Жрица Магии

- Тебе нужно будет заранее сообщить декану, если ты не хочешь уезжать из школы на каникулы, - сказала Джемма. Гарри совершенно не хотел возвращаться к Дурслям. Староста сказала, что на два летних месяца Хогвартс закрывается, но в Рождество и Пасху некоторые студенты остаются. Мальчику не нравилась жалость в ее глазах. - В школе будет скучно, - предупредил его Тео, но опустевший старый замок казался Гарри отличной альтернативой компании «совершенно нормальных» родственников. Драко в конце ноября расстроенно сообщил, что не сможет пригласить его в гости до лета - они с родителями собирались во Францию на Рождество. Поттер, конечно, очень хотел познакомиться с мамой блондина, но почти не расстроился. Его мысли были заняты планировавшей также остаться в замке Гермионой Грейнджер. - У, м-м, моих родителей родился маленький ребенок, я думаю, им будет не до меня, - объяснила старостам девочка. Битэг предполагала, что как раз после ее отъезда Грейнджеры еще раз обзавелись потомством. Вроде бы это должна была быть девочка, но ведьма не особенно вслушивалась в восторженное лепетание миссис Грейнджер. Родители после многочисленных внушений почти не обращали на жрицу внимания, и это не могло не радовать. Тратить два дня на тряску в поезде ради того, чтобы навестить кровных родственников, она не желала, потому присоединилась к напросившемуся остаться в школе Гарри Поттеру. Парнишка почему-то привязался к ней, хотя ни одного достойного объяснения ведьма придумать не могла. Битэг только надеялась, что он не начнет ходить за ней хвостиком по всему замку, когда ученики разъедутся по домам. - Парни, я еду в Португалию! – объявил на весь Большой зал Блейз Забини, размахивая письмом. Сова, принесшая его парой минут раньше, укоризненно смотрела на мулата. - Твоя maman нашла себе новую жертву? – съехидничал Нотт. - В точку! Конечно, если ты говоришь о замужестве, мой дорогой друг! – Забини улыбался во весь рот. - Напомни жениху вшить в желудок безоар, - порекомендовала Дафна. - Не поможет, - хихикнула Милисента, – четырежды-миссис, по слухам, ведет линию от самих Медичи! Гарри Поттер дернул плечами. Очарованность волшебников средневековыми нравами казалась ему дикой. Как можно восхищаться отравителями?! Но у леди Забини, тем не менее, отбоя не было от ухажеров, несмотря на репутацию серийной вдовы. Происшествие с горным троллем продолжения не получило. По крайней мере, студентов не поставили в известность. Ученики трех факультетов, что оказались удачливее змей, косились на слизеринцев в коридорах следующие несколько недель. Кто-то называл их слабаками, неспособными справиться с одним жалким троллем, кто-то – жестокими убийцами, пустившими «Аваду» в лоб невинной тварюшке. - «Авада» - это первое слово формулы смертельного проклятья, - объяснял ему Драко. – По слухам, именно после такого ты и выжил. - Э-э-э, ты уверен? – усомнился брюнет. - Ну, шрам-то у тебя есть. Значит, правда! - Шрам как шрам, - Гарри потрогал тонкий белесый шрам-молнию, еще в сентябре потерявший четкую форму и почти сливающийся с кожей. – Его можно было ножиком вырезать, так же бы выглядел. - Никто не будет резать ножом лоб младенцу! – возмутился Драко. - А, ну да, смертельное проклятье – это куда гуманнее! – взвился Мальчик, Который Выжил. - Брейк, парни, - урезонил их Нотт. – Гарри дело говорит. - Ты о чем? - Авада не оставляет следов и от нее не существует защиты, это всем известно. Откуда шрам, и как наш очкарик до сих пор дышит? Первокурсники шокировано глядели друг на друга. А ведь и правда, как? Гарри очень хотел спросить об этом Гермиону, но не мог даже рта открыть, когда хотел заговорить о произошедшем в поезде. Каждое движение, направленное на попытку как-то разъяснить произршедшее в поезде, причиняла боль, и упорство не вознаграждалось. Да что это за клятва такая была?! Роули рассказывал им что-то про Непреложный обет, который убивал нарушителя, но по описанию и формулировке это совсем не походило на клятву агоние, которую с него стребовала девочка. Гарри было страшно представить, что бы с ним было, реши он-таки пересилить себя. Идея спросить у кого-то о подобной клятве вызывала мигрень, не сравнимую с мучавшими его головными болями из-за шрама. Как говорил Дадли, «Обложили со всех сторон!». Гермиона Грейнджер стала часто наведываться в библиотеку, но отнюдь не стала лучше успевать в учебе. Когда на это обратили внимание старосты, она задала совсем странный, на взгляд Гарри, вопрос: - Как работают волшебные палочки? Еще более странным показалось мальчику то, что Джемма и Торфинн переглянулись и пожали плечами. Теперь ему и самому стало интересно. - Ну, это вроде бы проводники твоей магии, без которой она бы просто рассеивалась вокруг тебя, - неуверенно протянул Роули. – Как именно палочка тебе подходит и что там с изготовлением, я не знаю. Мастера хранят тайну от посторонних. А тебе зачем? - Моя палочка мне не подходит, это было понятно еще при покупке, - пожаловалась девочка. - И ты говоришь об этом только сейчас?! – удивилась староста. – А ну марш к декану! Битэг, сопровождаемая Джеммой Фарли на аудиенцию к профессору зельеварения, мысленно ругала себя за попытку прояснить ситуацию. Было непонятно, с чего поднялся такой шум, но ей он явно был не с руки – судя по информации из книг, деревянную указку можно проверить заклинанием «Приори инкантатем», а ее собственная покажет… Пустоту. Лучше бы она ее сломала! - Мисс Грейнджер, неподходящая волшебная палочка – это серьезная помеха в обучении. Вам необходимо приобрести новую, - сказал Снейп, выслушав ее рассказ о походе в лавку Олливандера. - Хорошо, сэр, я куплю новую при первой возможности, - ведьма склонила голову и попыталась уйти из кабинета. Северус Снейп вздохнул. Слизеринка продолжала вести себя как кто угодно, но не одиннадцатилетний ребенок: вместо того, чтобы напроситься в Косую аллею сразу же, она будто пытается избежать помощи всеми доступными способами. Так ли права была Минерва, рассказывая о полной семье девочки и хороших отношениях с родителями? - Мисс Грейнджер, это придется сделать как можно скорее, иначе вы серьезно потеряете в прогрессе обучения волшебству. Я сопровожу вас за покупками в субботу. Пожалуйста, будьте готовы после завтрака. В лавке Олливандера они застряли надолго. Мастер был явно не рад видеть первокурсницу, та отвечала ему тем же, впившись в старика немигающим взглядом. Ни одна из предложенных палочек девочке не подошла, хотя та послушно взмахивала каждой, до которой соглашалась дотронуться. - Почему вы не брали в руки палочки с сердцевиной не из волоса единорога? – спросил мужчина, когда, сдавшись, решил отвести ученицу в другую лавку. - Они ощущаются неправильно, их даже в руки брать не хочется. - То есть, – поднял брови зельевар, – вы ощущаете палочки еще до того, как прикоснетесь к ним? – прикусившая губу девочка пожала плечами, а затем кивнула. – Что же, мисс Грейнджер, если три сердцевины, с которыми предпочитает работать мастер Олливандер, вам не подходят, то мы зайдем в лавку Джимми Кидделла. - Сэр, а вывеска на лавке Олливандера говорит правду? Про 382 год до н.э.? - Не знаю, но никто не помнит времен, когда ее там не было, - ответил слизеринец. Битэг мрачно усмехнулась. Она даже примерно не представляла соотношение времени своей смерти и 382 года до н.э. по современному летоисчислению, но кельты вполне пристойно колдовали и без них. Тем более, что в те времена никаких драконов и фениксов на Островах не было. Мастер Кидделл оказался приятным мужчиной типичной английской наружности. В его лавке было чисто, а полок с коробками вообще не наблюдалось. - Добрый день, профессор Снейп, добрый день, юная мисс! Сломали палочку? - Здравствуй, Джим, - зельевар улыбнулся уголками губ. – Моей ученице мисс Грейнджер не подошла ни одна палочка у Гаррика. Вся надежда на тебя. Мужчина покивал и, взглянув на покупательницу, обратился уже к ней. - Что вам не понравилось, мисс? - Ощущение. Было… Неприятно. Не хотелось к ним прикасаться, - девочка смотрела прямо в глаза мастеру. - Хорошо, я люблю сложных клиентов. Пройдите вот сюда, - тот поманил ее к стойке и вытащил из конторки в углу флакончик с прозрачной жидкостью и исписанный пергамент, - сожмите фиал в руке и попробуйте выпустить в него свою магию. Потом я вылью его на пергамент, и мы увидим наиболее подходящие вам сочетания дерева и сердцевины для волшебной палочки. Снейп, будто почувствовав неладное, устроился на кресле в дальнем углу лавки. Битэг пожала плечами и взяла флакон в руки. - Важно, сколько магии окажется в фиале? – деловито спросила она. - Э-э, нет, - неуверенно сказал мастер. – Не переживайте, обычно не всем с первого раза удается, постарайтесь направить так много, как сможете. Жрица пожала плечами и, решив не следовать все-таки указаниям продавца, сконцентрировалась на насыщении жидкости самым малым количеством, которое обычно направляла в бусины при плетении своих кос. Из фиала с хлопком вылетела пробка, жидкость вспенилась и потекла по ее пальцам. Охнувший Джимми поднес свиток прямо под ее ладонь. - Ох, ничего себе! – поразился тот, забирая из ее рук флакон. – Кажется, у вас еще случаются спонтанные выбросы! Смотрите, аж треснул, а ведь это закаленное стекло! Сидящий в кресле декан с непроницаемым лицом наблюдал за суетой мастера у прилавка. Ему еще стихийных выбросов у студентки не хватало! - Э-э-э, я думаю, нам стоит попробовать еще раз, - озадаченно сказал мастер Кидделл, глядя в пергамент. - Можно посмотреть? – спросила девочка. - Да, почему бы и нет. Видимо, ваш выброс в зелье что-то натворил с магией свитка. Вот, видите, - он протянул ей свиток. На пергаменте было два длинных списка, один заключал в себе разные виды древесины, другой – видимо, материал для «сердца палочки». В первом вписке жирным были выделены вполне понятные Битэг растения – дуб, боярышник, ясень и сосна. Второй список был слабо читаемым, поверх кривовато было выжжено два слова. - Видите, этот материал даже не существует, - кивнул ей мастер. – Как бы еще это читалось… Ич-усиже? - Эач-усидж*, - глухо поправила жрица, не отрываясь глядя на пергамент. Пиктский зверь, шотландская водяная лошадь, морской келпи… У этого монстра было много обликов и имен. Если для того, чтобы творить современную магию, ей нужно что-то от этого зверя, то Битэг предпочла бы поселиться в капище и не возвращаться к магам. - Вам знакомо это название? – удивился мастер. - Да. Это дух из пиктской… мифологии, злобный вариант келпи, - девочка оглянулась на подошедшего Снейпа, который разглядывал надпись в свитке поверх ее плеча. - Магам о таком ничего не известно, скорее всего, он выдуманный, - пожал плечами Джимми. - Думаю, мы пойдем, Джим, но еще вернемся – у студентов достаточно строгое расписание, да и у меня достаточно дел, - сказал декан Слизерина. - Спасибо. - Возвращайтесь, может, я найду вам эту тварюшку, - улыбнулся мастер. «В таком случае в следующий раз нас никто не встретит» - подумала Битэг, выходя из лавки. В Хогвартс они возвращались молча. Жрице очень не нравилось выражение лица декана – судя по всему, он о чем-то напряженно размышлял. Ведьма бросила в него внушение воспринимать случившееся как досадное недоразумение, ошибку, но почувствовала что-то странное в ответ, от зельевара исходил будто бы звон металла. - Что вы только что сделали? – замер на месте Снейп и развернулся к ней, буравя темными глазами. - Простите, сэр? – Битэг попробовала скорчить невинное выражение лица. Декан нахмурился, но ничего не ответил. Некоторые волшебники умели чувствовать вмешательство. Интересно. Жрица обещала себе узнать об этом побольше, но уже без задействования старшекурсников – слишком сильно они всполошились из-за палочки, ей переполох на руку не был. Из кабинета декана, куда они переместились камином, Битэг рванула к двери. - Сядьте, мисс Грейнджер, - мужчина захлопнул перед ее носом дверь. – Думаю, нам нужно поговорить. - Я бы предпочла обойтись без этого, - рука настороженной девочки прижалась к груди. - Это не угроза, - поднял руки декан, садясь за стол. – Но вопрос с палочкой требует решения. - Я думала, что мы вернемся к мистеру Кидделлу в другой раз и попробуем повторить процедуру, - делано безразлично пожала плечами Битэг. - Нужды в этом нет. Я хочу спросить у вас, откуда вы знаете столько о шотландской магической фауне, что чистокровные волшебники только успевают удивляться. Этот эач-усидж не первый случай, еще были келпи и асраи. Существование последних никем и нигде не документировалось, но ваши соседки утверждают, что они видели одну за окном спальни. Никто из маглорожденных студентов кроме вас подобными знаниями похвастаться не может, - мужчина выжидающе уставился на слизеринку. - Книги, сэр, - пожала плечами девочка. - Те книги, за которыми вы ходите по ночам? – усмехнулся зельевар. – Неужели вы думали, что мне не известно, что происходит в помещениях вверенного мне факультета? Северус Снейп вздрогнул, когда Гермиона Грейнджер подняла голову. В ее взгляде было столько неприкрытой враждебности, сколько он не видел ни у одного человека. Никакого косоглазия не было, оба глаза смотрели прямо на него, неровный звездчатый теперь левый зрачок пульсировал в такт сердцу зельевара. Даже Тобиас, называвший выблядком и избивавший сына в пьяном бешенстве, не мог сравниться по ощущениям с этим... ребенком. Отвлекшийся на воспоминание об отце мужчина едва смог выдержать атаку на разум. Ему в лоб будто врезался камень весом в несколько тонн и продолжал давить. - Хватит! – декан запаниковал. – Прекратите! - Не пытайтесь на меня давить, - тихо сказала девочка, и давление исчезло. – Никогда. - Я… Прошу прощения, мисс Грейнджер. – Снейп шокировано смотрел на ученицу. – Я не собираюсь причинять вам вред, вы под моей опекой. Расскажите мне, что… - он замялся. – Что это было? - Нет. Более того, вы сейчас перед лицом магии поклянетесь мне, что никогда не будете обсуждать свои подозрения и догадки на мой счет, а также произошедшее в лавке с кем-либо. Поклянетесь агонией, - голос Гермионы Грейнджер был лишен всяческих интонаций. Северус Снейп вздохнул и повторил странную клятву, надеясь, что у него получится ее обойти в дальнейшем. По сравнении с рассказами Дамблдора о детских годах Темного Лорда, эта девочка была проблемой еще до знакомства с волшебным миром, и оставить все как есть было крайне неразумно. Когда после произнесения клятвы его сердце на секунду сжалось, он уверился в своем решении еще больше. - Э-э-э… - сказать что-то по теме просто не получилось! - Всего хорошего, сэр, - холодно улыбнулась первокурсница, поднимаясь со своего места. – Да, что бы вы ни задумали - не советую. Негромкий хлопок закрывшейся за спиной девочки двери вывел декана Слизерина из ступора. Что это, Мерлин раздери, было?!