Чёрный Император

— Ты, наверное, думаешь, в чём именно твоя выгода? — понимающе улыбнулась Оливэ. Я кивнула. — По завершению своих обязательств, у тебя будет допуск ко всем записям о некромантии и драконах. Акрам, сука, придушу! Исеулт, клянусь, этому болтливому псу не жить более на этой планете! — После твоего ухода, все записи о тебе в Веркрайме будут уничтожены безвозвратно, как и воспоминания тех, кто с тобою контактировал. Я утоплю мир в крови, а ты канешь в безызвестность. Пойдёшь своей дорогой и оставишь Веркрайм таким, каким он станет после моей победы. — Хороша дьяволица, — восхищённо отозвался Джао, — я бы хоть сейчас на ней женился, да знаю, что она пережуёт меня и не поморщится. Такой на всё плевать, кроме себя любимой. Ох, не вовремя мы сюда заявились, Кай. Надо брать ноги в руки и бежать без оглядки. Если останемся, то прощай: Кинжал Судьбы, моё прелестное потомство и твоё предназначение. Ой, нет, коварству женщину не способен противостоять даже Повелитель Драконов. Исеулт, помилуй, — запричитал крылатый. — Я помогу тебе развить тёмную магию завтра, если ты дашь клятву на крови, что не встанешь на моём пути? — озвучила своё следующее предложение Скливари. — Обычно нам достаточно заключить договор на словах и пролитых двух капель крови. Но твой случай отторгает привычное, — призадумалась Оливэ. — Можем рассмотреть письменный договор, как ты на это смотришь? — и, не дождавшись моего согласия, тут же продолжила. — После становления меня Министром Магии ты получишь безналоговое право жить в любом государстве, которое принадлежит Веркрайму или состоит с нами в союзе. Правда, без права преподавания. Ты не сможешь набрать учеников или подмастерьев. Я знаю, что в Веркрайме находится Кинжал Судьбы, я могу помочь тебе им завладеть. А если захочешь убить своего фамильяра и стать оборотнем, то тоже препятствовать не стану. Коли решишь кого-то пощадить, если милосердие вообще тебе знакомо, — хмыкнула женщина, — то и у рабов твоих появится доступ к знаниям и посещению к нашей земле. — Рабов? — воскликнул возмущённо Джао. — Что ты вообще, бездушная, знаешь о том, каково быть чьим-то рабом? Ни за что! Никогда! Не позволю! Не допущу! Хоть вынь меня из себя, но я не стану идти на переговоры с этой тварью! — Тебе и не надо, спрячься обратно в свою конуру, — резко оборвала я его причитания. — Найдём Кинжал, а потом уберёмся на все четыре стороны. — Ненавижу! — заорал Джао. — Ненавижу тебя, а особенно её! — Сам возжелал Кинжал Судьбы, — напомнила я ему. - А если Суон знает о некромантии, даже не преподавая её, то нам стоит здесь задержаться. Да и ты вряд ли откажешься от возможности стать оскоминой на языке магистра Кройна? — Твоя правда, — нехотя согласился дракон, — переломать ему все косточки охота. Однако, что нам, что расскажут о драконах записи веркраймцев, если я сам являюсь Повелителем Драконом? — Например, как тебя убить раз и навсегда? — насмешливо возразила я. — Времени остаётся слишком мало, — взглянув на настенные часы, сообщила Оливэ. — Нужно решать что-то прямо сейчас. — Эх, не будь ты такой страшненькой, то влюбили бы в себя эту красотку, — с сожалением произнёс хвостатый. От его заявления я даже вздрогнула. Да мне проще влюбить в себя Повелителя Теней, чем Оливэ. Интересно, а каково это вообще любить кого-то? — Ужасно, — откликнулся Джао пару минут спустя. — Она всё ещё ждёт твоего ответа. Я коротко кивнула Скливари, давая своё согласие, чем дракон был крайне недоволен. — Год, у неё есть всего лишь 365 дней, чтобы осуществить задуманное, — остановила я его от причитаний, — потом мы всё возьмём в свои руки. *** Оливэ была верна всему, что говорила, что обещала. Она буквально охраняла меня со всех сторон, но не смогла защитить от гнева Кройна, который послал меня на тренировку по фаелбойлу. — Думаешь, что сможешь нам противостоять? — злобно ухмыльнулся Кхан. — Да мы размажем тебя на поле… — Яой, — одёрнул его капитан команды боевого факультета, — забыл, кому подчиняешься и почему? — Извини, Гоыг, — стушевался сразу же парень, — просто перестаю владеть собой, когда вижу это чучело. — Ты только что подставил нас на шестьдесят баллов, они будут списаны с твоего личного рейтинга, — заявил тут же орк. — Поднимай своё оружие, тренировка только началась. Сегодня ребята играли в защите, меня же Кройн определил в группу тренировочных манекенов. Мы должны были неожиданно появляться на пути защиты, создавая условные препятствия, которые команде необходимо было преодолеть без контактного сражения. Если игрок защиты с нами едва соприкасался, то получал к вычету бал. Если игрок или несколько игрок врезались в препятствие, то получали удаление с поля тренировки. В общем-то ничего страшного, моя гордость не пострадает от того, что я буду изображать из себя какой-то непонятный предмет на полосе препятствий. Кройн считал, что если игроки смогут научиться обходить живых людей без столкновения, то с бездушными предметами им будет сделать проще простого. Ну, спасибо, что не распределил в группу учеников для битья для команды атакующих. Анрад поделился, что на подобных тренировках даже щиты и специальные защитные костюмы не всегда спасают от летящих фаерболов. Что-то подсказывало мне, что это Оливэ постаралась и смогла убедить Кройна определить меня в другую группу, менее травмирующую. Небось даже пригрозила пожаловаться Министру Магии на жестокое обращение с гостьей из другого государства. В целом тренировка прошла неплохо, я не особо старалась чинить ребятам из защиты препятствия в виде меня разлюбезной. Даже пару раз ловко увернулась, когда Кхан пытался нарочно меня задеть. Обиделся паренек, что я голема на него спустила, а тот ему случайно руку сломал. Какие все прям чувствительные. Сам небось писался бы от восторга, если огненный шарик оставил на мне какой-нибудь ожог. Странные эти веркраймцы, испытывают восторг от победы над слабым противником, а после поражения перед сильным соперником таят обиды долгие десятилетия. У них видите ли не принято, чтобы безродный побеждал аристократа. Подобное оскорбляет всех власть имущих и потом безродного забросают вызовами на дуэль и будет это продолжаться до тех пор, как какой-нибудь не поставит зазнайку на место, либо безродный, уставший от постоянных дуэлей, сам не сдастся. Так что мне в буквальном смысле повезло, что я нахожусь под покровительством Биджу и оскорбленный Яой может пригревать свою обиду у себя за пазухой, не бросать мне вызовы при каждом удобном случае. Однажды Яой пытался напасть на меня исподтишка, было дело, признаюсь, проворонила момент атаки, но по каким-то неведомым причинам оказавшаяся рядом Камелия смогла предотвратить его атаку. Аджит, когда об этом узнал, буквально рвал и метал, даже отправил жалобу на рассмотрение в Совет Векрайма за публичное покушение на члена его семьи. Семейству Яойя влепили такой нехилый штраф, от чего Аджит блестел, как начищенный самовар, а Кхан, то краснея, то бледнея, приносил мне свои извинения за своё недопустимое поведение. Извинения он практически произнёс искренне, но глаза выдали его жажду мести. Так что у меня появился враг, которого Джао не воспринимал всерьёз. Это он зря, конечно, нельзя недооценивать даже слабых соперников. Такие чаще всего способны на какую-то гадость или подлость. Моя учёба в Академии проходила относительно спокойно, вызовы на дуэль не поступали, а если и были, то их перехватывала Камелия, которая слыла одной из лучших учениц факультета боевой магии. Анрад обосновался со мной в доме, изредка навещая родителей в родовом поместье. Иши вымахал и уже полностью соответствовал размерам взрослого горного волка, даже Юбай стала его немного сторониться. К огорчению Биджу-младшего, мы с Конрадом сумели поладить, он всё чаще звал нас к себе на субботние ужины, хотя все мы трое прекрасно понимали, что Анрада там особо не ждут. А ещё я готова руку на отсечение, что как только семья Беловски узнали о том, что я владею некромантией, то они напрямую сказали своему сыну, что от такой невесты откажется только идиот. Конрад идиотом не слыл, всё-таки политические игры у него в крови, и стал проявлять ко мне дополнительные знаки внимания, которые я старалась всячески пресекать на корню. Но Беловски почему-то решил, что сможет взять меня осадой и упрямством. Пришлось вмешаться Анраду, потому как я уже подходила к точке кипения и готова была вдолбить свой отказ в голову Конрада кулаками. Анрад, не скрывая своего злорадства, сообщил ему о том, что у меня уже есть невеста и та, если прознает про ухаживания Беловски, тотчас же вызовет его на дуэль. Последнее, конечно, было притянуто за уши, ибо после того, как Камелия узнала на одном из семейном ужине, что о нашей с ней помолвке в скором времени узнают во всём Веркрайме, буквально возненавидела меня пуще прежнего. Я могла бы ей посочувствовать, зная о том, что большинство браков между веркраймцев договорные. Если жених отказывался после помолвки от брака, то его бывшая невеста автоматически получала статус непригодной девушки для брака и в последующем могла целиком и полностью посвятить себя карьере или выйти за мужчину из менее знатного рода. В случае однополых союзов, то пару распределяли на альфу и омегу с помощью магического ритуала. Две недели назад Аджит прислал к нам в дом свою почтовую птицу, это был белобрюхий ястреб. Очень красивая птица, хоть и неласковая. — Его зовут Моккул, — сказал Анрад, когда ястреб приземлился на спинку стула, протягивая ему лапу с привязанной к ней запиской. — Смотри, сейчас он попытается меня клюнуть, — весёло добавил он, пытаясь снять письмо с ястребиной лапы. Моккул действительно попытался клюнуть протянутую к нему руку Биджу и издал недовольный клёкот, когда Анрад смог вовремя её убрать прочь. — Он постоянно так делает, это стало своего рода нашим ритуалом. После пятого такого поединка мне стало скучно и я подошла к Моккулу, вперив в него пристальный взгляд, давая понять, что доминант здесь только один и это точно не ястреб. Моккул через несколько секунд гляделок уступил и склонил голову, предоставляя мне возможность спокойно взять у него записку. — Ух ты, — восторженно присвистнул Анрад, — а меня такому взгляду научишь? Я отрицательно покачала головой, мол, у каждого должны быть свои уникальные таланты и секреты. Аджит официально приглашал нас воскресный семейный обед. После прочтения записки, я передала её Анраду и удалилась собираться на прогулку с Иши. — Значит у отца есть для нас какие-то новости, — задумчиво произнёс Биджу, присоединившись к нам с Иши на улице. — Боюсь, что для кого-то они могут быть не самыми радостными. Так и было. За обедом глава семьи призвал всех к вниманию и сообщил о том, что Министр Магии одобрил его запрос на помолвку между Кай Ми Яно и Камелией Биджу. Оливэ искренне выразила своё удивление и даже бросила пару колких замечаний. Лея недовольно поджала губы и укоризненно посмотрела на супруга, который лишь покачал головой, давая понять, что они обязательно об этом поговорят, но позже. — Почему? — тихо спросила побледневшая Камелия. — Вы ведь ещё в прошлом году обещали, что я смогу… — Камелия, — резко оборвал её стальной голос отца, — мы обещали подумать и вот наше решение. — Но я не хочу, я против, — с силой сжав в руке вилку, ответила ему Ками. — Она даже не нравится мне. — Сам Министр Магии одобрил ваш союз, — не сводя с неё ледяного взгляда, напомнил Аджит. Анрад втянул голову в плечи, он знал, что когда отец так говорит, то спорить с ним бессмысленно. — Если ритуал признает меня альфой я откажусь от этого союза, — презрительно бросила Камелия, выскакивая из-за стола. — Ты не посмеешь! — зарычал Биджу-старший. — Я поговорю с ней, — сказала Оливэ, вставая также из-за стола. — Продолжайте обед, мы постараемся скоро к вам вновь присоединиться. Мне было ровным счётом плевать на планы и чувства Камелии, для меня она была лишь мостиком на пути к моим желаниям. Я спокойно обедала, не обращая на семейный раздор никакого внимания. Через двадцать минут вернулись Оливэ с мрачной Камелией. — Кай, — осторожно обратился ко мне Анрад, когда мы возвращались в Миалоск, — ты не удивилась тому, что произошло сегодня за обедом. Ты знала о помолвке заранее? Я ничего не ответила, продолжая разглядывать мелькающие пейзажи за окном арибая. Мы ехали уже полчаса и скоро должны были прибыть домой. — Камелия ещё в прошлом году сообщила отцу о том, что не планирует связывать себя брачными узами и полностью хочет посвятить свою жизнь служению Веркрайму. Может тёте Оливэ и удалось сейчас убедить её отступить и подождать до прохождения магического ритуала, но, зная характер Ками, если она окажется альфой, то сразу же разорвёт вашу помолвку. Ты знаешь, какими бывают последствия для тех, от кого отказывается альфа? Они становятся непригодными для брака со знатными семьями. Твой статус понизится до низшего, но по крайней мере ты можешь выйти замуж или жениться по любви, но только с тем, кто соответствует твоему статусу или находится даже ниже. Однако если ты заключишь брак с безродным, то ваши дети никогда не будут признаны твоей прежней семьёй. Они не смогут претендовать на родовой магический камень, знания, земли, место в Совете и прочее, что передаётся по наследству. Такое приравнивается к изгнанию из Веркрайма. Мне было всё равно, я не собиралась задерживаться в Веркрайме дольше необходимого. И уж тем более я не планировала по-настоящему жениться на Камелии, пусть даже она вобрала в себя всю красоту рода Биджу. Мне ещё пару для Джао искать нужно, потомство наплодить, Драконьи Горы освободить, Кинжал Судьбы найти и понять в чём состоит моё ебучее предназначение. И если я его не найду, то буду обречена на вечную жизнь. Даже когда я устану от жизни, то сдохнуть не смогу, пока не найду то, за чем отправила меня сюда Смерть. А это, знаешь ли, мой милый Анрад, куда страшнее изгнания и всякой родовой чепухи. Я переживу и тебя и Иши и Камелию. Я увижу, как этот мир сгорает дотла и заново возрождается. Я стану свидетелем многих знаменательных и незначительных событий и некому будет разделить со мной эти знания и жизнь, потому что никто не живёт вечно. Обречённая на вечное одиночество, таков будет мой удел, если я не справлюсь. Есть ли в моем сердце место тому, что тленно и мимолётно? Однажды Веркрайм позабудет о чистоте крови, Лепаския сожжёт саму себя, а магия Кинчау источится, а я буду продолжать искать то, что предназначено только мне одной. Так что пусть Камелия меня ненавидит, брызжет ядом, пытается освободиться. Это её выбор. Я не стану её в этом ограничивать. Через полторы недели Аджит сообщил, что к магическому ритуалу всё подготовлено. Я знала, что Анрад всю дорогу мысленно молился своим Богам, чтобы ритуал признал Камелию альфой. Мне было и без слов понятно, что и Лея тоже тешила себя такими же надеждами. — Джао, можно ли что-нибудь сделать, чтобы магия признала меня омегой? — спросила я у дракона. — Боюсь, что нет, — ответил хвостатый. — Я — альфа и часть тебя. Можно было бы обойти чужую магию, но магия драконов древняя и самая сильная в этом мире. Как только камень увидит мою магию, то итог станет очевиден для всех. Начала беспокоиться о судьбе девчонки, которая тебя презирает и ненавидит? — усмехнулся дракон. — А что если моё предназначение в том, чтобы спасать человеческие судьбы, а не их калечить? — равнодушно парировала я. — Тебе напомнить, чем закончилась твоя прошлая жизнь, когда ты попыталась спасти чужие жизни? — мрачно припечатал меня Джао, возразить ему было нечего. Оставшуюся часть дороги до поместья Биджу мы провели в удушливой тишине.