Someone Who Believes

      Лениво развалившись в своем красном кресле, Гарри вернулся к прежнему занятию — подсчету потолочных плиток.       Волдеморт стоял в стороне, окруженный разными предметами, которые были навалены друг на друга и выглядели так, будто если бы вы слишком резко выдохнули около них, они упали бы на пол.       Чуть ранее, после ситуации с розовым стулом, Гарри наблюдал, как Волдеморт начал экспериментировать с комнатой, подобно тому, как он делал это раньше.       Нанеся несколько хороших ударов по диванчику, он рухнул обратно в свое жесткое, замысловатое, темное кресло лорда, в отчаянии пощипывая переносицу. Вскоре после этого вокруг Волдеморта начали появляться случайные предметы. Он даже вызвал небольшой кусочек пергамента вместе с пером, чтобы записать свои наблюдения.       Гарри почувствовал легкое смущение из-за того, что не подумал сделать того же (умоляю, он был гриффиндорцем), но сейчас это не имело значения. Все, о чем он узнал ранее, Волдеморт найдет достаточно скоро.       Наблюдая с полуприкрытым любопытством за действиями Темного Лорда, он налил себе стакан воды и откинулся на спинку стула, снова начиная считать потолочные плитки.       Гарри медленно цедил воду и снова возвращался мыслями к тому, что произошло.       Он все еще был увлечен ласками, но, более того, тот факт, что Волдеморт пытался помочь ему был первостепенным.       Ему сказали забыть это, но он просто не мог. Ну, в плане, не так-то просто игнорировать своего заклятого врага, пытающегося утешить тебя во время панической атаки.       Подсознательно его рука потянулась вверх и коснулась того места, которое ранее гладил Волдеморт. Это было не так уж плохо. Черт, если бы это был не Волдеморт, Гарри, возможно, даже наслаждался бы этим.       Его лицо вспыхнуло, и он оторвал руку от головы.       Прежде чем он успел хорошенько подумать о том, почему он краснеет, перед Волдемортом появилось массивное зеркало, которое упало на пол и разбилось вдребезги.       Оба парня подскочили, — Гарри даже вскочил со своего кресла — но в ту секунду, когда зеркало разбилось, сотни осколков исчезли.       — Какого хрена?!       — Брось это, — сверкнул глазами Волдеморт. Гарри недоверчиво зыркнул на собеседника, прежде чем закатить глаза и снова сесть.       Отлично. Еще одна вещь, которую можно просто проигнорировать, ничего особенного.       Секундой позже в руке Волдеморта появилось маленькое ручное зеркальце, и он начал изучать свое отражение.       — Что…       Произнесенное шепотом восклицание заставило Гарри поднять глаза. Волдеморт прикасался к своему лицу, прямо под глазами, и в ужасе смотрел в зеркало.       — Что-то не так?       — Мои глаза… — замолчав, Волдеморт посмотрел на Гарри. — Они красные.       Гарри нахмурил брови.       — Эм… да? Они и были красными, что тут такого?       — Они были что?! И ты мне не сказал?!       В голосе Волдеморта звучала паника, и замешательство Гарри росло.       — Зачем мне тебе говорить? Разве ты не должен знать свой цвет глаз?       — У меня карие глаза, а не красные. Это не…       Гарри подумал, не было ли все это какой-то большой шуткой, но решил не обращать на это внимания. Волдеморт был не из тех, кто шутит.       — Когда я встретил тебя на первом курсе, твои глаза были красными. Почему они должны были измениться с тех пор?       — Я уже сказал тебе, я тебя не знаю! До этого я никогда в жизни тебя не видел! — зарычал Волдеморт, швыряя маленькое зеркальце на пол.       Разочарование Гарри росло. Как он смеет вести себя так, будто он какая-то жертва? Гарри тоже не знал бы Волдеморта, если бы тот не ставил своей личной задачей пытаться убить его каждый год!       — Ну да, — прошипел он, — словно заведенным часам, каждый год тебе приходится устраивать какую-нибудь изощренную попытку разрушить мою жизнь! — Гарри шагнул вперед, ослепленный эмоциями, намереваясь ударить Волдеморта в челюсть прямо в ту же секунду.       — Я не знаю, почему ты так злишься на меня, — нахмурился Темный Лорд, — но я могу заверить тебя, что никогда намеренно не причинял тебе вреда.       — Ты убил моих родителей! — взревел Гарри, повалив Волдеморта на пол.       То, что последовало за этим, было короткой борьбой. Гарри нанес несколько хороших ударов, прежде чем Волдеморт поменял их местами, оседлав Гарри и зажав его запястья над его головой. Он попытался вырваться из его рук, но тот держал его железной хваткой, и, сколько бы он ни сопротивлялся, Волдеморт не сдвинулся с места.       Оскалив зубы, Гарри уставился на Волдеморта, его мышцы были напряжены до предела, и он был готов сбежать в ту же секунду, как только сможет.       — Это второй раз, когда мы занимаем эту позицию сегодня. Если бы ты не был так зол на меня, я бы подумал, что ты делаешь это намеренно.       Волдеморт ухмыльнулся, в то время как Гарри побледнел от этого комментария. Хватка слегка ослабла: видимо, Темный Лорд думал, что выбил из него часть сопротивления, и Гарри воспользовался этим как возможностью перевернуть Волдеморта, копируя позицию, которую парень только что использовал против него.       — Это третий раз. На данный момент это должно быть намеренно.       Глаза Волдеморта расширились, когда его запястья были пойманы пальцами Гарри, и тот ухмыльнулся при виде его удивления.       Свирепо глядя на него, Волдеморт слегка сопротивлялся, но быстро сдался, поняв, что усилия тщетны.       Вспомнив, что Гарри сказал прежде, Волдеморт произнес:       — Что ты имеешь в виду, говоря, что я убил твоих родителей?! Я не знаю, кто твои родители! Как я мог убить их? Когда они вообще умерли?       Гарри кипел от злости. Почему Волдеморт до сих пор не отказался от этого маскарада?       — Ты убил их в 1981 году. Как ты смеешь делать вид, что ты ни при чем, когда ты лично убил их в их собственном доме!       Нахмурив брови, Волдеморт прохрипел:       — О чем ты говоришь?! Сейчас 1943 год.