Любимая Бунтарка

Прошло четыре с половиной месяца. Пришла весна, во всю светило яркое солнышко, с крыш домов капало, таил снег. Хоть было грязно, но тепло. Мы готовились к экзаменам, в моей жизни всё устаканилось, я наконец-то начала забывать события прошлого. Даже немного отпустила эту ситуацию. Так как меня в этом городе больше ничего не держало, я решила уходить после девятого класса. Мария Евгеньевна не обращала на меня никакого внимания, я в свою очередь тоже старалась это делать, но иногда получалось с трудом. С отцом мы стали общаться более менее нормально, после одного случая. Я шла домой со школы и услышала своё имя: — Слава! Подожди, пожалуйста! От голоса человека меня передернуло и всё замерло. Я повернулась и напугано бросила: — Что тебе нужно? — Слав, ты не бойся меня, я больше тебе ничего плохого не сделаю. Я изменился, правда. Я очень сожалею о событиях прошлого и хотел бы попросить у тебя прощения! Прости, пожалуйста, я не понимал, что делал и не осознавал. Зная тебя, ты можешь не простить, но я хотя бы попытаюсь. Понимаю я своими действиями причинил тебе очень много боли, но я действительно сожалею. — Пап, ты же прекрасно знаешь, я не верю словам, покажи мне, что ты изменился, только действиями! — Хорошо, я докажу. И он действительно доказал: перестал пить, стал мне помогать, я даже стала у него ночевать, когда мама меня выгоняла. Он с ней ругался из-за этого и отстаивал мои права. И вот я шла к нему и увидела Марию Евгеньевну с каким-то мужчиной. Слава стояла и смотрела, как учительница разговаривает с мужчиной. — Маш, я изменился! Я не пью, я больше тебя не трону, мне плохо без тебя! — умолял мужчина учительницу. — Дим, я тебе сказала нет! Сколько времени прошло? Я тебя уже не люблю и не важно изменился ты или нет. То что ты делал нельзя забыть и простить. Понимаю тебе тоже было тяжело, но представь, как было тяжело мне. Ты пьёшь, я одна разбираюсь со всем этим без поддержки, а потом ты начинаешь поднимать на меня руку. — Но мне не хватает тебя, пожалуйста, Маш! — Нет! — твёрдо заявила учительница. — Да как ты можешь? Эгоистка я к тебе пришёл чуть ли не на коленях стою, а ты говоришь «нет»! — закричал мужчина и ударил женщину по лицу. Я увидела, как мужчина ударил Марию Евгеньевну и сразу же забыла обо всём и бросилась туда. Он кричал на неё и хотел ещё раз ударить, но я его окликнула. — Отойдите от неё! — Чего, а ты ещё кто? Иди куда шла, это не твоё дело! — фыркнул он и хотел было продолжить разборки. Но я его остановила встав между ними, загородив собой Марию Евгеньевну. — Не смейте её трогать, вы не имеете никакого права, тем более в этой ситуации! — заявила я. — Ты подслушивала? Ах ты дрянь! — бросил он и поднял руку. Но я быстро среагировала и остановила его. — А вот это не надо, я несовершеннолетняя! И если вы не хотите проблем, то уходите! Он разозлился ещё больше, но ушёл. А я за всё это время посмотрела на учительницу, которая была напугана и стояла в полном шоке. Мы стояли и молчали, смотря друг другу в глаза. — Здравствуйте, — прервала я молчание. У вас всё хорошо? — взволнованно спросила я. — Да, всё хорошо! Спасибо тебе! — Да ладно, можно сказать мы квиты! — Слав, я слышала ты уходишь после девятого! Почему? У тебя такие перспективы. — У меня будут такие же перспективы если я поступлю в колледж при университете. В этом городе меня больше ничего не держит! Мама с отчимом меня ненавидят, из друзей только Лиза. Да и то она тоже планирует уехать! — утвердительно говорила я, а сама думала не совершу ли я ошибку. — А отец, я слышала ты с ним помирилась! — как будто на что-то надеясь, спрашивала она. Как будто искала причины, по которым я могу остаться. — Да, помирилась, но он не против! — отвечала я, обрывая все её надежды. — А я? Что на счёт твоих чувств ко мне? — неожиданно для меня спросила она. Я стояла в ступоре и смотрела на неё, не зная, что ей сказать. Ведь я её любила до сих пор, но сомневалась в ней, мне не хотелось опять наступать на эти грабли. Так что я произнесла это легко, как будто бы действительно всё так: — Я вас больше не люблю, да и тогда скорее всего это была просто привязанность, привычка. Извините, но мне пора! И да, обходите стороной таких подозрительных мужчин, а то таких как я в нашем городе очень мало, — с улыбкой произнесла я и ушла, оставив учительницу с этой информацией. Учительница стояла в ступоре и не знала, что делать. После таких слов ей стало ещё обиднее и больнее. От этого в её голове пролетела мысль: «Может мне вернуться к мужу». Но вспомнив, что сейчас произошло она быстро откинула эту мысль и пошла домой. Она хотела сказать Славе всё, что думает и чувствует, но почему-то боялась это сделать. Может быть потому что сама ещё не понимала, что чувствует, а может из-за слов девочки. Придя домой я позвонила Лизе и всё ей рассказала, попросив совета. Так как я не знала, что мне делать. — Слав, честно ты ведёшь себя как маленькая дурочка! — заявила подруга. — Ну почему сразу «дурочка»? — Потому что ты ей нужна, да и она тебе. А ты выпендриваешься и обижаешься на мелочи. Да может быть тогда ты ей не нужна была, она просто заменяла тобой свою дочь. Но сейчас она что-то к тебе чувствует! Так что поговори с ней и попроси прощения, уверена она тоже это сделает. Только она первая не начнёт разговор, всё в твоих руках. — Я подумаю, — вздохнув ответила я. — Да, что тут думать и куда тянуть. Ты уедешь через пару месяцев, а потом будешь мне ныть, как тебе плохо. Лучше пусть ничего не получится, но ты хотя бы попытаешься. Нельзя это так оставлять! А не захочешь, я сама к ней пойду! — Ладно, но не сейчас! У меня и так времени свободного нет! — Ты неисправима! Всё пока, мне некогда! — буркнула она и отключилась. А я думала, что со всем этим делать. Я понимала, что действительно обижаюсь на мелочи. И что Мария Евгеньевна скорее всего ко мне что-то чувствует, но что оставалось загадкой. Все экзамены были сданы, аттестаты выданы. Я подала документы в несколько колледжей и уже собирала вещи. Но перед отъездом я всё таки решила с ней поговорить. Заранее с ней созвонившись я пошла в школу. — Здравствуйте! — зайдя в её кабинет, сказала я. Как же давно я к ней не заходила вот так вот без причины, просто поговорить, рассказать как день прошёл. Мне так этого не хватало, так не хватало её. — И о чём ты хотела поговорить? — спокойно спросила она. — Я хотела извиниться! За своё поведение и все сказанные в ваш адрес слова. Мне просто стало обидно и я повела себя как маленькая девочка! Не подумав, что вам будет больно. Я не должна была так поступать! Вы очень дорогой для меня человек, как были, так и останетесь! Я вас до сих пор люблю! Если вы меня не простите, я вас пойму. Но я хотя бы попыталась! — Я на тебя не обижаюсь и никогда не обижалась. Да я признаю, что использовала тебя! Но потом поняла как плохо поступила! Так что это ты прости меня! Мы обе с тобой виноваты! — таким же спокойным тоном говорила она. — Я рада, что мы всё разъяснили! — Ты всё таки уезжаешь? — уже не так спокойно спросила она. — Да, поезд через пару часов! — уверенно ответила я. Но я так ждала от неё каких-то слов, может быть действий. Мне так не хотелось уезжать, а остаться с ней. Я так надеялась, что она скажет то, что заставит меня в миг поменять своё решение. Но к сожалению этого не произошло. — Мария Евгеньевна, а если бы я сказала вам этого в процессе учебного года, было бы всё по-другому? — Нет, ничего не могло быть по-другому! Я уже говорила, ты хороший человек и с тобой приятно общаться, но ничего большего между нами не может быть! Я лишь молча смотрела в её глаза, которые говорили об обратном. Но к сожалению предъявить ей я ничего не могла. Поэтому просто ушла, ничего не сказав. Выйдя из кабинета, я услышала грохот и поняла что-то упало. Но решив, что это ничего не значит ушла. После ухода Славы учительница столкнула всё со стола, это было очень громко. Она понимала если бы сказала ей про свои чувства, то Слава не уехала бы. Она бы осталась и может у них всё получилось бы. Но учительница промолчала и в тот день она много раз задавала себе вопрос «Почему?» ответа, на который так и не прозвучало. Но несмотря на это Мария Евгеньевна, так же как и Слава надеялись на благополучный исход этой ситуации. Я стояла на вокзале, до отбытия поезда оставалось пятнадцать минут. Мы с Лизой разговаривали про то, что произошло сегодня. — Она тебе ничего не сказала? — Лиз, если бы она мне что-то о своих чувствах рассказала, думаешь я бы тут стояла? — Думаю нет! Но как так, я видела её взгляд при ваших встречах. Ты ей не безразлична! — заявила подруга уже наверное раз десятый. — Я видела, как она меня смотрит. Но я ничего не могу ей предъявить. Пока она сама этого не скажет. Я перед ней извинилась и попыталась всё изменить. К сожалению не получилось, но значит так нужно. — Слав, я тебе не сказала, но я пошла в десятый! Прости, знаю я обещала поехать с тобой, но родители так решили. Но мы можем с тобой общаться по интернету, да и думаю ты будешь приезжать к отцу. Хотя бы раз в две или три недели. Поэтому мы будем видеться! — пыталась оправдаться она. — Ничего страшного, зато у меня будет ещё один повод сюда приезжать! — с улыбкой сказала я. Мы обнялись на прощание, и я зашла в поезд. Я уезжала из родного города, но знала, что ещё вернусь. Поэтому ни о чём не жалела, что сделано то сделано. Вот я сидела на полке, плакала и смотрела в окно, а в голове всплыли строчки из стиха: «…Из глаз медленно катилась слеза, А я находилась в мыслях уютных…»