Someone Who Believes

      Гарри шагнул в душ и расслабил плечи, когда горячая вода ударила ему в спину.       Они с Томом только что закончили ужинать.       Когда он садился за стол, он думал, надеялся, что, возможно, совместная трапеза разрядит атмосферу, и, может быть, у них получится разговор.       Конечно, он ошибался.       Ответы «да» или «нет» продолжали раздражать. За все это время Том не сказал ничего длиннее одного предложения.       Каждый вечер, как только Реддл заканчивал есть, он быстро возвращался на свой разорванный жесткий стул. А пушистый розовый диванчик стоял без дела в своем углу.       Гарри нужно было немного расслабляться после таких ужинов, поэтому как только это стало нормой за последние несколько дней, он проводил в душе все больше и больше времени. В конце концов, это было единственное уединенное место в комнате.       Вода, льющаяся на него, заглушила большую часть его мыслей, и на короткое мгновение он позволил своему разуму отключиться.       Это продолжалось не очень долго.       «Ни слова, ни единого слова», — думал он, энергично расчесывая волосы.       Гарри вздохнул, протягивая руку, чтобы в ней появился кусок мыла.       Намыливаясь, он позволил своим мыслям вернуться к последнему разговору с Томом.       «Я давал тебе намеки», — сказал он тогда, а затем продолжил говорить то же самое.       Ты знаешь, я чувствую то же самое, комната дала мне тебя как равного, ты заикаешься, краснеешь и путаешься в словах рядом со мной…       Гарри покачал головой.       Я не влюблен в него! Это просто… неправильно. Он Том Реддл!       С другой стороны, что такого плохого сделал Гарри Том Реддл?       При этой мысли он замер.       Что он успел натворить?       Что ж… Он обездвижил кучу студентов на втором курсе, не говоря уже о том, как он пытался убить его и Джинни!       Но был ли это тот самый Том? Был ли тот призрак из дневника тем же человеком, с которым он сейчас в ловушке?       Он на секунду задумался над этим.       «Нет», — подумал Гарри. «Этот Том до сих пор вел себя не так, как тот, другой. Ну, есть несколько сходств, но на самом деле он не пытался причинить мне вред, разве что в целях самообороны».       Так что же сделал Том, чтобы заслужить его гнев?       «Он Волдеморт!», — подсказало его подсознание. «Он убил бесчисленное множество людей, моих родителей!».       Но…       Это тоже было неправдой.       Когда они только попали в ловушку, Гарри обвинил его в этом, и Том понятия не имел, о чем он говорил.       Гарри рылся в памяти в поисках всего, что, как он знал, сделал этот Том, любых преступлений, в которых он был виновен…       И не придумал абсолютно ничего.       Так почему же Гарри был так против мысли о том, чтобы любить его?

***

      Гермиона молчала, пока они с Роном выходили из кабинета директора.       После того, как они рассказали Дамблдору об исчезновении Гарри, он сказал им, что займется этим и быстро отправил их восвояси.       Горгульи, охранявшие кабинет, отскочили назад, и она вздрогнула, выходя из ступора.       Гермиона покачала головой и продолжила медленно идти по коридору.       Вместе они с Роном прошли довольно далеко, прежде чем он заговорил и нарушил молчание.       — Что, если он не сможет найти Гарри? То, как он вел себя… Мне это не нравится, Гермиона.       Рон выглядел обеспокоенным, его веснушки выделялись на побледневшем лице.       Гермиона остановилась, Рон продолжал идти еще немного, прежде чем заметил это и повернулся к ней.       Она открыла рот, чтобы успокоить его.       — Дамблдор — самый могущественный и влиятельный волшебник нашего времени. Если кто-то и может найти Гарри, так это он!       Слова застряли у нее в горле.       Сможет ли он найти его?       Она задумалась над этим.       Дамблдор был величайшим волшебником своего времени, но когда он услышал, что Гарри пропал…       Гермиона начала сомневаться, что все будет так просто.       От ее молчания Рон поник. Его губы скривились, и на лице появилось хмурое выражение.       Гермиона успокаивающе положила руку ему на плечо, пытаясь выдавить легкую улыбку. По мнению Рона, она не очень преуспела.       — Я просто… — Рон судорожно вздохнул. — Нам следовало пойти к Дамблдору раньше?       «Я не знаю», — вот что она подумала.       Ее рука крепко сжала плечо Рона. Он поморщился.       Она не заметила.       «Должны ли мы это сделать? Но… Я была так уверена, что мы сможем найти его, так уверена, что ему не грозила никакая опасность…».       «Я была права, не так ли?».       — …миона, Гермиона! Ты делаешь мне больно!       Голос Рона затих, и девушка отдернула руку от того места, где она впивалась в его плечо.       — О боже, мне так жаль! — воскликнула она в ужасе.       Все еще с гримасой боли на лице, Рон тяжело вздохнул.       Он подошел ближе и взял Гермиону за руку.       — Сделай глубокий вдох, Миона, тебе нужно успокоиться.       Она заметила, насколько короткими были ее вдохи, и заставила себя глотнуть весь воздух, на который была способна.       Когда ее дыхание вернулось к нормальному ритму, Гермиона открыла глаза, которые закрылись незаметно даже для нее.       Рон смотрел на нее с нежностью в глазах, поглаживая кожу ее руки.       Она покраснела и мягко отодвинулась.       — Знаешь, ты не сделала ничего плохого, — строго сказал Рон. — Ты думала, что с ним все будет в порядке, и ты сделала для его поисков больше, чем кто-либо другой. Это о чем-то да говорит! — он сделал шаг вперед, сокращая расстояние, которое она только что создала. — Это не твоя вина, что мы не смогли его найти, Гермиона. Мы просто должны продолжать.       Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть Рону в глаза.       — Он действительно повзрослел в этом году, — вздохнула она, уткнувшись ему в плечо.       Лицо Рона покраснело, и он откашлялся.       — Давай. Давай подумаем об этом на кухне. Мы можем раздобыть немного еды, — сказал он, само определение неловкости.       Гермиона улыбнулась ему в рубашку, на этот раз непринужденно.       — Ты обещаешь, что не будешь заставлять домашних эльфов готовить тебе шведский стол? — поддразнила она, начиная двигаться.       Рон закатил глаза:       — До тех пор, пока ты не начнешь читать мне лекции о Г.А.В.Н.Э.       — Я все еще думаю, что порабощать их неправильно! Это просто не…       Рон издал преувеличенно громкий стон, прерывая ее.       Гермиона порозовела и шлепнула его по руке.       Они препирались по пути на кухню, даже когда завернули за угол прямо перед картиной, скрывавшей вход.       Внезапно из-за угла выскочил Патронус — лань.       Рон издал пронзительный вопль, когда он прошел сквозь них, сама Гермиона в шоке отпрянула назад.       Они повернулись, чтобы посмотреть, как Патронус быстро продолжил свой путь.       — Что за… — выдохнула Гермиона, лицо ее побледнело.       Рон, слегка покрасневший, прочистил горло.       — У профессора, вероятно, было сообщение или что-то в этом роде. Как ты думаешь, какое? — спросил он.       Гермиона ничего не сказала, продолжая наблюдать, как лань, наконец, завернула за угол и исчезла из виду.       — Ха, похоже, она направляется к кабинету директора, — отметила она, ее лицо приобретало более менее здоровый оттенок.       Они обменялись взглядами. Рон пожал плечами, и друзья продолжили путь на кухню.