Только держись.

Прошло еще около получаса, прежде чем они добрались до отеля. Дорога прошла в тишине, которая для обоих сопровождалась их собственными размышлениями и переживаниями. И если Тим думал лишь о том, что делать дальше и как поступить с Алексом, когда он объявится, то Брайан был погружен в мысли о прошлом. Причем не в тот период, когда ничего из этого даже близко не случилось, нет, об этом думать было бессмысленно — разве что дразнить чувство ностальгии и тоски. Он боялся, что теперь, когда тайна его личности скорее всего стала известна и Крейли, тот может приступить к поискам его родителей. Пока Райт занимался оформлением номера, Томас стоял рядом, опершись локтями в холодный мрамор стойки ресепшена, глядя себе под ноги. Он уже начал клевать носом, потому как недавний крепкий сон напомнил его организму каково это — высыпаться. А бесконечный недосып забивал еще пару гвоздей в крышку гроба его концентрации на происходящем. В кои-то веки собственная усталость его забавляла: а что, чувствовалось это так, будто он или пьяный, или под кайфом. Только чудить не тянет — приятный дурман без каких-либо последствий. Причем, он настолько сильно ушел в это состояние полудрема, что Райту почти в прямом смысле пришлось его будить, пару раз потряхивая за плечо. — Пойдем, — демонстрируя парню ключи, усмехнулся мужчина. Кивнув, Томас поплелся за ним в сторону лестницы. Его немного порадовало то, как спокойно Тим отнесся к его рассеянности, хотя еще совсем недавно Райт был на взводе. В который раз он удивлялся тому, как просто Тим переключается со своих проблем, только ради того, чтобы не портить окружающим настроение. Жаль, что сам он так не мог — несмотря на то, что усталость немного затуманила его мысли, переживание за родных не пропало, а самым пугающим во всем этом было то, что он даже никак проверить не сможет, в порядке ли его родные — связь с ними ему пришлось оборвать без объяснения причины. Даже номера их домашнего не знал… Добравшись до двери номера, пришлось подождать еще пару секунд, прежде, чем Тим открыл ее. При этом мужчина пропустил сонного Брайана вперед себя, ожидая, что тот сразу же пойдет искать кровать. Хотя, справедливости ради, Райт тоже был не в лучшем состоянии — в отличии от Томаса, у него не было возможности поспать. Тем не менее, Тимоти предпочел лишний раз осмотреть помещение, чтобы хотя бы примерно представлять его планировку — странная привычка, что успела возникнуть и поспешно укрепиться в его разуме за эти пару лет, даже несмотря на то, что отели он посещал нечасто, и те лишь в сопровождении Джея. Зашторив окна в соседней комнате, он убедился в том, что на ручке двери со стороны коридора висит флажок «не беспокоить», после чего направился в комнату, куда ушел Брайан. — Кроме шуток: красотка на ресепшене оформила нам номер со смежной кроватью, — в позе звезды распластавшись прямо на декорированных полотенцах, инсталляцию из которых он даже рассматривать не стал, сообщил Брайан, глядя в потолок. — Значит ты сегодня спишь в ванной, — в шутку заявил Тим, кажется, совсем не обременяя себя беспокойством по поводу кровати. Куда больше внимания он уделил короткой проверке заднего двора из окна. — Почему это я в ванной сплю? — не выкупив прикола, встрепенулся Томас, приподнимаясь на локтях и непонимающе глядя на него. — А что? Ты же говорил, что до этого ты спал на досках, — едва сдерживая злорадный смешок, Тим повернулся к парню, сохраняя на лице притворную серьезность. — Кто сказал, что я соглашусь на что-то подобное еще раз? — пробурчал он, швыряя в Райта подушкой. Мужчине не составило труда поймать ее, теперь уже без каких-либо попыток скрыть улыбку на лице, — Дурак. — Почему сразу дурак? Я пытаюсь тебя в тонусе держать, а то привыкнешь к комфортным условиям и все — пиши пропало, — посмеиваясь, Райт положил подушку обратно на кровать, присаживаясь на самый ее край. — Привыкнешь тут к комфорту, конечно, — фыркнул Брайан, подсаживаясь к Тиму, — Нас ищут безликая тварь и безумец, который стал его мальчиком на побегушках. Парень тяжело вздохнул. Он снова вернулся к размышлением над тем, что же будет с его родителями, заметно мрачнея. Свое переживание от Тима он скрыть бы не смог, как бы не пытался, но и как поговорить об этом не знал. Сам Брайан понимал, насколько муторно для Алекса будет искать его родных в другой стране, но все же ничего не мог поделать с этим тупым ножом под ребром в виде смести тоски и страха перед неизвестным. — Знаешь… Когда Алекс впервые напал на меня, там, в лесу, на съемках Шершней, я сразу понял, что дело пахнет жареным. Какое-то время я был в бегах, но с родителями связь поддерживал даже тогда. Потом, когда я столкнулся с людьми из ККовчегу, они помогли мне перевезти родителей за границу. Но сейчас… Алекс наверняка узнал, что Худи — это я, тут даже к гадалке ходить не нужно. Он всегда сначала осматривает чужое жилище, а потом поджигает его. Я боюсь, что он решил навестить моих родных. Я понимаю, что это маловероятно, но эта мысль не дает мне покоя с момента, как мы включили радио. — Ты сам знаешь, где твои родители? — спросил Тим, поглядывая на Брайана. — Естественно. Но я не могу связаться с ними — я сам в свое время решил отказаться от любой возможности сделать это. Знаю только адрес. — И насколько это далеко отсюда? — Достаточно, чтобы Крейли не стал заморачиваться, но… — Стоп. Остановись на этой мысли, Брай. Никаких «но», если здравый смысл говорит о том, что для Крейли это будет слишком муторно. К тому же, что ему проще: найти нас или потратить кучу времени, чтобы найти их? Мне кажется, он станет искать нас. К тому же, откуда ему вообще знать о твоих родителях? Тем более, что их даже Безликий не преследовал. Так что расслабься. Навестим их потом, когда разберемся с Крейли и этой тварью без лица, договорились? — протягивая парню ладонь в качестве скрепления их уговора, выдал Тим. Брай кивнул, пожимая руку Райта. А сразу после парень повалился на Тимоти, обнимая его и роняя вместе с собой на кровать. Мужчине показалось, что за этим действием может последовать что-то еще, но Томас просто обнимал его так, будто Тим был его плюшевым мишкой, и, похоже, в происходящем не было совершенно никакого смысла — только секундная слабость и мимолетное желание физического контакта. Райт мог этого не замечать, но тактильный голод, который фактически всё это время одолевал Томаса, сейчас очень ярко давал о себе знать, будь то случайное касание пальцами или затянувшиеся объятия. Тиму потребовалось пять секунд на оценку обстановки, ещё около десяти на то, чтобы прикинуть, что же могло произойти дальше. Но, ровно через пятнадцать секунд, он ответил на чужой порыв, неуклюже разворачиваясь в кольце крепких рук и оказываясь лицом к лицу с Брайаном. Никто из них не проронил ни слова — они лишь смотрели друг другу в глаза, из раза в раз делая глубокие вдохи и выдохи, из-за чего расстояние между ними то и дело сокращалось. Нарушать тишину в такой момент было бы преступлением. Казалось, что обычная шалость со стороны Брайана добавила какую-то деталь, что дополнила паззлы в их головах — у каждого своя головоломка, но деталь была одна, и подходила она им обоим. Особо она ничего не меняла, но как будто бы упрощала некоторые вещи, придавала уверенности в том, что и как именно будет дальше. Едва заметно улыбаясь, Тим чуть поднялся, подбородком накрывая макушку Томаса. При этом Брайана хоть и устраивало такое расположение его собственного лица — так можно было услышать сердцебиение Тима, а стук сердца уже сам по себе производил на парня успокаивающее действие — он все же решил вынырнуть, снова приближаясь к чужому лицу, но на этот раз прислоняясь ко лбу Райта своим. — А что, если Безликий и туда за нами последует? Что, если он придёт по нашим следам к моим родителям? — тихо-тихо, едва перебирая губами спросил Томас. — Тогда почему он все еще охотится за нами, а не за тысячами людей, что смотрели видео Джея из разных точек мира? — также тихо, с лёгким хрипом в голосе отозвался Тимоти, якобы отвечая вопросом на вопрос, — По какой-то причине он не пересекает границу этой страны, поэтому, когда покончим с Алексом, нашей главной задачей будет создание поддельных документов для твоей псевдо-мёртвой задницы. А сейчас — спи давай, ещё пару минут назад ты еле полз за мной по лестнице. Как бы показывая пример, Райт первым закрывает глаза, лишь через несколько минут приоткрывая один, чтобы проверить, последовал ли его примеру Брайан. Но парень только усмехнулся такому «уроку», продолжая бормотать что-то, в чем не было необходимости разбираться. В какой-то момент звуки, которые Брайан пытался издавать членораздельно, вовсе превратились в подобие мурчания, что наконец-то позволило Тиму вздохнуть с облегчением. Парень провалился в сон, а значит и он сам теперь мог отдохнуть. Ровно до момента, пока ночная прохлада с улицы не пробралась в их номер. Но Тим проснулся не из-за всеобъемлющего холода, нет. Просто под его боком начал копошиться Брайан — вот уж кто действительно промерз до костей и отчаянно пытался украсть немножечко тепла у Тимоти. Это даже немного забавляло — если игнорировать тот факт, с каким большим трудом Тим засыпал, игнорируя всякие мысли и воспоминания. А теперь ему снова придется это делать — но только после того, как он придумает, чем укрыть парня. Кажется… Да, они оба лежали на одеяле, и вблизи кровати это было единственной вещью, которая могла бы их согреть. «Паразит как он есть, » — про себя фыркнул Райт, наощупь поднимаясь с кровати. Та легонько скрипнула, заставляя Томаса также встать и, опираясь на Тима, ждать, пока мужчина расправит одеяло. Помочь он не мог — все крупицы сознания, которые оказались разбужены холодом, сейчас пахали лишь для того, чтобы Брайан мог стоять на ногах. Больше ничего он не мог. В ответ на это Тимоти мог лишь тяжко вздохнуть, а после переключить все внимание на одеяло, которое с трудом поддавалось его попыткам раскинуть его по всей площади кровати. Возможно, дело было в посторонних предметах в виде полотенец и подушек, которые придавливали его, но в конечном итоге все предметы были сброшены на пол одним резким рывком, после чего Томас был практически брошен на кровать — на самом деле, Тим просто не удержал его, а Брайан не устоял на ногах. Вследствие чего парень почти что сломал деревянный каркас, который так жалобно скрипнул, что Тиму на секунду показалось, что звук этот был издан Брайаном. Подняв подушки и полотенца, последние Райт швырнул куда-то на столик, стоявший у стены. Одну из подушек он аккуратно положил ближе к изголовью их ложе, вторую же пришлось подкладывать под голову уже дремлющему Брайану. Все же мужчину удивляло, как он смог прожить эти годы в уединении без посторонней помощи — сейчас он даже найти альтернативный источник тепла не в состоянии, ждал действий от Тима. С другой стороны: хорошо же, что Томас не одичал и не стал походить на Маугли, так ведь? В противном случае, Тим вообще не знал бы, как ему нужно было бы себя вести с дикой зверушкой под своей опекой. — Ложись давай, — пробурчал Томас, очевидно заметив, что Райт все это время смотрел на него. Возможно, для этого парню даже не пришлось открывать глаза — скорее всего он просто не ощутил тепла под боком. Тим тихо ухмыльнулся, в ответ лишь накрывая его одеялом по самые уши. — Я схожу покурю. А ты спи. С этими словами мужчина бесшумно удалился, оставляя Брайана в холодном одиночестве — даже тепло, которое они пролежали в одеяле, успело улетучиться. Парню не понравился такой расклад, но все же он решил попытать удачу и отогреться самостоятельно. Однако его удивляло то, как холодно было в это время года, пускай даже ночью. Обычно тепло держалось до самого утра, и даже ночной ветерок не в силах был ее потушить, а сейчас и следа от плюсовой температуры не ощущалось — по скромным прикидкам Томаса, сейчас в помещении было не больше минус двадцати. Конечно, он не был объективен в своих вычислениях, и на деле было куда теплее, однако же и судить его за это нельзя: во-первых, на уроках физики всегда говорят, что температуру только лишь по собственным ощущениям объективно измерить нельзя, во-вторых, он фактически лишился согревающего элемента в лице Тима, из-за чего пригретые до этого момента участки тела оказались куда сильнее подвержены замерзанию. Короче говоря, он озяб и сделать с этим почти ничего не мог — лишь свернуться калачиком под одеялом и пытаться дальше хоть немножечко отогреть руки и ноги. На балконе дела обстояли не лучше. Особенно если учесть тот факт, что Тимоти технически оказался на улице — и, прошу заметить, без одеяла в качестве дополнительного обогрева. Впрочем, Райт не так сильно боялся холода, поскольку многолетний прием ибупрофена знатно сократил его восприимчивость как к перепадам температуры, так и к боли. Жаль, не душевной, что называется. Но сейчас и она не особо беспокоила, разве что беспорядочные воспоминания иногда давали о себе знать, мелькая перед глазами в тусклом свечении тлеющей сигареты. В большинстве своем это были лишь едва различимые образу, которые пропадали также быстро, как и появлялись, из-за чего Тим даже не успевал реагировать на них, но одно он знал наверняка — ничего из того, что он видел, вернуть уже не получится. Но осознание этого лишь дополняло меланхоличную обстановку, что в конечном итоге мужчине даже пришлось по душе — так вещи казались именно такими, какими они были на самом деле. Без ложных надежд и слепой веры в хорошее. Так он понимал, чего ему стоило нынешнее затишье, в котором он сейчас неторопливо раскуривал сигарету. Вокруг ничего не беспокоило, и даже мрак, который всегда без исключения таил в себе опасность, сейчас казался не таким пугающе неизвестным. И если бы где-то рядом сейчас возник Безликий, Тим оказался бы готов. После всего пережитого, кажется, уже ничего не сможет застать его врасплох. Даже Брайан, появления которого мужчина, можно сказать, ждал. Он понимал: несмотря на то, что он сам сказал ему оставаться в постели и спать, парень скорее всего не послушал бы его. Так и произошло. Сейчас Томас тихонько стучал в стеклянную дверь балкона, которую Райт предусмотрительно закрыл, чтобы дым не попал в помещение — Тим знал, что Брайану не сильно симпатизировало то, как он портил свои легкие. Но для самого Тима курение было больше отдушиной, особенно из-за всего того дерьма, что ему пришлось пережить. Развернувшись, Тимоти дотянулся до ручки двери, открывая ее перед парнем. Тот, закутанный в одеяло, перешагнул через порожек, тут же направляясь к стулу, что стоял прямо напротив Тима. Примечательно, что Томас, несмотря на весь свой страх замерзнуть, босиком шлепал по кафелю, и от одной этой картины Тим сам ощущал, как ему становилось холоднее. — Ты же мерзнешь. Зачем на улицу вышел? — провожая его взглядом, спросил Райт, прикрыв глаза. — Все равно не усну. Так еще и одному сидеть… В темноте… — на удивление Тимоти, Брайан звучал напугано. Чего-чего, а страха темноты от него мужчина вовсе не ожидал. Парень же, завершая свой испуганный вид поджатыми ногами, совсем зарылся в одеяле, оставив неприкрытым только лицо, которое было направлено на Тима — как и напуганный взор двух блестящих светлых глаз. — Такой большой мальчик и боится темноты, — улыбнулся Тимоти, чуть приоткрывая глаза и сразу же глядя на Томаса. Тот лишь обиженно фыркнул, кажется, ещё сильнее сжавшись, а мужчина, затянувшись, продолжил, — Но все же приятно, что ты доверяешь свою безопасность мне. — Выбора другого не остаётся, — промычал Томас, отворачиваясь в сторону двора. Он все еще мог увидеть Тима, но теперь парень просто всматривался в слабо освещенный участок парковки, на котором даже машины Райта видно не было. — До этого, кажется, ты полагался только на свои силы, — продолжая говорить достаточно мягко — настолько, насколько это мог контролировать курящий человек — заметил Тимоти. Подражая парню, он также устремил взор на парковку, но лишь на пару мгновений — сигарета уже истлела до фильтра, а это означало, что ей пора отправляться в пепельницу. На ее место между сухими губами пришла новая, которую прикурили также быстро, как и достали из пачки. Касательно вышесказанного, Тим хотел добавить и то, что теперь уже он делает почти всю работу за Томаса, начиная готовкой и заканчивая предоставлением тёплого места под боком. Но не стал — учитывая лёгкую обиду, что уже успела поразить Брайана, Тимоти решил придержать эти слова, пусть сам он не видел в них ничего негативного. — Я всего-то пытаюсь добиться хорошего отношения к себе. Доверия тоже. Как умею, уж извини, — видно не было, но Райт готов был поклясться, что парень закатил глаза после этих слов. — А я и не говорю, что это плохо. Тем более не говорю, что у тебя не получается. К тому же… Мне нравится, что ты рядом. Один я бы ещё несколько дней убивался бы по Джею, а там, глядишь, ещё бы и в доме сгорел, или попался бы Алексу. Так что, несмотря на то, что ты очень больно пинаешься во сне, я могу только спасибо тебе сказать, — чуть привстав с места, мужчина легонько толкнул друга в плечо, снова заставляя его начать пристально наблюдать за каждым своим движением. — Ну вот не надо, ты бы не сгорел вместе с домом, — явно недоверчиво брякнул Томас, оборачиваясь на него. Пусть парень и играл обиду, которая на самом деле не была даже близко его настоящей реакцией на слова Тимоти, он бросил это дело сразу же, как услышал целый монолог благодарности. Это, или холод, оставили на его щеках лёгкий румянец, который было отлично видно в свете сигареты и отдаленного мерцания фонарей. — Как знать, может, я специально не стал бы убегать? — хмыкнул Тим, сначала задумчиво рассматривая небо, а после аккурат глядя в глаза парню, из-за чего тот чуть ли не вздрогнул. — Это ещё почему? — Хороший вопрос. Я не думал об этом, просто вдруг в голову мысль пришла, однако… — договорить ему не дали. — Дерьмовые у тебя мысли. Голова простыла? Как ты вообще мог подумать о том, чтобы сгореть в доме? — Поскольку ты весьма вовремя объявился, мы теперь и не узнаем, мог ли я действительно думать об этом, или это просто шальная мысль, которую вызвала накопившаяся благодарность, — пожав плечами, мужчина придержал сигарету зубами, пока сам решил убрать зажигалку в карман брюк. Главное потом не забыть её выложить. — И хорошо. Помни, что ты ещё обещал мне вместе съездить к моим родителям, — отозвался Брайан, вздрагивая от подоспевшего в их сторону ветерка. — Не бойся, я никуда не денусь до этого момента. Ему и самому хотелось бы в это верить. Но, если все же что-то и случится, и Алекс каким-то образом одолеет их, он бы предпочел в этот раз первым получить пулю в лоб. Ещё одной смерти друга он не переживёт, не говоря уже о том, что даже сейчас он, пусть и скрывая это, активно боролся с виной выжившего. Ему казалось, будто вместо Меррика пулю под ребро должен был получить он, и бесцельно скончаться в старом обветшалом здании тоже должен был он. Но, вместо этого, ему оставалось лишь испускать полупрозрачный дым, наблюдая, как плавно он рассеивается в темноте. Впрочем, как бы он не винил себя в смерти Меррика, он был благодарен парню за то, что сейчас он сам мог немного отдохнуть, украдкой наслаждаясь этим неспешным моментом уединения с Томасом. Ему нравилось также и то, как быстро они снова стали достаточно близки, чтобы говорить не только о сокровенном, но и отпускать шутки без единого намека на предупреждение. Будто бы между ними никогда и не было пропасти в виде второй личности Тима и побега Брайана от общества. — Я был бы очень рад, если бы это оказалось правдой. Насколько наивно будет попросить тебя пообещать ещё и то, что мы выживем? — Брай понимал, что сейчас он звучит как ребёнок. Но меланхолия, которая, кажется, совсем не беспокоила Тима, напрягала его самого, заставляя думать обо всем подряд, включая и самые трагичные варианты развития событий. Сейчас, осознавая слабость своего сознания перед такой атмосферой, он снова просил защиты у Тима. — Достаточно наивно. Но я не против, — кивнул Тим, наблюдая та тем, как расцветает надежда в глазах напротив. Хотелось бы ему самому разделить такую беспочвенную радость с Томасом, однако же его уделом на данный момент остаётся лишь всеобъемлющая тоска, которая не то, чтобы портила настроение, но точно не создавала повода для радости, — К тому же, как ни крути, у нас гораздо больше шансов. — Ты правда так считаешь? — А почему нет? В смысле, он один, из преимуществ у него только пистолет, но мы лучше ориентируемся на местности, и совсем не важно, знакомы мы с ней досконально или первый раз находимся там. Да и в качестве оружия, если ты помнишь, мы использовали подручные средства вроде кусков арматуры или толстых веток. — Ты ещё и с ножом неплохо обращался, — напомнил Брай, теперь уже мечтательно рассматривая небо, в самом низу которого уже закрался рассвет, что начинал потихоньку съедать темноту и заполнять пустое пространство струйкой света. Под ногами у горизонта вот-вот покажется огромный шарик красного цвета, и, как бы Томас до этого ни хотел спать, сейчас он с радостью остался бы встретить пробуждение нового дня. — И у меня до сих пор при себе есть нож, — позволил себе уточнить Тим. Его взгляд тоже привлёк рассвет, но, кажется, несколько иначе: на его фоне Брайан выглядел ярче и счастливее. То ли свет нового дня, то ли пара часов сна и качественные приёмы пищи, но что-то явно оживило парня. Ещё полтора дня назад он был сам на себя не похож, словно призрак самого себя из прошлого, но теперь на его лицо вернулись прежние краски, а в глазах проснулся огонёк. Всё это заставляло его сердце пропускать удары, алча ещё нескольких секунд любования другом. Кажется, Тим настолько погрузился в свои мысли, что вовсе не заметил, как Брайан уже начал наблюдать за ним. Технически, между ними снова возник зрительный контакт, но по тому, что Райт перестал моргать, Томас понял, что тот уж слишком замечтался. — Земля вызывает Тимоти, приём, как слышно? — прямо перед лицом мужчины щелкая пальцами спросил Брай. Кажется, Тим очнулся уже после первого же слова, но Томас договорил лишь по причине того, что ему хотелось разбавить молчание шуткой. Улыбаясь во все тридцать два зуба, он сам забыл даже о том, как не любил показывать кому-либо щербинку меж передних зубов. К тому же, кажется, в присутствии Тима это уже не имело значения, — О чем задумался? — Да вот рассвет красивый, но один назойливый парнишка перед глазами маячит, не даёт на виды полюбоваться, — отшутился Райт, вовсе не осознавая, как неправдоподобно это звучит. Но на этот раз Брай не стал разыгрывать обиду — он с первых слов раскусил неловкое оправдание Тима, в ответ лишь щелкая того по носу. — Врёшь ты всё — и даже не краснеешь. На самом же деле, румянец играл на щеках обоих. Просто они не могли различить его из-за быстро заалевшего солнца за их спинами. Оно — и нахлынувшее тепло из самых недр их душ — заставляло щуриться, из-за чего и Тим, и Брайан выглядели как два довольных кота, что вылезли погреться в знойный день на подоконник.