Пепел Души

«В мире немало историй о великих воинах или божествах. Немало историй о любви, ненависти, дружбе. Жизнь каждого человека – история. В этой книге сотни маленьких историй сплелись воедино. Этот рассказ не просто об одном человеке, этот рассказ о людях, о чувствах этих людей, об их падениях и взлётах. Это рассказ о душах, связанных одной нитью – нитью судьбы».

Иона

    В кромешной тьме тесной комнатушки пробивался луч света из небольшого окна – жалкий кусочек света, но такой желанный… Тихий шорох – и на свет вышел парнишка, чёрные волосы которого сливались с окружающей его тьмой. Он взглянул в окно – небо было ясным, а Солнце ярко освещало землю. Сколько он здесь просидел? Несколько часов? Или несколько дней? Он совсем потерял счёт времени. Чёрные, как смоль, глаза были наполнены тоской, однако где-то внутри… теплилась ненависть и гнев. Он был здесь заперт, словно зверушка. Выйти не мог – снаружи его попросту забили бы палками, возможно, до смерти.   – Чёрт, – прозвучал сиплый голос, разорвав оковы тишины, – какой им толк от того, что меня здесь держат? Раздражённо выдохнув, парень уселся на холодный деревянный пол, пытаясь сохранить спокойствие. Рядом с ним валялся чёрствый покусанный хлеб, и пустая бутылка, очевидно, в ней была вода. Ни кровати, ни одеяла здесь не было – в этом помещении было только маленькое окно. Взглянув на хлеб, что стал похож на камень, юноша взял его в руку и бросил в стену. Раздался грохот. «Ну, и как это есть? Можно разве что сломать зубы», – подумал про себя парень, прикрыв глаза. И сколько ему ещё ждать, когда его выпустят? Когда он будет умирать с голода? Он прикрыл глаза – и последний лучик света угас, погрузившись во тьму. Где-то вдалеке был слышен разговор двух озадаченных чем-то женщин, крики петухов и мычание коров. А ещё… шум моря, Лазурного моря. Шум воды был плохо слышен, но даже еле улавливаемые звуки успокаивали душу. В голове сразу возникали образы прилива и отлива чистой воды лазурного цвета, за что море и получило своё название. Кто-то плавает, кто-то рыбачит, а вдали видны торговые корабли, которые держат путь в одну из крупнейших стран на континенте – Ша́тистоу. Юноша, что сейчас сидел взаперти, всегда мечтал увидеть сердце континента собственными глазами – столицу Шатистоу Мега́ку. Именно туда стремились все торговцы, известные люди и лучшие маги. Говорят, именно там изобретают всё самое новое, потому Шатистоу отличается от других стран, будто бы она вовсе не из этого мира. Механизмы из металла, которые исполняют волю человека, духи, живущие наравне с людьми, торгующие магическими предметами, море драгоценностей и вкусной еды –  всё это можно найти именно там. А что же наш юноша? Он живёт в обычной прибрежной деревеньке, работает на полях, иногда рыбачит – всё, чтобы продать торговцам сырьё и продукты и накормить семью. Только вот как бы он ни старался, ни пахал на полях, изматывая своё юное тело, родители не могли растить его так же нежно, как и его братьев. Он был одиннадцатым по счёту  ребёнком в семье – лишним голодным ртом, из-за которого вся семья вновь недоедала. Отец невзлюбил его с самого начала и обозлился на мать, которая не позволила облегчить жизнь всей семье. Только мама относилась к нему как к сыну, а не как к работнику, любила его и пыталась защитить от побоев со стороны отца, несмотря на своё подорванное здоровье. Так что же случилось? Почему он оказался запертым? Он и сам не знал. Отец насильно привёл его в это место и сказал ждать, пока за ним не придут. Сколько бы он ни пытался выбить дверь или кричать, всё, чего он смог добиться – синяков. В итоге, юноша сидел в темноте и в неведении…   Прошло ещё некоторое время, и снаружи послышался топот. Неужели за ним пришли? Юноша открыл глаза, теперь его взгляд был устремлён на дверь. Он не ошибся – вскоре дверь резко отворилась, и в тёмную комнату проник яркий, ослепляющий свет. Парнишка невольно зажмурился. – Вставай, пора идти! – позвал его мужчина лет сорока. – Куда? – Делай, что говорят. – Избавиться от меня решили, наконец? – Пошли уже, щенок! – мужчина схватил мальчишку за волосы и потащил за собой, – Хоть какая-то от тебя будет польза.   Тело еле шевелилось, глаза болели, а теперь ещё и волосы… Прекрасное начало дня! Чем дальше они шли, тем больше юноше всё это не нравилось. На тропинке появлялось всё больше и больше следов людей… Толпа. Но что в этом Богом забытом месте забыла толпа людей? Местные редко собираются целой толпой. Что-то случилось? Спустя некоторое время боль прекратилась, и он почувствовал толчок. Подняв голову, парень увидел огромное количество людей с различным оружием, те самые механизмы из металла, повозки  и… множество детей разных возрастов. Нервно сглотнув, он обернулся. Его мать грустно сопровождала взглядом своё дитя, еле сдерживая слёзы, но отец увёл её подальше от этого места, успокаивая свою любимую нежными словами, только вот… его взгляд был холодным. И пока отец уводил мать в сторону, юноша уже оказался в строю, окружённый вооружёнными людьми.   Парень начал оглядываться, стараясь найти хоть какую-то лазейку или хотя бы понять, что здесь происходит, однако ему не удалось ничего добиться. Попытаться сбежать – опасно. Но остаться… явно, тоже. Юноша был вынужден остаться и шаг за шагом приближаться к чему-то очень нехорошему. В конце «очереди» детей проверяли, о чём-то спрашивали, надевали на них странные ошейники и сажали в разные повозки. «Будто скот», – подумал парнишка, скривив губы. Но сопротивляться нельзя. А что другие дети? Юноша посмотрел назад – они были до жути напуганы: кто-то плакал, кто-то звал маму, но были и те, кто так же ждал свою участь с гордостью. И вот, пришла его очередь. Мужчина в строгой форме с оружием на поясе оглядел его с ног до головы, заставил поднять руки, чтобы его осмотрели на наличие ненужных или опасных вещей, а после громко и холодно сказал:   – Имя.   – Нао.   – Нао… – повторил мужчина, записывая что-то в официальные бланки, – номер 811. Возраст?   – 15.   – Возрастная группа – 3. Надеть ошейник.   Эти слова стали сигналом. Человек, стоящий рядом с говорящим, взял в руки тот самый ошейник, что надевали на других детей, и начал подходить… Пора. Другого шанса не будет. Всё равно нет иного выхода. Пригнувшись, Нао сорвался с места, побежав в сторону как можно быстрее. Юноше нечего было терять, некуда было идти, даже понимая, что его могут запросто убить, он решил не сдаваться и попытаться восстать против своей судьбы. Он слышал крики, топот, но…   Нужно бежать.   Ещё быстрее…   Ещё…   Внезапно его бедро пронзила резкая боль, словно выстрел. Споткнувшись, парень взглянул на ногу – игла, попавшая ему ногу, имела капсулу, и в ней было какое-то вещество. Видимо, успокоительное или снотворное? Но… почему же оно так быстро начало работать? Несмотря на это, Нао всё равно старался убежать, только вот… его бы всё равно догнали. Схватив парнишку за руки, его прижали к земле, не давая возможности сбежать. Пленник даже сейчас пытался вырваться, бил ногами, кусался.   – Вот же бешеная псина, ну ничего, скоро ты замолкнешь, – сказал один из подошедших людей.   Нао продолжал тщетные попытки вырваться, но с каждым разом он чувствовал, как слабеет всё сильнее. В глазах помутнело, а ноги уже начало отнимать… Когда все звуки смешались в монотонную и непонятную кашу, Нао почувствовал, как что-то холодное, касающееся его шеи. Кто бы сомневался, что какой-то мальчишка проиграет взрослым подготовленным людям. Побег длился недолго. И такая участь ждала не только его, но и всех остальных, кто хоть немного пытался ускользнуть. В тумане он слышал чьи-то крики, выстрелы. Возможно, его побег, дал надежду некоторым, и они попытались так же сбежать. Но закончилось всё одинаково.   Он горько ухмыльнулся. Больше юноша ничего не помнил.   Сколько он пробыл без сознания? Сколько они в пути? Нао не знал. Очнувшись, он сразу же почувствовал, что его руки были связаны, на шее красовался ошейник, а повозка ехала, периодически потряхивая кабину из-за неровных дорог. Тело всё ещё не слушалось, будто бы оно не принадлежало ему вовсе. Голова раскалывалась. С трудом обернувшись, он посмотрел на детей, что были в повозке рядом с ним. Их было довольно много – до того, что в кабине всем пришлось тесниться плечом к плечу. Никто из них не выглядел хорошо: все каким-либо образом были потрёпаны. Некоторых из детей ему даже были знакомы… Слабые были напуганы, сильные – усмирены. Что ж, всё, что Нао сейчас мог, – это смотреть в щель между деревяшками, которая позволяла ему хоть немного рассмотреть местность, где они ехали. Еле подняв руки, Нао постучал по дереву.   «Необычное дерево», – значит, даже сейчас шансов сбежать не было, хотя о чём это он? Его руки были связаны, как он сможет сбежать?   А за окном пейзаж всё так и не менялся: на фоне светлого неба промелькали серые здания да крохотные домишки. Только изредка где-то вдалеке виднелись большие постройки, скорее всего, они проезжали какой-то город, а после на горизонте вновь появлялись небольшие поселения посреди лесов. Людей на улице почти не было – все или были заняты делом, или прятались за стенами домов. Только некоторые бродяги качались из стороны в сторону, идя по дороге. Нынче люди предпочитали скрываться в своих деревнях или городах, дороги стали довольно опасным местом.  Смотря в окно, казалось, что весь мир – тёмное пятно, и только иногда на глаза попадались другие цвета – поляна, лес или яркий свет Солнца. Что люди, что здания были незаметными. Улыбались только невинные дети, что ещё не познали горестей, или те люди, кто был в достатке и мог наслаждаться жизнью даже в подобное время, когда мир был на грани, однако их улыбки были фальшивыми.   Постоянные конфликты между людьми приводили к войнам – а война не заканчивается ничем. После неё остаётся пустота. Множество войн стёрло краски с картины, превратив её в неприметное серое пятно. Картину осталось только сжечь, ведь исправить её уже невозможно.   Спустя некоторое время они въехали в город, здания в котором поражали своей красотой и высотой! Таких Нао ещё не видел, ведь в его посёлке самые высокие дома были двухэтажными. Однако… эта высота пугала и угнетала. Некогда красочный город сейчас внушал лишь страх. Город ничего хорошего не сулил тем, кто прибыл из глубинки. Повозки проехали множество зданий, а после остановились у огромных ворот, которые высотой не уступали многим домам в городе! Незнакомец подошёл к первой повозке и спросил что-то у одного из вооруженных людей, только после ответа ему дали разрешение проехать дальше, как и всем остальным. Заехав за ворота, повозки и «железные монстры» остановились, и детей начали выводить наружу, выстраивая группами. Нао увидел уже не просто здание, а целой комплекс, архитектура которого очень отличалась от скромных домиков в его деревне. Повсюду были охранники, люди с оружием, а впереди – люди в белой униформе. Кто это? Их одежда была не простой. Аристократы? Ещё хуже. Неужели они хотят что-то сделать с детьми? Нао слышал, что сейчас люди, в особенности те, кто имеют хотя бы небольшую власть, всеми силами стараются заполучить превосходство над другими, используя самые различные способы. Только вот… он никогда не думал, что лично столкнётся с этим.   Юноша нахмурился. Попытаться сбежать вновь? Теперь это было смертельно опасно. Но что ещё оставалось делать? Позволить им раскромсать себя на кусочки только потому, что им так захотелось? Цыкнув, Нао решил притвориться тихим и испуганным, на время. Сейчас нельзя было обращать на себя внимание. Колонны детей двигались вперёд. «Процедура» была очень простой: человек спрашивал имя ребёнка, проверял список, что-то записывал к себе в журнал, а после группу детей вели в здание…  Пока очередь не дошла до него самого, Нао осматривал всё вокруг, в надежде найти хоть одну лазейку, но надежда пала крахом – огромные ворота не выпустят тебя, а другого выхода из этого места просто не было. Оставалось лишь сдаться и молча следовать вперёд. Тело было ватным, будто он работал на поле весь день. Изнутри огромное здание выглядело холодно и пусто, огромные стены, выкрашенные в холодный цвет, сочетались с  гладким кафелем, вымытым до блеска, казалось, будто само помещение олицетворяет зиму. Нао всегда представлял столь большие здания яркими и красочными, возможно даже, с дорогой росписью, однако это здание кардинально отличалось от мечт парнишки. Вскоре детей начали делить по-новому на группы и отводить в общие комнаты. Большая часть детей была маленького возраста, потому для «старших» остались одиночные. Или это было сделано специально? Впрочем, из старших здесь было человек 10, так что проблем никаких возникнуть не должно было. Нао развязали руки и впустили в комнату, после закрыв дверь. Послышался щелчок. Заперли на ключ, но этого вполне стоило ожидать. Юноша потёр руки, – боль от тугих верёвок не пройдёт ещё долго, как и синяки – прошёл вперёд и оглядел помещение. Комната была небольшой, но в ней было всё, что нужно: небольшая кровать, стол и стул, даже книги! Из окон здесь было только одно – больше, с видом на коридор и заделанное узорчатой решёткой. Вся комната была исполнена в тёплых, нежных тонах – уставшему путнику точно понравится. Подобный уют не внушал доверия, но интерес брал своё. Нао подошёл к кровати, коснулся её. Мягко. Аккуратно сел. Ему вдруг показалось, будто он сел не на кровать, а на целую гору пушистого и нежного меха. Тут же вернулась боль от стёртых в кровь босых ног… Юноша невольно поморщился и, несмотря на всё, улёгся на кровать, раскинув руки в сторону. «Похоже, я на Небесах», – подумал Нао, прикрывая глаза. Ему никогда не доводилось лежать на столь мягкой кровати. В деревне он спал или на жёсткой кровати, или на соломе. Усталость начала брать верх над телом, веки потяжелели, а ноги не хотели вовсе двигаться. И пусть Нао хотел встать и проверить, куда ведёт дверь, что была в его комнате, но сил уже не было. Всё медленно плыло перед глазами. Нао вдруг показалось, что на потолке, среди кучи замысловатых узоров, нарисованный глаз дёрнулся и обратил свой мёртвый взгляд на него. Но темнота не дала узнать правду – она медленно окутала его своей нежностью.    Юноша и не заметил, как пролетел час. Его разбудил внезапный топот – в комнату вошла женщина в белой униформе и ещё несколько людей в странной одежде, на руках которых были замудрённые узоры. Резко открыв глаза и осознав, что он не один, Нао подскочил и вжался в стену, прожигая незнакомцев испуганным и в то же время злым взглядом. – Ох-ох, – внезапно заговорила женщина, одетая в белое. Её волосы были огненно рыжего цвета, а лицо из-за натянутой улыбки напоминало лисью морду, – Бедняжка. Не бойся, мы лишь хотим помочь, тебя не тронут. Нао промолчал. Люди, которые их привезли сюда, с ними не церемонились. Так с чего бы этим заботиться о привезённых детях? – Я понимаю, что те люди вас не жалели, но это место будет вашим укрытием. Ты ведь знаешь, что сейчас время неспокойное? Так вот, мы хотим спрятать вас подальше от враждебных существ, – женщина подошла ближе, – А сейчас я хочу отвести тебя в ванну, дать новую одежду. Если ничего не учудишь, получишь много вкусной еды. Разве это не здорово? Женщина шире улыбнулась, походя на театральную маску. Нао молча встал с кровати и последовал за ней, только вот то, что сзади него шло два человека, его настораживало.  Его действительно отвели в ванную комнату, которая так же была рассчитана на нескольких людей. Здесь уже мылись некоторые дети. Душ и зеркала – дорогое удовольствие… «Не слишком ли для обычного убежища?» – подумал Нао, снимая с себя потрепанную жизнью одежду. Тёплые капли воды, попадающие на тело, заставляли хоть ненадолго забыть о плохих мыслях. Расслабившись под душем, Нао совсем забыл о том, что его ждут за дверями. Вымыв грязное от земли и песка тело с мылом, надев новую просторную одежду, Нао вышел спустя полчаса, оставив волосы мокрыми. – Долго же ты, – сразу же встретил его голос той рыжеволосой женщины, которая успела состроить недовольную моську, – Волосы-то не вытер ~ Рука женщины потянулась к чёрным волосам юноши, однако стоило ей лишь приблизится, как Нао ударил её по руке, его взгляд был похож на взгляд загнанного в угол дикого зверя. Женщина лишь хихикнула, довольная реакцией парнишки. – Ты интересный малый, я не ошиблась, – она пошла вперёд, – Думаю, я возьму тебя под своё крыло. Меня зовут Йоне, рада знакомству, – женщина вновь улыбнулась. Нао лишь повёл бровью, не желая отвечать. Сейчас его тело захватила сладкая истома и предвкушение вкуса еды на языке… – Еда будет на столе, – она открыла дверь комнаты одним из ключей, что висели у неё на поясе, – И в следующий раз, пожалуйста, поговори со мной, мне же та-ак одиноко, – Йоне сделала жалобную моську, но после на её лице вновь растянулась улыбка, и она закрыла дверь. Зайдя обратно в комнату, взгляд Нао сразу же упал на стол – там действительно была еда! Юноша сразу же подошёл к столу и уже хотел откусить кусок булочки, как вдруг задумался, – а безопасно ли это? – но, недолго думая, откусил кусок. Что ему, в конце концов, терять? Сбежать не получится, а так он хотя бы не умрёт с голоду.  Приятный вкус горячего риса с мясом появился во рту, стоило юноше откусить маленький кусок булочки. Даже еда здесь была невероятно вкусной. «Небеса на земле… Вот же ж чёрт. Похоже, что меня сломили вкусной едой и мягкой кроватью», – разочарованно подумал про себя Нао, продолжая есть до жути вкусную булку. На столе так же была большая порция супа и чаша с морсом. Любому бедняку из глуши подобный «приём» показался бы Раем на Небесах. Съев всё, что было на столе, Нао напоследок отправился к той самой двери. Аккуратно коснувшись ручки, он открыл и, о чудо, там был туалет. – Слишком уж здесь хорошо, – произнёс Нао и вновь посмотрел на потолок, вглядываясь в тот нарисованный глаз. Но на этот раз он не двигался. Решив, подумать обо всём завтра, Нао вновь лёг на мягкую кровать и укрылся тёплым одеялом. Подрыгав ногами, повертевшись туда-сюда с улыбкой на лице, будто маленький ребёнок, Нао прикрыл глаза. Юноша был счастлив, что смог хоть однажды поваляться на столь уютной кровати, съесть такую вкусную еду, из-за чего не самые приятные размышления ушли на второй план, вскоре вовсе покинув голову парнишки. На смену радости пришла томная усталость, которая вновь потянула за собой Нао в царство снов. Юноша довольно быстро уснул, укутавшись по уши в пышное одеяло, похожее на облако.   И всё же из-за ложных воспоминаний о том, что тот глаз двигался, он периодически просыпался, поглядывая то на потолок, то на дверь – он боялся, как бы ничего не случилось, пока он спит… Правда, позже он решил не обращать на это внимания, позволив себе отдохнуть. И только под утро Нао начал ощущать реальный дискомфорт, будто кто-то пристально на него смотрит, касается его…  Ему хотелось верить, что ему вновь это только кажется. Хотелось верить, что это действительно лишь его воображение…