XVIII.
12 февраля 2023 г., 18:00
Примечания:
Я возвращаюсь! Большое спасибо за ожидание <3
Готовьтесь к дикой поездочке (как обычно), приятного чтения!
— Стой!
— Не надо!
— Хеджу!
Три девушки подбегают к краю платформы, едва не переваливаясь через уступ. Они останавливаются и смотрят вниз, заранее ужасаясь зрелищу, которое ожидают увидеть на потрескавшемся дне бетонного бассейна: изуродованное тело Хеджу, распластавшееся по кровавой поверхности. Но торопливые взгляды этого не обнаруживают. Хеджу нигде нет.
— Куда она делась?! — выкрикивает Чэвон. Она изучает землю под ними, двигаясь по платформе во всех направлениях, сканируя каждый дюйм бассейна, но не находя никаких следов своей лучшей подруги. Суён поражённо качает головой, сцепив руки позади шеи.
— Какого хрена…
Ёджин ведёт себя тихо, устрашающе тихо. Её глаза распахнуты шире, чем когда-либо, рука прикрывает рот. Она отходит от края обратно вглубь платформы, где лежит её спортивная сумка, пока Суён бесцельно шаркает ногой, а Чэвон встревожено расхаживает взад-вперёд. Все трое позволяют тишине поглотить себя. Проходит десять минут, прежде чем кто-либо из них произносит хоть одно слово.
— Мы… мы должны пойти за ней.
— Чэ, мы не можем, — говорит Суён, опуская руки.
Чэвон останавливается и пронзает старшую девушку суровым взглядом:
— Мы должны сделать что-то, Суён. Хеджу совсем одна, она может быть ранена или ещё чего хуже. Мы должны ей помочь. Мы не можем просто стоять здесь и ничего не делать!
— Я не говорю, что нам надо стоять и ничего не делать! — отвечает Суён. — Я говорю, что нам нужно подумать, прежде чем броситься за ней без всякого плана и натворить глупостей.
Закипающая паника, исходящая от Чэвон, настолько далека от её обычного спокойного поведения, что Суён и Ёджин теряются. Самая низкая девушка хмурит брови, её мысли беспорядочно роятся в голове, ища выход из этой прискорбной ситуации, а Суён отчаянно пытается уговорить Чэвон сойти с края ужаса, на котором она так ненадёжно балансирует.
— У нас нет времени! Ей нужна наша помощь! — говорит Чэвон, смотря на пространство под вышкой. — Я… я прыгну. Я должна спасти Хеджу. Я…
— Нет! — кричит Ёджин, наконец подавая голос после нескольких минут молчания. — Не надо. Мы не знаем, куда отправилась Хеджу и что она там нашла, и нет никаких гарантий, что у нас получится проследовать за ней. Насколько нам известно, только Чхверри решает, кто может войти и выйти из этого места.
— А если ты попытаешься прыгнуть и это не сработает, то ты разобьёшься, — дополняет Суён. Она подходит ближе к Чэвон, мягко хватая её за запястья. — Ты не сможешь помочь Хеджу, если умрёшь. Поэтому, пожалуйста, давай немного подумаем.
Чэвон выглядит так, будто хочет возразить старшей девушке, но уступает и отходит от края. В глазах Ёджин вспыхивает блестящая идея, и она падает на колени, начиняя копаться в сумке.
— Я точно положила их куда-то сюда. Где же они… Ага! — девушка поднимает в воздух целлофановый пакет. Суён и Чэвон всматриваются в него.
— Это шарики с краской?
— Угу, — отвечает Ёджин, разрывая пакет зубами и выхватывая оттуда пару ярко-жёлтых бусинок. Она встряхивает их, прежде чем взять один из шариков противоположной рукой и с силой бросить его на платформу. Шарик для пейнтбола взрывается, разбрызгиваясь по поверхности и пачкая ногу Ёджин краской. — Идеально.
Девушка встаёт и проходит мимо Чэвон и Суён, чтобы добраться до края. Подруги следуют за ней.
— За каким хреном ты вообще их взяла? — шепчет Суён.
— Неважно. Сейчас они нам покажут, можем ли мы пойти за Хеджу или просто разобьёмся в лепёшку. Вот, — говорит Ёджин, протягивая руку над платформой и разжимая ладонь. Взглядом девушки следуют за падающими на землю неоновыми бусинами. Через пару мгновений раздаётся всплеск, и краска покрывает бетон прямо под ними. Ёджин поворачивается к Чэвон.
— Думаю, это отвечает на твой вопрос. Теперь ты рада, что не прыгнула?
Чэвон открывает рот, её глаза наполняются страхом, и девушка вжимается в себя.
— Чёрт. И что нам делать?
Суён стоит рядом с девушкой и пытается её успокоить, обнимая за плечи и шепча что-то на ухо. Ёджин кидает остальные шарики с краской в сумку и садится рядом с ней, обхватывая голову руками, чтобы всё обдумать. Суён подводит Чэвон к младшей девушке и усаживает их обоих рядом с Ёджин.
Проходит неопределённое количество времени, все девушки погружаются глубоко в свои мысли. В какой-то момент у Чэвон кончаются слёзы, неопределённая судьба лучшей подруги нависает на ней тяжёлой тучей. Суён застыла в онемении, упёршись лбом в колено, а Ёджин так сильно задумалась, что едва двигается. Наконец, спустя мучительное количество времени, Ёджин поднимает голову.
— Я… не знаю, что делать. Обычно я всегда нахожу выход из ситуации. Но здесь я просто думаю и думаю, но ничего не приходит на ум. Я застряла. Я не могу ей помочь. Я не могу, — признаёт девушка; её голос звучит настолько слабо, что его уносит малейшее дуновение ветра.
— Я обещала, что сберегу её, и не смогла, — говорит Суён, всё ещё упираясь лбом в свою коленку.
Покрасневшие глаза Чэвон устремлены к небу:
— Я была недостаточно сильной, чтобы остановить её. Я… я позволила ей прыгнуть.
Слова девушек повисают в воздухе. Никто из них не торопится смягчить другого, потому что они слишком замкнуты в себе. В любой другой ситуации вид вокруг них мог бы показаться захватывающим дух: солнце опускается чуть ниже линии деревьев и окутывает в предвечернем сиянии весь лес. Но сейчас это словно последний взмах ножа по уже кровоточащей ране — болезненное напоминание о том, от чего Хеджу пришлось отказаться, чтобы спасти Джиу. Чтобы спасти их.
Тишину нарушает звук оповещения, пугая девушек. Ёджин вытаскивает телефон из кармана и проверяет его. Её глаза быстро сканируют экран.
— Это Хасыль. Хёнджин сломала руку, Хасыль везёт её в больницу. Девочки вырубили Джинсоль и Чонын, поэтому Виви, Хиджин и Джиу за ними присматривают. Чхверри там нет. Ушла до того, как её удалось найти.
— Как Хёнджин сломала руку? — спрашивает Чэвон.
Ёджин набирает Хасыль сообщение, шустро перебирая пальцами по клавиатуре, и получает такой же быстрый ответ:
— Двойник-засранец Чонын подбросил её в воздух, и она неудачно упала на руку.
— Чёрт…
— У них есть какие-то предположения по поводу того, куда могла пойти Чхверри? — интересуется Суён.
— Думаю, у меня есть предположение, где она может быть.
Чэвон, Ёджин и Суён вздрагивают от голоса, раздающегося позади них. Они вскакивают на ноги и оборачиваются, Ёджин поднимает руки в подобии боевой стойки. Их встречает дьявольское фиолетоволосое чудовище из кошмаров Хеджу.
Лицо Чхверри исказилось от гнева, но на нём также отражаются фрустрация и изнеможение. Её привычно безупречные волосы взлохмачены, а поведение напоминает человека, потерявшего рассудок. Угрожающая улыбка слегка искривлена. Она поднимается по нескольким последним ступеням вышки и останавливается перед девушками.
— Вы трое здесь, какое совпадение, но у меня нет на это времени. У меня есть очень важные дела. Так что с дороги, — говорит Чхверри, её голос требует исключительного подчинения.
Сжимая кулаки, Чэвон встаёт перед Чхверри:
— Нет.
— Нет?! Послушай сюда, девочка, тебе лучше…
— Нет, это ты послушай, мразь. Если тебе нужна Хеджу, придётся пройти через нас, — Чэвон стоит прямо, уверенно расправив плечи. Суён и Ёджин быстро соображают и встают в ряд с девушкой, создавая единый фронт против безумного существа перед ними.
Обе стороны сверлят друг друга взглядом, не желая отступать, пока глаз Чхверри не дёргается. Она наклоняет голову в стороны; позвонки её шеи издают громкий хруст. Её глаза загораются фиолетовым.
— Если не сдвинетесь, мне придётся вас заставить, — предупреждает Чхверри и тут же делает выпад.
---
— То есть ты хочешь сказать, что какие-то злобные девчонки тусовались в наших телах и притворялись нами, в то время как Чхверри, существо, использующее тело Йерим, пыталось захватить тебя только из-за того, что ты влюблена в Йерим и отказываешься ей признаться? К тому же, Тиффани, находящаяся перед нами, мертва уже 27 лет. Я всё правильно понимаю? Хеджу медленно моргает, глядя на Джинсоль: — Знаешь, когда ты так об этом говоришь, я осознаю, как странно всё звучит. Но да, всё верно. Джинсоль кивает: — М-м, м-м. Круто. Мы в эпизоде «Сумеречной зоны». Отличные новости. Тиффани, идущая во главе их маленькой компании, мелодично смеётся, удивляя всех девушек, особенно Хеджу. Всё то время, что Хеджу следовала за девушкой, настроение Тиффани колебалось между стоической серьёзностью и меланхолией. Слыша её в радостном состоянии, слыша её смех, пусть всего на несколько секунд, заставляет Хеджу осознать, что девушка, вероятно, не испытывала такого счастья уже много лет. Это удручающая мысль. Тиффани была сосредоточена и подавлена всё время своего пребывания в этом месте, а также она была совершенно одна. Конечно, об этом думает не только Хеджу, о чём свидетельствует голос Чонын: — Кстати, эй, мисс Тиффани. Не хочу показать грубой и всё такое, но Вы знаете, сколько нам ещё осталось? Такое ощущение, что мы идём уже несколько часов. — В смысле? Прошло максимум минут пять, — Джинсоль смотрит на Чонын, идущую по другую сторону от Хеджу. — Вы обе правы, — не оборачиваясь, говорит Тиффани. — Время здесь работает странно. Но не переживайте, это недалеко. Я чувствую, как притяжение её энергии становится сильнее. Вряд ли нам осталось долго идти. — Я вам отвечаю, — шепчет Джинсоль подругам. — Это точно что-то из «Сумеречной зоны». Хеджу усмехается, а Чонын закатывает глаза. Не с раздражением, а скорее с нежностью. Хеджу замечает, как Чонын отказывается бросить на Джинсоль хотя бы беглый взгляд, и, похоже, Джинсоль тоже это видит. На протяжении всего пути Чонын не сказала напрямую Джинсоль ни слова. Она не взглянула на девушку с тех пор, как они покинули адский цирк. Поначалу Джинсоль, казалось, ничего не замечала, но теперь, когда преднамеренное избегание становится всё более очевидным с каждой проходящей минутой (или тем, что кажется минутой), Джинсоль начинает волноваться. Сильно волноваться. Хеджу полагает, что Джинсоль может беспокоиться о том, что Чонын на неё злится или игнорирует её в целом. Но младшей также кажется, что Чонын просто не может посмотреть Джинсоль в глаза. Увидев кошмар, который Чонын была вынуждена переживать снова и снова, и узнав обо всём, что этой пытке предшествовало, Хеджу догадывается, что Чонын пытается вернуть себе привычное представление о Джинсоль. Она была вынуждена переживать момент предательства снова и снова, и хотя Чонын знает, что это не настоящая Джинсоль призналась ей в любви и столкнула с вышки, ассоциация не покидает мыслей. Но Джинсоль этого не знает. Джинсоль не знает, что Чонын может просто потерять сознание, если прямо сейчас взглянет ей в глаза. Не знает, что Чонын всё ещё преследуют слова «Я люблю тебя», и Хеджу не в праве это объяснить. Поэтому ей остаётся только наблюдать, как глаза Джинсоль блестят от беспокойства, а взгляд Чонын не отрывается от спины Тиффани. — Стойте. Тиффани сигнализирует рукой, чтобы остальные остановились. Она снова магически взмахивает рукой, приводя Джинсоль в восторг, и перед ними возникает новая дверь. Это обыкновенная дверь из красного дерева, но она до странности знакома Хеджу. Джинсоль и Чонын, кажется, тоже узнают эту непритязательную дверь, но не могут понять, где видели её раньше. Но времени на размышления нет, так как Тиффани уже скрывается из виду, и девушки следуют за ней. Пройдя через дверной проём в прихожую знакомого уютно-старомодного дома, Хеджу понимает, откуда она знает ту дверь. Это входная дверь дома Йерим, и прямо сейчас они стоят внутри его копии. Всё точно такое же: диваны в гостиной выглядывают из-за стены, отделяющей её от столовой, а арка, ведущая на кухню, такая же высокая, как и всегда. Но вместо тёплого уютного света и домашней атмосферы всё кажется холодным и выхолощенным. Ведь дом охватывает дымка, вызывающая холодок у четырёх девушек. — Вы знаете это место? — интересуется Тиффани. Три головы одновременно кивают. — Это дом Йерим, — говорит Чонын. — Где тогда она сама? — спрашивает Джинсоль, и Хеджу поворачивает голову к лестнице, вырисовывающейся перед ними. Она подходит к нижней ступеньке и ставит на неё ногу. — Сейчас мы это выясним. Девушка осторожно поднимается вверх, остальные следуют. Второй этаж ощущается так же: ледяная аура окутывает знакомую картину. По знакомому пути Хеджу идёт к двери. К двери, в которую она стучала множество раз, за которой находила улыбчивое лицо ожидающей её подруги и возлюбленной. Следуя мышечной памяти, она уже поднимает руку, чтобы постучаться, но решает этого не делать. Вместо этого девушка тянется к дверной ручке, прерывисто выдыхает и поворачивает её. Дверь распахивается, четыре девушки заглядывают в тёмную комнату. Йерим стоит внутри, застыв словно статуя. Каштановые волосы спадают по ссутуленной спине, пока она неотрывно смотрит на осколки разбитого зеркала, приклеенные обратно на место. Зеркало кажется единственным источником света в помещении, тело Йерим окружено его свечением. Она не обращает внимания на скрип открывающейся двери, поэтому Хеджу опасливо входит в комнату. — Йерим? Почти в зомби-подобном состоянии Йерим поворачивает голову. Её пустые глаза смотрят на Хеджу, но в них нет узнавания, поэтому Хеджу останавливается и ждёт. Проходит несколько напряжённых секунд, прежде чем в глазах Йерим снова появляется жизнь, и она моргает несколько раз. Йерим смотрит на Хеджу, потом на Джинсоль и Чонын за её плечом, затем снова на Хеджу. Она смотрит, смотрит и смотрит в течение мучительно долгого времени. После этого она заливается душераздирающими слёзными рыданиями, отдающимися во всём теле, и падает на землю. — Йерим! — Хеджу опускается на колени перед девушкой, обеспокоенные Чонын и Джинсоль спешат следом. Она хватается за плечи Йерим как за спасательный круг и пытается вытащить девушку из глубины её отчаяния. — Йерим, это я. Это мы. Мы здесь. Плач Йерим не стихает. Она мотает головой в разные стороны, будто отказываясь принять своё спасение. Её глаза плотно зажмурены, плечи втянуты, руки обвивают собственное тело. Хеджу хочет заменить эти руки своими, заключить Йерим в самые крепкие объятия, но её опережают чужие руки — Чонын или Джинсоль — которые тянутся, чтобы схватить Йерим за сжатые кулаки, и девушку начинает трясти. — Йерим, это я. Это Чони. Позволь нам помочь. Мы можем помочь тебе, — говорит Чонын, касаясь побелевших костяшек Йерим, но младшая девушка поспешно избегает контакта. — Нет, не надо. Я… я… — бормочет Йерим себе под нос, пытаясь подобрать слова, находящиеся на краю её сознания. Чонын не отстраняется полностью, но и не приближается к Йерим. Джинсоль начинает подходить с другой стороны от Хеджу, словно в попытке обнять Йерим за плечи. — Мы не причиним тебе вреда… Резкое движение Йерим перебивает слова Джинсоль. Она начинает отползать от трёх девушек и подтягивает колени к груди. Йерим поднимает голову, по её щекам безжалостно стекают слёзы. — Не надо! Не трогайте меня! Так я наврежу вам ещё сильнее! — Нет, Йерим, это не… — Это неправда. — Ты никогда бы не сделала ничего такого, что могло бы нам навредить. Йерим качает головой, в ней снова нарастает отрицание. — Но я уже сделала. Я уже причинила вам столько боли, — шепчет она, затравленно глядя в сторону зеркала. — Я… я монстр. Тон, с которым Йерим это произносит, то, как измученно она шепчет последнее слово, заставляет сердце Хеджу сжаться. Она наблюдает за Йерим, только за Йерим, в поисках знака, который мог бы показать, что девушка не имела сказанное в виду, но ничего не находит. Взгляд Йерим прикован к зеркалу, и тоска, которая сочится из её обычно сверкающих глаз, даёт Хеджу понять, что Йерим верит в собственные слова. Верит, что она монстр. Поэтому, пока Чонын и Джинсоль пытаются опровергнуть заявления Йерим, Хеджу поворачивается к зеркалу, в которое так пристально глядит Йерим, в надежде увидеть что-то, что заставило девушку думать, будто она не заслуживает спасения. И девушка находит именно то, что ищет. На потрескавшуюся поверхность зеркала проецируется некое подобие трансляции от первого лица, обрамлённое по краям так, словно она смотрит на чьи-то действия их глазами. Лес и деревья размываются, пока этот человек мчится по дороге с пугающей скоростью. В какой-то момент всё начинает замедляться до полной остановки, кадр наклоняется, открывая вид на человека, слезающего с ярко-синего мотоцикла. На мгновение картинка чернеет, а затем начинают виднеться фиолетовые локоны, и до Хеджу доходит. Она осознаёт, почему Йерим считает себя чудовищем. Всё то время, в течение которого Чхверри занимала тело Йерим, Йерим была вынуждена наблюдать за всем происходящим своими же глазами. Она была беспомощным пассажиром в собственном теле, пока эта самозванка причиняла боль всем, кто был когда-либо небезразличен Йерим. Ей приходилось видеть страх в глазах людей, которых мучила Чхверри, как будто она сама совершала все эти действия. Йерим навязали роль чудовища, и теперь она не может отличить себя от того дьявола с пурпурными глазами. Оборачиваясь, Хеджу не колеблется. Нежным и осторожным движением рук она обхватывает подбородок Йерим, отворачивая девушку от зеркала. Её глаза расширяются, с губ снова угрожают сорваться слова самоуничижения, но Хеджу не позволяет им этого сделать. Она кладёт обе ладони на затылок Йерим и прислоняет её лоб к своему так, что кончики их носов соприкасаются. Закрывая глаза, Хеджу начинает говорить в надежде смыть образы чужих деяний, выжженные в сознании Йерим. — Ты не монстр. Йерим ёрзает в объятиях Хеджу, но не пытается вырваться. Она словно ждёт, ждёт, что Хеджу проснётся и осознает, что Йерим — это именно то существо, которое Хеджу пыталась уничтожить. Но этого не случиться, Хеджу не позволит. Она не даст Чхверри испортить отношения между ней и Йерим ещё больше. Поэтому Хеджу шепчет успокаивающие слова как молитву, как будто это единственное истинное назначение. Словно это первые слова, в которые она вкладывает настоящий смысл. — Это была не ты. Это всё была не ты. Ты не можешь винить себя ни за что из произошедшего. Это не твоя вина. Это не твоя вина, Йерим. Ты не монстр. Ты бы такого никогда не сделала. Поэтому, пожалуйста, перестань думать о себе как об одной из них. Потому что это не ты делала все те вещи. Это была не ты. — Но я… но я… — Йерим заикается в её хватке. — Это была не ты. Ты не монстр. Ты не монстр. Ты не… С каждым повторением Хеджу может чувствовать, как Йерим начинает расслабляться. Напряжение в её спине и плечах спадает, кулаки разжимаются на коленях, и она наклоняется чуть ближе к Хеджу, так что теперь их лбы соприкасаются удобнее. Дыхание Йерим выравнивается, и Хеджу может ощущать её слабые выдохи на собственном лице. Её руки начинают поглаживать затылок Йерим в успокаивающем ритме, останавливаясь только тогда, когда Йерим отстраняется, с помощью выставленной вперёд ладони. В её взгляде отражается не что иное, как раскаяние. Рот Йерим остаётся слегка приоткрытым, пока она смотрит глубоко в глаза девушки с неуверенным раскаянием. Её рука сжимает край рубашки Хеджу. — Хеджу… Господи, я… я… Ты… Мне так жаль, я… Хотя Йерим не говорит об этом вслух, Хеджу знает, какие воспоминания и изображения мелькают в голове девушки, когда она извиняется. Особенно та роковая ночь вечеринки, когда весь мир Хеджу был разрушен за считанные мгновения. Но сейчас это её не волнует (хотя где-то глубоко в мозгу прячется лёгкое беспокойство). Прямо сейчас Хеджу сосредоточена на Йерим, на том, чтобы вытащить её из этого нечестивого ада, поэтому она хватает руку, сжимающую её рубашку, и старается ослабить терзания подруги. — Тс-с, не надо. Я знаю, всё нормально. Мы… поговорим об этом позже. Сначала нам нужно выбраться отсюда. Через пару мгновений Йерим неохотно кивает и наконец осознаёт, что помимо Хеджу с её успокаивающими прикосновениями в комнате находятся ещё два человека: — Джинсоль, Чонын, я… даже не могу выразить, насколько мне жаль… — Не стоит, малышка, — говорит Джинсоль с мягким взглядом и фальшивой бравадой. — Тебе не за что извиняться. — Ты не была в ответе за всё это, — с кивком соглашается Чонын, и на секунду её взгляд переключается на Джинсоль, затем снова возвращаясь к Йерим. Девушка слабо улыбается. — К тому же, Хеджу права. У нас ещё есть дела, с которыми нужно покончить в первую очередь. Так что не переживайте, давайте пока сосредоточимся на этом. Хорошо? Йерим сомневается, но снова кивает. В этот момент воссоединения четырёх девушек Джинсоль, Чонын и Хеджу смотрят на Йерим с одинаковой чистой, ничем не стеснённой гордостью, смешанной с мягкой нежностью, от которой Йерим готова расплакаться снова. Вместо этого она подаётся вперёд и заключает всех троих в крепкое объятие. Девушка крепко сжимает руками плечи подруг, и те отвечают взаимностью. Объятие длится достаточно долго, чтобы лёд, сковавший сердце наблюдающей из дверного проёма Тиффани, начал таять. Отстраняясь друг от друга, четыре подруги искренне улыбаются несмотря на нависший над их головами ужас. Звук наподобие прочистки горла привлекает внимание к ещё одному человеку в помещении, и Йерим вопросительно переводит взгляд с незнакомки на подруг. Хеджу вздыхает. — Йерим, это Тиффани. Тиффани, Йерим. Она наш друг. — А-а, хорошо, — говорит Йерим, глядя на другую девушку с улыбкой. — Приятно познакомиться. Заразительной энергии Йерим достаточно, чтобы заставить Тиффани улыбнуться, но только на пару секунд. После этого она возвращается к своему «серьёзному» лицу, открывая рот, чтобы что-то сказать, но Хеджу перебивает её раздражённым выдохом. — Если мне придётся услышать слова о том, что у нас мало времени и нужно спешить, ещё раз, клянусь, я… — Э-э, ребята. Четыре головы поворачиваются к Джинсоль. Она стоит лицом к зеркалу, рукой указывая в него взглянуть. Внутри можно увидеть, как Чэвон, Ёджин и Суён вздрагивают от испуга, когда Чхверри подкрадывается сзади; заходящее солнце венчает деревья за вышкой для прыжков в воду. Когда три подруги вскакивают, чтобы дать маниакальной тиранше отпор, всех наблюдающих охватывает ужас. — Кажется, у нас нет времени.---
Чхверри нападает быстрее, чем кто-либо из девушек успевает среагировать. Они едва успевают подготовиться к неизбежному удару. Взмахивая фиолетовыми волосами и раскидывая руки, Чхверри тянется вперёд и хватается за что-то. Это происходит так быстро, что после того, как она отстраняется, наступает секундный шок. Пыль оседает, и всё идёт по наклонной. Чхверри, во всей своей ярости, схватила Ёджин и заключила её в захват на шее. Её глаза пронзают, а волосы как бы развеваются вокруг, словно сила Чхверри просачивается наружу. Широко раскрыв глаза, младшая девушка пытается вырваться. Она цепляется за руку, обвивающую её горло, но это бесполезно: хватка Чхверри не ослабевает, и Ёджин тяжело дышать. — Ёджин, нет! — Отпусти её! Суён и Чэвон подаются вперёд в попытке спасти младшую подругу, но рука Чхверри напрягается сильнее, и она тянет Ёджин в сторону. Девушка задыхается без воздуха, поэтому Суён и Чэвон останавливаются, осторожно пятясь. Фиолетоволосая девушка одаривает их сумасшедшей улыбкой. — На вашем месте я бы этого не делала. Ещё один шаг, и я без промедлений сброшу её с этой штуки, — Чхверри высокомерно усмехается. — Хотя я могла бы просто заставить её сделать это самой. Я могу быть очень… убедительной. — Хорошо, хорошо, мы отступим, — говорит Суён, поднимая одну руку, а другой хватая Чэвон, чтобы шагнуть назад. По мере того, как расстояние между сторонами увеличивается, Чхверри ослабляет хватку, и Ёджин хватает ртом воздух, когда давление спадает. Её ладони отрываются от руки Чхверри и тянутся к карманам, чтобы что-то в них найти. Когда девушка обнаруживает искомое, она переглядывается с Суён, намеренно переводя взгляд снизу вверх. Суён незаметно кивает. — Слушай. Мы… мы тебя пропустим. Только не навреди ей, — пытается договориться Суён. Чэвон смотрит на старшую девушку с гневом и замешательством. Но Суён не отводит взгляда от глаз Чхверри, отказываясь сдвинуться даже на дюйм. Девушка с фиолетовыми волосами подозрительно осматривает Суён, шаркая ногой, обдумывая мотивы девушки и свой следующий шаг. Этот момент задумчивости даёт Ёджин достаточно времени, чтобы ловко вытащить что-то из кармана. Ещё раз слегка кивая в сторону Суён, она зажмуривается, быстро подносит предмет к лицу Чхверри и распыляет его. Чхверри с криком падает на спину, высвобождая шею Ёджин из своих рук и закрывая ими глаза. Ёджин отпрыгивает в сторону из зоны досягаемости девушки, всё ещё держа перцовый баллончик наготове. — А-а-агрх! Ты… ты, сучка! Я тебя прикончу нахер! Существо в теле Йерим неуклюже переворачивается и сгибается. Одной рукой она бешено машет перед собой, пытаясь найти ослепившую её девушку, а другой трёт глаза. Видя, что Чхверри удалось вывести из строя, хотя бы на время, Ёджин поворачивается к подругам. В её голову приходит идея. — Как у тебя в кармане оказалась перцовка?! — вопрошает Суён, пока Ёджин протискивается мимо ней и Чэвон, чтобы достать до своей волшебной спортивной сумки, полной полезных предметов. Две девушки переключают внимание с Чхверри на младшую девушку, копающуюся в сумке с определённой целью. — Не время, Суён! Мне просто нужно найти мой… — Ёджин прерывается на полуслове, отчаянно продолжая поиск. Чэвон и Суён снова оглядываются на Чхверри: девушка начала лучше ориентироваться в окружении. Её неуклюжие движения становятся более уверенными, а ладонь, закрывающая глаза, двигается в сторону, когда она пытается сморгнуть вещество с глаз. Чэвон поворачивается к Ёджин. — Поспеши! Эффект почти прошёл! — Блин, обычно он длится куда дольше. — Она чёртов злобный демон, которому наверняка несколько веков. Не думаю, что перцовка сильно ей навредит, так что торопись, мать твою! — Вы… маленькие засранки, — ворчит Чхверри, смаргивая брызги с глаз. Она прищуривается, начиная различать их очертания, и встаёт немного прямее. — Убить вас будет так приятно. — Ёджин, пожалуйста! — Она идёт! — Я пытаюсь! Это точно где-то здесь. Просто нужно… нашла! — рука Ёджин достаёт из сумки… что-то. Она встаёт с колен и поворачивается к Чхверри, Чэвон и Суён следуют её примеру. — Ёджин, что бы ты ни планировала, сделай это сейчас! — кричит старшая. — Знаю, знаю! Секунду, — говорит Ёджин, поднимая руки в направлении Чхверри. Та наконец встаёт полностью, остатки перцового спрея выветриваются. — О-о, вот и всё. Вы трое — трупы… Раздаётся щелчок, и за грудь Чхверри цепляются два щупа. Широко раскрывая глаза и морща лицо от боли, Чхверри замирает в конвульсиях. Электричество бежит по напряжённым мышцам, пока она не падает с гулким стуком, теряя сознание. Провода от щупов ведут к электрошокеру, находящемуся во всё ещё поднятых руках Ёджин. Три девушки не шевелятся, одновременно пребывая в шоке и благоговении, и нарушают тишину только тогда, когда Ёджин опускает руки. — Не знаю, чего именно я от тебя ожидала… но точно не этого, — говорит Суён. — Ты ведь… не убила её, да? — Чэвон осторожно выглядывает из-за плеча Ёджин. Будучи самым ответственным членом компании, Суён проходит мимо подруг и становится на колени рядом с бессознательным телом Чхверри, прикладывая два пальца к её шее. — Пульс есть. Ты её не убила. Ёджин судорожно вздыхает. Чэвон с любопытством глядит на Чхверри: — Как долго, по-вашему, она будет без сознания? — Кто знает, — пожимает плечами Суён, поднимаясь с колен. — Нам бы надо… связать её на всякий случай. У тебя в сумке случайно нет верёвки, Ё? Младшая кивает, Чэвон достаёт связку верёвки и бросаёт её Суён. Та открепляет щупы, а затем усаживает Чхверри в положение, в котором её легче связать. Чэвон присоединяется, чтобы ускорить процесс, а Ёджин наконец убирает электрошокер. Когда они заканчивают работу, Суён решает спросить: — Откуда у тебя вообще… — но потом замолкает, задумавшись. — А хотя, я не хочу знать. Пора мне перестать задавать вопросы. — Это даже к лучшему, — кивает Ёджин. Девушки стоят над Чхверри, наблюдая за делом своих рук, и наступает момент нерешительности. Все трое молчат. Все трое не уверены. — И-и-так, что теперь?---
— Нам нужно уходить. Прямо сейчас. Мрачный тон голоса Тиффани не похож ни на что, что Хеджу до сих пор слышала от неё. В нём заметен страх, которого она раньше не видела у обычно спокойной девушки, и это пугает Хеджу ещё больше. Вставая с пола, она помогает Йерим подняться, Джинсоль и Чонын следуют её примеру. Однако, как только все четверо встают, Йерим едва не падает обратно на пол. В последний момент Хеджу успевает её поймать. — Чёрт, ты в порядке? Йерим пытается прогнать головокружение, прикладывая ладонь к голове. — Да, да. Всё нормально. Я просто… — говорит она, отстраняясь от Хеджу, но снова чуть не падая. Хеджу хватает её за талию и на этот раз не отпускает. — Ты очевидно не в порядке. Просто позволь мне помочь тебе. Кажется, будто Йерим хочет сопротивляться, но слишком нестабильно себя чувствует, чтобы физически оттолкнуть Хеджу. Хеджу кивает, молча сообщая Тиффани, что они готовы, и получает кивок в ответ. Вырываясь из фальшивой копии комнаты Йерим, Тиффани сбегает по лестнице и распахивает входную дверь. Четыре девушки следуют за ней: Чонын и Джинсоль идут впереди, а Хеджу ведёт Йерим вниз, положив руки ей на плечи. Наконец все покидают жуткий кукольный дом Чхверри. Как только дверь закрывается, Тиффани снова становится во главе, и начинается дорога к финальной точке. Торопливые шаги смешиваются со сбивчивым дыханием, создавая гудящий ритм. Напряжение висит над ними, заглушая даже самые базовые мысли и погружая их умы в давящую тишину. Руководство Тиффани стало менее последовательным и более беспокойным, движения поспешными и почти небрежными, а скорость её походки удвоилась. Четыре девушки едва успевают за ней, особенно Хеджу, которая поддерживает ослабленную Йерим. Бросая быстрый взгляд на лицо Йерим, Хеджу понимает, почему ей начало казаться, будто она просто тащит девушку на себе. Глаза Йерим слипаются, её поглощает изнеможение, словно из тела девушки высосали всю энергию. Она едва держится в сознании. Может, на Йерим начинает влиять отдаление от её тюрьмы, или на ней наконец сказывается тяжесть затяжного пребывания в этой пустоте, а также сложность их текущей ситуации. В любом случае, Йерим теряет силы, и это происходит быстро. Хеджу не может поспеть за остальными. — Тиффани, прошу, скажи, что мы уже близко, — Хеджу фыркает, поправляя руку Йерим на своём плече. — Не думаю, что Йерим сможет продолжать в том же духе. — Мы почти на месте. Я знаю, что это где-то здесь, я чувствую. — Что «это»? — выдавливает Хеджу сквозь тяжёлое дыхание. — Ваш выход наружу, — отвечает Тиффани, на секунду удерживая взгляд Хеджу, прежде чем позволить своей интуиции снова взять верх и продолжать направлять их к спасению. Хеджу пытается не отставать, Йерим становится всё тяжелее, и она почти спотыкается. Джинсоль это замечает и перебрасывает другую руку Йерим через свои плечи. Разделив ношу, Хеджу наконец может нормально вздохнуть. Она благодарно улыбается старшей девушке. Девушки безостановочно и лихорадочно бредут сквозь мрачную пустоту. Они идут, и идут, и идут в поисках выхода из этой адской скверны, пока время тает, превращаясь в неразличимое месиво. Всё кажется нематериальным. Нереальным. Пока в конце поглотившего их тёмного туннеля не загорается свет. Наконец наступает облегчение. В поле зрения появляется что-то кроме бесконечной тени. — Вот! Вот оно! — радостно восклицает Тиффани. Девушки облегчённо вздыхают, замечая лестницу, ведущую вверх — маяк безопасности в этом темном подземном мире. Когда они достигают подножия, а в измученных сердцах начинает расцветать радость, повсюду разносится громкий, рокочущий крик, моментально рассеивая все светлые чувства. — Хеджу! Тебе не убежать от меня! Ты моя! — грохочет глубокий демонический голос, сотрясая всех до глубины души. — Чёрт, — ругается Тиффани. — Чхверри. Она будет здесь с минуты на минуту. Вам надо уходить. Я выиграю вам немного времени. — Но… но что насчёт тебя? — заикается Хеджу. — Мы не оставим тебя просто так. Джинсоль и Чонын разделяют озабоченное выражение лица Хеджу; все три девушки смотрят на свою спасительницу с сожалением и горечью. Тиффани смиренно улыбается, в её глазах печаль. — Её нужно остановить, я позабочусь об этом. Моё время вышло, а вам четверым ещё жить и жить. Так что идите. Джинсоль и Чонын неохотно кивают Тиффани, но Хеджу отказывается. Она утопает в чувстве ничтожности и стыда из-за такой огромной жертвы. Понимая, что Хеджу нужно ещё немного времени, чтобы поговорить с другой девушкой, Чонын слегка подталкивает младшую девушку и просовывает своё плечо под руку Йерим, а Хеджу выскальзывает и подходит ближе к Тиффани. Хеджу сглатывает чувство вины, застрявшее в горле, когда смотрит на девушку перед собой. — Не думаю, что когда-нибудь смогу отблагодарить тебя в достаточной мере. За всё, что ты сделала для нас. Для меня. Хотела бы я… сделать для тебя хоть что-то. На мгновение засомневавшись, Тиффани задумывается. — Есть… есть одна вещь, — она медленно поднимает левую руку, снимая с пальца кольцо, и протягивает его Хеджу. — Можешь передать это Тэён? — Конечно, — кивает девушка. Хеджу складывает ладони чашечкой, позволяя Тиффани положить кольцо в её ожидающие руки. Хеджу осторожно рассматривает его, замечая на золоте гравировку, не предназначенную для её глаз, и кладёт кольцо в карман. — Спасибо, — говорит Тиффани. Она неуверенно колеблется, прежде чем сделать шаг вперед и крепко обнять девушку. Хеджу отвечает взаимностью, закрывая глаза. Тиффани прижимает её к себе, голова девушки находится рядом с ухом Хеджу. — У тебя есть шанс прожить жизнь, которой не было ни у кого из нас, — шепчет она. — Не делай тех же ошибок, что и я. Не позволяй страху управлять твоим сердцем. Не бойся любви. Хеджу выразительно кивает, по её щекам скатываются маленькие слезинки. — Я обещаю. — Хорошо, — отвечает Тиффани, отстраняясь. — А теперь иди. Вернись домой и уничтожь эту чертовщину раз и навсегда. Кивая, Хеджу оборачивается. Она следует к выходу по пятам за Чонын, Джинсоль и Йерим. Йерим бормочет себе под нос, поникнув головой, а Джинсоль и Чонын ведут её вверх по ступеням с таким воодушевлением, на какое они только способны, несмотря на сильное перенапряжение. — Давай, Йерим. Мы почти на месте. Ещё чуть-чуть. Йерим действительно начинает немного чаще перебирать ногами от слов Джинсоль, и девушки начинают подниматься чуть быстрее. Когда они достигают примерно половины пути, позади раздаётся ревущий голос, заставляющий их замереть. — Ты! Ты заплатишь за эту наглость, никчёмная девчонка! Головы Чонын, Джинсоль и Хеджу поворачиваются, чтобы посмотреть на нижнюю часть лестницы. Там решительно стоит Тиффани, готовая выиграть для них столько времени, сколько понадобится, а перед ней появляется Чхверри, но это не та Чхверри, которую девушки привыкли видеть. Вместо двойника Йерим с ярко-фиолетовыми волосами из темноты выходит аморфная теневая фигура. От её формы исходит тёмная аура, а светящиеся фиолетовые глаза — единственный признак того, что это именно тот зловещий кошмар, который преследует их всех. Фигура наклоняет голову и медленно моргает. Эти два движения — единственные признаки эмоций, которые это существо способно изобразить без каких-либо других различимых черт лица, но всё же оно демонстрирует те высокомерие и ярость, которыми так хорошо известна Чхверри. Её глаза не отрываются от Тиффани, едва замечая девушек, взбирающихся по ступенькам. — Всё кончено, Чхверри! — выкрикивает Тиффани. — Твоя власть над этим городом закончилась. Я не дам тебе разрушить ещё больше жизней. — Ты правда думаешь, что сможешь одолеть меня? Я создала тебя! Ты не что иное, как продолжение моей воли и желания, — бестелесный голос раздается эхом в пустоте, исходя из глубин призрачной фигуры. — Нет, — отвечает Тиффани. — Я не просто твоя марионетка. Я своя же собственность, и я буду последней девушкой, которую ты забрала из этого мира. Слова Тиффани резонируют во всех фибрах этой бесконечной пустоты. — Достаточно! — рычит сущность. — Надо было расправиться с тобой ещё давным-давно. Призрачная рука поднимается и тянется вперёд, сущность издаёт зов. Рядом с ней появляются две девушки. Вещи, в которые они одеты, выглядят такими устаревшими, будто им уже несколько веков. Глаза одной из них светятся глубоким благородно-синим цветом, одежда опрятна и прилична; она излучает атмосферу утонченности, смешанной с надуманным превосходством. Радужки другой горят огненно-красным, её лохмотья изодраны. Девушка свирепо скалит на Тиффани зубы, сверкающие в чёрной пустоте. Тиффани поворачивает голову к лестнице. — Уходите! Сейчас же! — кричит она, и демоны атакуют. — Скорее, скорее! — Хеджу подталкивает спины Чонын и Джинсоль. Те возобновляют подъём, волоча Йерим за собой. Звуки борьбы наступают на пятки, заставляя подниматься всё выше и выше по бесконечной лестнице. В какой-то момент Хеджу оглядывается на нижние ступеньки, находящиеся в сотнях футов от неё, и видит, как Тиффани блокирует продвижение Чхверри, Соул и Ким Лип сияющим щитом, исходящим от её тела. Он создает силовое поле, которое сдерживает трёх дьяволов, безжалостно нападающих на его поверхность, и напряжение растёт, когда попытки пробить его оболочку оказываются безуспешными. Хеджу отворачивается, чтобы сосредоточиться на побеге. Ступени не заканчиваются, и Хеджу думает, что они могут никогда не покинуть этот ад. Но как только она начинает смиряться с их гибелью, появляется свет. Он сияет над головами путеводной звездой, и все девушки вскрикивают от облегчения. Они уже рядом. Свет становится ярче и ближе с каждым шагом, и, когда они наконец достигают вершины, когда они наконец окутываются его сиянием, всё меняется. Пространство и время схлопываются, свет заливает зрение.---
— Давайте ещё раз. Это была не Чонын? — Нет. — И Джинсоль тоже? — Ага. — А Йерим… — Джиу, повторяю последний раз, нет. Это всё были не они. — Ладно, хорошо. Тогда кто это такие, чёрт возьми? — Послушай, Джиу, — громко вздыхает Хиджин. — Мы рассказали тебе всё. Никто из нас не знает, что на самом деле представляют собой Чхверри и двое других. Нам известно только то, что они использовали тела Джинсоль, Чонын и Чхверри, чтобы захватить Хеджу по какой-то неизвестной грёбаной причине. Джиу хмыкает, наблюдая за двумя связанными бессознательными телами на сцене. Виви ходит туда-сюда вдоль кулис, а Хиджин сидит на стуле, к которому ранее была привязана Джиу. — У меня всё ещё много вопросов. — Как и у нас, — говорит Виви. — Сейчас мы знаем столько же, сколько и ты. Джиу слегка хмурит брови, замолкая в размышлении, а Виви и Хиджин вздыхают. Они уже некоторое время следят за телами Чонын и Джинсоль, и непрекращающиеся вопросы Джиу не помогают облегчить головную боль от этой ситуации. Недавно Хасыль сообщила, что она и Хёнджин прибыли в травматологический пункт, а о том, что происходит с Хеджу, Ёджин, Чэвон и Суён, всё ещё ничего неизвестно, и это начинает их беспокоить. — Окей, последний вопрос, — начинает Джиу, заставляя Виви и Хиджин одновременно охнуть. Однако Джиу не удаётся договорить. Два судорожных вздоха от ранее неподвижных тел, связанных вместе, приводят трёх девушек в состояние повышенной готовности. Все оборачиваются и наблюдают, как Чонын и Джинсоль, похоже, возвращаются из глубин беспамятства. Хиджин встаёт со стула, а Виви подходит к центру сцены, обе образуют защитный барьер перед Джиу. Когда Чонын и Джинсоль наконец удаётся отдышаться и мельком оглядеть своё окружение, они чувствуют, как тяжесть спадает с их плеч, а вены наполняет облегчение. Девушки почти не обращают внимания на то, что они связаны, пока кто-то над ними не прочищает горло. Они поднимают глаза и видят трёх подруг, подозрительно наблюдающих за ними. — Джиу, Виви, Хиджин… ох, слава Богу, — мягко вздыхает Чонын. — Вы… мы вернулись. Что вы… почему вы так на нас смотрите? Джинсоль, лежащая спиной к девушкам, крутит головой. — Ага, и почему мы связаны? — три девушки не отвечают, продолжая глядеть на них с сомнением. — Погодите, вы, — Чонын растерянно моргает, пока до нее не доходит, — ох, чёрт, вы думаете, что мы всё ещё те две засранки. Джинсоль издаёт оскорблённый звук: — Ребят, это мы, правда. Можете отпустить нас, пожалуйста? — М-м, конечно. Как нам понять, что это действительно вы? Вы можете просто прикидываться, — говорит Джиу, щурясь на них из-за спин подруг. Чонын смотрит на неё с упрёком. — Тебе раньше нравилась Суён, — сухо констатирует она. — И Хасыль. А ещё Виви… Я могу продолжить. Краснея, Джиу издаёт громкий писк, а Хиджин и Виви смотрят на неё широко раскрытыми глазами. Джиу игнорирует их взгляды и бормочет: — Ладно, да, это Чонын. — Круто. Рада, что мы разобрались. Можете теперь нас развязать? — говорит Джинсоль, и Хиджин наконец хватает ножницы, чтобы разрезать клейкую ленту, обвитую вокруг их тел. Когда девушки освобождаются от пут и поднимаются с пола, обе замечают накатывающую головную боль и почти одинаковые шишки, формирующиеся на макушке. — Почему я чувствую себя так, будто мне по голове зарядили битой? — Та же фигня. Их взгляды падают на трёх подруг. Джиу невинно пожимает плечами, Хиджин избегает зрительного контакта, а Виви слегка морщится. — Ну, видите ли…---
Ослепительный белый. И больше ничего. Хеджу чувствует невесомость, будто она находится вне реальности, прежде чем всё торопливо возвращается в норму, её живот скручивает, а ноги касаются твёрдой поверхности. Девушка снова оказывается на вершине вышки для прыжков в воду, запыхавшаяся и со слегка кружащейся головой, и оборачивается в поиске своих подруг. Суён, Ёджин и Чэвон стоят позади, повернувшись к ней спиной, а Джинсоль, Чонын и Йерим нигде не видно. — Боже мой, мы выбрались, — не веря собственным словам, говорит Хеджу и тем самым пугает трёх девушек, не подозревающих о её присутствии. — Чёрт подери! — выкрикивает Ёджин, подпрыгивая и принимая боевую стойку. Двое других тоже поворачиваются, и, когда все они замечают изумлённую Хеджу, они удивлённо вздыхают и бегут к ней, заключая девушку в крепкие объятия. — Хеджу! Ты в порядке! — Ты не ранена? — Куда ты пропала? Мы чертовски волновались. — Я в порядке, — говорит Хеджу, прижимая подруг к себе. — Я в порядке и не ранена. Я была в пространстве Чхверри. Это… долгая история. Три девушки отстраняются с растерянными взглядами, но облегчение от благополучного возвращения Хеджу затмевает недоумение от последнего заявления. Они радостно улыбаются, а на глазах Чэвон появляются слёзы. Хеджу смотрит на неё, и другая девушка едва не начинает плакать. Хеджу обнимает её ещё раз, шепча успокаивающие слова в волосы девушки, и чувствует возвращение спокойствия, когда Чэвон с облегчением вздыхает. Она отстраняется, глядя на Хеджу, прежде чем ударить её по руке. Сильно. Неоднократно. — Ай, блин, стой, стой! — Никогда! — удар. — Больше! — удар. — Не делай! — удар. — Так! — Хорошо! Хорошо! Извини, прости, — говорит Хеджу, защищаясь от безжалостной атаки Чэвон. Девушка получает ещё один сильный удар, а затем Чэвон останавливается. Хеджу поглаживает свою ушибленную руку, с опаской наблюдая за Чэвон, прежде чем девушка обнимает её в последний раз. Ёджин и Суён снова присоединяются к ним. Когда они отстраняются, на глаза Суён наворачиваются слёзы, и Хёджу замечает это. Она собирается извиниться снова, но возле лестницы вышки раздаётся стон. Три девушки напрягаются, оборачиваясь на звук. — Чёрт, — говорит Суён, — она проснулась. Ёджин, хватай шокер. Младшая кивает и тянется к сумке, а Хеджу наконец замечает распростёртое поблизости тело. — Нет, не надо! Это Йерим! Проталкиваясь мимо подруг, Хеджу останавливается перед Йерим. Её руки связаны за спиной, девушка пытается сморгнуть дезориентацию в своем затуманенном разуме. Она затрудняется принять сидячее положение, поэтому Хеджу помогает ей, твердой рукой удерживая за спину. Когда Йерим достигает некоторого подобия вменяемости, её взгляд останавливается на Хеджу. — Мы… выбрались? — Да. Да, Йерим, мы выбрались, — кивает Хеджу. Йерим выдыхает, едва не плача, и прижимается лбом к плечу девушки. Хеджу заглядывает себе через плечо. — Помогите мне развязать её. Ёджин реагирует первой. Она лезет в сумку и достает перочинный нож. Заходя за спину Йерим, она встаёт на колени и начинает срезать путы, обернутые вокруг тела девушки. Верёвка падает от одного щелчка, и Ёджин убирает нож, чтобы помочь Хеджу поднять Йерим с бетона. Рука Йерим автоматически хватается за плечи Хеджу. Она всё ещё слаба, но не так безнадёжно, как в другом измерении. Девушка смотрит на Суён, Чэвон и Ёджин. — Привет, девчонки, — коротко говорит она. Подруги улыбаются. — Привет, Йерим, — отвечает Суён и подходит ближе, чтоб слегка приобнять девушку, помня о её слабости. Чэвон делает то же самое, а Ёджин использует этот момент, чтобы собрать свою спортивную сумку. — Окей, давайте сваливать отсюда. Хеджу осторожно ведет Йерим вниз по ступеням, а остальные следуют за ней. Медленно, но верно, они достигают дна, и Ёджин только успевает сделать первый шаг на твёрдую землю, когда в воздухе раздается низкий ревущий голос. — Хеджу! Я не позволю тебе уйти! Девочки замирают, а глаза Хеджу широко распахиваются. — Тиффани, нет… — Ты будешь моей! Хеджу хочется расплакаться. Этот кошмар просто не хочет заканчиваться. Тиффани пожертвовала собой ради них, а теперь всё может оказаться напрасным. Она бросает быстрый взгляд на всех своих подруг. Йерим едва находится в сознании, а остальные выглядят напугано. В ужасе. Всё не может закончиться так. Просто не может. Внезапно Хеджу слышит в своей голове голос Тиффани, говорящий: «Уничтожь эту чертовщину раз и навсегда». Эти слова снова и снова прокручиваются в её мыслях, и Хеджу всё понимает. Она подзывает Суён кивком головы и перебрасывает руку Йерим через плечи старшей девушки, когда она подходит ближе. — Уведите Йерим отсюда. — Что ты собираешься делать? — Чэвон внимательно наблюдает за подругой. Хеджу смотрит на вышку, затем на ветхий бассейн под ней. — То, что нужно было сделать сотни лет назад, — она слегка подталкивает Ёджин и Чэвон. — Просто доверьтесь мне. Идём. Четыре девушки спешат к ржавым воротам, ведущим в окружающих их лес, а Хеджу бежит к той части забора, через которую они вошли, пока в её голове формируется план. План по уничтожению злобной сущности, терзающей этот город. Она прокрадывается через дырку в металлической сетке, мчась мимо кустов и деревьев, пока не находит ключ к своей идее — похожую на экскаватор машину, брошенную лесозаготовительной компанией. Поднявшись по высоким ступеням, Хеджу запрыгивает в кабину и садится в кресло. Она осматривает все циферблаты, экраны, джойстики и педали, находящиеся перед ней, и заставляет себя сохранять спокойствие. Находя ключ в замке зажигания, девушка поворачивает его, и двигатель машины оживает. — Это не должно быть слишком сложно, да? — шутит Хеджу сама с собой, начиная возиться с управлением. Лёгкое нажатие носком по левой и правой педали приводит в движение соответствующие гусеницы, немного продвигая её вперед. Оттягивание правого джойстика назад поднимает стрелу машины вверх, а перемещение его в сторону изменяет угол крепления на конце стрелы. Левый рычаг вытягивает руку вверх и наружу, если его наклонить вперёд, а любое движение в сторону вращает всю конструкцию по кругу. Достаточно освоившись с движениями машины, Хеджу делает глубокий вдох. — У меня получится. Всё под контролем. Опуская правую ногу, девушка поворачивается к забору. Глядя прямо на свою цель, Хеджу жмёт на обе педали, и машина ползет вперед. Она подбирается всё ближе и ближе к забору, а затем газует чуть сильнее. Гусеницы врезаются в хлипкий металлический забор и с грохотом сносят его, пока Хеджу продолжает вести машину к вышке для прыжков в воду. Она останавливается, когда стрела машины оказывается достаточно близко, чтобы добраться до вышки, и в этот момент её ушей достигает успокаивающий голос. — Подойди. Подойди ко мне, Хеджу. Всего парой слов сладкий голос выманивает Хеджу из машины. Девушка чувствует, как теряет контроль над собственным телом, но пытается бороться с этим. Её голова воюет с телом: разум говорит остаться, а тело стремится выбраться из кабины, и Хеджу изо всех сил старается сохранить контроль. В этот раз Тиффани её не защитит. — Нет, нет, я… не дам тебе победить, — говорит Хеджу, прикладывая к словам все усилия. Её мысли крутятся вокруг Йерим, её подруг, Тиффани и всех, кем так жестоко воспользовалась Чхверри. Это существо слишком долго причиняло людям боль, и Хеджу это надоело. Гнев, боль и разрушения, вызванные Чхверри, неизмеримы, из-за неё были украдены жизни многих людей. Но это не повторится. Хеджу больше не позволит этому случиться. Её смелость и решимость растут с каждым проходящим моментом. Напряжение в теле начинает уменьшаться, а воля возвращается в её собственные руки. Девушка восстанавливает контроль над своим телом. Она не даст Чхверри управлять собой. — Я больше не боюсь тебя. Вскрикивая, Хеджу перемещает рычаг сначала в одну сторону, а потом в другую, и клешня на стреле двигается с ней в тандеме. Машина ударяет по вышке, бетон трескается. Хеджу проделывает эту процедуру снова, и снова, и снова, пока, наконец, последним взмахом клешня полностью не проходит сквозь бетон, и вся вышка не падает в бассейн. Как только конструкция трескается и рушится, эхом раздаётся адский визг. В воздухе висит пыль, немного загораживая обзор Хеджу, и девушка ждёт, пока она осядет, чтобы выбраться из кабины. Она становится на ступеньки машины, наблюдая за разрушением под её ногами. Обрушившись, вышка повредила и сам бассейн: вдоль каждого его дюйма начинают распространяться трещины от удара. Но, глядя на руины, Хеджу решает, что этого недостаточно. Хеджу спускается со ступенек. Она замечает приличный кусок бетона у основания башни и берёт его в руки. Девушка тащит его обратно к машине, поднимает наверх и взбирается сама. Бросив последний взгляд вокруг себя, Хеджу подбадривает себя и ставит обломок на педали экскаватора, выпрыгивая из движущейся машины, пока она мчится на дно бассейна. Приземляясь с тяжёлым вдохом, Хеджу разворачивается и убегает. Она не оглядывается, когда за спиной раздаётся грохот. Она не оглядывается, когда что-то взрывается. Она не оглядывается, когда чувствует, что треск от разрушения бассейна начинает расширяться. Она не оглядывается, когда снова слышит визг, отчаянный пронзительный. Хеджу бежит сквозь ворота в лес, ни разу не бросив беглого взгляда назад. — Что происходит? Остальные ждут девушку на расстоянии нескольких футов, Йерим всё ещё висит на плечах Суён. Хеджу подбегает ближе. — Я же сказала увести Йерим отсюда! — Мы собирались тебя бросать, — возражает Чэвон. — Что ты сделала? Мощный взрыв сотрясает землю, и из-за забора выглядывает огненный жар. Все вскрикивают; Хеджу проскальзывает под другую руку Йерим. — Чёрт! Бежим! Девушки мчатся через лес, а за их спинами раздаётся череда взрывов. Время от времени Йерим спотыкается о грязную лесную подстилку, но Суён и Хеджу всегда готовы её поймать. Они минуют милю за милей, пока из-за деревьев не появляется машина Суён. Когда автомобиль покидает лес, а в поле зрения один за другим начинают появляться дома, Хеджу наконец оборачивается. Над линией горизонта в воздух поднимается столб клубящегося чёрного дыма. Хеджу наблюдает за тем, как дым распространяется по небу, его едкий запах разносится ветром по всему городу. Девушка делает выдох, не осознавая, как долго задерживала дыхание. Затем Хеджу смотрит на девушку, сидящую рядом с ней. Голова Йерим подпрыгивает от движения машины, глаза полузакрыты, дыхание ровное. Хеджу слегка улыбается и кладёт голову другой девушки себе на плечо. Йерим позволяет этому случиться и мягко выдыхает, когда Хеджу берёт её за руку и переплетает их пальцы. Девушка смотрит на макушку Йерим и видит, как фиолетовый цвет у её корней уже переходит в родной каштановый, словно Чхверри начинает исчезать из её жизни. Из жизни их обеих. Хеджу сжимает ладонь Йерим, а та полностью закрывает глаза, засыпая. С Йерим на её плече и подругами, благополучно избежавшими разрушения, которое происходит в лесу, Хеджу шепчет: — Всё кончено. Всё наконец-то позади.
Примечания:
П/А: Что ж... вот она. Развязка конфликта. Чхверри повержена. Это будет не последняя глава; есть ещё много незавершенных дел. Я хочу убедиться в том, чтобы финал удовлетворил всех читателей, и для этого мне нужно больше времени.
П/П: Мы на финишной прямой!! Буду ждать ваших мыслей по поводу главы :]
