Цепляясь за прошлое

      — Да сколько можно уже, а? — пожаловалась в никуда Хелен, щедро сдабривая своё возмущение ругательствами под нос. Руки уже болели, резьба по дереву грозилась сниться в кошмарах, а работа меж тем была завершена только наполовину, и ветер, бьющий в лицо, как и погодка британского побережья в целом не помогали ей в работе ни на йоту.       Видите ли, хорошая память у Гвен оказалась. И у её предложений — даже тех, которые изначально казались шуткой, — срок годности не истекал.        «Хочешь, купим тебе метлу, когда эта вся беготня от Гриндевальда закончится?»       Отказом тогда, помнится, она так и не ответила, да и не хотелось — только-только грезила о попадании в квиддичную команду Рейвенкло при том, что на первом курсе во время уроков полётов дело имела с метлой взбунтовавшейся и чуть её с себя не скинувшей… И при том, что раньше она это орудие ассоциировала с приютом и тамошними обязательствами, а вовсе не с полётами.       Ну, видимо, точка зрения могла и поменяться. Помнится, Тому она тоже не хотела Тайную комнату показывать, а поди ж ты, самолично привела и разъяснила функционал… Да и беготня от Гриндевальда всё ещё стояла на паузе.       Март подходил к концу, за плечами уже было восемнадцатое число — понедельник до Пасхи, с которого, собственно, и объявили названные в честь этого праздника каникулы. Строгий режим при отсутствии агрессии в сторону Британии чуточку ослабили, а потому семьи могли забирать своих отпрысков из замка, и какое же удивление было у Хелен, когда ей внезапно предложили эту возможность! Глупо было от такой отказываться, поэтому она, конечно, с радостью покивала головой. И теперь познавала все радости приморской погоды не в сезон, а заодно азы артефакторики и рунологии, испытывая свои новообретённые навыки…       На своей собственной метле.       Мол, Айви, надо же тебе учиться стабильному полёту, а магия у тебя пока что слабая и непредсказуемая. Да и Гвен с тобой хотела вместе полетать, и говорила, что к квиддичу ты не так-то и равнодушна, и вообще… Вот тебе метла, и всё тут — примерно так объяснился Каспер, вручая презент и не обращая внимания на отвисшую челюсть получательницы.        Гвен тоже осчастливили таким же подарочком, и Эва лично зачаровала её новую метлу так, чтобы та полностью слушалась хозяйку, риск бунта свёлся к нулю, а маневренность и скорость повысились в разы. Вырезанные руны на древке активировались, стоило только за неё взяться, и слушались мысленных команд до такой степени, что можно было даже спрыгнуть с метлы и скомандовать ей подлететь вниз, чтобы очутиться на ней опять.        Ясное дело, глазки у Хелен от такого загорелись, и, опробовав метлу, она решительно захотела себе такие же чары, вот только, видимо, щедрость де Грасс на этом заканчивалась.       Хочешь себе такую же — начинай учиться, и вырезай, значит, всё самостоятельно, не такая ведь маленькая уже, как сестра. Вырежешь неправильно — попробуй это ещё исправить потом…       Потому пришлось для начала взять отдельную доску для практики, ведь её у Хелен было в подобном деле ровно ноль, и усесться рядом с неустанно колдующей Эвой для того, чтобы уточнять по ходу дела нюансы и получать проверку своей работы.       Ну и ну — рунами, оказывается, можно было колдовать! Эва рассказала, что впервые услышала о таком, когда была в Нью-Йорке, причём на уже знакомых Хелен соревнованиях в 1918 году. Личность того, кто её с данным видом колдовства познакомил, она почему-то не припомнила, странно замявшись, но зато доступно объяснила азы. Ну, как доступно — для полного понимания, как этими шифрами творить результативную магию, нужно было знание французского, а в нём Хелен была дуб дубом, за исключением ограниченной нецензурщины, выученной на зимних каникулах… Вот и оставалось разве что срисовывать с уже готового источника, то есть, метлы Гвен, не осмеливаясь внести в цепочку какие-то свои коррективы.        Чего не скажешь об Эве, получившей на руки инструкцию от министерства, как зачаровывать свою зону ответственности — та всё-таки вошла в список чароплётов, медленно, но верно возводящих вокруг Британии с Ирландией магическую границу. Данное занятие предписывало обоснование на побережье, как можно ближе к морю, а потому приходилось мириться с бушующими волнами и наблюдать за тем, как творилось по-настоящему впечатляющее волшебство. Гвен носилась на метле прямо над водой, как угорелая, то и дело выскакивая на облюбованный семьёй утёс мокрой до нитки, Каспер сушил дочь и подпитывал магией жену, а она сама занималась таким вот творчеством в виде рун на метле. Считай, картина маслом.        Ничего не предвещало беды, всё шло своим чередом, зачарование метлы уже подходило к концу и никаких фатальных ошибок в этом деле Хелен не совершила… Казалось бы, живи и радуйся, жди себе погоды потеплее и потом сможешь выдохнуть, отдохнуть, полетать, сколько вздумается, но нет.       Сны, в последнее время вернувшие свою привычку быть тревожными и беспокойными, считали иначе.

***

      Пасмурное, на этот раз уже вечернее небо заволокла знакомая вуаль, огибая дома — одному Мерлину понятно, как магглы умудрялись это не замечать на фоне живописного заката. Сердце бешено заколотилось в груди, Гвен, обхваченная за талию, взмыла в воздух вместе с ней, нетвёрдо приземляясь на черепице и не успевая даже пискнуть. Затаив дыхание, Хелен огляделась по сторонам, прикидывая, в какую сторону ретироваться. Местность была откровенно незнакомая, куда податься — понятия ни малейшего, что делать — аналогично.        Сейчас что-то случится. Что-то, что совершенно ей не понравится. Что-то, от чего так упорно скрывалась всё это время её семья.       Сзади шорох — она обернулась, прикрывая сестру собой. Пальцы было сомкнулись привычным жестом на рукоятке палочки, но нащупали только воздух — её не было.        Нигде.       Не время впадать в панику, вовсе нет — уже заученный и отточенный резкий жест рукой вырвал палочку из ладони того, кто решил её на них направить. Это вам не Каспер, сопротивления нет, делай, что хочешь: хоть бросай ее куда подальше, хоть сама ею сражайся, раз уж собственная не под рукой…       Хоть сломай.       Это же так просто — обычный боевой манекен, в разы больше и крепче любой палочки, от прилёта в стенку разлетелся на щепки! Чего стоит одна, по сути, веточка? Стоит её разломить, и этим орудием уже никто и никогда не сможет причинить какого-либо вреда.       Да для этого даже никаких великих жестов не понадобится. Никаких отдельных поз и напряжённых до предела конечностей, будто она тяжести не левитирует, а лично таскает. Хватит простого щелчка пальцами, правда ведь?       И с таким же щелчком, должно быть, и палочка переломится. Полностью отрезая возможность колдовать. Делая любого человека без знания беспалочковой магии, в сущности, никем.       Давай, это же так просто! Всего лишь щёлк…       Щёлк…       Щёлк!

***

      С хрустом треснула доска, на которой Хелен практиковала свои творческо-магические чаяния, образовав разлом аккурат в том месте, где она заканчивала выцарапывать черновую версию последней руны. Вздрогнув, она вынырнула-таки из воспоминаний, обнаруживая, что её нелёгкая работа уже почти подошла к концу, и оставалось только…       — Вот так и так, — взмахнула Эва палочкой, оторвавшись от своего собственного занятия, и ножик сам подлетел к основной жертве экспериментов, а финишные штрихи завершили картину, заставляя метлу на секунду замерцать. — Теперь возьмись за неё и попробуй полетать.       Ну и ну — по всему телу прошлось тепло, схожее с тем, что ощущалось при выборе подошедшей палочки! Отпустив метлу, шлёпнувшуюся на влажную траву, Хелен скомандовала:       — Вверх! — и тут же содрогнулась от того, насколько быстро метла после указания влетела в руку.        С ума сойти — мозоли на ладонях были не зря! Подумать только, прямо сейчас Хелен держала в руках что-то своё, рабочее, послушное даже…       Осторожно перекинув ногу через метлу, она кое-как на ней умостилась, подсознательно ожидая, когда летательное орудие всё-таки привычно взбрыкнёт. Страха на этот раз было меньше — у земли нынешние навыки позволяли затормозить так точно, а значит, ни одно падение с метлы ей не страшно. Вон, во снах вообще с земли взлетала на крыши всякие…       Плавно, осторожно, медленно — чуть зависнув в воздухе и не увеличивая расстояние до земли, метла слушалась отлично, выполняя все мелкие маневры. Мимо просвистела Гвен, на полной скорости исполняя какой-то квиддичный элемент и во весь голос издавая радостный вопль непонятного содержания. В одиннадцать-то лет, и она, в отличие от Хелен, без метлы летать не умеет!..       А она сама в тринадцать лет со всеми своими возможностями пасовала. Надо было что-то с этим делать.       В голове созрела сумасшедшая идея.       Палочка — на месте, метла — в руке, Левикорпус — готов прийти на помощь… В случае чего.        Пора бы уже давно прочистить голову и перестать забивать её всякой бессмыслицей в виде кошмаров. Оценить, наконец, свежий воздух, а не морщиться от ветра, треплющего причёску…         Один раз в лепёшку не расшиблась, и тут не расшибётся, правильно? Да и как там говорил когда-то Каспер — лучше всего дар проявляет новые возможности в стрессовых ситуациях?       — Давай ко мне! — закричала Гвен, шмыгнув мимо края утёса, к которому Хелен уже успела подойти, и вновь устремилась к морским волнам, заливисто смеясь и не обращая внимания на то, как её заглушала стихия.         Вот оно. Носки туфель уже на самом краешке обрыва, мелкие камешки — полетели вниз, имея в запасе считанные секунды перед тем, как их пребывание в воздухе закончится. Хорошо всё-таки, что она додумалась сегодня утеплиться и надеть штаны. Да и Эва с Каспером вон отвлеклись…       Пора.       Отсалютовав сестре, Хелен, глубоко вдохнув, прижала метлу к себе и шагнула в бездну.

***

      Оказывается, люди имеют свойство лететь вниз быстрее любых камушков.       Оказывается, когда ты прижимаешь метлу к себе, а не сидишь на ней, ей почти невозможно нормально управлять.       И, оказывается, вместо всех поэтичных живописаний полёта на практике ничего с первой сентябрьской попытки не изменилось: хотелось очень прозаично заорать и убраться куда-нибудь подальше от самостоятельно созданной перспективы убиться. Что, первого раза было мало? Надо было ещё раз удостовериться в том, насколько это рискованная затея?       — Мамочки, — выдохнула Хелен, закидывая с горем пополам ногу на метлу. — Тормози! — завопила она что есть мочи бедняге, и та послушалась, спасая свою горемыку-хозяйку от перспективы искупаться в Северном море. Вот поэтому сны оставались всего лишь снами — не будь с ней подстраховки, пошла бы сейчас ко дну, как миленькая… Размечталась о полётах с утёса без метлы и без палочки.        — Вот это манёвр, — одобрительно заявила подлетевшая к ней Гвен, не замечая, как Хелен лихорадочно застучала зубами, вцепившись в древко метлы до побеления пальцев. — Чего зависла? Давай за мной! Научу тебя хоть, как нормально за метлу держаться…       Выпученными глазами уставившись на сестру, Хелен всё же через секунду послушалась, направляя метлу вверх и стараясь вниз при этом не смотреть. Уже вышла ей боком её самоуверенность.        — Давай-давай, тебе ещё надо научиться маневрировать, — живенько подгоняла её Гвен, порхая вокруг подобно бабочке и лучась радостью, которую Хелен не особо в данный момент разделяла. — Мам, пап! Айви летает!        — Да-а? — иронично протянул Каспер, не глядя в их сторону. Оно-то и верно, успел же насмотреться…        — На метле летает! — уточнила девочка, и он тут же с интересом развернулся к ним. Продлилось это новоявленное шоу талантов, впрочем, недолго.       — Айви не летает, — решительно заявила Хелен, едва подлетев к твёрдой поверхности, и спрыгнула с метлы, не рассчитав высоты и больно ударившись коленками. — На метле особенно. Айви уходит обратно в чемодан и выше шести футов никогда больше в своей жизни взлетать не собирается!        — Уверена? — донеслось вслед от Гвен. — А мне вот кажется, что передумаешь!        Не передумает она. С чего бы ей передумать?        И когда она вообще передумывала?

***

      — И Айви д… тьфу, Морган в очередной раз мастерски уклоняется от нашего самодельного бладжера! — нарушилась в очередной раз приморская благодать комментарием Гвен, каким-то волшебным образом пронюхавшей (к величайшему сожалению Хелен) о существовании заклинания Сонорус. Хмыкнув, Хелен в очередной раз резко рванула метлу вбок, уходя в сторону от просвистевшего мимо мяча — очень похожего на те, которые гонялись за ней зимой по велению Каспера, только по размерам внушительнее. Тот, ясное дело, настоящим бладжером зваться права не имел, с метлы не сбивал и кости не переламывал, вместо этого ограничиваясь всё тем же простеньким жалящим заклинанием.        За неделю, прошедшую с момента шага веры и полного переосмысления своей жизни, возможно, точка её зрения чуточку поменялась. Правда, это всё ещё не означало, что она была готова вновь сигануть со скал, несясь на всех парах к морской водичке. Но что она, зря, что ли, так старалась? Надо же было пожинать плоды своих трудов, правда ведь?       Подобные увещевания в итоге и сработали, когда Гвен вытащила её из чемодана, расположенного в маленькой маггловской палатке. Слово за слово, и вот Хелен уже на метле, ноги её вновь оторваны от земли, и сама она медленно рассекала воздух, плавно пробуя повторить показанные маневры…       Потом кто-то вспомнил любимое занятие Хелен, а заодно и её самое сильное качество в бою: скорость и маневренность. Бросаться заклинаниями Гвен в неё желанием не горела, а вот приобщить к полётам на метле — очень даже, вот и уговорила-таки родителей устроить им совершенно новый вид тренировок, радостно уклоняясь от носящегося вокруг них мячика и предлагая делать то же самое сестре. Мол, форму надо не терять, эксперименты — хорошее дело, и что, что ты обычно свои выкрутасы творишь, в основном стоя ногами на земле? Учиться новому всегда полезно!       Не падая двадцатый раз с метлы только с помощью своей магии, Хелен порой проклинала всё на свете за то, что поддалась на уговоры и проходила теперь в добровольно-принудительном порядке пародию на курсы молодого квиддичиста. С одной стороны.       С другой, когда они заканчивали, когда взмывали выше ограничителя, на котором Хелен так настаивала, когда всё было под её контролем, а страх улетучивался, уступая место восхищению, любованию закатом и непередаваемому ощущению свободы…       Что ж, за это ей хотелось сказать тысячу раз спасибо.       Именно этого ей так не хватало раньше. Именно этого так хотелось, когда она тоскливо поглядывала на игроков в квиддичных матчах — и пусть уровень её полёта только-только приблизился к дилетантству, всё же это уже не напоминало потуги первокурсника, в первый раз услышавшего, что такое метла. Да и с мячами хоть мало-мальское дело она теперь имела…       Один такой как раз застыл в воздухе, не успевая впечататься в неё с размаху, и рванул прямо в руки к Касперу, повинуясь его жестам. Метла будто упала в воздухе, через секунду выравниваясь, как ни в чём не бывало — ну, спасибо за любезный намёк спуститься…       — Идём на закупки, — объявил де Грасс, конфискуя метлу у возмутившейся дочери и кивая в сторону палатки. — Подкрепитесь тем, что осталось, и выдвигаемся.       — Что осталось?.. — пробормотала Хелен, у которой метлу никто не отобрал, усевшись на неё вместо того, чтобы проделывать путь пешком.        — А ты думала, у нас продукты бесконечные? — скрестила руки на груди Гвен, которой пришлось топать самостоятельно и чью громкость уже понизили Квиетусом. — И не только. Уверена, у мамы ещё скопился списочек всякой дребедени для артефактов…       — В прошлый раз в «списочке» были ваши мётлы, — услужливо напомнил Каспер, потрепав дочь по макушке. — Так что повежливее.       — Ну и ладно, — буркнула Гвен, исподтишка подкрадываясь к сестре и пытаясь пристроиться к ней на метлу. Заметив, что попытки были безуспешны, Хелен напрягла руку, поднимая вверх: дело плёвое, а ребёнок уже рядом, оторвавшись на секунду от земли и умостившись на метле благодаря чьим-то магическим усилиям. Известно чьим, нос утирать и наблюдать на ладони красный след доводилось только ей самой. — Куда мы хоть на этот раз?       — Говорят, у них там один из самых больших магических кварталов, — многообещающе начал Каспер, лишь покачав головой на происки дочери. — Абердин. 

***

      — Наборы для ухода за метлой, две штуки… Обсидиана бы ещё прикупить, набор инструментов дополнить, увеличительные стёкла давно уже пришли в негодность… Ещё что? — задумчиво пробормотала Эва, дописывая пером на пергаменте список покупок. Очень вовремя, учитывая, что они уже были на месте.       — Лётные очки, — встряла Гвен, и, оглянувшись на Хелен, рассматривающую во все глаза окружающую обстановку, добавила:        — Две пары. И, мам, можно, мы с Айви посмотрим книжный? Пусть хоть почитает про квиддич, это же она делать любит…        — Мерлин с вами, идите, там и спорттовары вроде рядом, — махнула рукой Эва, хватая под локоть мужа. — Следилки на вас, вспышки с вами?       — Ага, — отозвалась и Хелен, которую пихнули в бок, наконец-то отрываясь от созерцания совершенно нового для неё места. Правда, странно знакомого почему-то. — Всё при нас.       Перестраховочные меры при всё том же отсутствии агрессии Гриндевальда в британскую сторону никто не отменял. Детей снабдили ещё одной парой браслетов, на этот раз между собой не связанных — чтобы можно было отследить местоположение в случае пропажи. Одна бусина на каждом была полая внутри — в ней заключили красную сигнальную вспышку, которая работала подобно Патронусу и должна была замаячить прямо перед лицом у взрослых, если окажется на свободе. И сообщить заодно об опасности.       Абердин, конечно, был не самым густонаселённым британским городом, но, судя по всему, магов, облюбовавших его, это не особо заботило, как и шотландская погодка. В воздухе витали огоньки, отовсюду доносились весёлый гомон и причудливые запахи, по стенам вились самые разномастные магические растения вкупе с её тёзкой, а архитектура здесь кое-где была даже подиковиннее Косого переулка, при этом то и дело смешиваясь с привычной английской. Интересно, а как это место выглядело вечером? Или ночью?       Вскоре до книжного они добрались, оказавшись предоставленными самим себе: по размерам местный магазинчик вполне себе мог потягаться с Флориш и Блоттс! Можно было и попытаться что-то себе подыскать, да и остаться внутри хотелось: теплее, чем на улице, было однозначно.       — Читай, — выскочила сбоку Гвен, подсовывая какую-то книжечку про свой любимый вид спорта и известных квиддичистов в придачу. Только-только присмотревшая себе что-то в сфере Чар Хелен лишь тоскливо вздохнула, понимая — не отстанет! Хотя, если попробовать…       — Поймай, и прочитаю, — сопроводила Хелен свое обещание плавным мановением ладони, и книга внезапно взмыла чуть ли не под самый потолок. — По рукам?       — Нечестно! Я не допрыгну!       — Ну, у тебя будут шансы, — и книга стала описывать причудливую траекторию по всему периметру коридорчика, образовавшегося между стеллажей, подлетая вверх, опускаясь вниз и совершенно точно уклоняясь от любых попыток её словить. Хогвартским тыквам в Хэллоуин такая ловкость и не снилась, главное, правда, чтобы продавец не заметил, что тут под его носом вытворяли с собственностью магазина.       — Ну дай мне её словить, Айви! Не смешно! — воскликнула Гвен, вопреки своим же словам пытаясь побороть то и дело выскакивающие смешки. Противилась смеху, впрочем, только она — Хелен же, вертя ладонью во все стороны, забавлялась, пока случайно не запустила книгу прямо в кого-то, резко появившегося в проходе.        — А вы тут что забыли? — прокашлялся Ричард Лестрейндж собственной персоной, явно не оценив влетевший в него на полной скорости подарочек.        — Кто? — внезапно нарисовались ещё и брат с сестрой Розье в придачу, высовывая головы из-за стеллажа. — Де Грасс, — кивнули они в сторону Гвен, и та лишь хмыкнула, а потом перевели взгляд в сторону Хелен. — А ты…       «Давай сматываться», — заявила Гвен, всё ещё поглядывая на книжку, оказавшуюся теперь в руках у Лестрейнджа. Вздохнув, Хелен молча махнула ладонью, возвращая её в свои руки, пальцем указала на сестру — книга приплыла прямо к ней. Мордред бы побрал этих чистокровных, знающих друг друга в лицо.       — В приличном обществе, вообще-то, принято хотя бы поздороваться! — возмутился кто-то из них, но Гвен уже мило рассчитывалась на кассе, явно собираясь побыстрее умотать от своих знакомых. Чем они ей так не угодили, интересно? Или это из-за вероятности возникновения вопросов о её, Хелен-Айви, личности?       Гвен тем временем решительно направилась на выход, но вдруг, едва переступив порог, застыла, как каменное изваяние, заставив врезавшуюся в неё Хелен айкнуть. Обхватив сестру за плечи, Морган было хотела поинтересоваться, что случилось, как вдруг взгляд её по наитию сам по себе устремился в небо.       Очнувшись, Гвен моментально затолкала Хелен обратно внутрь, захлопывая дверь и таща её вглубь, подальше от окон и входа в здание. Закатив рукав и сняв новенький браслет, де Грасс со всей силы размахнулась и ударила им по стене, разбив сигналку и отправив вспышку родителям.        — Какого Мордреда… — вдруг на звук опять явилась перед ними уже знакомая чистокровная компания, поглядывая на них, как на умалишённых. — Ну и Мерлин с вами, — пожал Розье плечами, направляя сестру и Ричарда к выходу.       Следующий шаг они сделать так и не смогли.        — Стоять, — твёрдо объявила Хелен, тоже, наконец, сообразившая, что к чему. — Или вы хотите к списку в газетах?       — Да какому, Мордред вас подери, списку?! И с чего бы нам вас слушать? Сбрось свою пародию на Импедименту и отстань — сами сначала бегаете, стоит вас заметить, будто вам шесть лет, а потом командуете!        — Да пожалуйста, — фыркнула Хелен, расслабляя руку и встряхивая её, чтобы сбросить напряжение. — Посмотрите на небо, а потом решайте сами.       Не говоря ни слова, Розье с Лестрейнджем ретировались. Через секунду над дверью вновь мелодично зазвенел колокольчик, а в проходе появились они сами — уже растерявшие спесь и заметно побледневшие.       Не дураки же, чтобы не заметить.       И не слепые.       Днём-то чёрная вуаль Гончих Гриндевальда в небе видна крайне отчётливо.