Балканец или таинственная лаборатория

Рефери Энтони Крид - бывший футболист, коренной итальянец. Он частенько шутил про себя, каким великим игроком он мог стать, горячо жалел о том, что не продолжил заниматься футболом дальше. "Если бы меня взяли в основу Фиорентины, то поверьте, мальчики, вы бы смотрели на меня уже по телевизору" - говорил нам Тони. После этих слов обычно он поднимал высоко голову, смотрел в полуденное солнце и тяжело выдыхал застоявшийся воздух, мотая головой от нахлынувшей ностальгии. От таких телодвижений, его голова была похожа на исказившийся флюгер, вечно болтающийся на ветру, туда-сюда. Ему нравилось ворошить прошлое. Он переехал сюда из Флоренции в подростковом возрасте вместе с семьей. Родители развелись, мать оставила их ради какого-то богатенького итальяшки, который владел несколькими автосалонами. Уж очень ей надоело жить в бедном флорентийском районе Пиньоне, в месте, очень щедром на предмет наличия организованной преступности и всяких беспризорников. Отец работал как мог, бывало даже на трех работах, лишь бы прокормить Тони и его маленькую сестренку Луизу. Криду приходилось самому искать подработку, когда глава семейства был вынужден уйти на больничный. Несмотря на проблемы с самочувствием, Федерико Крид пообещал отпрыскам, что вытащит их из дыры под названием "пиньонские кварталы" и продолжал вкалывать дальше, невзирая на развившийся грипп. В здешнем захолустье чего только не увидишь. Водоснабжение стабильно отсутствовало, вследствие чего люди вываливали помои через окно на улицу, порой ходили в туалет на глазах у многих. Зловоние стояло неимоверное. Скоро оно распространится на близлежащие районы, и тогда возможно нищету заметят, предпримут попытку улучшить положение. Ведь люди мало того, что не принимают ванну, так еще опорожняются на виду у всех. Насекомые-паразиты скоро обглодают бедолаг с ног до головы. Одному уже не повезло. Одичавший, свихнувшийся бродяга-одиночка от голода начал разносить мусорные контейнеры в поисках еды. Там он не обнаружил ничего, кроме небольшого куска гнилого свиного мяса, в котором копошились черви. Без малейших колебаний, бомж принялся за трапезу, с жадностью проглатывая каждый кусочек. После скудного обеда лицо вонючего трупоеда приняло довольный вид. Но к вечеру, как рассказывал Крид, невозможно было уснуть. Время от времени с квартала доносились страшные вопли умирающего. Эти животные крики издавал обезумевший любитель свинины. Несколько часов продолжалось зверское пение, затем послышался короткий тяжелый вздох и все. На следующее утро несколько горожан столпились вокруг умершего в муках бродяги. После недолгих размышлений, было решено взять у самого старшего из них тачку для развоза стройматериалов, которая долго стояла без дела на лестничной клетке. Они подошли к засохшей мумии, что раньше была человеком, небрежно взяли за руки и кинули на металлическую двухколёсную коляску, как будто так и надо, и отогнали к обрыву. Позже Федерико сказал сыну, что нельзя терять надежду. А этот несчастный настолько отчаялся, что даже загубил собственную жизнь. Тони был уверен: если бы в правительстве столь славного городка появилось желание помочь жителям Пиньона, чиновники без сомнений накинули бы металлический купол на трущобы, дабы вонища не распространялась на весь город. Хотя на еду и лекарство тогда очень не хватало, Энтони находил утешение в спорте. Пока папа уничтожал свое драгоценное здоровье, впахивая механиком, строителем и дворником в соседних микрорайонах, более благополучных, его сын не терял времени зря, обещая себе, что занимаясь в секции футбола, он покажет свое мастерство, его возьмут в академию "фиалок", и родитель будет гордиться. Спустя время, упорство и терпение старшему Криду удалось выбраться из пиньонских трущоб, купив билет на Балканы. Ведь там обстановка казалась спокойнее, да и с работой обещали помочь. Впоследствии сестренка выучилась на архитектора, Тони пришлось бросить футбол ради будущей семьи. Так, они осели здесь надолго. Грустная история, которую он полностью, конечно, не рассказывал, объясняя это тем, что мы еще слишком маленькие знать о семейных взаимоотношениях и тяготах жизни. Все эти воспоминания ровно на несколько мгновений плотным туманом всплыли глубоко в подсознании нашего судьи, пока он гудел изо всех сил в металлическую безделушку, давая всем понять, что игра началась. Пошел отсчет времени на часах с таймером, которые постоянно носил с собой рефери. Свора малолеток с бешенной скоростью устремилась в разные стороны. Юлий стоял как вкопанный с непонимающим выражением лица. Пока мимо него проносились один за одним игроки сначала моей, затем чужой команды и так несколько раз, остолбеневший мальчуган даже пальцем не пошевелил. Уж очень он боялся, был похож на принцессу, вокруг которой сражаются рыцари, страстно желающие завоевать ее прекрасное девственное сердце. Только на эту "барышню" всем было ровным счетом плевать, но до тех пор, пока мяч не окажется у нее в ногах. И тогда придется двинуться с места, иначе на тебя кинется стадо безумных быков, жаждущих завладеть снарядом. Я громкими визгами окликнул Слободана, правого опорника нашей сборной, чтобы пасовал на меня. Он решил сделать диагональную передачу, для чего ловким движением ноги поднял мяч в воздух и, размахнувшись, внутренней стороной стопы попытался перекинуть половину поля в моем направлении. Преградой на пути мячика стал наш центр-форвард, минут пятнадцать стоявший на одном месте, поглядывая в сторону Луки, который ехидно улыбался, каждый раз встречаясь с тем взглядами. Боясь, что в него попадут, Юлий предпринял тактику подождать, пока большая часть народу сместится в одну часть игровой площадки, затем просто убежать прочь и больше никогда не связываться с этой компанией малолетних хулиганов. Чего он так пугается? Как будто вместо полипропиленового шара размером с человеческую голову был несущийся на парня поезд, спешащий вовремя добраться до нужного пункта назначения. Глядя на рассеянные действия Юлия, я корил себя за то, что взял его играть, несколько раз расстраивался, но оказалось уже поздно хлопать себя по башке. Зачем я вообще вступился? Я мог найти другого мальчишку, который будет посмелее выглядеть, или хотя бы сделает вид, но поможет команде, совсем немного. Лука сделал подкат нашему защитнику, выбив у того мяч из под ног. В то же время Влахович на скорости очень сильно цепанул шипами щиколотку, отчего Эван Микельсон рухнул на пыльную землю, держась за нижнюю часть ноги и жалобно заливаясь воплями, постукивая по твердому газону ладонью в надежде привлечь к себе внимание присутствующих. Но Энтони был непреклонен, так как посчитал футбольный маневр чистым, не нарушающим общих правил, поэтому разрешил играть дальше. "Да что этот парень знает о футболе?" - пронеслось было у меня в голове. Пришлось держать язык за зубами, вспомнив сколько лет занимался Крид. В данном случае я буду не прав. - Эй, Тони, посмотри, как Эван корчится от боли! Останови игру! - решительно проревел Виктор, наш вратарь, наблюдавший печальную картину и сидевший на корточках, с сочувствием посмотрев в горькое, несчастное лицо товарища. Мне показалось, что издалека конечность Эви Микельсона напоминала комок свежего мяса, на который тотчас слетятся птицы, начнут пожирать свежую плоть, и футбольный матч превратится в сущий кошмар. Положение со стороны выглядело устрашающе. И не зря, кровь не спеша небольшим ручейком вытекала из области голеностопа, белый носок мигом приобрел пунцовый оттенок. Оставалось только выкинуть. Зеленый кроссовок с изображенным мышонком из мультфильма про мышей-байкеров пришлось снять. Потертые, пыльные ботинки, казалось, что Эван никогда их не менял за всю жизнь, они прослужили долгое время и видали немало футбольных игр. - Все нормально? Как себя чувствуешь? - спросил я беспокойно Микельсона. Его сщуренные от болезненных ощущений глаза выглядели забавно. Такое чувство, что разговариваю с младенцем. Как будто с издевкой он мне ответил: - Не видишь сам? Классные ощущения, ничего не скажешь, - Эви перевел взгляд на Юлия, - Этот почему стоит? - Не знаю, страшится, что в него мяч попадет, наверное, - я уже поскорее хотел избавиться от надоедливого паренька. - Сделай что-нибудь, ты же капитан! - жалобно прозвенел потерпевший. При виде сочащейся багровой жижи, сильно пачкающей одежду Эвана, меланхоличное лицо с веснушками украинского юноши внезапно обрело серьезный вид. Не проронив ни единого слова, не оборачиваясь на желчные подколы неугомонного Луки - мерзкого и равнодушного подростка, который не обращал никакого внимания на происшествие, а между прочим он был виноват, Юлий разогнался и рванул в сторону трехэтажек, где проживала его немногочисленная семейка из четырех человек. Каждый из находящихся на поле смотрел в сторону убегающего. Одни провожали его безразличным, беспечным взором, словно видели насквозь, но в то же время чувствуя облегчение, так как пользы для команды от этого типа не было. Другие, довольно ухмыляясь и шепчась между собой, кто-то тихо, кто-то шумно обсуждали поступок "трусливого оборванца", как говорил один из них. Энтони сначала с непониманием начал спрашивать нас: "Куда это он убежал? А играть кто будет?", затем и вовсе стал жевать свои зубы, не найдясь что сказать, очень он был недоволен действиями наглого парнишки. Ведь без нападающего не получится сыграть, редко где можно встретить схему без бомбардира. Конечно, существует тактическая расстановка 5-4-1. Цифра "1" означает единственного форварда на игровой площади, остальные представлены полузащитниками и защитниками. Можно перейти на нее. Но такое размещение является супероборонительным, которое еще называют "автобусом". Капитаном нашей команды являюсь я, тактику и стратегию придумываю тоже я, а мы привыкли играть в атакующий футбол, где есть и нападающие, и поддержка с флангов. У нас не должно быть никаких "автовокзалов". Поэтому нужно как следует покумекать над этим вопросом, прежде чем принимать необдуманное решение. - Как дальше играть-то будем? - поинтересовался Крис Култхард, чья позиция на поле была идентична Юлию, только в сборной соперника. Эрик Новак - наш бравый левый защитник родом из Хорватии, наклонившись над жертвой грубого подката, узнал, получится ли у Эвана бегать, на что тот ответил отказом. Противники предложили Тони засчитать нам техническое поражение, потому как состав был не укомплектован, заменить пострадавшего некем, а следовательно выводы очевидны. Пока мы с опаской ожидали решения рефери, Слободан подал неплохую идею, с которой сокомандники дружно согласились. - Почему бы просто не продолжить игру вдевятером? Вы уберете двоих из команды и проблема решена. У Эви травма, уважительная причина, а тот испугался вас, его можно понять, - с уверенностью проговорил опорник, указывая на рассеченную ногу раненого. - Ха, вашему бездарю нет никаких оправданий. Он всего лишь вас кинул. А что ты там говорил про командный дух, а, Зоран? Небось этот тупица сейчас побежал плакаться к мамочке. Не удивлюсь, если завтра они переедут на другую улицу, а лучше пусть валит из города, - саркастично с недовольством выстрелил браваду Лука. Мой сосед находился в отличном настроении, и не только подкалывал несчастного Юлия, но и кричал нам, какие мы неудачники. Ну что с него взять? Лука не Лука если не скажет подлость. С отвращением отвернувшись от нас, он поторопил Энтони с раздумьями, которые длились довольно долго. Влаховичу порядком надоело ждать. 15 минут арбитр не мог рассудить ситуацию. "Да я бы за секунду все решил, выгнать их с поля и влепить техничку, чтоб они долго ныли и признали нас лучшими на районе" - безостановочно гундел Влахович, от чего мне хотелось заткнуть его рот предметом круглой формы. Пока мы ждали решения судьи, я перевел усталый взгляд на изнывающего в стороне Эвана. Кровь на его ноге продолжала беспощадно течь, будто и не собиралась останавливаться. К сильной боли прибавилось неприятное пощипывание, лицо пострадавшего говорило, что пора звать на подмогу, потому что состояние может ухудшиться, если ему не окажут первую медицинскую помощь. Поэтому мы с ребятами перенесли жалкое тело сокомандника в долго ожидающий нас тенёк. Последние полчаса погода была очень жаркой. Кучковатые облака расступились, чтобы дать возможность солнышку прогреть окрестности, оживив местную флору. Вокруг стоял запах смрада и пыли, казалось, что здесь прошел ураган, принесший с собой аромат навоза из соседних конюшен, находящихся здесь через пару кварталов. Становилось дурно. Я предложил всем взять тайм-аут и сходить по домам выпить водички, прежде чем решить, что делать с игрой дальше. Весь коллектив хором согласился, даже Лука, которому от висящей в воздухе вони было противно оставаться и спорить. Капитану соперников также нужно отдохнуть и с новыми силами начать поливать нас...не водой разумеется, как он это умеет. Толпа маленьких спортсменов, чье большое будущее не заставит себя долго ждать, двинулась в сторону трехэтажек. Вождь противников постоянно шушукался между друзьями, лукаво хихикал, оборачиваясь на меня. Крис Култхард состроил нелепую физиономию, кивая в нашу сторону и сказал что-то на своем языке, из-за чего некоторые покатились со смеху. Отдельные личности даже начали кашлять, подавившись слюной. Пришлось подбодрить напряженные лица наших парней. Не ровен час, Слободан не выдержит и придушит одного из быков Влаховича на месте. Но случилось то, чего Лука больше всего не ожидал, моментально остановившись и недовольно скрестив руки на груди, глядя куда-то перед собой. Реакция его бригады была еще ужаснее: широко открытые рты, полное отсутствие слов и комментариев, всеобщий шок накрыл ребят, смотрящих на внезапное возвращение Юлия. - Смотрите, бежит! - радостно крикнул Слободан, подняв руки вверх и размахивая ими в эмоциональном порыве. Удивлению не было предела. Энтони вздохнул с облегчением. Конечно, теперь можно нормально поиграть полным составом, ну, почти. Даже Эван оживился, про которого все забыли на мгновение. Я приметил огромное количество разных вещей в руках у парня, стремительно болтающихся под действием тряски. Видно, что Юлий очень спешил, пот катил с него градом, издалека слышно его неровное дыхание. Но что он с такой быстротой стремился донести?