Невидимости

После ночной прогулки Сигма дрыхнул как убитый, не желая просыпаться даже после рассвета. Никакого сдвига и не пришло к обеду, пока Агата не ткнула его ногой в печень. Лениво потянувшись и зевнув, прикрывая рот ладошкой парень проморгался, взглянув на фигуру блондинки, что смотрела на него сверху вниз. — Сигма, ты же знаешь что сегодня за день! — озабоченно проборомотала девушка, присев на корточки и озадаченно прислонив ладонь библиотекарю на лоб, щеки, шею. — Ты не выспался? Ты уверен, что не стоит ничего переносить? — Я ждал этого дня вечность! — лениво возмутился двуколор, почесав затылок и зевнув во второй раз, отчего в уголках глаз образовались слезинки. — Ничего не нужно переносить! Я всегда был совой. — Но призраки теряют частичку себя во время отделения души от тела… Режим в этом случае — не исключение, — Кристи вздохнула, бросив мимолётный недовольный взгляд на фигуру Призрака на дереве. — Это ты ему сны подпортил?! Ещё и «ночной дозор» называется! Бессовестный! Блондин непонимающе похлопал глазками, как ни в чем не бывало, что заставило Агату на некоторые секунды усомниться в предположениях. Она жалобно пискнула, слегка дёрнув себя за волосы. — Он не мешал тебе спать ночью? Не было кошмаров? Не водил никуда? Сигма затуманено взглянул в сторону парня. Честно говоря, он открыто показывал, насколько ему наплевать на ответ сероглазого своим повисшим положением на дереве вверх ногами. — Нет. Я спокойно спал, просто, наверное, переволновался перед сегодняшним днём… — задумчиво в полголоса сказал двуколор, после решив разбавить текущую обстановку с чересчур заботливой Агатой. — А который час? — Пол третьего. Просыпайся, сова. Я пошла отчёты за вчерашний день предоставлять, — девушка, поспешно опомнившись о своей миссии, встала с земли и сдвинулась с места. — Я их должна была отнести ещё вчера, так что пока-пока! И убежала относить отчеты. Такая занятая и рассудительная девушка, ей бы стоило отдохнуть. Она беспокоится обо всех — даже о Призраке от части, — постоянно интересуясь состоянием и не теряя своей готовой ко всему позиции. Сигма продолжал смотреть в сторону, куда она убежала. Агата вроде говорила, что хочет, чтобы всё прошло идеально… — Не думай, что я как-то воодушевлен тем, что ты меня прикрыл, — резко выдернула из мыслей противное заявление, на что двуколор гневно нахмурился и повернулся к вредному янтарноглазому. — Да ты… Да я вообще просто спросонья не понял, что тебя сразу палить надо! Козёл неблагодарный! Ты… — библиотекарь уже набрал в легкие воздух для продолжения возмущаться. — Ла-адно, — протянув гласные проговорил парень и выпрямился, хрустнув спиной, после вновь устраиваясь вверх ногами поудобней. — Спасибо там типа. Просто чтобы твоя людская душа угомонилась, а то сейчас всеми чудесами света обзовёшь не поняв, и будешь потом хныкать в землю о том, какой же дядя Призрак плохой. — Ты идиот… — выдавил напоследок Сигма, скрестив руки на груди и отвернувшись. Хотя бы поблагодарил. Очевидно, что этот Призрак сказал так исключительно из жалости. Двуколор снова упал на землю и начал задумчиво пялиться в небо. Ему просто… нечем заняться больше. Вот был бы вечер, ночное небо, можно было бы и созвездия разглядеть. А сейчас… просто голубое небо. Занятие совершенно не воодушевляющее. Сигма удручённо вздохнул. — Э-эй, новичок, — снова достаёт Призрак, свалившись на землю с ветки, и, прошептав что-то наподобие мата, присел. — Может облака порассматриваем? Когда я только отчахнулся от всей этой поеботины с переселением душ и нововыработанными реакциями, я занимался именно этим. Сероглазый взглянул на него, как на умалишённого придурка, показав указательным пальцем на висок и хихикнув. Якобы передразнил, как ночью. — Ты и без того целыми днями ничего не делаешь. Янтароглазый махнул рукой и повалился на землю, на полном серьёзе начав высматривать что-то в небе, будто там истребитель должен пролететь. Сигма явно отнюдь не понимал изначальную задумку блондина. Но после нахмурил брови, так же махнул на него рукой и, лениво переместившись чуть ближе к Демону, упал на траву, раскинув руки. Но придержал дистанцию. — Вот, смотри как это делается, — Призрак пробежался взглядом по парившим в небе облакам. — Вот, к примеру: видишь вон то далёкое облако, второе по счёту сверху? — блондин протянул руку к небу, оживленно показав пальцем. — Ну… допустим. — Он похож на белочку, — пояснил блондин, улыбнувшись и хихикнув. И вправду белка. Очень похоже. Это и есть суть подобной «игры»? Рассматривать фигуры облака, что видишь в небе? — То облако похоже на самолёт… — Сигма тыкнул пальцем в небо. Блондин одобрительно усмехнулся, продолжив цепочку фигур в небе. Улитка, кошка, мячик, подушка, дракон… Огромное серое облако, напоминающее о скором ливне, показалось для обоих цирковой палатой. И так проходил весь день до пяти вечера. Янтароглазый то и дело, что старался проявить всю свою фантазию не съязвив, а библиотекарь наконец нашёл себе занятие до долгожданного момента, чтобы время не казалось вечностью. — Черепаха. Видел? — Панцирь стрёмный, — хихикнул блондин, прошелестев чем-то под собой. — Я тебя сейчас на обед пущу, — воскликнул сероглазый. — Это черепашка с прекрасным панцирем! Впервые за прошедшие недели показалось, что этот Призрак не такой уж и грубиян бессовестный. У него прекрасная фантазия и спокойный тон… Зевнув янтароглазый резко пустил в Сигму скомканным куском бумаги. Двуколор лениво потянулся, развернув мятый лист, что оказался пустым. Хмуро взглянув на весёлого парня, библиотекарь скомкал кусок обратно и кинул блондину в голову. Тот лишь рассмеялся и подмигнул… И всё. Призрак испарился. Двуколор растерянно смотрел на пустующее место и мотал головой по сторонам кладбища в полном одиночестве. Никого нет… И почему он испарился? Что-то не так стало? Хотя… плевать, скорее всего этот циркач просто сжалился и решил посоветовать развлекалку. Вот же ублюдок! Наступал закат. И Сигма не находил себе места, поэтому решил прекратить дурацкие поводки на развлечения, предложенные этим идиотом и отправился на прогулку по кладбищу и лесам, где работали остальные. Проходя мимо поляны парень заметил занятого Гончарова. Иван работал на славу: что-то увлечённо писал на холсте и воодушевленно напевал какие-то скромные композиции из классики. Двуколор молчаливо присел на отрубленный пенёк неподалёку, наблюдая за голубоглазым с нескрываемым любопытством. Серебровласый метнул короткий взгляд на своего зрителя, после отвернувшись и спокойно продолжив свои напевы, не потеряв энтузиазма к своей работе. Библиотекарь долго так не наблюдал. Его друг довольно скоро отложил кисти на мольберт, откинувшись на спинку стула и повернувшись к двуколору. Сигма поджал губы и невинно похлопал глазками, подобно новорождённому. — Подойди сюда, — подал голос голубоглазый, устало выдохнув. Парень помыслил немного, пожал плечами и встал с пенька, после подойдя к Гончарову. — Скучно ведь. Мучительное ожидание? — поинтересовался Иван, положив руку на плечо Сигмы. — Ага. — Может пойдёшь со мной? Нужно заварить чай одному моему товарищу, — Гончаров убрал руку, потянувшись и прикрыв рот рукой, а затем зевнул. — Давай! — воодушевился двуколор, слегка улыбнувшись. Голубоглазый смело вёл Сигму по лесу. За кустами виднелись заржавевшие железнодорожные пути, что покрылись всей известной человечеству растительностью, а между опавших листьев красовались страницы книг, которые двуколор не поленился подбирать, в попытке собрать из объедков одну общую картину. Наконец Ваня остановился, отчего Сигма, не успев среагировать, врезался в его плечо и тихонько выглянул из-за спины. На ржавых рельсах находился заросший зеленью вагончик. Около него был поставлен столик с чайным сервисом, подносом и заваркой для чая. Стульев рядом совсем не было, что казалось о жути странным. Не назвать, конечно, эту глушь террасой, но мало ли кому взбрендило в голову тут проживать. Двуколор наблюдал за голубоглазым, который смело достал из сумки, что находилась под столиком, термос, заливая в чашку заварку и разбавляя её кипятком. Сероглазому почему-то вспомнилось, что после термоса всегда оставался приятный привкус чего-то такого… родного. Ну, для Сигмы, естественно. Кинув в чай два кубика сахара и размешав, серебровласый поставил чашку с блюдцем и ложечкой на поднос и с легкостью подняв его одной рукой подошёл к вагону и постучал три раза в дверцу, после открыв и зайдя в помещение. Здесь была обустроена небольшая комнатка, как у Агаты. Только уже тут были потушенные свечи и небольшие окошки, как в любом вагоне, собственно. Те, что ранее были видны сероглазому снаружи — заколоченные, а те, что на другой стороне — открыты. Была кровать с обыкновенным постельным бельём, письменный стол с кучами перьев и чернил, не исключая заполненных бумаг, как у Агаты. На полу валялся чехол от очков, а неподалёку, в углу вагона находился стол с тремя табуретками, две из которых были заняты. На них сидели два человека: что удивительно, там был Призрак, души не чаявший в запрете общения и спокойно смеющийся вместе с другим мертвецом. Второй же был более сдержанным парнем с тёмными прядками волос до плеч, в белой рубашке и белых шортах с покрасневшими коленями. Значит, он обыкновенный призрак, как и все. Брюнет спокойно улыбался, пока Иван подходил с подносом и кланялся ему. Сигма неловко спрятался в дверном проёме, решив понаблюдать краем глаза за этой троицей. — Кого привёл, Ваня? — поинтересовался незнакомый голос. Послышался шорох, будто с подноса забрали чашку с блюдцем, а после сахар начали обильно размешивать, постукивая по стенкам посуды. — Новичка. Вы говорили, что вам интересно узнать о новом жильце нашего кладбища, Господин. Я привёл его для знакомства, — улыбнулся Иван, оглядываясь на место, где пару секунд назад стоял двуколор. Сигма охуел, глядя на Ваню уже менее уважительно. Почему он ведёт себя как раб? И кого он там привёл? Это было сделано не для сероглазого и его скуки, а для какого-то «Господина»?! Возмутительно! — Проходи, Сигма! Дос-кун тебя не обидит! — прозвучал на другом конце комнаты звонкий голос Призрака, что сразу же испарился, оставляя за собой песчинки. Брюнет лишь вздохнул, глядя на опустевшее место. Иван направился к выходу, выдержав небольшую паузу и остановившись, тронув двуколора за плечо. — Господин действительно хороший человек. Не пугайся его, — прошептал голубоглазый, продолжив свой путь. — Предатель! — шепнул в ответ Сигма, обернувшись к его фигуре и недовольно нахмурившись. Смирившись со своим обреченным состоянием двуколор молча присел на место Призрака, сгорбившись и подперев кулаком щеку, поставив локоть на колено. — Не думай, что все ко мне так официальны, — задумчиво произнёс брюнет, наскучливо смотря на чашку, чай в которой он до сих пор размешивал. — Только Ваня так и делает. — А вы кто вообще… — проскулил Сигма, после накрыв лицо обеими руками. — Я аналитик нашего кладбища. Моя должность схожа с Агатой — отношу отчёты, иногда реставрирую книги, что нахожу выброшенными неподалёку в зонах нашей территории, — последняя часть предложения вызвала у двуколора любопытство. Парень убрал руки, с интересом взглянув на призрака. — Фёдор Достоевский. Ну, конечно, наш Свободолюбивый мальчик назвал меня по кличке «Дос-кун»… — с ноткой недовольства шикнул брюнет, после вновь возвратив всё внимание к библиотекарю. — А тебя как звать? Как долго здесь? Я немного оторван от цивилизации и общения с жильцами кладбища, так что прошу извинить… — Сигма, — выпалил двуколор, повернувшись к Достоевскому. — Недели две тут… или чуть больше. Но сегодня мне должны дать работу! — Да, об этом я знаю… — задумался брюнет, слабо улыбнувшись. — Мы со старшиной имеем неплохие связи, так что я тоже приду… посмотреть. Интересно, сколько ещё там будет призраков, не знающие кто я такой? — Разве не было бы забавным поглядеть, как на тебя глазеют новенькие призраки с раскрытым ртом, непонимающие что же за парень бродит по кладбищу? — библиотекарь накрыл рот рукой и тихо посмеялся, а брюнет лишь слабовато улыбнулся. — А, да… Извини. — Да нет, мне самому интересно. Сигма выдержал небольшую паузу. — Значит, это ты тот призрак, о котором говорила Агата? Который тоже имеет связи со старшиной? — Да, — Достоевский подпер щеку кулаком. — Знаешь… А я умер библиотекарем, — задумчиво произнёс двуколор. — Было бы круто, если бы с тобой работали вместе! С книгами! — Чувствую эту твою пылающую целеустремлённость… — Фёдор загадочно вздохнул и беззлобно усмехнулся. — Ты в чём-то очень схож с тёмным Призраком. — Чего?! — Сигма резко отвернулся, скрестив руки на груди и раздражённо прищурившись. — Я думал ты нормальный! Достоевский на какую-то секунду растерянно озадачился такой реакцией, после вернувшись в свою зону спокойствия и скрестив пальцы рук перед собой. — Прости, это не было оскорблением, — брюнет приглушённо цокнул языком. — Узнав эту тёмную лошадку получше ты и не воспринял бы то за оскорбление. То, что мне показалось в тебе схожим с ним — это хорошее качество. Сероглазый кивнул, мотая ногами на стуле и придерживая район виска рукой, задумчиво рассматривая что-то в полу. Достоевский усмехнулся. — А тебе разве не пора на кладбище, Сигма? Двуколор подскочил. — Вот чёрт! — возмутился двуколор, подбегая к двери. Секундно бросил взгляд на брюнета. — А ты идёшь? — Я позже приду, — загадочно улыбнулся Достоевский. — И как же? — сероглазый недовольно скрестил руки на груди, после опомнившись и выскочив за дверь, махнув рукой. Парень спрыгнул на траву, осматриваясь в поисках тропинки, по которой его вёл Иван. Взглянув на противоположную сторону вагона Сигма увидел старую могилу, посреди которой была начертана линия красной жидкостью, как бы «разделяя» камень на пополам.

Фёдор Михайлович Достоевский

Годы жизни:

11 ноября 1908 - 9 февраля 1925

И странный рисунок куклы, точнее, его подобие из трещин на камне внизу…

***

— Агата! — прокричал жалобно Сигма, подбегая к девушке и обнимая её за правую свободную руку, осматривая глазами всё кладбище. — Я опоздал?! Ну вот же… — Нет, не опоздал, — девушка улыбнулась, кивнув и написав что-то в отчёте. — Нам нужно дождаться одну очень медлительную персону, чтобы призвать старшину на всеобщее обозрение. Даже этого дурака за ним послала. — Какую такую персону? — Сигма похлопал глазами. — Да призрака… Кристи не успела договорить, как послышался грохот с дерева. Блондин и брюнет, приземлившиеся на землю. Достоевский стряхнул с плеча какую-то жидковатую массу, что исчезла как только она отлетела в янтароглазого. Впиталась, что ли… — Бобик и Жорик, хороший набор, — Агата ударила себя по лицу и махнула на парней рукой. — Вы друг друга стоите. — Это Демон Достоевский! — резко заорал какой-то парень из-за дерева. «Демон Достоевский»… Все начали перешёптываться между собой, в то время как бедный Фёдор лишь слабо улыбался и щурился от обилия света. Сигма непонимающе смотрел на него и его реакцию. Тот лишь пожал плечами, поддерживая зрительный контакт с двуколором. — Всё, стоп! — Агата убедительно хлопнула бумагами в руке, аккуратно убрав запястье сигмы со своего плеча. — Демон Достоевский пришёл, дабы помочь со связью к старшине! А вы ведёте себя как последние оболтусы! Я не про всех, — девушка вздохнула. — Пора начинать! Достоевский промолчал, кинув на землю какой-то шарик, похожий чем-то на дымовую шашку. И, похоже, это она и была. Шарик взорвался, слепо въедаясь в глаза Сигмы, отчего двуколор нащупал запястье Агаты снова обнял за руку. Сквозь туман виднелся маленький огонёк… Библиотекарь упал на пол, в то время как Агата находилась в противоположной стороне от него. Поблизости находился лишь блондин, довольно повисший на своём дереве и смотрящий на огонёк.

— Сигма.

Двуколор вздрогнул, глядя за спину в надежде обнаружить источник звука. — Он здесь. Просто стесняется, — проговорил Достоевский, скрестив руки на груди. Агата торопливо вздохнула. Сигма молча сидел на полу, смотря на пустующее место рядом с огоньком. Голос был мужским, низким и бархатным. Это… эта светяшка говорит? — Оно… говорит? — прошептал самому себе двуколор, подробно рассматривая яркий свет посреди кладбища. — Ага, — ответил клоун, улыбнувшись и презрительно глядя на огонёк. — Это тот ангелок липовый. Повисла тишина. Старшина ничего не говорил, а Сигма не смел лишний раз вздохнуть. Агата тихо подошла к сероглазому, поднимая его на ноги и встав рядом, послушно ожидая голоса из огонька.

— Я нашёл тебе работу.

Сигма застыл в ожидании продолжения. Агата сосредоточенно писала что-то в ежедневнике, похоже, каждую фразу старшины.

— Отныне ты…

зимний и ночной дежурный.

Достоевский закашлялся, озадаченно глядя в сторону Сигмы. Агата вздрогнула и обернулась, Иван побледнел, а Клоун… Он просто смотрел неодобрительно. И что это за работа такая?! Сигма о такой знать не знает! — Простите… — подал голос Гончаров, сглотнув. — Сигма удостоен на более уважительную и безопасную работу. — Да! Ведь вы говорили, что не подвергнете такой опасности больше никого! — тихо пробормотала Агата, прижав отчеты крепче к груди. — …И не позволите себе наступить на те же грабли повторно, — закончил Достоевский. Слышались странные реакции на произнесенное старшиной. Другие призраки были против. — Сигма хороший парень, он не достоин такой участи!

Именно! За что вы так с ним? —

Библиотекарь тяжело вдохнул и выдохнул. — Что это за работа такая? Агата лишь пискнула, не в состоянии сказать и слова. Клоун свалился с дерева, ворчливо шепнув иноязычные маты и взглянув на огонёк всё таким же убийственным взглядом.

— Молчать.

Все призраки стихли. Двуколор отошёл подальше, приобняв себя за плечи и разглядывая огонёк на более далеком расстоянии. </center>

— Кто-то смеет мне перечить? Это моё решение, и решение советников. Кто против?

Все замолкли, словно хлебнули в рот воды. Блондин засмеялся в полной тиши. — Я, — Призрак поднял руку, ехидно улыбнувшись. После его лицо резко стало непоколебимо серьёзным. — На эту работу способен лишь я, лишь мой яд и мои способности. Не ваши ли слова? — блондин скрестил руки на груди. — Отказ. Я против сотрудничества с этим слабаком. Снова повисла гробовая тишина. Старшина молчал.

— …Твоё мнение тут не учитывается, тёмный…

— А я не буду его защищать, — прервал блондин, улыбнувшись. — Я оставлю его умирать на дозорах, ведь расчёты идут лишь на то, чтобы я помогал ему. Старшина молчал. Сигма вообще не понимал, что происходило рядом с ним на данный момент. — Либо я работаю по одиночке, либо он уходит на тот свет и вы получаете ещё одно штрафное очко с небес, — блондин откинулся на ствол дерева. — Он умрёт от яда. Даже если это будет не запланировано.

— …Ничего не изменить.

Огонёк замерцал. — А ты измени! — проворчал блондин, поднимаясь с травы и направляясь к огоньку. Резко со спины Призрака обняли за плечи, потихоньку отводя обратно к дереву. Высокий парень… или девушка. С длинными волосами. — Ц-ц, пора смириться, что придётся работать в паре, — послышался низкий голос, но в темноте разглядеть фигуру полностью не удалось. — Успокойся. Блондин замолк. Огонёк погас. — Ладно! — блондин отошёл к месту, где ранее находилось мерцающее свечение. — Пока что его взяла. В темноте мимолётно сверкнули красные глаза.