Тех поддержка

У этого Сукеа была слишком широкая грудь. И просто запредельно широкие плечи. И неприлично широкая улыбка, когда он вышел из-за кустов, переодетый в форму телохранителей из клана Яшиго деревни Камня. Сакура уставилась в немом изумлении на появившегося перед ней красавца, оторвать вгляд от которого можно было только силой. Единственный раз Сакура видела мельком его тело в купальнях, но тогда все было по-другому. Тогда она планировала маленькую женскую месть и почти не обратила внимание на некое физическое совершенство, которое… ох, ладно, кому она врет. Все она увидела и рассмотрела. И именно из-за своего хорошего зрения попала под его чары. Безопасным Сукеа был только в своей форме или в той мешковатой одежде, которую носил в свободное время. Особенно если открывал рот, чтобы сказать какую-нибудь гадость. Одетый в полупрозрачную алую шелковую тунику, поверх которой была накинута короткая черная кожаная жилетка, в чересчур обтягивающие его стройные и мускулистые ноги черные бархатные брюки под кожаным широким ремнем, этот Сукеа выглядел до неприличия красивым. Таким красивым, что забывалось, кто он на самом деле. Неужели все телохранители в клане Яшиго выглядят так же сногсшибательно? — Не говори, что я не предупреждал. Он продолжал стоять напротив и никак не собирался помогать. Голос его странным образом изменился — стал ниже и глубже. Этот переодетый Сукеа был так мало похож на самого себя, что в какой-то момент у Сакуры появилось желание подойти ближе и провести ладонью по видневшимся в вырезе туники груди, плоскому животу… Такое сильное желание, что зачесались кончики пальцев. — Где… где тюрбан с вуалью? Сакура сглотнула насухую, пытаясь не сорваться. Приходилось напоминать себе, что этот красавец вовсе не мужественный и хорошо воспитанный мужчина из любой девичьей мечты, а Сукеа! Нахальный, противный, невыносимый Сукеа! Тот самый тип мужчин, который нужно избегать любой ценой. Который нельзя подпускать к себе ближе, чем на расстояние насмешки. — С этим возникли проблемы, моя госпожа. Я не уверен, что понимаю, как правильно нужно его надевать. Боюсь, мне нужна ваша помощь. Она прекрасно услышала его издевательское обращение, но не стала огрызаться. Его покорный тон и обращение на «вы» не обманули ее ни на секунду. Это всего лишь еще один способ разозлить ее. — Давай сюда. Что там может быть непонятного? Она взяла в руки самый обычный тюрбан, выглядевший аккуратно сложенной кучкой ткани, но почти сразу поняла, какие именно трудности возникли у ее напарника — весь тюрбан был опутан нитями, из-за которых надеть его представлялось делом затруднительным. Она крутила его в руках, пытаясь найти угол, под которым все нити аккуратно разойдутся по сторонам, открывая доступ. Спустя несколько минут бесплодных попыток пришлось признать, что дурацкий тюрбан был на самом деле непростым. — Как же быть? Сукеа насмешливо посматривал на мучения Сакуры, не предпринимая никаких попыток помочь. — Предлагаю воспользоваться другим вариантом. Я снимаю с себя этот наряд, одеваюсь в свою форму и иду так, как есть. А ты можешь накидывать любое хенге, какое взбредет в твою голову. — Я нашла! В ту самую минуту, когда, казалось, что Сукеа победил, в острый миг наивысшего нежелания уступать случилось неожиданное — нити раскрылись в верном порядке, открыв возможность надеть тюрбан. Не теряя ни секунды, Сакура водрузила сложный головной убор на голову слегка опешившего Сукеа. И довольно отряхнула руки. — Идеально. Функционал тюрбана стал понятен моментально. Тонкие нити оплетали лицо чуть ниже глаз, спускаясь вуалью по рукам до локтей, а спереди до самого пупка и скрывая от глаз ту самую красоту, которая так притягивала взгляд. Сакура расслабленно повела плечами, сбрасывая напряжение, и удовлетворенно улыбнулась. Решив одну проблему, она сразу перешла ко второй — выбор хенге для собственного прикрытия. Хотелось изменить свою внешность только немного, чтобы скрыть яркие волосы или глаза, но опыт подсказывал, что трансформация должна быть более серьезной. Сукеа непривычно молчал, выжидательно скрестив на груди руки и поглядывая на Сакуру в щель вуали. Почему-то его поведение — его адекватное поведение — заставляло нервничать. Выбрав образ сорокалетней женщины с фарфоровой бледностью кожи, пепельными волосами и темно-карими, почти черными глазами, Сакура подняла руки для техники, аккуратно складывая верный порядок печатей. Когда привычная дымка развеялась, в блестящей грани куная отражалась незнакомка, выглядевшая очень старо и болезненно. То, что нужно. — Надеюсь, ты знаешь, как именно ведут себя телохранители из клана Яшиго со своими хозяевами. И зачем им такая длинная вуаль. — Что? Сакура не успела подумать над ответом, удивленная самой поставновкой вопроса, как оказалась тесно прижата спиной к груди Сукеа. Он держал ее крепко, сковывая любое движение, кроме ходьбы. — Что ты творишь! Отпусти меня сейчас же! Его тепло, запах и движения, окружившие ее без предупреждения, все это было слишком. — Не говори, что я не предупреждал, — он сложил какую-то печать, Сакура чувствовала, как шевелятся ее волосы от его дыхания, когда он произносил незнакомые слова неизвестной ей техники. — Ты сама выбрала это прикрытие. Поэтому мы должны соответствовать. Закончив говорить, Сукеа отпустил ее, он больше никак не удерживал ее руки, но Сакура не могла шевельнуться. Она словно намертво приклеилась к нему. Приклеилась к его груди и животу. К его бедрам и ногам. Он словно стал ее тенью. И это ощущение было невероятно приятным. Его сила незримо обволакивала ее. Его тепло ласково касалось ее кожи. Само его присутствие у нее за спиной не казалось неуместным — наоборот. Сакура блаженно прикрыла глаза, чувствуя, как по венам легкой щекоткой растекается ощущение покоя. Сукеа приподнял вуаль и накрыл Сакуру так, что теперь и она тоже была спрятана. Интимность момента опьяняла. Близость Сукеа делала что-то странное. Сакура понимала, что должна сопротивляться этому, но не могла. Видимо, все дело было в технике. Возможно, это какое-то гендзюцу, которое парализовало ее волю. Проверить эту теорию не представлялось возможным, потому что Сакура все еще не могла шевельнуть рукой, чтобы сложить печать и развеять его. Или не хотела… — И почему мне кажется, что ты не знаешь, по какому принципу в клане Яшиго выбирают телохранителей? — Сукеа нашептывал ей свои вопросы, пользуясь тем, что Сакура не может отодвинуться. Он почти касался губами ее уха, вызывая мурашечное цунами по всему телу. Его голос… стал таким… вкусным… — Не верится, что ты нарочно выбрала для меня именно эту роль. Ведь телохранители из клана Яшиго все сплошь любовники своих господ. Сакура подавилась слюной, когда Сукеа положил свои ладони ей на живот. Воздуха в легких и так было мало, а после его невообразимого заявления совсем не осталось. В голове яркой вспышкой загорелось воспоминание о поцелуе. То самое, о котором Сакура изо всех сил старалась забыть. — Ты все придумываешь. Такого не может быть. — Хм… думаешь, я просто разыгрываю тебя? Проверяю? Он шевельнул руками, медленно провел вверх, коснулся груди и опустился вниз, замерев на подвздошных косточках. Сакура тихонько втянула воздух, сдерживая желание застонать. Ее впервые так трогал мужчина, и ощущение было невыносимо острым, сильным, приятным. Тот факт, что за спиной стоял Сукеа, а не Саске, отвергался и разумом, и телом. Это и впрямь было похоже на какую-то технику. Проклинать свою глупую голову за неосторожность было поздно. Признаваться в том, что этот костюм ей подарили в прошлом году безмерно благодарные за спасение главы клана Яшиго представители деревни Камня, тоже. И уж точно не стоило говорить всезнайке Сукеа о том, что она взяла этот костюм именно из-за его эксцентричного вида, планируя посметься над своим напарником… Кто ж знал, что там такие обычаи! Такие глупые, невоообразимо глупые обычаи! — А еще телохранители становятся броней для своего хозяина. И снять такую броню может только смерть. — Что-о-о-о?!!! Последнее уточнение, произнесенное слишком спокойным голосом, заставило Сакуру по-настоящему испугаться. Ее воображение сразу нарисовало ужасную картину истекающего кровью Сукеа, в спине которого торчал десяток копий, сюррикенов и кунаев. Его кровь стекала по ее голове тонкими струкайми с волос на грудь, руки, ноги. Его дыхание сбивалось на кровавый кашель. Его тело становилось тяжелым, его голос хрипел в предсмертной агонии… и весь он, такой непредсказуемый и забавный, неотвратимо умирал. — Нет! Нет! Я передумала! Я передумала! Можешь идти так, как тебе удобно! Только отпусти меня! Не нужно больше! Отпусти! Сакура пыталась вырваться из опутавших ее тело пут, не сознавая, что своими движениями мешает Сукеа сложить печати и снять технику. Она билась пойманной птицей, стремясь поскорее разорвать возникшую связь. Отчего-то одна мысль о том, что Сукеа может погибнуть, вызывала неконтролируемый страх. Хотелось защитить его, спасти, уберечь, словно он был по-настоящему дорог ей. И это необъяснимое чувство перекрывало ту неприязнь, которую он вызывал своей грубостью, насмешками и бестактностью. — Пусти меня, Сукеа! Сейчас же! Я все поняла! Хватит! Он наконец-то смог поймать ее руки. Отрывисто прошептал нужные слова и очень быстро сложил печати. Две секунды спустя все закончилось. Сукеа стоял метрах в пяти от Сакуры. Его лицо все еще было скрыто вуалью. Он тяжело дышал, согнувшись пополам и опустив голову. Сакура дрожала, чувствуя, как все тело бьет крупная дрожь. Слишком бурная реакция организма на стресс? Передоз адреналина? Ощущения были не до конца понятными. — Ты в порядке? — он приподнял голову и посмотрел на Сакуру. Его голос звучал плохо. Очень плохо. Сакура утвердительно кивнула, собираясь с силами, чтобы подойти к Сукеа и помочь, но не успела. — Отлично. Мне нужно отойти. Подожди тут. Он исчез, растворившись в белесой дымке мгновенного перемещения и оставив Сакуру удивленно смотреть на пустое место. Время тянулось медленно. Осознав, что Сукеа ушел куда-то далеко и надолго, Сакура приготовилась ждать. Она сходила за вещами, достала из кустов рюкзак с подарками, развела костер и подогрела еду. Расстелила походную кровать и поспала, окружив себя барьером на всякий случай. Проснувшись и не обнаружив рядом своего напарника, поискала речку или какой-нибудь водоем, чтобы освежиться. Умылась, набрала воды и приготовила простой суп. Два часа медитировала, вычищая из головы разные глупости и сомнения. Разобрала на составные все свои реакции и ощущения, проанализировала и пришла к выводу, что виной всему была наложенная техника. Что не было ничего, кроме удивления и небольшого восхищения. Что этот Сукеа просто воспользовался ситуацией, заставив Сакуру чувствовать симпатию к нему. В конце концов, это же был Сукеа. — Чертов Сукеа. Как это на него похоже. Сакура уже готовилась к ночлегу, когда в кустах неподалеку раздался странный звук. Вооружившись кунаем и пустив в свободную руку немного чакры, она приготовилась отражать возможную атаку. Шорох стал отчетливее и ближе. Неизвестный зверь или человек приближались. От рассыпанных по небу звезд было мало толку, их слишком тусклый свет не помогал Сакуре увидеть происходящее в ночной тьме. — Кто здесь?! Шорохи замерли. Сакура сжала кунай крепче и подняла кулак. С той стороны донесся странный звук, похожий на радостный выдох, а затем очень быстро мелькнуло что-то яркое-рыжее, врезалось в Сакуру и опрокинуло ее на землю. — Сакура-чан! Ты здесь? Как я рад тебя видеть! — Наруто?