Чёрный Император

Через пару дней мы прибыли к границе с Шорбеком. Ли ожидал нас прямо у неё, словно знал, с какой стороны Драконьих гор мы появимся. — Где дракон? — без прелюдий спросил Цзы Юнь. Я, прищурившись, прошлась по всей его худощавой и жилистой фигуре пристальным взглядом. Джао издал внутренний рык, пытаясь произвести золотистые всполохи в моих зрачках. Я подавила злость дракона, попросив его весьма вежливо помолчать и дать мне насладиться данной ситуацией исподволь. — Где дракон, Лико? — повторил громче свой вопрос мастер, побелевшими пальцами сжимая свой посох. Камень в набалдашнике вспыхнул кровавым оттенком. Я взмахом руки указала на себя, давая понять, что искомый дракон стал частью меня. — Тебе запрещалось к нему прикасаться! — взревел Ли. Что-то не помню подобное, но кто я такая, чтобы спорить с великим мастером артефакторики? Ах, да, я же скоро стану драконом, а ещё драконы не могут быть послушными рабами. Значит и мне необязательно больше прислушиваться к сомнительному хозяину? Мой взгляд пришёлся не по нраву Цзы Юню. Он сделал шаг мне навстречу и тут же сделал три назад, когда я позволила драконьей силе отразиться в моих глазах. — Чёртова девчонка, ты должна была стать всего лишь сосудом, чтобы переместить Великого Джао ко мне. Что за идиот позволил тебе первой проникнуть в пещеру? — ругался Ли. Я пересекла границу с Шорбеком и встала с мастером лицом к лицу. Если он уж захотел откровенничать, то пусть это делает, глядя прямо мне в глаза. Ли сделал еще пару шагов назад. Трусливая мразь. — Ты всё равно не сможешь убить меня! Ты всё ещё принадлежишь мне! — Цзы Юнь достал из кармана балахона ошейник. Потрясая им у меня перед глазами, он пытался убедить нас с драконом уступить. Уж не знаю, чего хотел добиться старик, но я разозлилась ещё больше от его действий. — Отойди! Я протянула руки, яростно уставившись на бывшего хозяина, и тут же изумлённо отпрянула назад. — Ага! — победно воскликнул мастер. Он не понял. Этот болван ничего не понял. Я смотрела сквозь него, где за худыми плечами стояла сама Смерть. Дракон был прав, я предвестник Смерти. Она охраняет меня. Она приходит лишь за теми, кто решает встать на моём пути. Смерть не ведает жалости, она даже мне не позволит проявить великодушие. Ли Цзы Юнь уже отмечен ею, ему не уйти от её костлявой руки. Смерть уведёт Ли Цзы Юня под покровом своего балахона. — Что с тобой? — испугался старик. Я снова требовательно протянула раскрытую ладонь, кивая в сторону ошейника. — Метка! Чёртова метка! Что ты за тварь? — заверещал голосисто мастер. — Откуда у тебя вообще метка Смерти! Не смей трогать меня! Не смей… Я сделала ещё один шаг и выхватила ошейник из его руки. Старик упал, как подкошенный. Сегодня Смерть была нетерпелива. Перевожу взгляд на свою ладонь, а там тускло светится цветок хризантемы. — Цветок Смерти, — прошептал удивлённо дракон. — Только служители Смерти могут носить её цветок, остальных же ждёт смерть. Печать Смерти подвластна лишь Чёрному Императору. Повелителю Тьмы. Посланнику Ладеи. Но это лишь легенда. Этого не может быть. Ага, значит, не зря мне виделся подвох в том сомнительном кровопролитии, что уговорил меня сотворить Джао. — Всё-таки решил, меня обмануть! — рявкнула я. — Что ты, что ты, — оправдывался дракон. — Просто сам до конца не поверил. Ведь только Повелитель Тьмы может отметить поцелуем Смерти своего врага. Покажи любому этот цветок и за ним тут же придёт Смерть. Интересно, а прошлая душа умела делать также? — Душа этого тела? — я с сомнением посмотрела на своё отражение в луже. — Всё, что я помню, только то, что могла творить мощные заклинания, сама их придумывала, огромный потенциал и неисчерпаемый интерес к знаниям. А потом муки и объятия Смерти… — А имя? Родителей? — Нет, ни кто первоначальная владелица тела, ни её семью, ни как попала в «Кервич», — покачала я головой. — Помню только боль от пыток, предательства и ненависть, которая требует выхода. — Год, — сказал Джао. — У нас есть всего лишь год, чтобы научиться тому, что познают десятилетиями. Потом мы уедем в другую страну, мы станем странниками, пока тебе не исполнится двадцать один год. Затем мы отправимся на поиски моей пары. — Кинжала Судьбы! — запротестовала я. — Его мы разыщем гораздо быстрее, — заверил меня дракон. — Достать его будет непросто, но тебе нужно будет довериться мне. — Довериться? Тебе? Когда ты при каждом удобном случае пытаешься меня обмануть? Я уж скорее снова запру тебя в проклятой пещере, чем позволю снова изводить себя недомолвками! — припечатала я Джао. — Клянусь, что больше не посмею тебя обмануть! — торжественно произнёс хвостатый. Но мне его клятвы были, как кобыле пятая нога. Этот ящер обманет, если в том будет его выгода. И неважно, кто я. Будь-то Повелитель Тьмы или Чёрный Император. Что мои статусы значат для души, которая мечтает завладеть моим телом? — Пустой звук! Не видать тебе пары и наследника, как своих собственных у… Как собственных крыльев и чешуи! — поклялась я в ответ. — Ты не можешь, у нас сделка! — засопел недовольно Джао. — Она не была закреплена, — отрезала я. — И только попробуй начать снова со мной спорить, сразу же отправлю под покров Смерти. Мне бы хотелось сказать, что к своему семнадцатилетию я знала ровно столько, сколько знал придворный архимаг Императора, но не могу. Я знала больше, благодаря стараниям Вийю, Гон Чо, Ниджах, Биджу и Джао. Словно предчувствуя, что это мой последний год обучения в Академии Лепаскии, они приносили мне учебники даже из запретных секций библиотеки. — Присаживайся, Лико, — махнув приглашающе рукой в сторону кресла у камина, произнёс профессор Биджу. — От меня не так-то просто спрятаться под иллюзией. Вот, возьми, — он протянул мне шкатулку. — Смотри, — произнося знакомое заклинание на выявление чёрной магии, профессор улыбнулся. Шкатулка полыхнула чёрным пламенем. — Профессор Вийю был крайне любезен и поделился тьмой. Его племянник завтра уплывает в Неброфау. У профессора Ниджах там живут родственники, это их адрес и имена, — он протянул мне листок бумаги, который я не торопилась брать в руки. Правильно, что никому не доверяешь. Но я знаю, кто ты и кем станешь. Но с милостью твоей будущей я стану для Смерти старым приятелем, а не врагом. Родственники Ниджах позаботятся о тебе. Если захочешь поступить в Академию Неброфау, то это они также устроят. Только не появляйся при дворце. Да и вообще нигде не задерживайся надолго. У Вийю живут верные друзья на земле Кинчау. После неё можешь отправиться в Фиджай. Там тебя приютят родители Гон Чо. А затем уже на мою родину, в Веркрайм. Я уже написал своим родственникам, они приближены к министерству Магии. В каждой новой стране новое имя, новая семья и личина. Мне действительно жаль, что тебе придётся обречь себя на скитания, но иначе никак. Ещё немного и император обратит на тебя внимание. Гай Су Вай едва не загубил мою драгоценную Оливэ. Я никогда не найду в себе к этому примирения. Я молчала, глядя, как в свете камина блестят мокрые глаза Акрама. Но с той горячностью, о которой он говорил о своей Оливэ, не оставляла сомнений в том, что император Лепаскии заслуживал лишь притворного подчинения и лютой ненависти, что словно огненные языки Бездны разъедали душу Биджу. Я встала с кресла, не сводя с профессора взгляда. Мне бы хотелось залечить его душевные раны, но боялась коснуться его плеча. Неужто я способна призывать только Смерть? Я с осторожностью взглянула на свою ладонь. На моей ладони расцвел птицемлечник арабский, обозначающий обещание. Я улыбнулась и легко коснулась рукава мантии Акрама. Враг будет наказан, а Оливэ получит благословение свыше. — Ищущий найдёт, желающий обретёт, — вырисовались слова на запястье Биджу, словно моя клятва. — Благодарю Вас, — с мокрыми глазами рухнул на колени профессор. — Прошу, Вас, передайте моей Оливэ, что я сделал всё и сделаю больше, чтобы очистить наш род от грязи и слухов. Как только она будет свободна, то пусть живёт своими собственными желаниями. Да хранит нас всех Ладея. Я схватила шкатулку и листок бумаги с адресом и именами родственников Ниджах. Мне следовало исчезнуть сразу же, но сама Ладея словно указывала мне путь к покоям профессоров, что помогали мне сбежать из Лепаскии. Вийю ничего не просил, лишь обмолвился, что моя способность упокоить духов дарит ему надежду, что однажды он сможет назвать имя своей лучшей ученицы. Ниджах подарила свой личный дневник и попросила передать семена некоторых растений своим родственникам в Неброфау. Биджу умолял отсрочить Смерть и дать ему повидаться с родителями до того, как я вернусь обратно в Лепаскию. Всем троим я подарила символ клевера, как клятву. После смерти Ли Цзы Юня вся его собственность перешла ко мне, как к его единственной родственнице. Старикашка был настолько одинок, что сделал меня частью своей семьи. Безнадёга! Ха! Однако я откопала в его залежах и хламе кучу всего полезного, даже Джао удивился. Плюс старый китаец оставил мне немало золотых монет, которые позволили мне приобретать запрещённые книги у торгашей из-под полы. Гон Чо подарил мне мощный артефакт иллюзии внешности. Я могла сама себе выбирать, как я буду выглядеть в глазах других. И если кто-то вдруг решил, что меня растрогали обещания и помощь профессоров, то лучше удавитесь. Я со всех взяла клятву в верности на крови. Да пусть лучше меня проклянут Боги, чем я позволю себе ещё раз кому-то довериться просто на слово! — И по чём же нынче, Оральд, стерлядь на лодке? — смачно сплюнув в волну океана, спросил кока капитан корабля. — Ровно по той же цене, что залечить язву желудка, кэп! — бодро ответил ему тщедушный парнишка, так похожий на Вийя. Он мне задорно подмигнул, я едва не скривилась от отвращения, ставя свою скромную поклажу возле ног. — А ты не грози, — побагровел капитан Вокс. — Твоё счастье, что остальные члены команды твоих угроз не слышат. — Так что? Берём? — невозмутимо спросил Оральд. — Отвечаешь за девку головой. Спрячешь на своей кухне, чтоб никто ни духом, — предупредил его кэп. — А коли найдут её матросы, то меня не вмешивай. Пусть хоть растерзают, да наживку для свихку сделают, не тревожь, сам не уберёг. Понял меня? — Так точно, капитан, только это… — замялся кок. — И на нас ежели что не серчайте. Девчонка лучшая ученица моего дядюшки, она уж скорее всех в нежить обратит, нежели себя в обиду даст. Да и я помогу, коли надо… — Кальмар на шею, — снова сплюнул капитан. — А какого бородатого я вообще согласился принять твоего родственничка на корабль? — Родственницу, — спокойно поправил его кок. Нас мотало по океану тринадцать дней. Такого шторма никто не видел никогда, так сказал мне Оральд. — Скалистый остров, — громко произнёс капитан. Он пытался скрыть страх, но я его отчётливо ощущала даже в каюте кока. — Окхи заговорили Сакамайя, — воскликнул какой-то матрос. На палубе раздался грохот, а потом гул недовольных голосов. — Не береди Косматого, — заорал на него Вокс. — Улдан, крути штурвал, мы должны выйти из этих вод. — Боюсь, что уже поздно! — прокричал ему штурман. — Да пощадит нас Бог Неавон, — взмолился кто-то из матросов. — Лико! — воскликнул Оральд. Меня мало кто просил о помощи, но этот умоляющий вопль взывал к моей человечности. По крайней мере её остаткам. Он словно не понимал, что, выдав свою тайну, я обреку их всех на вечное служение Тьме. Я поднялась на верхнюю палубу, матросы совсем не обращали на меня внимания, носясь по кораблю, пытаясь придумать план спасения. — Вийю сказал, что ты умеешь понять мысли каждой твари… — начал было Оральд, но осёкся, заметив мой гневный взгляд. — Разумную сущность? Я рассмеялась. — Что она здесь делает? Её сейчас выкинут за борт! — закричал Вокс. — Только она спасёт от Косматого! — возразил ему кок. — Каким образом, чёрт тебя… Дальнейшее я уже не слышала, сосредоточившись на происходящем. Скалистый остров охранял Косматый, чудовищный водный змей, что имел вместо щупальцев косматые ноги, как у осьминога, только без присосок. Шесть пар глаз грозно уставились на наш корабль, который выглядел деревянной щепкой на фоне чудовища. Я пыталась понять намерения монстра, хотя они и так были очевидны. Нас собирались уничтожить. Окхи каким-то образом умудрились привлечь на защиту Скалистого острова Сакамайю. Монстр не ведал пощады к чужакам. А мне предстояло каким-то волшебным образом убедить его не воплощать задуманное в реальность и отпустить нас живыми. Вот уж действительно задачка для великих умов человечества. Пришлось подключать Джао, который при виде Сакамайя тихонько присвистнул и предложил улететь с места неизбежной катастрофы куда-то подальше. Тоже мне Великий Джао, Повелитель Драконов! Если мы так будем каждый раз от передряги сбегать, то никогда Великими не прослывём. В голове возникла идея воспользоваться двумя заклинаниями «Щитом Справедливости», а затем применить «Вихрь безумия». Недолго думая, я укрыла корабль под защитным куполом, а после знаками дала Оральду понять, чтобы он выводил всю команду в трюм. Мне не нужны были лишние свидетели. Кок правильно понял мои молчаливые знаки и передал моё распоряжение капитану, клятвенно заверив, что лучшего варианта им всё равно не найти. Как только кэп последним скрылся в трюме корабля, я использовала «Вихрь безумия». Чудовище было огромным, мне пришлось приложить немало усилий, чтобы поднять его в воздух и закружить в смертельном вихре. Сакамайя ревел от боли, когда тысячи ледяных кинжалов, окроплённых ядом, вонзались в его косматое туловище. Помучив его еще немного, я сбросила заклинание и Сакамайя рухнул в океан, как подкошенный. Поднялись такие ужасные волны, что не будь мы под куполом, то корабль разнесло бы на щепки. Когда всё стихло, кок первым выглянул наружу и удивлённо замер. — Получилось, — крикнул он своей команде, выбираясь из трюма. — Не представляю, как тебе это удалось… А вот этого никому знать не стоит, если они, конечно же, хотят добраться живыми до Неброфау.