Искренности

      Малиновский мчался по коридорам ZIMALETTO на всех парах, почти не разбирая дороги. Неведомые ранее чувства толпились в грудной клетке и требовали выхода. Он чувствовал, что распутал клубок, который уже давно сдавливал его горло. Он нашел! Поэтому летел скорее к Андрею — тот должен был знать. Однако Андрей нашелся раньше, чем предполагалось — он выходил из лифта.       Роман остановился и оглядел друга: лицо озабоченное, задумчивое, даже немного болезненное. «Он видел их! » — сделал выводы Малиновский, — « Это упростит дело. Если вы, мой дорогой друг и президент, так же умны, как и я, то вы уже пришли к тем же выводам, что и я. А если нет, то верный оруженосец для того и существует, чтобы помогать своему Дону Кихоту. »       — Господин президент вернулся! — Воскликнул Роман, раскрывая объятия, — Как Юлиана? Все так же прекрасна?       — Виноградова больший профессионал, да и с Катей они быстро нашли общий язык, — чуть оживился Андрей, похлопывая друга по плечу.       — С Катей, значит! — Мгновенно завелся Роман, — не расскажешь по подробнее про нашу лягушонку? Я же не слышу про неё от тебя и так по триста раз на дню!       — Утри яд, Малиновский, — привычно огрызнулся Андрей, — обо всем поговорим в кабинете.       И направился прямиком туда, не дожидаясь друга. «Вот так всегда, — подумал Роман, — ты бежишь, я догоняю». И отправился следом.       В кабинете Андрей уселся на свой стол, скрестить руки, выразительно посмотрев на вошедшего друга. Малиновский плотно закрыл за собой дверь.       — Что ты опять цепляешься к Кате? Мы же это сегодня уже обсуждали.       — Я не цепляясь, друг мой! Никогда не цепляюсь! У меня есть чуйка, понимаешь? И она работает лучше, чем у тебя! Не ухмыляйся, а послушай! — Он сделал паузу, и, со значительным видом, поднял подбородок. —Я видел, как она целовалась с Воропаевым! — Закончил свою речь так, будто это должно было все объяснить.       — Я тоже видел, — Андрей поморщился.       — И что? Ты не сделал никаких выводов?       — Кроме очевидных?       — Ты сделал очевидные!? Я поздравляю тебя, дорогой, твои глаза открываются, значит не все потеряно. — Роман возбужденно налил себе воды в стакан и залпом выпил, — ты понимаешь, ЧЕМ это нам грозит?       — Чем нам грозит интрижка моей.. Кхм... Помощницы с Воропаевым? — Нахмурился Жданов.       — Крахом! Полным крахом! — Малиновский приблизился к нему, размахивая руками.       — Что ты несешь?       — Что Я несу? — Роман округлил глаза, — значит ты не сделал верных выводов, поэтому послушай меня...       — Так, что-то ты слишком возбужден, — перебил его Андрей.       — Конечно, я возбужден! Перед твоим носом проворачивают такие схемы, а ты и не замечаешь! Или не хочешь замечать!? — Роман начал расхаживать по кабинету, — они же тебя дурят! Но хорошо, что я раньше это понял, и мы сможем все это прекратить.       — Рома, Ромыч, Ромео, — остановил его Андрей, — кто и что у меня под носом проворачивает?       — Пушкарева твоя! — Казалось, что Малиновский сейчас выпрыгнет из одежды, так он был возбужден, — Они с Воропаевым тебя дурят! Ты еще не понял? Она — его шпион. Мата Хари. Он специально её тебе подослал, чтобы подорвать твое президентство. Я уверен, что все, что происходит сейчас в компании — это их рук дело. Она не на тебя работает, а на него, понимаешь? Это же все объясняет! Вы познакомились с ней давно, ты сам сказал, и вот, тебе светит президентство, и у неё не удаётся отбить тебя у Киры, а значит, что голос на свете ТЫ получишь от невесты, а не Сашенька. Поэтому они все выставляют так, будто это ты виноват в вашем разрыве. План-то провалился. Возможно используют гипноз. Ну потому что не может женщина, которая одевается ТАК, как она, так тобой вертеть.       — Погоди, Малиновский, тебя что-то....       — Не перебивай. Потом спасибо скажешь. Так вот. Ты становишься президентом и их первый план проваливается, и эта замухрышка приходит к тебе работать. И начинается саботаж! Это ведь она обнаружила странности со складом? Она нашла нам консультанта! Она добывает сведения, она ведёт себя тут, как хозяйка! Потому, что она знает — если их с Воропаевым план удастся, они и станут тут вдвоём царить! Понимаешь! Это все, — он взмахнул руками, — подстроил Воропаев. Потому-то он тут и прописался! Следит, чтобы все прошло, как по маслу. И это он придумал план с налоговой. Понимаешь? Все сходится!       Роман закончил свою речь, повернулся и победно посмотрел на Андрея.       — Малиновский, а ты нормально спишь? — вдруг серьезно задал вопрос Жданов.       — Что? Какое это имеет значение?       — Да вот, думаю, что за горячечный бред тебя посетил, и нужно ли мне беспокоиться, — договорил Андрей и начал хихикать.       — Смеёшься. Смешно тебе. Посмотрю я на тебя, когда эта стерва и её хахаль заберут у тебя компанию.       — Не оскорбляй Катерину, даже не думай! — начал заводиться Андрей.       — Вот! Я же говорю, она тебя загипнотизировала!       — Никто меня не гипнотизировал. Катя прекрасный человек, и я не позволю...       — Андрей! Ты себя-то слышишь!? Катя то! Катя сё... Ах, какая ангелица! Гадина она, вот кто!       — Перестань сейчас же!       — Я буду говорить! Потому что, кто тебе раскроет глаза, как не я!? — Роман схватил Андрея за грудки и потянул на себя, — Она тобой вертит, как юнцом, а ты ей все позволяешь! Сколько ты еще будешь унижаться перед этой Пушкаревой?       Андрей гневно схватил его руки и откинул их от себя, и хотел уже что-то громкое, гневное, сказать, но, вдруг, остановился.       — Где-то я это уже слышал, — задумчиво проговорил он.       — Что? — опешил Малиновский.       — Я это уже где-то слышал, дай подумать, — Андрей мерил кабинет шагами, — мне кто-то уже это говорил...       Малиновский, сбитый с толку, наблюдал за тем, как его друг стаскивает с себя очки, трет переносицу и что-то вспоминает. Вдруг он остановился.       — Кира!       — Что, Кира?       — Ты говоришь, как Кира! — Догадка поразила Андрея, и он опять задумался, — погоди...погоди-погоди... Малина! Ты что, ревнуешь?       — Что? — Роман застыл в ужасе.       — Господи, я только понял! Ты ревнуешь!       — Не неси чепухи! Я забочусь о тебе... И о судьбе компании... — Роман потупился.       — Рома, Рома, погоди, — Андрей сел на красное кресло, — ты ревнуешь меня к Кате?       — Ничего подобного! — Малиновский всплеснул руками, — Андрей, услышь меня! Посмотри, на кого ты стал похож, когда эта... Женщина... Появилась в твоей жизни! Ты закрылся, никуда не ходишь, выполняешь все её прихоти. Дома я только и слышу от тебя «Катя, Катя, Катя!». Ты даже ни с кем не спишь больше! Даже с Кирой. Она тебя поработила!       Андрей посмотрел на друга, как на умалишённого, а потом залился диким нервным хохотом. Роман расстроено, даже драматично, сел в кресло напротив.       — Отсмеялся? — Подождав немного, жестко спросил Малиновский.       — Ой, погоди, Малина, мне нужно пережить эту мысль, — утирая слезы смеха отмахнулся Андрей.       — Какую мысль? — Снова взъярился Роман, вскочил с места, — ты что, не слушал все, что я тебе говорю!? Подумай своей головой, пока не поздно!       — Рома...       — Что «Рома»? Ну вот что? Мне иногда кажется, что я единственный вижу ситуацию ясным взором! — он снова начал размахивать руками.       — Рома!       — Ты не слушаешь! Не хочешь услышать, что Пушкарева твоя — змея подколодная, которую ты пригрел у себя на...       — Рома сядь, — громко и жестко прервал его Андрей, — сядь и послушай меня. Ты тут достаточно наговорил.       Малиновский остановился, и с обиженным видом опустился в кресло.       — У меня есть железные доказательства, что Катя не причастна к тому, что происходит в компании. Тише, я не договорил! — Увидев, что Роман собирается что-то сказать, Андрей Всплеснул руками, — так вот! Доказательства железные. И Сашка тут тоже ни при чем. Я точно в этом уверен. Я даже думаю, что встречаться они с Воропаевым начали недавно, — он скривился, как от боли, — поэтому твои слова беспочвенны.       — Я бы не был так в этом уверен, — тихо буркнул Роман, Жданов на это громко вздохнул.       — Я понимаю, откуда у тебя все эти чувства. Правда, понимаю. И прошу тебя, направь свой креатив куда-то, где он не будет так разрушителен. — Андрей попытался заглянуть другу в лицо, но тот смотрел куда-то в стол. — Я свою жизнь контролирую. Сейчас больше, чем в последние годы уж точно. И Катерина не угрожает ни компании, ни мне, ни нашей дружбе. — Он вздохнул, — это я могу тебе гарантировать. Ты большая величина в моей жизни, и важная её часть. Катя не собирается занимать твое место. Оно только твое. Слышишь?       — Слышу, — отвернулся.       — Ром, ну что ты, как маленький, — устало, даже немного ласково позвал Андрей, протянув руку к плечу друга.       Малиновский резко повернулся, рука Андрея случайно коснулась его щеки. Оба вздрогнули и застыли. Открылась дверь в кабинет, заглянула Виктория. Андрей спешно убрал руку, чувствуя, как его уши покрываются румянцем.       — Там в конференц-зале вас все ждут, — проговорила она нейтрально.       — Сейчас будем, — напряженно отозвался Андрей.       Роман вскочил со своего места и пулей вылетел из кабинета. В след ему смотрели два взгляда: Викин — удивленный, Андрея — испуганный.