Альтернативный старт

Реджина чувствовала себя униженной, находясь в грязном фургоне для скота, и планировала наказать Спасительницу как можно жёстче. «Да как она посмела? Меня, королеву, усадить в это корыто!» — негодовала брюнетка, но в слух ничего не говорила. Эмма сдерживала улыбку, наблюдая за столь недовольным лицом напротив. То, как эта женщина пыталась сдерживать своё раздражение, умиляло Свон. Возможно, она бы и почувствовала себя неловко за данную ситуацию, однако блондинка считала, что и так много сделала. Найти машину, снять квартиру и всё это за несколько часов. Разве этого было мало? «Достаточно!», — мысленно отвечала на свой же вопрос Эмма. Машина завернула в сомнительный район, после чего проехала ещё пару минут и остановилась возле угла многоэтажки. Первой вылезла Свон. Закурив сигарету и зажав её между губами, она подставила подпорки и сдержанно улыбнулась брюнетке, когда взялась за ручки кресла и потянула коляску на себя. Ни один фонарный столб не работал, улицу освещал лишь свет из окон квартир. — Мне помочь или сама справишься? — ровняясь с девушкой, спросил худощавый парнишка, которому на вид было лет восемнадцать. — Да не, дальше я сама. Там есть пандус, — выдыхая дым, сказала Свон. — А если лифт не работает? — спросил Дилан и, приняв сигарету от подруги, затянулся, как в последний раз. — Если? — спросила девушка, после чего они оба рассмеялись. — Не переживай, братишка, нам на третий этаж. Доберёмся. Спасибо, — сказала Эмма, после чего обняла парня. — Езжай и так уже задержался из-за меня. — Удачи, Эммс. Реджина наблюдала за ними и делала свои умозаключения. Спасительница вновь открылась с другой стороны, и королева поймала себя на мысли: «Насколько же многогранна Эмма Свон?», Дальше она не смогла поразмыслить на эту тему, так как они оказались уже около неработающего лифта, и блондинка попыталась поднять её на руки. — Что Вы делаете? — отталкивая от себя нахалку, высоким голосом спросила Миллс. — Пожалуйста, давай на «Ты»? — склонив голову и одарив брюнетку мягким взглядом, попросила Эмма. — Хорошо. Что ТЫ делаешь? — Собираюсь поднять тебя на третий этаж? — жестикулируя ладонями, произнесла Свон. — Я как бы тоже не в восторге, но выбора у нас нет… лифт тут не работает. — Сама справлюсь! — схватившись за руку девушки, надменно произнесла Реджина и с трудном встав на здоровую ногу — поморщилась. — Ага, в этом я не сомневаюсь, мадам мэр, но мне бы хотелось оказаться на третьем этаже уже в этом году, — насмешливо сказала Свон, подхватывая упёртую женщину на руки и быстро поднимаясь по лестнице. Левая рука Реджины оказалась на шее Спасительницы, и она смотрела на профиль девушки, поражаясь, с какой лёгкостью та её несла. Эмма подошла к обшарпанной железной двери и легонько подкинув Миллс, освободила руку и достав ключи, открыла квартиру. Сделав пару тройку быстрых шагов, она усадила Реджину на диван, а сама вышла. Как только девушка оказалась на первом этаже, сразу же уселась в коляску и, громко выдохнув, приложила ладонь к животу. «Нужно бросать курить», — поругала она себя, пытаясь отдышаться, но спустя четыре минуты достала сигарету и, затянувшись, откинула голову и, прикрыв глаза, выдохнула. — Определённо нужно, — очередной раз затягиваясь, произнесли наглые губы. Реджина сидела на диване и оглядывала студию. Эта была ещё более убогой, чем та, в которой она впервые увидела Спасительницу. Здесь был диван, на котором она сидела, деревянный кофейный столик, сломанный пополам и лишь чудом стоящий на четырёх ножках. Немного сбоку была барная стойка вместо кухонного островка, за которой было видно разбитые кухонные тумбы, перекосившуюся плиту и полуприкрытый холодильник, который тарахтел, словно трактор. — Я здесь не останусь! — поборов желание скрестить руки на груди, заявила Миллс, когда блондинка закрыла за собой дверь, затаскивая коляску в квартиру. — Ты совершенно не умеешь быть благодарной, да? — усаживаясь на угол скрипящего столика, спросила Свон. — За что мне быть благодарной? За то, что ты заставила ехать меня в компании тухлого мяса? Или за то, что притащила меня сюда, где даже пьяницы не стали бы жить? — сверля взглядом, эмоционально спрашивала брюнетка, пытаясь сдержать внутреннюю истерику. — За то, что не оставила тебя в больнице, — спокойно ответила Эмма, выравниваясь. Как только её осанка стала ровной, стол прогнулся и задница девушки провалилась в центр. Секунду спустя она громко рассмеялась. — Я понимаю, это всё не для такой женщины, как ты, Миллс, но и я не мэр и не имею больших финансов, чтобы селить тебя в хоромах, — скрестив лодыжки и опираясь о деревянное основание плечами, оказываясь будто бы в тележке из супермаркета, весело сказала блондинка. Реджина слегка склонила голову и посмотрела на неё заинтересованным взглядом. Эта девушка умудрялась вызывать интерес и раздражать одновременно. — Не могла бы ты отвезти меня домой? — Нет, пока не могу, — поджимая губы, сказала Эмма, — В следующий понедельник мой босс улетает в другую страну, вот тогда я смогу отлучиться и доставить тебя в твой городок. — Это ведь не займёт много времени. Почему не сейчас? Ты ведь успеешь вернуться до рассвета, — не сдавалась Миллс. — Во-первых ты убила человека и сбежала. Опасно сразу же ехать обратно… нужно подождать, пока всё не утихнет… — А во-вторых? — А во-вторых я немного накосячила и босс может позвонить в любой момент и сказать, чтобы я была у него через десять минут… Если я не сделаю этого, то… то тебе лучше не знать, мисс Миллс, что со мной будет, — просовывая ноги и выкарабкиваясь из капкана, говорила Эмма. — Тогда вызови мне такси? — До чего же упёртая женщина! Ты понимаешь, что если вас остановят, то ты сразу же отправишься в тюрьму? «Радуйся что у меня нет магии, девочка!», — зло подумала Реджина, прожигая Спасительницу яростным взглядом. — И не нужно на меня так смотреть, госпожа мэр. Я обещаю, что отвезу тебя домой в понедельник. Хорошо? — Хорошо, — сквозь стиснутые зубы,произнесла королева, облокачиваясь о спинку дивана. — Вот и замечательно, а сейчас закажи пиццу, а я пока приму душ, — кидая телефон на диван, сказала девушка и поспешила скрыться за дверцей ванной комнаты. Только сейчас Реджина почувствовала боль во всём теле. Пододвинувшись, она хотела лечь на спину, но не смогла этого сделать. Слишком болезненными были какие-либо движения и физические нагрузки. Бросив эту затею, она облокотилась спиной о диван и, запрокинув голову, прикрыла глаза. Минут через пятнадцать вышла Эмма. Её волосы были замотаны в розовое полотенце, а тело обмотано белым. Зевнув, она посмотрела на мэра, и её губы расплылись в понимающей улыбке. Взяв с края дивана телефон, она заказала еду и вдруг осознала, что Миллс была в одной больничной рубахе и другой одежды у неё не было. Накинув сапоги, девушка вышла из квартиры и, спустившись на первый этаж, вышла во двор. «Бинго!», — обрадовалась Эмма, заметив,что из окна на первом этаже так и висело несколько спортивных штанов, одна большая рубашка в клетку и такого же размера серая футболка. Быстро сорвав вещи, Свон побежала к парадной двери. Теперь можно будет не чувствовать себя неловко. — Думала, ты решила сбежать, — произнесла Реджина, не поднимая головы. — Планировала, — соврала Эмма, усаживаясь рядом. — Обманщица, — наклонив голову, как-то по-доброму сказала королева. Сейчас она не хотела ни ругаться, ни выяснять что-либо. Усталость брала своё. — Ага. Сейчас курьер приедет, поужинаем и можно спать. — Спасибо, я не голодна. — Если хочешь набраться сил, то нужно обязательно кушать… Эмму перебил стук в дверь, и она, резко поднявшись, пошла открывать. — Ты сломала наш стол. Как мы будем есть? — спросила Реджина, когда блондинка встала возле неё с бумажным пакетом. — Чёрт, точно, — улыбнулась девушка. — Сейчас, подожди! — добавила она и, поставив пакет на пол, прошла на кухню, взяла невысокий табурет и, вернувшись, откинула обломки деревянного столика. Поставив табурет напротив Миллс, она села на пол и, накинув на колени клетчатую рубашку, уселась по-турецки. Достав из пакета коробки с суп-пюре и отбивной, блондинка раскрыла приборы и, мелко нарезав кусочек мяса, добавила его в пюре. После чего установила коробочку на коленях мадам мэра. Проверив, чтобы ничего не упало, она раскрыла ещё одни приборы и вручила брюнетке. — У них очень вкусно готовят. Всегда заказываю, — добавила Эмма, открывая свою коробочку. Реджину тронула такая забота. Эта девушка удивляла её постоянно, и королеве с каждым разом было всё труднее её ненавидеть. Хотя она должна была. Это ведь Спасительница. Плод истиной любви, который разрушит её заклятие. «Но как, чёрт подери, её можно ненавидеть, когда она настолько мила? Особенно с этим розовым полотенцем на голове!», — возмущалась Миллс своим же внутренним убеждениям. — И вправду вкусно, — расправившись со своей порцией, сказала Реджина, пытаясь поставить коробочку левой рукой. — Ага, — подхватывая картон с фирменной наклейкой сети ресторанов, сказала блондинка с набитым ртом. Убрав пустую тару в пакет, она достала небольшую бутылочку сока и, открутив, приподнялась, давая её в руки Миллс. — Там футболка на диване… тебе нужна с ней помощь? — Нет! — Так и думала, — улыбнулась девушка, вставая и унося пакет на кухню. Решив дать возможность мэру переодеться, Свон долго возилась с холодильником, пытаясь его захлопнуть, и в конечном итоге просто перевязала его бинтом, так как другой верёвки не нашла. — Да Вы прирождённый врач, мисс Свон, — со смешливыми нотками в голосе произнесла брюнетка, усаживаясь обратно после того, как натянула длинную футболку чуть ли не до колен. — Это да! Так что смотрите, мисс Миллс, чтобы я не взялась перевязывать Вас, — таким же тоном ответила Эмма, поднимая ноги женщины и помогая ей лечь поудобнее на широкий диван. Реджина повернула голову и стала наблюдать за тем, как девушка раскладывает кресло и, наваливая на него диванные подушки, заваливается сверху, выпуская стон облегчения. После чего раздражённо фыркает и с жалобным стоном поднимается, выключает свет и обратно ложится на свою импровизированную кровать. И вновь довольные звуки покидают её рот, что заставляет королеву улыбнуться. Искренне и по-настоящему. Она смело это делает, ведь знает, в темноте её слабость никто не заметит. — Спасибо, — срывается с королевских губ, когда она слышит лёгкое посапывание. — Пожалуйста, — пугает её ответ сонным голосом, ведь Реджина была уверена, что Спасительница уснула. ** Эмма проснулась в три часа ночи,. Её лоб был покрыт холодными испаринами пота, а глаза широко распахнуты. Повернув голову налево, она прислушалась и, уловив размеренное дыхание, облегчённо выдохнула. Эти кошмары начались месяц назад, на её двадцать восьмой день рождения. Первый раз она проснулась с громким криком, когда во сне ей привиделся невысокий безликий мальчик, обвиняющий её в своей смерти. С того момента каждый день её посещали кошмары, вынуждающие просыпаться за ночь раз по десять. С тех пор она довольствовалась в лучшем случае четырьмя часами сна и большим количеством энергетических напитков. Ещё очень хорошо помогало большое количество алкоголя и употребление запрещённых веществ. Но и с этим она не могла перебарщивать. В общем, это был замкнутый круг, с которого девушка пока что не знала, как выбраться. Прижав ладони к лицу, Свон сильно ими надавила и что было сил зажмурилась. После чего резко поднялась и закрылась в ванной комнате. Реджина проснулась от первого тихого крика Спасительницы. Лунный свет раскидывал свои лучи прямо на её спальное место, и королева могла видеть, как блондинка мечется по кровати. Теперь Миллс поняла, почему та выглядела такой невыспанной в Сторибруке. Ещё через полминуты Эмма громко закричала и широко распахнула глаза. Брюнетка прикрыла свои и притворилась спящей. Этой ночью ни одна из них больше не уснула. Свон пыталась, но проснувшись ещё несколько раз повернулась на бок и, открыв телефон, принялась читать. Реджина тоже пыталась, но крики её временной соседки не дали этого сделать. ** Проснувшись ближе к двум часам дня, Миллс осознала, что находится одна в квартире. Тело ужасно болело не только от переломов, а и от того, что она лежала практически в одном и том же положении. Её правая рука, как и нога, была в гипсе, что ещё больше всё усложняло. Попытки встать успешно проваливались одна за другой, но королева не сдавалась, с каждым разом ругаясь всё громче и громче. — Да чтоб тебя… — Эй, подожди, сейчас помогу, — крикнула Эмма, которая в этот самый момент стояла в дверях и высовывала наушник из уха. Поставив два больших бумажных пакета на пол, она прикрыла дверь, прокрутила ключ и, развернувшись, сделала несколько шагов по направлению к дивану. — Себе помоги! — рявкнула Реджина, чувствующая себя униженной из-за того, что Спасительница припёрлась именно в тот момент, когда она была настолько слаба. — Это вряд ли, — поджав губы, спокойно ответила Эмма, наклоняясь и ставя ногу в гипсе на пол. Затем она помогла девушке встать на левую ногу и хотела подставить плечо, чтобы мэр смогла на него опереться, но та на неё так посмотрела, что правая рука застыла в воздухе на полпути. — Не нужно меня нести на руках! Я и сама смогу дойти до ванной комнаты! — Я не враг тебе, Реджина, — как-то слишком мягко сказала Свон, чем заставила королеву почувствовать укол вины. Протиснувшись в ванную, Эмма помогла зайти вредной женщине и, усадив её на унитаз, повернулась к ней спиной и, слегка наклонившись, открутила лейку душа и подтянула её настолько, чтобы Реджина могла комфортно ей пользоваться. — Я ведь устрою здесь потоп, — держа душевую лейку в левой руке и оглядывая не слишком широкий санузел, сказала Миллс. — Нечего страшного, я потом уберу. Ты пока развлекайся, — приподняв брови в игривом жесте произнесла блондинка, еле сдерживая улыбку. — А я пойду посмотрю, высохло ли полотенце. Реджина посмотрела на свою левую руку, затем на уже закрытую дверь и вновь на руку. «Да как она смеет говорить такую похабщину?!», — густо покраснев, ощетинилась королева, после чего откинула лейку в раковину. Ещё больше она покраснела, когда поняла, что на ней, кроме серой безразмерной футболки больше ничего нет. Хотелось провалиться под землю, но Реджина была сильной женщиной, поэтому стиснула зубы и, приложив максимум физических усилий, справилась с поставленными задачами. Чего только стоит девятиминутное снятие футболки. Она честно хотела залезть в ванну, но не смогла, поэтому действительно устроила мини потоп. — Ты закончила? — спросила Свон, когда услышала, что вода перестала плескаться. — Да. — Хорошо… Сглотнув, девушка раскрыла широкое полотенце и, постучав в дверь, распахнула руки и показательно отвернулась. Реджина еле смогла сдержать улыбку на такое поведение Спасительницы и, опираясь рукой о дверной косяк, зашла в предлагаемые ей объятия, на пути касаясь руки блондинки и слегка опуская её, чтобы можно было поудобней приложить полотенце. Свон поспешила её укутать и завернуть кончик полотенца. Только тогда она отступила и посмотрела в глаза напротив. Обе были с раскрасневшимися щеками, и обе поспешили отвести взгляд. Усадив брюнетку на диван, Эмма посмотрела на табурет, на котором сверху спортивных штанов и свободной футболки лежали хлопковые серые трусики. — Ну уж нет! — щёки королевы стали не то чтобы красными, а багровыми. Свон запрокинула голову и громко рассмеялась, доставая пачку сигарет из заднего кармана, она подкурила одну и, затянувшись, выдохнула колобашку дыма. — Боже, ведём себя как маленькие дети! — зажав тонкое табачное изделие между губ, девушка взяла нижнее бельё и, присев на корточки, всунула сначала ногу в гипсе, а затем и здоровую. Натянув их до колен, она убрала руки и встала. — А теперь я пойду устранять потоп, госпожа мэр, — улыбнувшись, она выдохнула дым через нос и скрылась за дверью ванной комнаты, где дрожащей рукой взялась за фильтр и ещё сильней затянулась. Как только блондинка закрылась в ванной, Миллс обнаружила, что до сих пор сидит с приоткрытым ртом и широко распахнутыми глазами. Её настолько поразило действие Свон, что она даже не нашла в себе сил возмутиться. Только сейчас Реджина пришла в себя и принялась натягивать трусики на законное место. После того, как смущение и негодование ушло, королева отметила, что Спасительница вела себя весьма по-джентельменски. Помассировав рёбра, она хотела попытаться надеть штаны, но сил встать уже не было. Откинувшись на спинку дивана, Миллс прикрыла глаза и приглушённо простонала. — Почему у меня нет магии? — спросила она вслух, думая, что задаёт мысленный вопрос. — Я бы тоже не отказалась от магии, — сказала Эмма, которая стояла в центре комнаты. — С магией проще, — со знанием дела ответила Реджина, не сдвигаясь с места. — Поддерживаю! Если бы у меня была магия, то я бы наколдовала горячий сочный круассан! Королева рассмеялась так громко и так открыто, что вызвала улыбку на бледно розовых устах блондинки. — Определённо, нам сейчас не хватает только круассана. Мисс Свон, Вы очаровательны. — Не думала, что ты на такое способна, — слишком серьёзным голосом сказала Эмма, чем заставила мэра поднять голову и посмотреть ей прямо в глаза. — О чём ты? — О твоём смехе… Не думала, что ты умеешь смеяться. — Я много чего умею, дорогая, — беззлобно ответила Миллс. — Но не каждый достоин это увидеть? — опираясь пятой точкой о боковую часть кресла, спросила девушка. — Именно. ** Остаток дня пролетел очень быстро, в особенности для Реджины. Они пообедали, после чего Эмма дала ей лекарства и брюнетка провалилась в сон. Спасительница тихонько выскользнула из квартиры и вернулась лишь в пол-одиннадцатого ночи. Нервная и раздражительная, но благодарная мэру, что та молча поужинала и справившись в ванной комнате, так же молча приняла таблетки и легла спать. Сама же Свон закрылась в ванной комнате, убрала воду после ванных процедур брюнетки и закурив, легла в пустую ванну. Закрывая глаза, она погрузилась в размышления, а спустя непродолжительное время встрепенулась от того, что жар от сигареты упал на оголённую кожу. Выбравшись из холодной керамики, Эмма добралась до своей импровизированной кровати и, свернувшись калачиком, прикрыла глаза. Эта ночь была в точности как и предыдущая. Никто из девушек не выспался. Но если Миллс смогла заснуть крепким сном утром, то Свон собралась и пошла по своим делам. ** В этот раз Эмма вернулась в шесть вечера и немного навеселе. Закрывая за собой двери на ключ, она услышала звуки из ванной. Улыбнувшись, прошла на кухню и поставила пакет с едой на барную стойку. — Прости, раньше не получалось освободиться. Водитель убера, козёл! Не захотел сворачивать в этот район. — Кто такой Убера? — медленно выходя из ванной, спросила Реджина. — Ты сейчас серьёзно? — уточнила Свон, и её глаза скользнули по длинной футболке и стройным ногам. Да, гипс на правой лодыжке смазывал картину, но не мог скрыть стройность ног. — Да. Что странного в том, что я не знаю твоего Убера? — непонимающе задала вопрос Миллс, опираясь на поданную руку и ковыляя к дивану. — Твой город, конечно, старомодный, но не могу поверить, что он настолько отстал в развитии. — Осторожнее! — предупредила брюнетка, всем видом показывая, что готова защищать его до последнего вздоха. Такая реакция позабавила девушку, заставляя её широко улыбнуться. — Не надоело? — усаживаясь на пол перед табуретом, спросила Свон. — Что именно? — Всегда быть такой серьёзной? «Надоело!», — очень хотелось сказать, но в слух она произнесла совершенно другое: — Не твоё дело! — Всегда такая колючая, — опираясь ладонями о пол позади себя, произнесла Эмма. — Не поверю, что тебе никогда не хотелось поставить жизнь на паузу, выбросить свой чёртов контроль и просто расслабиться. Реджина смотрела на девушку и злилась. Злилась тому, что завидует ей. Завидует той свободе, которая исходила от Спасительницы в каждом её слове, в каждом жесте и в каждом действии. — Даже если и так… — слегка охрипшим голосом произнесла брюнетка, после чего кашлянула. — Даже если это и так. Я занимаю высокую должность и не могу, как ты выразилась «поставить свою жизнь на паузу и просто расслабиться». — Почему? — с какой-то детской непосредственностью прозвучал этот вопрос, что не могло не располагать. — Потому что — я глава города и должна следить за своими словами и за своими действиями! — Ты сейчас не в своём городе, Реджина… — словно змей искуситель, тихо проговорила Эмма, доставая из кармана серебряный портсигар. Раскрыв который, она достала аккуратно скрученный косяк, подкурив который, выдохнула и протянула брюнетке. — И никто не осудит тебя за это. «Ещё чего! Я не собираюсь употреблять эту дрянь!», — твердил в голове голос Злой Королевы, а желание поддаться соблазну ощущалось практически на физическом уровне. — Я не стану… — Отпусти себя, мадам мэр… скоро ты вернёшься в свой скучный город и будешь вновь держать свой чёртов контроль, — не отступала Спасительница, держа руку в воздухе. По коньячному взгляду было видно, как сильно женщина борется внутри себя, и когда она потянулась вперёд и взяла косяк, Свон широко улыбнулась. — Какая дрянь! — зайдясь в кашле, высоким голосом сказала Миллс, на что блондинка громко рассмеялась. — Давай ещё раз, только в этот раз помедленнее. ** Спустя час пятьдесят в южных трущобах Бостона, в небольшой квартирке на третьем этаже громко разносился заливистый смех королевы. Реджина смеялась так, как никогда до этого ни в одном из миров. На её коленях лежала полупустая пачка чипсов, и её левая рука была в ней. Шуршала, отыскивая самую большую картофельную пластину. — Я тебе говорю, так смешно я ещё не бегала! Только представь: высокая шпилька, короткое платье и вот во всём этом я бегу за воришкой, который спёр мой телефон! — весело говорила Эмма, заталкивая в рот большую горсть чипсов. — Ты смешная. — Да. Я, как ты там сказала… «Само очарование»? — Да, — улыбаясь, подтвердила брюнетка, пытаясь укусить чипсину, она промазала мимо рта и попала в щёку, после чего вновь рассмеялась. — Ты тоже очаровательна, мадам мэр, — залюбовавшись, вполне серьёзно сказала Свон. — Ты не знаешь меня, Эмма… как ты можешь так говорить? — заглядывая в весёлое лицо девушки, искренне поинтересовалась Реджина. — Ты не знаешь, что такое «Убер, суши, инстаграм» и ещё много чего… — задорно говорила блондинка, зажимая палец за пальцем, она по-прежнему сидела напротив своей собеседницы на полу в своей излюбленной позе. — Это всё не настолько важно, как вы все считаете, — философски ответила брюнетка с набитым ртом. — В твоих словах есть правда, но я не успокоюсь, пока ты не попробуешь сашими! — Что это? — с детским любопытством в голосе спросила Миллс. — О-о-о! Это то, что курьер привёз десять минут назад! — возбуждённо прощебетала Эмма и, поднявшись, практически пробежала к холодильнику, проскользив на носках по коридору. Достав две баночки пива и громоздкую коробку, девушка вернулась обратно и, пододвинув табурет как можно ближе к прекрасной женщине, установила на него коробку. Нетерпеливо раскрыв её, блондинка убрала приборы, салфетки и ёмкости с дополнениями на пол, после чего достала коробочку с сашими, на ледяной подушке. Миллс наблюдала, как длинные пальцы девушки парили над едой, будто бы создавая какой-то шедевр современного искусства. Налив соевый соус и распаковав палочки, Эмма чуть ли не замурчала. Положив кусочек васаби на толстый кусок лосося, она взяла его палочками и, слегка окунув в соус, поднесла к губам Реджины. — Это рыба? — скептически приподняв бровь, насмешливо спросила королева. — Это не просто рыба! Это самая вкусная рыба в мире! — Ещё и сырая? Я не буду есть сырую рыбу, Свон! — ставя ладонь перед лицом, запротестовала мадам мэр. — Просто доверься мне, — мягко касаясь руки и опуская её вниз, уговаривала Спасительница. Когда пухлые губы сомкнулись, пряча кусочек сашими, карие глаза непроизвольно закрылись, как только королева распробовала вкус. — Ум-м-м, — не сдерживая порыва, простонала Миллс. — А я говорила! Подожди, сейчас! — Эмма быстро открыла холодное пиво и подала баночку в левую руку мэру. — О, да-а-а… это и вправду вкусно, — не скупилась на эмоции брюнетка. — А у тебя ещё есть та штучка? — заглядывая в озорные серые глаза, спросила Реджина. — Какая? — поиграв бровями, задала вопрос Свон, открывая портсигар и доставая ту самую штучку. — Эта самая, — откидываясь на спинку дивана, томно проговорила Миллс, предчувствуя волну свободы и веселья, которая накрыла её тело при первом косяке. Но в этот раз чувствовалось по-другому. Расслабление пришло практически сразу. Свон пересела к ней на диван с левой стороны. Сев боком, она подогнула под себя ногу и, облокотившись о мягкие подушки, откинула голову на верхнюю часть дивана и просто наслаждалась моментом. Когда Реджина отказалась от очередной затяжки, девушка повернула голову, и её взгляд не смог оторваться от лица Миллс. Мадам мэр смотрела на неё с пеленой загадочности в карих омутах. Красивое лицо было сконцентрированно, а губы слегка поджаты, будто бы женщина пыталась на что-то решиться, глядя на Эмму. Свон прикоснулась левой рукой к щеке брюнетки и, приподнявшись, стала тянуться к ней. — Не бойся, — прошептала она в считанных сантиметрах от губ напротив. — Я не боюсь, — также прошептала Реджина и ахнула, когда девушка воспользовалась моментом и обхватила губами её нижнюю губу. Реджина и не скажет, когда в последний раз так нежно целовалась. Столько осторожности, столько чувственности, как Спасительница, никто и ни разу к ней не применял. Казалось, ещё немного, и эта мягкость сведёт Миллс с ума. — Ты приятно целуешься, Эмма, — проговорила королева, когда они отстранились друг от друга. — Ты тоже, Реджина, — всё ещё держа руку на щеке, искренне ответила Свон, — И я обязательно приглашу тебя на ужин, когда ты поправишься. Ты просто обязана попробовать то, что готовит мистер Саито. А теперь нам пора ложиться, — добавила Эмма, после чего наклонилась и вновь мягко поцеловала такие притягательные губы. — Странно, что ты ещё не живёшь в Японии, дорогая, — улыбнувшись, расслабленно произнесла Реджина, принимая помощь и укладываясь на мягкую подушку. — Когда-нибудь я там побываю! — убрав табурет и выключив свет, сказала девушка. После чего легла в расправленное кресло и, обняв одеяло, сомкнула глаза, погружаясь в сон со счастливой улыбкой на губах. В отличие от Спасительницы, королева долго не могла уснуть. Её озадачили чувства, которые она ощутила сегодня по отношению к блондинке. Она взяла себе за цель не допустить влюблённости в эту девушку. Реджина была уверена, что это бы означало полный крах для неё. ** В десять часов утра Свон проснулась от виброзвонка и, промямлив: «Скоро буду» встала и побрела в ванную. Через несколько минут она вышла наспех одетая и выбежала из квартиры. Вернувшись в пять часов вечера, её встретила лишь пустая квартира. Прижимая пакет с продуктами и бутылкой вина к груди, девушка уселась на диван, и её взгляд наткнулся на табурет, на котором была записка. «Спасибо» — это единственное слово вызвало грустную улыбку, которая достигла глаз и отразила в них всё разочарование, которое Эмма сейчас испытывала. **