Жрица Магии

Источник вел себя странно, и Битэг никак не могла определить, почему. Капище разрослось еще больше, но деревья, выпустившие почки по весне, почему-то их сбрасывали. Объяснения не было, подозрений тоже – в Хогвартсе чего-то особенного не происходило, волшебники тоже вели себя обыкновенно. Кости ничего конкретного не сообщали, а интерпретация странных смешанных фигур ей не давалась – ближе всего к связному предсказанию было появление вблизи вампира, но и это не имело смысла. - Кажется, хоть в чем-то профессор Квиррелл хорош, - смеялась Джемма Фарли. – Не обижайся. Вампиров в Магической Британии нет и не было никогда, и просто так появиться здесь у них не получится. Все под контролем, не переживай! Драконов на Островах тоже «не было», но вляпавшиеся в историю с драконьим яйцом Гарри Поттер и Драко Малфой явно доказывали обратное. В любом случае, вампир источника не увидит и навредить ему не сможет. Разве что… Вампир сосет кровь, может, кто-то сосал силу из источника? Ведьма решила ходить к капищу как можно чаще, и теперь плохо высыпалась – ночь не была подходящим временем для человека, какой бы магической силой он не обладал. Обычные люди даже изучали подобное явление, объяснив все некими «циркадными ритмами», но подробно этот термин в книгах, обнаруженных в доме Грейнджеров, не объяснялся. Кентавры ей больше не попадались. Пару раз она натыкалась на единорогов, провожая их равнодушным взглядом, и однажды прикончила бросившегося в атаку акромантула размером с собаку. Мерзкая тварь верещала на всю округу, но на помощь никто из сородичей так и не явился. Сидя в трансе, навеянном слабо-токсичным отваром, на каменных плитах в центре капища, жрица пыталась разобраться в происходящем. Источник явно чувствовал себя лучше, чем в начале года, и вытягиваемую из него силу заметно не было. Попытаться сделать подобное самой Битэг опасалась – вытянув магию напрямую, она могла перестараться. Неконтролируемо швыряться молниями следующие пару недель ведьме было не с руки, а сбросить лишнюю силу незаметно в современном мире было невозможно – пару взявшихся неизвестно откуда горных хребтов было сложно не заметить. Мертвый единорог. На пути к замку, совсем близко к окраине леса, лежал мертвый единорог. Рог был отломлен почти у основания, грива и хвост срезаны, череп слева от лба вдавлен будто бы кулаком, на шее зияла рваная рана шириной с ладонь. Жрица остановилась и задумчиво оглядела картину. Волшебники считали убийство единорога страшным преступлением, а человека, совершившего его, проклятым. В чем заключается проклятье, Битэг не знала, но знала другое – любое существо можно убить в честном бою и не страшиться быть проклятым за это. Вокруг трупа снежно-белого единорога натекла лужа серебристой крови, подобно зеркалу отражавшая ночное небо и звезды. Возле шеи существа осталось несколько следов, подтвердивших догадки жрицы – здесь был человек. Тело было почти остывшим, так что пересечься с, очевидно, проклятым ведьме не предстояло. Решив оставить все на откуп природе, жрица зашагала по тропинке в сторону видневшихся шпилей старого замка. - Готов поспорить, что теперь вы серьезно задумаетесь, прежде чем нарушить школьные правила. Жалко, что прежние наказания отменили. Раньше провинившихся подвешивали к потолку за запястья и оставляли так на несколько дней… - ворчал Филч, сопровождая мальчиков по коридорам засыпающего замка. Гарри и Драко пребывали в таком изумлении, что даже не возмущались. МакГонагалл явно сошла с ума, раз отправила их двоих в Запретный лес. Первокурсников! На ночь глядя! Они даже не смогли сообщить об этом старостам или однокурсникам – явившись после ужина в кабинет заместителя директора, они просто выслушали приговор и были выдворены в компании злорадствующего завхоза сразу на отбывание повинности. Профессора Снейпа, который мог бы вступиться за учеников и прекратить этот фарс, в школе все еще не было, отправленное утром письмо лорду Малфою не уточняло способ наказания, и даже ученики не знали, где они! - Сумасшествие! – наконец возмутился Драко, когда они уже вышли из замка. – Мой отец узнает об этом! - Это если ты сумеешь пережить эту ночь и вернуться, - мерзко захихикал Филч. Блондин пораженно замолчал. Оставшийся путь мальчики проделали молча, не реагируя на завхоза, продолжавшего распинаться о наказаниях. Показавшиеся огоньки возвестили о приближении процессии к хижине Хагрида, тут же послышался и голос великана. - Наконец-то, - произнес он. - Я уж тут полчаса как жду. Во что ж вы вляпались-то, мальчишки? - Ни во что, - буркнул Гарри. – И мы еще докажем, что нас наказали зря. - Ну-ну, надейся, шалопай, - опять заскрипел Филч. – Я вернусь к рассвету. Забрать то, что от них останется. Гарри проводил взглядом удаляющуюся фигуру завхоза и с надеждой в глазах повернулся к великану. - Хагрид, мы правда ни в чем не виноваты, а я вообще пострадал. Давай мы просто посидим у тебя и попьем чаю, а в Запретный лес не пойдем? - Неча тут, правила нарушили – отрабатывайте, - посуровел великан и повернулся к Драко. – Этот ты его надоумил, да? - Ничего подобного! – возмутился тот. – Гарри побили Уизли с дружками, а их декан обвинила нас в клевете, когда мы пожаловались! - Вот все вы такие, лишь бы наговаривать на тех, кто на вас не похож! – пробасил великан. – Уизли – хорошие, порядочные люди! Неча тут. Все, пошли! – тот махнул рукой, показывая в сторону входа в лес. - Нет, - Гарри дернул друга за рукав и встал рядом, - Мы никуда не идем. Нас наказали несправедливо и отбывать наказание мы не будем. - Вас из школы исключат, - заметил лесник. - И пусть! – воскликнул Малфой. – Мой отец больше обрадуется, если меня исключат, чем если я пойду в этот лес и умру там! - Нет в лесу ничего такого, что причинит вам вред, пока с вами я или Клык! – возмутился великан, потрепав слюнявого пса за загривок. – А сходить надобно. Несколько дней назад я нашел мертвого единорога, а теперь что-то ранило еще одного. Надо найти бедное животное! - И чем мы поможем? – замявшись, спросил Гарри. Единорога было жалко. - Они не подпускают к себе взрослых, - вздохнул Хагрид, - а этот вообще ранен. Дети подойдут без проблем, единорог им никогда не навредит. - Даже если ему очень больно? – усомнился Малфой. По голосу мальчика было заметно, что и он почти сдался. - Даже если больно, - великан качнул огромной головой, кивая. - Ладно… - вздохнул Гарри. – Мы пойдем с тобой, раз ты обещаешь, что все с нами будет хорошо, - мальчик посмотрел на все еще неуверенного блондина и ободряюще ему улыбнулся. - Ну, тогда идемте. И так много времени тут на болтовню потратили, - и великан зашагал в сторону леса. Через десять минут ходьбы гуськом по широкой тропинке лесник остановился и, поманив детей, опустил фонарь к земле. Подошедшие слизеринцы увидели лужу серебряной, еле светящейся в темноте жидкости. - Это кровь единорога, поэтому мы здесь. Помочь надо раненому бедняге, - Хагрид вздохнул, - или добить, если помочь будет нельзя. - А что, если то, что напало на единорога, найдет нас? – с плохо скрываемым ужасом спросил Драко. Хагрид молча похлопал себя по плечу, где на ремне висел огромный арбалет и сумка с болтами к нему. Тут же издалека ветер принес странный, будто потусторонний шелест. В другой стороне прозвучали чьи-то тихие удаляющиеся шаги. Мальчики задрожали и схватились друг за друга. - Стойте тут, я проверю, что это там было, - бросил лесник и, сделав два шага в чащу по направлении услышанных шагов, обернулся. – Искры из палочек пустите, если чего случится. Умеете? Вот и хорошо, - и великан тяжелой поступью быстро скрылся в чаще. - Думаешь, тут безопасно? – спросил Драко. - Мы недалеко от кромки леса, - неуверенно пожал плечами Гарри. – Если что, побежим. Тут пешком минут двадцать было, бегом должно быть быстрее. - Ты и повороты помнишь? – съехидничал Малфой. - На башни побежим, - махнул рукой вверх брюнет. Крутившийся вокруг их ног пес внезапно задрожал и ломанулся вслед за хозяином. До перепуганных мальчиков донеслось еле слышное ржание, принесенное ветром с противоположной стороны. - И вот мы остались без защиты, - вздрогнул Драко. - Хагрид упоминал, что Клык очень трусливый, - мотнул головой Мальчик, Который Выжил. – Ты же слышал ржание? Это, наверное, единорог. Пойдем к нему, а там пустим искры, и нас найдет Хагрид. - Гарри, - вздохнул Малфой, - мы в Запретном лесу. Сейчас ночь, и что-то убивает единорогов. А ты предлагаешь пойти к ним?! - У единорогов больше шансов защитить себя, чем у нас, - заметил очкарик. – Плюс даже если это нечто и нападет, то скорее всего на единорога. Успеем убежать или пустить искры. А тут мы совсем беззащитны, и Хагрида нигде нет. - Ладно, - протянул Драко. – Но если мы тут помрем, то я надеюсь, что твое надгробие будет украшать надпись «помер от глупости». Ухмыльнувшийся Поттер нашел под ногами еле заметную тропинку, ведшую в нужном направлении, и потянул друга за рукав. Они уходили все дальше в лес, то тут, то там встречая небольшие лужицы или брызги единорожьей крови, и в какой-то момент ставшие густыми кустарники окончательно поглотили собой не только пространство между деревьями, но и ведшую мальчиков тропу. Гарри показалось, что пятен крови тут куда больше. Кусты в нескольких местах были забрызганы серебряной жидкостью, словно раненый единорог метался здесь, обезумев от боли. Сквозь ветви разросшегося вокруг кустарника мальчик увидел поляну. - Смотри, - произнес он, вытягивая руку и показывая на блеск, исходивший от земли. - Ты уверен, что нам туда надо? – шепотом спросил Драко. - Мне кажется, все уже кончилось, и мы пришли к трупу, - вздохнул Гарри. Они протиснулись сквозь кустарник и вышли на небольшую поляну. В нескольких метрах от них лежал абсолютно неподвижный единорог. Под телом животного разливалось море серебряной крови, отражавшей ночное небо. Гарри никогда не видел такой печальной и такой прекрасной картины. Драко за его спиной так же благоговейно замер от увиденного. Мальчики сделали еще шаг вперед и вдруг застыли, услышав шорох. Кусты на другом конце поляны зашевелились, и из тени выступила облаченная в длинный балахон фигура с наброшенным на голову капюшоном, полностью скрывавшим лицо. Что-то или, скорее, кто-то подступал к ним, явно не планируя ограничиваться одним нападением за ночь. Слизеринцы замерли, словно загипнотизированные ужасом, однако фигура в плаще не ушла дальше тела единорога и склонилась к его шее и, выдрав кусок плоти, с чавканьем прильнула к ране. Сзади полыхнуло красным, и склонившийся к плечу Гарри друг еле слышно прошептал: - Валим, пока оно занято! Однако еще после вспышки света от искр, выпущенных Драко из палочки, существо подняло голову и, будто стелясь по поляне, двинулось от мертвого единорога в сторону детей. С балахона под капюшоном стекала серебряная кровь. Малфой дернул мальчика за рукав, но Поттер не мог пошевелиться от ужаса. - Бежим, оно нас прикончит! – вскрикнул Драко, дергая друга за запястье. Гарри очень хотел, но не мог сделать и шага. Он был даже не в состоянии отвернуться от существа, которое явно собиралось напасть. Что-то подобное случалось с ним, когда его дядя срывался на крик – мальчик просто стоял и смотрел на беснующегося мужчину, зная, что тот больно дернет его за руку или даст затрещину, не имея возможности убежать и спрятаться. Звуков не было. Чувства словно полностью исчезли. Осталась только картинка и возможность наблюдать без шанса убежать или хотя бы отвернуться. Малфой перестал дергать его за рукав, но не отпустил. Маленькая частичка сознания Мальчика, Который Выжил, не занятая всеобъемлющим ужасом, надеялась, что друг не впал в такой же ступор и сможет убежать, но сжавшая его запястье ладонь Драко говорила об обратном. Он привел друга на смерть. Фигура в балахоне, этот неизвестный убийца единорогов, приблизившийся к ребятам на расстояние трех шагов, внезапно взлетел в воздух и впечатался спиной в дерево на другом конце поляны на высоте около трех метров, потом кулем свалившись к корням. С этим ударом пришли звуки – влажный хруст удара живого существа о твердую поверхность, глухой удар этого же существа о землю, еле слышный ветерок, неровное дыхание Малфоя и стук крови в собственных ушах. На ветви огромного дерева, в которое влетел убийца в балахоне, беззвучно раскачивался кто-то в серо-коричневом балахоне, из-под полы которого торчали ноги в шнурованых ботинках на толстой резиновой подошве. Крючковатая палка с изгибом, которой этот кто-то зацепился за дерево, была очень знакома, как и темно-серые косы с почему-то не звенящими в этот раз бусинами. Гермиона! Спрыгнув, не издав при этом звука, с высокой ветки, девочка махнула в их сторону рукой и сделала шаг в сторону валяющегося внизу убийцы единорогов. Гарри, который хотел подбежать к подруге, схватить ее, и убежать вместе с ней и Драко из этого ужасного места, не смог пошевелиться. Он не мог моргнуть, отвести взгляд, издать хоть звук. Рука Малфоя на его запястье тоже казалась какой-то деревянной. Что случилось? Тем временем склонившаяся над телом в плаще Гермиона брезгливо фыркнула и, достав откуда-то огромный нож, пошарила рукой в плаще и, удовлетворенно кивнув, воткнула его туда. Раздался почему-то благодарный стон, а из плаща поднялся черный дым, начавший собираться в что-то плотное по центру. Прощелкавшая что-то будто на выдуманном языке Гермиона развернулась к клубу дыма и, запустив руку куда-то за спину, швырнула прямо в его сосредоточение какой-то песок. Дымный призрак, отдаленно напоминающий человеческую фигуру, взвыл дурниной, казалось, на весь лес, и загорелся странным черно-красным огнем, продолжая вопить. Нисколько не удивленная Гермиона деловито подбрасывала в огонь какие-то вещи, щелкала языком, издавала странные звуки и обходила разгоравшийся все ярче «костер» кругом. Наконец вой прекратился, и огонь погас. В центре поляны ничего не было, а остановившаяся недалеко от мальчиков Гермиона повернула голову к слизеринцам и пристально вгляделась, видимо, в лицо Драко. Почувствовав отпустившую его запястье руку и через миг услышав звук падения, Гарри испугался. Гермиона причинила Малфою вред? Почему?! Но тут девочка заглянула уже ему в глаза, и все вопросы исчезли, а скоро наступила абсолютная освобождающая темнота.

***

В тихом, заросшем пылью и паутиной доме в центре Лондона, беззвучно рассыпалось неизвестное старому домовику проклятье на медальоне, доверенном ему младшим, любимым хозяином. Спрятанная среди гор золота и драгоценностей чаша, стоившая в сотни раз большего, чем все, ее окружавшее, с тихим звоном скатилась вниз, чтобы быть погребенной под лавиной надежно укрывших ее золотых монет. В месте, где все спрятано, сапфиры на прекрасной диадеме засияли чуть ярче обыкновенного. Из-за скрывающего ее плешивого парика никто этого не увидел. Ответственный за сохранность библиотеки древнейшего и благороднейшего дома Малфоев домовик так и не смог определить, откуда вдруг пахнуло страшной, древней силой, - все тут же успокоилось. О тайнике в стене за портретом великого Гектора Аурелия Малфоя ему попросту не было известно. Магическое возмущение в центре дома стало последней каплей – хижина Гонтов просто сложилась внутрь, навеки погребя в развалах знаменитый перстень с воскрешающим камнем. В продуваемом всеми ветрами каменном замке посреди Северного моря хрупкая кудрявая женщина тихо заплакала во сне. Ей приснился ее предводитель, смысл всей ее жизни. Он пришел к ней в последний раз: «Прощай, моя дорогая Белла...». В другой раз она нашла бы в этом еще один повод для гордости – остальные Пожиратели смерти и вовсе ничего не заметили, ее Лорд пришел только к ней. Но сегодня в ее сердце не было повода для гордости. Этот день, как и многие последующие, стал днем скорби*. Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор тихо вздохнул во сне и перевернулся на другой бок.

***

Гарри пришел в себя резко. Его кто-то тряс за плечи. В ушах противно звенело, в горле першило, а проморгаться он смог не сразу. Огромное бородатое лицо Хагрида слегка расплывалось по краям. - Гарри, Гарри, ты в порядке? – пробасил великан. - Д-да, все хорошо, - прокашлявшись, слабым голосом ответил мальчик. – Где Драко? - Тут я, - послышался такой же слабый голос, и блондин положил руку ему на плечо. – Он… Он нас вырубил? - Видимо, - вздохнул Поттер. – Но хотя бы не убил! - О ком вы? – удивился великан, отпихивая лезущего к нему Клыка. - Мы видели… Убийцу единорога, - ответил Малфой. - Человека? – еще больше удивился Хагрид. - Наверное. Он убил единорога, потом пошел на нас, но почему-то отлетел назад и больше не поднимался, - поделился Гарри. – Вон там лежит, в корнях. - Дела… Так, ребятки, вы идти можете? – мальчики однозначно помотали головами. – Хорошо, тогда я пойду проверю этого убийцу единорогов, а потом отнесу вас к замку. Хагрид отошел к крупному дереву и поворошил ткань, в которую был закутан тот, кто пил кровь единорога. Мальчики дернулись, когда услышали вскрик. - Это… Ох, - лесник вытер лоб ладонью. – Это профессор Квиррелл, ребята. У него разбито лицо и в затылке огромная дыра, но вроде живой. Сейчас, я позову подмогу. На пронзительный свист Хагрида на поляну вышли два кентавра, словно ожидавшие неподалеку. - Нужна помощь? – осведомился один из них. - Мальчики, это Ронан и Морриган, они кентавры, - представил гостей Хагрид и повернулся к полуконям. – Помогите отнести детей и профессора к выходу из леса. Кивнувшие кентавры подхватили ребят и тихим ходом направились к видневшимся еще башням Хогвартса. Сам Хагрид бережно нес профессора ЗОТИ на руках, явно стараясь не смотреть на кровь единорога на его мантии. Труп бедного животного так и остался на поляне. Кентавры опустили мальчиков у самой хижины Хагрида и, сухо попрощавшись и приняв благодарности, ускакали в лес. Из замка к дому лесника уже бежала целая процессия, во главе с разъяренным зельеваром. - Я так рад вас видеть, профессор, - прижатый к груди декана Гарри облегченно расплакался. Обнимающий профессора Снейпа с другого бока Драко тоже не сдержал слез.

***

- Вы можете мне объяснить, почему мои студенты без суда и следствия обвинены Мордред знает в чем и отправлены не чистить кубки или мыть окна, а искать трупы в Запретный лес?! – профессор МакГонагалл никогда не видела своего бывшего ученика и нынешнего коллегу в таком бешенстве. И ей нечего было ему ответить. Минерва редко признавала свои ошибки, но сегодня это было буквально жизненно необходимо. - Северус, мне очень жаль… - начала она. - Нет в вас жалости! – зельевар орал, брызжа слюной. – Они чуть не погибли! Я буду с садистским удовольствием наблюдать, что с вами сделают Малфои! Но сначала, - его тон резко стал спокойнее, - вы расскажете мне, почему вы обвинили Гарри Поттера в клевете. - Северус, вы должны понять, такого никогда… - профессор трансфигурации прикусила язык. Для декана Слизерина Гарри Поттер был буквально воплощением его самого в детстве, а Рон Уизли, глупый ребенок, только усилил сходство своей выходкой. История Снейпа и травивших его гриффиндорцев замалчивалась, но никогда не была тайной. – Я хочу сказать, мне жаль. Я поступила непрофессионально. - Мягко говоря, - съязвил Снейп. – Вы всегда были той еще… - Северус! – осадил зельевара директор. – Дорогие коллеги, прошу не переходить на личности. У нас очень много вопросов, которые надо решить, чтобы тратить время на склоки. Альбус Дамблдор с неудовольствием думал о том, что в течение дня в школе можно ожидать как членов совета попечителей, так и авроров, которых они явно возьмут с собой. Как только они закончат громить его кабинет, вся процессия потянется в больничное крыло, где кроме детей находится еще и почему-то все еще живой, несмотря на многочисленные раны, Квиринус Квиррелл.