Тех поддержка

Сакура очевидно торжествовала. Какаши отошел на два шага назад в целях самосохранения. Тяжко выдохнув, он приготовился долго и витиевато объяснять, что ничего плохого не хотел, что Сукеа — просто прикрытие, чтобы выведывать разные тайны, просто так совпало, что… в общем… ну… Но Сакуру он по-прежнему ценит и уважает. Все его грубые слова — это часть тайной личности. Это не на самом деле. Да и вообще, они же команда. Команда номер семь! Команда, которая победила Кагую! Команда друзей. Какаши терпеливо ждал самый первый разоблачающий вопрос, после которого только молиться, шутливо разводя руками, да закармливать пылкую девушку с розовыми волосами мороженым до конца жизни, но Сакура продолжала на него смотреть блестя глазами от радости и открыто улыбаясь. Словно никакого разоблачения и не случилось. — И что это должно значить? Какаши запустил пробный шар, держа в кармане на всякий случай сложенную печать мгновенного перемещения. Сакура улыбнулась еще шире и зачем-то развела руки в стороны. — Стало понятнее, почему ты так близок с Какаши-сенсеем. У вас общая беда, а такие вещи сводят даже очень разных людей. Ну и почему у тебя такой скверный характер тоже теперь знаю. Наверное, если бы я не могла ходить по магазинам и покупать себе все, что захочу, я бы тоже была таким противным колючим ежиком, как ты. Ее выводы были настолько далеки от истины, что хотелось подойти, встряхнуть или кинуть ей в лицо свой парик. Было обидно видеть, как его самая умная ученица делает такие глупые ошибки. Разве не она постоянно замечала сходство между Сукеа и Какаши? Разве не она нашла уникальное доказательство, которое большинство людей заставило бы уже задуматься? Разве не она умеет лучше других контролировать свою и определять чужую чакру? Да почему ж в ее светлую голову не приходит самая простая мысль? — Я совсем не ежик. Это просто ты не доросла до взрослых разговоров. Иногда Какаши казалось, что он нарочно ее провоцирует, чтобы вывести из себя. Чтобы она захотела врезать наглому напарнику как следует. Чтобы наконец вскрылась правда. — Ну да, ну да. До обсуждения пенсионных скидок в Ичираку мне явно далеко. Но ты не переживай. Если тебе страшно, потому что ты такой старенький, я всегда смогу перетереть твой супчик в пюре. Она была очаровательна в ореоле утреннего света, окруженная сполохами подсвеченной пыли, когда убирала лежавшие на земле одеяла. Она была потрясающе красива, когда улыбалась, обещая перетереть супчик. Она блестяще держала удар нахального фотографа, парируя его бестактные замечания. — Только если ты будешь кормить меня с ложечки. Какаши прищурился, ожидая ответную реплику. — Только если у тебя будут переломаны руки и ноги. И Сакура не подвела. Сладким голоском она озвучила условия своей помощи, засыпала угли принесенной из леса землей и отряхнула ладони. В эту секунду она прямо светилась от счастья, заставляя растревоженное сердце главного холостяка Конохи недоуменно пропускать удары. Что ж, раз ему снова каким-то чудом удалось сохранить тайну, пусть все остается на своих местах. Возможно, на этой миссии Сукеа наконец-то геройски погибнет, освободив Шестого хокаге от необходимости признаваться в не самых хороших поступках. Это звучало настолько хорошо, что Какаши незамедлительно стал планировать гибель своей тайной личности до мельчайших подробностей. Увлекся и чуть не пропустил сигнал Сакуры к выступлению. До места, где нашли подземную лабораторию оставалось чуть больше половины дороги. Если не останавливаться на привал и держать ровный темп, то к вечеру доберутся. Какаши внимательно сканировал пространство, выбирая наиболее прямой путь до цели и почти не обращая внимания на девушку, не отстающую от него ни на шаг. — Так чем закончилась та история? Сакура заговорила спустя десять минут их молчаливого путешествия. Заговорила так, словно поддерживала разговор — спокойно, с легкой заинтересованностью. Она даже голову не повернула в сторону летящего рядом напарника. Ну никакого любопытства, просто сама вежливость и скромность. — Какая история? Не понимаю. О, все он понимал. Прекрасно понимал. — Та самая. О какой еще истории я могу спрашивать? Та, которую ты не дал мне дочитать! Чем все закончилось? Ты сказал, что конец истории был грустным. Какаши улыбнулся, выдерживая паузу. Сакура держалась почти минуту, прежде чем недовольно посмотреть в его сторону. — А-а-а… ты про ту грязную книжонку, которую так любит наш хокаге? Сакура закатила глаза, выдавая свое нетрпение. Какаши поднес ладонь к глазам, словно пытался вспомнить сюжет, причмокнул, постучал пальцем по губам и наконец выдал: — Они оба умерли. — Что? — Что? — Оба умерли? И он тоже? — Какая ты несправедливая, оказывается. Тебя не трогает смерть его возлюбленной? — Да она столько раз его предавала, что вполне заслужила это. Но он? — Ну тогда тебе не стоит знать, как именно он умер. — Как именно он умер? — Ты расстроишься. — Да какая разница! Говори! Теперь я должна знать. — Он пожертвовал собой, чтобы защитить ее от меча. — Какой дурак. — А она умрет от руки своего возлюбленного, потому что… Договорить он не успел. Сакура остановилась и схватилась одной рукой за ствол дерева, а другой за горло. Казалось, что ей тяжело дышать. Удивительно, что она принимала эту историю так близко к сердцу. Какаши всматривался в нахмуренные брови, в застывший в одной точке взгляд, в общее напряжение и отчетливо понимал, что где-то в этой истории Сакура увидела себя. — То есть зная, что она предала его, что она его не любит, он все равно прикрыл ее собой и спас ценой своей жизни? Какаши прыгнул к ней на ветку и ободряюще похлопал по плечу. — Это всего лишь выдумка. Не стоит принимать так близко к сердцу. Если тебе не нравится этот финал, ты всегда можешь придумать другой. Сакура подняла на него глаза, в которых мятым отпечатком застыло раздражение. Вдохнула. Выдохнула. Повела плечом, скидывая его руку. И прыгнула на следующую ветку. — Раз он такой дурак, что не видел, какую ужасную женщину полюбил, то так ему и надо. Не нужен мне другой финал. Умер — значит умер. Она припустила так, что Какаши пришлось выкладываться почти на полную, чтобы ее догнать. Благо, разговоры больше не затевались. До деревушки, рядом с которой располагалась подземная лаборатория, добрались только под вечер. Какаши ворчал на глупую выходку Сакуры, без спросу бросившуюся на помощь двум детям, потерявшимся в лесной чаще. Когда они вернули их в деревню, родители были рады и благодарны настолько, что заставили остаться на обед. Потом пришли старейшины, узнав, что Сакура медик, и привели больного на осмотр. Она, конечно, не смогла им отказать. Равно как двум десяткам других больных этой деревушки. Но самое ужасное заключалось в том, что Сакура без конца гоняла своего напарника за какими-то травками, снадобьями, даже за водой. Что там про Сакуру, находящуюся в его полном подчинении? Какаши сначала умилялся. Какая добрая и отзывчивая у него ученица. Какая умница и профессионал! Какая… … да что ж она такая безотказная? А если в это самое время помощь нужна ее любимому человеку? Если помощь нужна Наруто? Какаши злился большую часть из тех трех часов, что они провели в небольшой деревушке. И злился весь остаток пути, потому что это ему пришлось нести огромную сумку с угощениями и лекарственными травами, которые надарили жители деревни своей спасительнице. — Слишком близко, чтобы разбивать лагерь. Какаши скинул с плеч тяжелый рюкзак и мешком осел под ближайшим деревом. У него тоже силы не бесконечные. Если прямо сейчас на них кто-нибудь нападет, долго сражаться он не сможет. — Мы можем спрятать наши вещи неподалеку и сходить на разведку. Я не ощущаю скопление чакры поблизости. Думаю, тут безопасно. Какаши прислушился к собственным ощущениям и согласно кивнул. — Похоже на то. Кидать надоевший рюкзак Сакуры в ближайший куст было приятно. Вдвойне приятно, когда она зашипела на его неосторожность угрозами раздавить глупую черепушку, если хоть одна банка разобьется. — Разделимся? Я отправлю с тобой своего клона, а ты со мной своего. Так мы сможем быстрее обменяться информацией, если возникнет опасная ситуация. — А ты умеешь делать клонов? Сакура остановила его в последнюю секунду, Какаши привычно сложил пальцы для исполнения техники, совершенно не подумав о том, что в момент создания нового клона — старый развеется. Ему никак нельзя было выдавать свое отсутствие в стране водопадов. — Ну… знаешь… мы должны были сделать клона, чтобы сдать экзамен на генина. И я вообще-то его сдал. — Не продолжай. Сакура покачала головой из стороны в сторону, усиливая свой запрет. Какаши порадовался тому, что его неуверенный тон произвел нужное впечатление. Оставалось придумать другой план. Несколько минут Сакура молчала, уставившись отсутствующим взглядом на ствол ближайшего дерева. Была ее очередь придумывать. — Мы не будем разделяться. Но я накину хенге, чтобы не привлекать внимание. А ты… хорошо бы тебя переодеть в подходящую одежду… хм… кажется, у меня в свитках было что-то такое… — Какаши терпеливо ждал, пока Сакура копалась в своем походном рюкзаке, выуживая из него вещи, продукты, лекарства и четыре свитка. — Черт, я не помню, в каком из них одежда. — Какой у тебя план? Неужели мы будем выдавать себя за путешествующих госпожу и телохранителя? — Какаши насмешливо хмыкнул, глядя на попытки Сакуры найти нужный свиток. И чуть не поперхнулся, когда она спокойно подтвердила его слова. — Это самое разумное, что можно сейчас придумать… — Черта с два это разумное! Я не согласен! — Почему? — Потому что я не хочу. — Не хочешь? И все? — Этого достаточно. — Боже… Сукеа, мы на миссии, а не у лотка с пирожеными. Успокойся и надень это. Она протягивала ему комок одежды слишком ярких цветов. Какаши подозрительно разглядывал натуральный шелк, бархат и кожу. Кажется, Сакура задумала сделать из него павлина в перьях. Полуголого павлина. Перьев там не так чтобы много, судя по количеству ткани. При всем нежелании надевать вызывающий наряд, из-за которого на него будут пялиться все женщины в округе, Какаши так и подзуживало согласиться. — То есть ты хочешь, чтобы нас сразу обнаружили? В такой боевой раскраске мы вряд ли останемся незамеченными. Сакура встала с пола, подошла вплотную и всучила Какаши одежду, процедив сквозь зубы: — Или ты сам ее наденешь, или я тебе помогу. Но не обещаю, что обойдется без переломов. «Совершенно покорная Сакура, да? Покорная-покорная!» Какаши потянулся пальцами к молнии на жилете, улыбнулся, представив, как будет «охранять» свою госпожу, и согласно кивнул. — Хорошо, я переоденусь. Но ты обязательно об этом пожалеешь.