полноты ментальной картины, конечно.       – Слушай, Лора, я у тебя ещё на кухне хотела спросить, – стук вилок и ножей о тарелку (на ужин подали запеченную птицу, картофель и салаты) прервал звонкий голос Кейли, смочившую горло Спрайтом. Алкоголь за столом никто не пил, что показалось довольно странным для взрослых людей. – Ты сказала, что будешь учиться на ветеринара. А почему не на обычного врача? Так любишь животных?       Этот вопрос сильно заинтересовал Хэкеттов по непонятной причине. Наиболее воодушевленным был Трэвис, у него в глазах словно маяк надежды засверкал. Очень наивный. Хотя, пожалуй, степень отчаяния определяла за сколь тонкую хворостинку будет хвататься утопающий.       – Так не люблю людей, – фыркнула шутливо Лора, но поняла, что шутка не показалась всем вокруг такой уж шуткой. Усмешка превратилась в неловкую улыбку. – Шучу. Ну, на самом деле, причин много. Во-первых, да, животных я люблю, они намного честнее и проще людей. Во-вторых, сейчас это направление хорошо развивается, и зарплата в будущем ждет хорошая. Ну и в-третьих, полегче это всё-таки, чем лечить людей.       Лора не была гением, она четко понимала границу своих возможностей, и упертость не везде сможет открыть ей двери. Поэтому решение идти на ветеринара было полностью осознанным и рациональным.       – Это очень круто. Я вот до сих пор не могу ничего решить. Всего и сразу хочется, – вздохнула Кейли и выпила остатки Спрайта так, словно это была горькая водка. Это вызвало улыбку не только на лице Лоры. По всей видимости, Кейли была любимицей семьи.       – Калеб, а ты куда собираешься потом поступать? – Лора вспомнила про тот неприятный факт, что Макс-то в колледж не поступил, и решила предвосхитить этот вопрос от Кейли. Переключить внимание.       Калеб немного покраснел от обращения к нему едва знакомой и красивой девушки, но под требовательным взглядом от дедушки всё-таки ответил и даже вполне четко:       – Я думал идти на программирование. IT-технологии и всё такое. Но надо сначала… решить проблему, – что-то особенно виноватое проскользнуло на лице паренька, и пусть Лора отметила это выражение лица, но не смогла расшифровать. Мозг девушки постоянно чесался от поступления новой информации и невозможности её понять до конца. Успокаивающим бальзамом служило время: слишком мало прошло, и ещё достаточно много будет впереди.       – Класс. Это отличный выбор, сейчас такие специалисты нужны. Но, не в обиду будет сказано, у меня стойкое ощущение, что здесь нет Интернета, – Лора и вправду так считала (телефон у неё сдох, и она так и не поставила его на зарядку, так что проверить не могла), но постаралась сказать это действительно не обидно, а легко, почти дразняще. Девушка умела быть очаровательной, если хотела.       Калеб действительно рассмеялся, и у него была милая, смущенная улыбка. Кейли последовала за братом.       – У нас правда тут долгое время не было интернета, – призналась Кейли. – Но мы детство провели в Норт-Килле, приезжая сюда на каникулы и выходные. Такой был отдых от всех гаджетов. Но шесть лет назад, когда мы переехали сюда полностью, дяди провели нам Интернет и хорошее электричество. У нас теперь свой генератор и даже своя подстанция, так что всё неплохо работает. Настоящая цивилизация!       – Слава богу, – с истинным облегчением воскликнул Макс, уже почти доевший свою порцию. – Я, конечно, настроился на два месяца без телефона, но у меня стресс, знаете ли, не каждый день становишься оборотнем.       Это снова вызвало смех, пусть и не такой легкий, как раньше. А Констанс во главе стола и вовсе покачала головой неодобрительно, но ничего не сказала.       В дальнейшем о «деле» никто не говорил, а Лора пока не настаивала, хотя у неё и была куча вопросов об оборотнях.       Проклятье это или болезнь? Как передается, только через укус или есть ещё способы? Как Хэкетты проводили полнолуние? Кто укусил или по-другому заразил семью Криса? Какие были у этого обстоятельства? Сколько оборотней здесь бегало, помимо известных (теперь) четверых? Пытались ли Хэккеты анализировать кровь и другие биологические материалы зараженных?       Лоре было любопытно. А ещё, конечно, хотелось поскорее решить проблему и отправиться домой.       Прежде чем все встали из-за стола, Констанс как-то по-особенному подняла правую руку, и все вокруг замерли в ожидании её слов. Это состояние автоматически передалось и Лоре с Максом.       – Здесь не тюрьма, но я бы хотела предупредить наших гостей о некоторых мерах предосторожности. Для ваших семей и друзей вы сейчас находитесь в лагере без связи и интернета. Так и должно оставаться. Пожалуйста, не пытайтесь связаться с родными и друзьями через социальные сети или посредством звонков, не добавляйте проблем нам, и мы не будем добавлять их вам.       Быть целью взглядов сразу шести пар глаз было очень неуютно. К тому же, у старших глаза вообще стали холодными и жесткими. Как у солдат с промытыми мозгами. Только младшенькие двое смотрели не так жестко, но даже в их глазах можно было заметить решимость.       «Все ради семьи, а?»       Лора скривила губы в оскале и сощурилась, почувствовав опасность. Как будто здесь она была оборотнем. Положение спас Макс, наивный и добрый весельчак Макс:       – Ладно-ладно! В конце концов, музыка, игры и сериалы не требуют онлайна в соцсетях. Да и тут есть, с кем поболтать, – парень широко улыбнулся, пусть в его глазах и была видна неуверенность и волнение. Тем не менее, его ответ смягчил сгустившуюся атмосферу.       – Хорошо. С другими правилами проживания здесь ознакомитесь по ходу. Главное – не выходите из дома по ночам, тут вокруг весьма дикие земли.       После этого Констанс медленно поднялась, следом за ней вышел из-за стола и Джедедая. Они ушли, и тяжелая атмосфера моментально рассеялась. Все расслабились. Лора решила разгрузить мысли работой и потянулась убрать со стола, но Кейли схватила её за запястье с довольной улыбкой:       – Не, Лора, убирают все мальчики. У нас так принято: мы готовим, а они потом моют посуду и всё такое. Давай я тебе лучше покажу свою комнату! – девушка была всего на два года младше, но Лора казалась себе настолько старше… Тем не менее, иногда побывать вот такой беззаботной было даже здорово. Так что Лора чмокнула удивленного Макса в макушку, бросила короткий взгляд в сторону Трэвиса и Бобби, лениво собиравших тарелки и фужеры со стола, а потом последовала за Кейли.       Её комната оказалась довольно близко к гостевым – за поворотом коридора. И при первом взгляде она даже показалась меньше, чем та, которую выделили Лоре. Потом стало понятно, что дело было в куче вещей – следе долгой жизни на одном месте. Тут были и постеры на стенах, и разбросанная одежда, и книги, и сумки (от спортивных до вполне себе симпатичных и женственных). Кейли плюхнулась на мягкую кровать и буквально провалилась в перину.       – Папа предлагал купить современный матрас, но что может сравниться с этим ощущением? – рассмеялась девушка, а потом похлопала по заправленной, но уже сморщенной под чужим весом постели. – Прыгай рядом.       Лора осмотрелась, подумала недолго, а потом пожала плечами. Почему нет? И прыгнула следом, приземляясь рядом и с внутренним восторгом ощущая, как перина её проглатывает, как трясина.       – Круто!       – Все кровати в доме старые, но если за ними нормально следить, то, как видишь, даже почти не скрипят, – Кейли специально поерзала, ещё больше уничтожая порядок, но слова свои подтвердила – кровать действительно проскрипела довольно тихо и словно нехотя. – Да и вообще тут всё довольно старое. Приезжала раньше, как в музей. Самые новые вещи – это наша с Калебом одежда и компьютеры. А, и дядя Трэвис недавно купил микроволновку и автоматическую сушилку для белья. Чтобы в его отсутствие бабушка не пыталась вывешивать белье снаружи на веревках. Она уже слишком старенькая для этого.       – И сколько же ей лет? – Лора перевернулась набок, чтобы лучше видеть Кейли за волнами перины. Вскоре новоиспеченная подруга отзеркалила жест.       – Ей семьдесят восемь. Она бойкая, конечно, но физически уже не такая крепкая, как раньше. Дяди отстранили её от охоты, хотя сначала она так и рвалась.       – Охоты? – Лора не сдержалась и подалась ближе, снижая тон голоса. Ей правда было очень любопытно, а потому голубые глаза в полной мере отражали желание услышать ответ. Кейли была очень разговорчивой девочкой. Возможно, потому что помимо лета она могла общаться только с родственниками.       – На Белого Волка, – доверительно сообщила Кейли, тоже почти зашептав. Девушки соприкоснулись лбами, и Лору неожиданно пробило на улыбку. Не от того, как легко раскололась младшая Хэккет (уж точно она не переняла черты Трэвиса и твердость дедушки с бабушкой), а от того, как же сильно это всё напоминало ей детство: она тогда была с самым стареньким телефоном, едва способным на интернет, и развлекалась с подружками тем, что валялась на кровати или на одеяле где-то на улице и сплетничала. Беззаботные радости маленьких девочек-принцесс. Правда, иногда принцесса превращалась в дракона и набивала шишки мальчикам, но это уже другая история.       Даже кровать напоминала ей о паре каникул, проведенных у бабушки на ферме. Там они были такие же старые.       – Я серьезно, – обиженно фыркнула Кейли и, видимо, пытаясь доказать (хотя Лора и так поверила, почему нет, если оборотни уж точно существуют) свои слова. – Белый волк – это источник нашего проклятья. Дяди верят, что, если найти его и убить, возможно, это снимет проклятье.       Лора чуть нахмурилась.       – «Верят»? То есть, они не знают наверняка?       Кейли понуро качнула головой.       – Не знают. Тем не менее, убить его будет правильно. Он ничем не сдержан сейчас, в отличие от нас, – Лора вопросительно изогнула брови на эту фразу, и девушка продолжила. – Папа с Трэвисом соорудили нам электронные клетки. Они из прочного металла, по решетке ещё и ток проходит. Плюс к успокоительному… мы становимся неопасными. Единственная опасность – если мы вдруг не успеваем попасть в эти клетки. Как произошло вчера с папой, – Кейли убрала за ухо выбившуюся темную прядь и виновато посмотрела на Лору. – Мне жаль, что там случилось с твоим парнем. Папа в обычном состоянии и мухи не обидит.       Лора кивнула, а мозг её отчаянно работал, переваривая информацию.       – Значит, вас всех покусал этот Белый волк?       – Ну... можно и так сказать.       Ответ Лоре не понравился, но давить сейчас не стала. Было бы глупо вот так терять открытый источник информации.       – А кто участвует в охоте? Ну, понятно, что ты с братом и отцом не можете принимать участие. И отбросили миссис Хэкетт, – этот вопрос поможет не только сменить тему, но и утолить другую область любопытства.       – Вот все, кто остается, те и участвуют. Дедушка, Бобби и Трэвис. Они уже хорошо наловчились. Белый волк часто возвращается сюда, но пока удавалось найти только покусанных им оленей и других животных. На всякий случай, их тоже отстреливают. И потом их мясо достается нам троим – мы единственные не боимся заразиться. Есть всё-таки плюсы в таком состоянии, – Кейли неуверенно улыбнулась. Плюс был слабенький, но позитивный настрой – это хорошо.       – Значит, бабулю вы отстранили от дел, а дедулю, который такого же возраста, отправили развлекаться в лесу?       – Ой, он даже старше. Ему восемьдесят один. Но зато он просто отлично знает лес, может ориентироваться в полной темноте по нему. Дяди уговаривали оставаться дома и его, но не получилось. Он у нас старой закалки, необходимость защищать семью для него, как инстинкт. Ну и пока всё было в порядке. Бобби старается держаться рядом с дедушкой, чтобы помочь в случае чего. По крайней мере, мне так рассказывали.       Лора честно удивилась. Вот это старички, блин. Одна весь дом в ежовых руковицах держит, а второй оборотней отлавливает по лесам. Вот что значит молодость без ГМО.       – Понятно… – девушка откинулась на спину, рассматривая старый деревянный потолок, с которого на небольших крючках свисали ловцы снов, ленточки и прочие разноцветные украшения. – Постой. А сколько же тогда твоему отцу и его братьям? Я думала, Трэвису лет сорок или около того. Но это не сходится с возрастом их родителей.       Лора даже губу прикусила, близкая к разгадке такого, кажется, неважного, но всё-таки необходимого для полного портрета человека вопроса. Кейли тихо рассмеялась:       – Я обязательно обрадую дядю Трэвиса этим. На самом деле, он старший из детей, ему пятьдесят пять. Кстати у него скоро день рождение. Седьмого июля.       Вау. Лора моргнула медленно на такую информацию На самом деле, она, конечно, предполагала, что, либо Трэвис не очень хорошо выглядит в свои сорок с хвостиком, либо он довольно неплохо выглядит для своих пятидесяти с хвостиком. Почему-то ей хотелось, чтобы правильным был первый вариант. Но что есть, то есть.       – Потом идет мой папа. Ему сорок восемь. И самый младший – дядя Роберт. Ему сорок пять. Но так как он почти ни о чем не переживает, то и выглядит намного моложе всех.       Лора впервые была в окружении столь взрослых людей. Это не пугало её, просто немного напрягало. Подружиться со взрослым человеком гораздо сложнее, чем стать ближе с ровесником или ровесницей. Разница в интересах, взглядах и приоритетах обычно становились непреодолимым препятствием. Но ничего. Лора справится. Ради их с Максом безопасности. И ради комфорта.       Остаток вечера она провела с Кейли, болтая о колледже, о Максе, о том, какие парни, кому нравятся и о многом другом. Лора решила, что полученной за сегодня информации об оборотнях было достаточно. Малыми шажками она добьется больше, чем прыжками сайгака по степям.