Золото и бронза

Заун заслуживал звание «подземного царства». Пускай Афина не первый раз спускалась сюда из сверкающего Пилтовера, пускай на ней была форма миротворца, внушающая страх и трепет любому гражданскому, всё равно холодок пробегал по её бронзовой коже, когда она оглядывала залитые зловеще-зелёным улицы. Из-за углов на неё хмуро глядели мертвенно-бледные лица, обезображенные наркотиками — «дыханием Леты» и «пламенем Флегетона». На покосившихся вывесках блестели неоновые буквы, а под ними стояли вульгарно разодетые девицы, и Афине казалось, что в их спутанных волосах шипят змеи. Словно все мертвецы и все чудовища мира стекли по реке Стикс, чтобы осесть в Зауне. Однако Афина не собиралась предаваться любованию местными омерзительными красотами. Она явилась в Заун по делу. Если хочешь что-то разузнать в Зауне, то непременно нужно заглянуть в «Последнюю каплю крови» — бар, которым управлял Аид, настоящий владыка подземного города. Бар, в задних комнатах которого хранили контрабандные нектар и амброзию, а в подвальных помещениях проводили гладиаторские бои между чудовищными мутантами Зауна и опустившимися солдатами Пилтовера. Пройдя мимо основного входа, возле которого кучковались завсегдатаи «Капли», больше похожие на призраков, чем на людей, Афина зашла за угол и положила ладонь на ручку неприметной задней двери. Та отворилась беззвучно, с пола взметнулись клубы не то пыли, не то дыма. Что-то тихонько зазвенело в воздухе. — Только миротворцы настолько бесцеремонны, что врываются в чужой дом без стука, — донёсся из темноты женский голос. Затворив за собой дверь, Афина моргнула, привыкая к тусклому освещению, и чуть склонила голову. — Полагаю, вы и сами ожидали моего визита, госпожа Никта. — Даже если так, всё равно этикет надо уважать. Никта не вышла из тьмы — она словно бы отделилась от неё, такая же загадочная, закутанная в лиловые шелка и с длинным курительным мундштуком в бледных пальцах. От кончика сигареты исходила тонкая дымная нить, закручиваясь змеёй вокруг «повелительницы ночи». — Думаю, до вас уже дошли слухи о погромах в Пилтовере, — сразу перешла к делу Афина. Никта, неопределённо качнув головой, поманила её за собой и пригласила сесть в одно из обитых бархатом кресел. Афина от предложения отказалась, и тогда Никта, вздохнув и сев сама, наконец ответила: — Лично мне нет дела до того, что творится в верхнем городе, однако да, я осведомлена. И, думаю, тебе не терпится узнать, не причастен ли Заун к этим происшествиям? — Вы, как обычно, проницательны, — заметила Афина. — Но, как обычно, разговоры ваши туманны. А я хотела бы получить чёткий ответ. — Опять ваша солдафонская грубость, — вздохнула Никта, делая короткую затяжку и выдыхая дымное облачко. — Хорошо хоть ты не привела всю свою рать, чтобы допрашивать меня, дитя. — Я полагала, что мы находимся на том уровне доверия, когда в допросной процедуре нет смысла, — Афина всё же села напротив Никты, но осанка её осталась такой же по-военному прямой. Она пыталась прочесть по тонкому лицу «повелительницы ночи», что же та пыталась скрыть от неё. Никта, поймав её взгляд, чуть усмехнулась. — Да, да, ты права. И, думаю, раз уж злой рок привёл миротворца в мой дом, то уже нет смысла о чём-то умалчивать, — она чуть подалась вперёд и понизила голос. — Знаешь ли ты, что у Аида есть сын? — Сын? Родной? — Афина приподняла брови, потому что и вправду не слышала раньше об этом. И как такой известный не только в Зауне, но и среди пилтоверской публики человек мог скрывать эту не особо мелкую деталь так долго? — Именно. Загрей. Принц подземного мира. Очень энергичный и упрямый молодой человек, весь в отца. — Хотите сказать, что он стоит за погромами? — Вероятно. Я знаю лишь, что Загрей отчаянно рвётся на поверхность, и даже Аид не в силах помешать ему время от времени подниматься в Пилтовер. Он хороший мальчик, однако сама понимаешь… среда, в которой он был воспитан, не сказать, чтобы очень здоровая. Поэтому у тебя есть два пути. Никта снова сделала затяжку и выдохнула два дымных кольца. — Ты можешь поймать Загрея и предать справедливому суду, — резким движением лилового ногтя она перечеркнула первое кольцо, и то распалось на мелкие клочья. — Или же ты можешь отыскать его и поговорить с ним по душам. Узнать, почему он так жаждет попасть в Пилтовер. Что он пытается там отыскать, — круговым движением Никта нанизала второе кольцо на руку, словно туманный браслет. — Я бы предпочла, чтобы ты выбрала второй вариант. Мальчика что-то гложет, но ни мне, ни отцу он не говорит об этом. А если мы будем знать причину, то сможем уладить дело без вреда для обеих сторон. — Какой вред Пилтоверу будет от того, что я посажу за решётку ещё одного хулигана? — хмуро поинтересовалась Афина. — Я же сказала: он принц подземного мира. Аид будет в бешенстве, если миротворцы схватят Загрея. Пускай он и делает вид, что равнодушен к сыну, я прекрасно понимаю, что это не так. Поэтому давай вы не будете злить заунскую гидру, ладно? — Справедливо, — кивнула Афина. Поднявшись с места, вновь чуть поклонилась Никте, на что та ответила слабой улыбкой. — Считай, мы заключили сделку, дитя. — Считайте, что меня здесь никогда не было, — дёрнув плечом, отозвалась Афина, покидая «Последнюю каплю крови».