Someone Who Believes

      Том раздраженно сморщился, когда его разбудил звук хихиканья. Открыв глаза, он затуманенно огляделся в поисках его источника.       Гарри Поттер стоял над ним, прикрывая рот рукой и безуспешно пытаясь подавить смех.       Именно тогда Том вспомнил, где он сейчас сидит, и со стоном откинул голову назад.       — А я думал, это кресло непрезентабельно, — сказал Поттер, и зеленые глаза его наполнились весельем.       — Да, я просто хотел проверить, так ли это плохо на ощупь, как выглядит, — нахмурился Том, пытаясь спасти остатки гордости, которые у него остались, — и я был прав, это кресло просто ужасно.       — Оно выглядело не таким уж и плохим, пока ты был в отключке. Кстати, ты храпишь.       У Тома от ужаса отвисла челюсть.       — Я этого не делаю. Ты врешь!       Он скрестил руки на груди и надул губы, когда Гарри захихикал на этот счет.       — Ты закончил? — рявкнул Том, когда парень вытер слезы с глаз.       — Да, да. Просто забавно видеть, как всегда серьезный и собранный Том Реддл рухнул на что-то вроде… — он указал на стул, — этого.       Том фыркнул, вставая с розового чудовища.       — Как долго я спал? — вдруг спросил он, протирая глаза.       Гарри моргнул.       — Я не уверен. Я тоже только что проснулся. Думаю, не слишком долго.       Задумчиво потирая подбородок, Том заговорил:       — С этого момента давай следить за тем, как долго мы здесь находимся. Это пригодится, когда мы выберемся отсюда.       Гарри кивнул в знак согласия, прежде чем между ними появились большие напольные часы. Оба вздрогнули, и Том перевел взгляд на Гарри, который выглядел так, будто прямо сейчас хотел стукнуть себя рукой по лбу.       — Было бы неплохо, если бы ты предупредил, — сказал он, не впечатленный.       — Эй, не вини меня! Я подумал о времени всего на секунду. Если уж на то пошло, то это вина этой комнаты! — Том вздохнул и продолжил. — …да, эта комната. Ты хоть представляешь, что это такое? За все годы, проведенные в Хогвартсе, я никогда не видел ничего подобного.       Гарри сделал паузу, прежде чем ответить на вопрос, нахмурив брови.       — Добби, домовой эльф, которого я знаю, рассказывал мне раньше о чем-то, что называется «Выручай-комнатой». Он сказал, что она появляется для тех, кто в ней нуждается.       Том промурлыкал:       — И зачем тебе она понадобилась?       Гарри побледнел, возвращаясь к мыслям, которые крутились у него в голове до того, как появилась дверь.       «Я знаю, он просил меня быть честным с ним, но я не могу об этом сказать! Это слишком неловко!».       Слегка порозовев, Гарри отвел глаза.       — О, ты знаешь… просто… где-нибудь, чтобы учиться.       Том выглядел невозмутимым:       — Ты хотел учиться без каких-либо школьных принадлежностей?       Рот Гарри несколько раз открылся и закрылся. Потом захлопнулся снова и остался в таком положении.       Брови Тома нахмурились, и он шагнул вперед.       — Что я говорил о честности, Гарри? — прошипел он. — Если ты хочешь от меня хоть какого-то доверия, тебе придется сказать мне, о чем ты думал.       Том, теперь стоявший прямо перед ним, схватил его за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. Покраснев от прикосновения, Гарри посмотрел на Тома. Его глаза были холодны, а губы сжаты в тонкую белую линию.       Сверля Гарри взглядом еще несколько секунд, Том убрал руку с того места, где она сжимала Гарри, и отступил назад.       — Хорошо, пусть будет так.       Желудок Гарри сжался. Если он не скажет правду прямо сейчас, он никогда не завоюет доверие Тома.       — Я… — он замолчал.       Том остановился, красные глаза уставились на ерзающую фигуру Гарри.       Он позволил ему несколько секунд неловкого молчания, прежде чем заговорить.       — Ты?       Слегка вздрогнув, Гарри заставил себя встретиться взглядом с Томом.       Он глубоко вздохнул.       — До того, как появилась комната, пара моих сокурсников… преследовали меня, так что мне захотелось побыть одному. Я сказал тебе, что остальная часть школы думает обо мне сейчас, когда Волдеморт вернулся, но я не делился всем. Это… — он замолчал, запустив руку в волосы. — Это плохо.       Том молчал с пустыми глазами, ожидая продолжения.       — Большинство людей либо притворяются, что меня не существует, либо ведут себя так, как будто я какой-то ищущий внимания будущий Темный Лорд. Я могу справиться с изоляцией, я привык к этому, но когда они называют меня лжецом… — его кулак сжался, прерывистое дыхание сорвалось с губ. — В любом случае, Симус и Дин, которые раньше были моими друзьями, подумали, что было бы забавно толкнуть меня, пока я шел с Истории Магии. Кстати, вот откуда это взялось, — он указал на пятна запекшейся крови на верхней губе. — Они одни из самых жестоких. Мне просто повезло, что их так мало, — криво улыбнулся Гарри. — Я ушел от них и поднялся на седьмой этаж, где был гобелен. Я просто… — его голос надломился, глаза остекленели, когда он взглянул на Тома. — Я просто хотел, чтобы кто-то поверил в меня. Кто-то, кто принял бы то, что я говорил, не отталкивая меня и не обращаясь со мной как с психопатом. Мне просто нужен был кто-нибудь, кто верит.       Он замолчал, пытаясь подавить сдавленный всхлип, и закрыл лицо руками. Тихое сопение было единственным звуком в комнате, когда соленые слезы стекали по лицу Гарри и капали на пол.       У него перехватило дыхание, когда сильные руки обхватили его торс, а ладонь погладила по спине. Через несколько секунд Гарри убрал руки с лица, и вцепился в ткань рубашки Тома, уткнувшись лицом в его грудь.       Том издавал тихие шипящие звуки, пытаясь утешить, его свободная рука погладила Гарри по голове, как раньше.       У Гарри вырвался шокированный смешок, и руки Тома замерли при этом звуке.       — …Что? — произнес он, чувствуя себя неловко. Гарри еще глубже уткнулся головой в грудь Тома, слегка улыбаясь.       — Ты снова ласкаешь меня. Это так ты обычно утешаешь людей? — его голос был приглушен рубашкой Тома.       Убрав руку с головы Гарри, он заговорил.       — Обычно я не утешаю людей. Если от этого становится хуже, я могу прекратить…       Он замолчал, когда Гарри схватил отдаляющуюся руку и закинул ее себе на голову. Том сделал паузу, но вскоре снова начал пробегать пальцами по темным кудрям.       Проходили минуты, поглаживания Тома становились все более и более плавными по мере того, как он расслаблялся. Глаза Гарри были закрыты, он буквально таял от прикосновений.       Легкий удар слева от него заставил Гарри оторвать голову от груди Тома, и его взгляд упал на маленькую аптечку первой помощи. Вопросительно посмотрев на Тома, он заметил, что тот слегка покраснел.       Том вздохнул и потащил Гарри к ужасному розовому диванчику, который он ранее занимал, усаживая его, прежде чем вернуться и взять аптечку.       Гарри неподвижно сидел, когда Том вернулся и опустился на колени перед ним.       — У тебя все еще болит нос? — внезапный вопрос застал Гарри врасплох и он замялся, прежде чем отрицательно покачать головой в ответ.       Том кивнул и достал из аптечки маленькую тряпочку. Справа от него появилась миска с водой, в которой он ее намочил.       Гарри с любопытством наблюдал за его действиями и вздрогнул, когда тот схватил его за лицо и набросился на него с намоченной тряпкой.       — Не двигайся, — это было все, что сказал Том, прежде чем начать вытирать тряпкой засохшую кровь, покрывающую лицо Гарри.       «Вода теплая», — подумал Гарри, пока Том вытирал под носом, подушечкой большого пальца касаясь нижней губы.       Закончив очищать губу Гарри, Том повернулся к покрытым струпьями порезам, которые он оставил на его щеке. Снова намочив тряпку, он осторожно потер длинные следы, морщась в знак извинения, когда Гарри зашипел от боли.       Он полез в аптечку за большим бинтом и прижал его к щеке Гарри. Их глаза встретились. Рука Тома все еще была прижата к его лицу.       — Как ты этому научился? — спросил Гарри, слегка запыхавшись.       Глаза Тома потемнели, и он отстранился.       — Я научился сам. Там, в приюте, у меня не было выбора.       Гарри мог только наблюдать, как Том отступил к своему жесткому стулу, чувствуя себя так, как будто он сделал один шаг вперед и два назад.