Red

Минхо титаническими усилиями открыл дверь, практически выбив её ногой, и ввалился внутрь через порог квартиры, чуть не падая на пол вместе с Джисоном, уже раз так в десятый за весь их путь из чайной. — Сынмин! — закричал он скорее измученно, чем паникующе, что было вполне объяснимо — он тащил обмякшее, практически безжизненное тело всю дорогу пешком, поэтому сейчас и сам был готов упасть замертво. — Какого...? Минхо поднял голову, замечая Сынмина, стоящего в дверях ванной с зубной щёткой, свисающей изо рта, и одетого в довольно смущающую пижаму с сердечками, которую он год назад купил на распродаже ко дню святого Валентина с 70-процентной скидкой. Минхо бы рассмеялся над этим зрелищем, но ситуация не располагала. — Так и будешь там стоять? — прошипел он вместо этого, — Помоги мне уже! Сынмин быстро бросил щётку куда-то обратно в ванную, не особо заботясь о том, куда она приземлится, и бросился к Минхо, забирая Джисона из его хватки и направляясь в гостиную, чтобы уложить бессознательное тело вампира на диван. — Боже, Минхо, что случилось? — он поспешил обратно в коридор, чтобы помочь тому встать и проводить до кресла, стоящего рядом с диваном. — Пси... — Минхо зажмурился от того, что пот стекал прямо ему на глаза, пытаясь восстановить рваное и тяжёлое дыхание, — Психованная вампирская мамаша Джисона случилась. — Подожди... воу, воу, — заикаясь, пробормотал Сынмин, — Ты встретился с женщиной, которая его обратила? — Встретился — слишком хорошо сказано, — проворчал Минхо, откидывая со лба пропитанные потом волосы, — Но сейчас не об этом. Что нам, чёрт возьми, делать с ним? — он ткнул пальцем в сторону Джисона, всё ещё неподвижного и бледного. Сынмин проследил за жестом Минхо и встревоженно оглядел молодого вампира. — Ну, для начала, не хочешь объяснить, как это произошло? Что конкретно она сделала? Разум Минхо был слишком истощен, мысли слишком беспорядочно крутились в голове, чтобы пытаться воспроизвести всё в деталях, так что он решил просто перечислить основные моменты. — Окей, эм, итак, если вкратце, она появилась из ниоткуда и потребовала у Джисона его кровь, чтобы вылечить её больного ребёнка. Я понятия не имею, каким образом то, что Джисон отдал ей больше половины своего объёма крови, поможет вылечить неизлечимый рак — чистая кровь вампира не обладает никакими целебными свойствами, если не учитывать её в качестве средства обращения, но, кажется, это не входило в планы той женщины, и, тем более, для этого ей бы не понадобилось выкачивать из Джисона два с половиной литра крови. Они оба говорили про какую-то особенную третью группу крови с чем-то там, я о такой даже не слышал. — Третья отрицательная с нулевым геном? — догадался Сынмин. Сейчас его глаза стали ещё шире, чем в тот момент, когда Минхо с грохотом ввалился в квартиру. — Да, — кивнул Минхо, всё ещё пытаясь отдышаться, — Да, она, точно. — Стоп. У Джисона есть нулевой ген? — Выходит, что так. Что бы это ни значило. — Это значит, что он очень редкий экземпляр, — констатировал Сынмин, подходя к Джисону, чтобы осмотреть его, — Когда человек становится вампиром, он получает дополнительную идентификацию к своей группе крови — фактор вирулентности. Отрицательный фактор означает, что человек (точнее, уже не человек) является носителем более слабого вируса вампиризма — тогда есть вероятность, что при укусе, переливании крови или незащищённом половом акте партнёр этого вампира не заразится. Положительный фактор означает полную противоположность — заражение при вышеупомянутых обстоятельствах практически гарантировано. Но нулевая идентификация, или, как её ещё называют, нулевой ген — это огромная редкость. Она предопределена генетической мутацией, которая происходит всего лишь у 0,5 процента населения, и встречается только у людей с третьей отрицательной группой крови. Нулевой фактор означает, что вампир абсолютно не вирулентен, то есть возможность передачи вируса другому человеку полностью исключена. Длительное переливание такой крови способно вылечить обычно смертельные раны и используется в терапии при неизлечимых заболеваниях без риска заразить больного, в этом её главное преимущество. Однако такое лечение считается безумством и запрещено в больницах, потому что... Ну, собственно, поэтому. Минхо перевёл взгляд на Джисона — похоже, он начал постепенно приходить в сознание, но всё ещё был в бреду. Его кожа выглядела ещё более бесцветной, чем тогда, когда они покинули чайную, тело покрылось испариной и неудержимо дрожало, а кончики пальцев окрасились в приглушённо-синий цвет. Минхо нахмурился. — Легко издеваться над человеком под предлогом благого дела, особенно если знаешь, что он не умрёт. Сынмин с грустным мычанием кивнул в знак согласия. — Скорее всего, та женщина делает всё тайно. Ни один врач в здравом уме не одобрил бы этого. — И всё же есть кое-что, чего я не понимаю, — сказал Минхо, озадаченно качая головой, — Джисон сказал, что вампиры восстанавливаются ещё хуже, чем люди, если они не сыты. Во-первых, если он не питался кровью с самого начала, то в его собственной нет восстанавливающих свойств; во-вторых, этот ребёнок не обратится от его вируса, чем тогда ему может помочь подобное переливание? — Ну, это же не значит, что из того ребёнка выкачают всю кровь, а затем заменят её кровью Джисона. Кровь вампиров отлично взаимодействует с питательными веществами в человеческой, если, конечно, вводится без предшествующей кровопотери, — сказал Сынмин, хватая одну из множества подушек в гостиной и подкладывая её под ноги Джисону, чтобы направить скудный кровоток к голове, — Это идеальный механизм лечения, и если бы существовал какой-либо гуманный способ его использовать, я был бы только за. Но в реальности многие забивают на этику и слетают с катушек, эгоистично решая, кто будет жить за счёт страданий других. Минхо сделал глубокий вдох, казалось бы, впервые за целую вечность, чувствуя себя максимально бесполезным и просто глядя на Сынмина, который пытался привести Джисона в чувства. Он знал, что есть одна вещь, которой он мог бы быть полезен, но не мог позволить себе пойти на такое. Всё, что сейчас требовалось Джисону, чтобы вернуться в нормальное состояние, это всего лишь выпить немного крови. Крови, от которой он бы, скорее всего, отказался, но это была только половина проблемы. Вторая состояла прежде всего в укоренившемся страхе Минхо становиться объектом питания — в этом плане жизнь его уже достаточно научила. — Дать ему кровь — это единственный способ? — спросил Минхо, несмотря на сильные сомнения, — Иначе он так и останется в этом состоянии? — Теоретически, он может потихоньку восстановиться, если продолжит регулярно питаться человеческой едой, но если его укусили уже два года назад, а его рана ещё до сих пор не затянулась, представь, сколько времени ему понадобится, чтобы восстановиться от этого, — печально ответил Сынмин, — Кроме того, он до сих пор не достаточно пришёл в себя, чтобы поесть. Минхо опасливо закусил губу. — И ты не сможешь достать пакеты с кровью в ближайшие два дня... — Да, — Сынмин, после всех тщетных усилий, уже перестал пытаться разбудить Джисона и теперь просто сочувствующе смотрел на него, — Я мог бы поспрашивать, но все мои знакомые вампиры находятся в таком же положении. И я не уверен, что Джисон согласился бы на такое, учитывая, сколько времени он уже не питался кровью. Губа Минхо заболела от того, как сильно он кусал её, глаз начал беспокойно дёргаться. А затем ноги сами внезапно понесли его на кухню, прежде чем он успел понять, что делает. Он начал открывать все ящики подряд и сразу же захлопывать их обратно, когда не находил того, что (по всей видимости) искал. — Эм... Минхо? — позвал его Сынмин из гостиной, — Что ты там делаешь? Если бы Минхо только знал. Наконец, в ящике с пометкой «острое и опасное» рядом с плитой, он нашёл то, что могло подойти. Минхо осторожно достал маленький, но крайне острый нож для чистки овощей, переводя взгляд с устрашающего лезвия на внутреннюю сторону запястья. Какого хрена он собирался сделать? Перерезать себе вену и пустить кровь в долбаный стакан для сока? А потом заставить Сынмина зализать его рану прежде, чем он умрёт от потери крови? Это было глупо. — Не... — Сынмин в момент оказался на кухне. Его голос был суровым, будто он отчитывал ребёнка, — Не делай глупостей, Минхо, — он подошёл вплотную и быстро конфисковал нож из его рук, бросив его обратно в ящик. — Я знаю... знаю, что это глупо, но ты видишь другой выход? — рассуждал Минхо, не зная, пытается он убедить Сынмина или самого себя, — В больнице при нынешнем дефиците крови ему не помогут, потому что его состояние технически не опасно для жизни. — Ты хоть осознаёшь, что можешь натворить? — сказал Сынмин, растеряв своё терпение и привычную теплоту в голосе. Минхо и правда чувствовал себя глупым ребёнком, — Если Джисон попробует твою кровь, он вряд ли сможет остановиться, и тогда рискует вообще никогда не оправиться от того, к чему это приведёт. И ты тоже. У Минхо перехватило дыхание. В голове пронеслись слова, сказанные Тесс напоследок: «Будь осторожен с последствиями, Джисони. Ты же не хочешь повторения того, что случилось в прошлый раз, не так ли?» Она показательно смотрела прямо на Минхо, когда говорила это. Теперь, вдобавок ко всему, у него закружилась голова. — Вампиры вполне безобидны, если захотят такими быть. Джисон явно хочет. Но у нас также есть инстинкт выживания, как и у всех остальных существ — если ты кинешь голодной собаке кусок мяса, она разорвёт его в клочья и потребует ещё, — продолжил Сынмин, смягчив тон, когда заметил, насколько потерян был Минхо, — Решиться на то, чтобы отдать ему свою кровь, уже достаточно благородно с твоей стороны — я знаю, насколько трудным для тебя может быть это решение — но это не выход. Прости. Минхо вздохнул, уронив голову на грудь. — Ладно... А как насчёт крови другого вампира? Её Джисон сможет принять? — он знал, что высасывал решения из пальца, но что ему ещё было делать? — Другого вампира? Ты мог бы просто сказать моё имя, — невозмутимо пробормотал Сынмин, — Есть причина, почему вампиры не питаются кровью себе подобных. Точно так же, как люди могут заболеть, выпив кровь другого человека, наш организм отвергает кровь вампиров. Всё его тело будет биться в агонии несколько часов, прежде чем ему станет лучше. Моя кровь фактически отравит его. — Но он, — Минхо вздохнул. Он не мог поверить, что действительно собирался предложить такое, — После этого будет чувствовать себя лучше, верно? Сынмин неверяще посмотрел на него. — Ты не можешь просить меня о таком, Минхо. — А что, если он попросит? — Минхо почувствовал, как груз вины ложится на его плечи, но быстро выбросил эту мысль из головы, объясняя: — Что будет меньшим из двух зол в этой ситуации, Минни? Мы либо оставим его страдать ещё на два дня, пока ты не получишь свой пакет крови — даже тогда он, скорее всего, откажется и так и останется валяться в бреду чёрт знает на сколько лет; либо ты дашь ему немного своей крови, и он проведёт несколько часов в адских мучениях, но всё же восстановится. Разве мы не должны как минимум озвучить ему варианты? На лице Сынмина не отражалось ничего кроме неодобрения, но он удивил Минхо, неохотно ответив: — Хорошо. Но не забывай, что тогда тебе придётся привести его в сознание до такой степени, чтобы он смог самостоятельно принять решение. Минхо не знал, почему вздохнул с облегчением — Сынмину явно не нравилась его идея, но он не стал на этом зацикливаться. Он обошёл друга и вернулся в гостиную, опускаясь на колени около дивана. — Джисон, эй, — как и Сынмин несколько минут назад, Минхо попытался встряхнуть его, но не добился желаемого результата. Глаза вампира ненадолго приоткрылись, но тут же закатились обратно, веки задрожали, а из горла вырвался задушенный хрип. — Джисон, проснись, — Минхо пощёлкал пальцами перед его закрытыми глазами, а затем несколько раз постучал ему по щекам с каждой стороны — может быть, если уж не получается разбудить, он задолбает Джисона до такой степени, что тот снова подаст признаки жизни, — Ну же, посмотри на меня, придурок. Это важно. Сынмин усмехнулся позади него, вернувшись в гостиную, чтобы понаблюдать за тщетными попытками. — Терпение, Минхо. Не то чтобы он намеренно тебя игнорирует. Минхо раздражённо фыркнул, оставив комментарий Сынмина без ответа, а затем резко поднялся на ноги и направился в ванную. Оказавшись внутри, он включил свет и начал рыться в тумбочке под раковиной, где хранил свои запасы более... профессиональных лекарств. В конце концов, он вернулся в гостиную с широким жёлтым шприцом-ручкой, что заставило Сынмина заметно занервничать. — Эй, подожди, ты что, собрался вколоть ему адреналин? Ты с ума сошёл?! — Есть идеи получше? — возразил Минхо, хотя и сам не был уверен в своём плане. — Да, буквально любая, которая не заставит его сердце взорваться. — Оно не взорвётся. Он же вампир; его сердце может выдержать более сильную нагрузку чем человеческое, прежде чем подвергнется реальной опасности, вне зависимости от того, болен он или нет. Я прав? — Минхо был уверен в своей оценке, но на всякий случай решил проконсультироваться с местным «экспертом по вампирам». Сынмин сжал пальцами переносицу, а затем провёл руками по волосам, неохотно отвечая: — Прав. Минхо коротко кивнул. — Вот и прекрасно, — он снял предохранитель со шприца и, не теряя времени, резко воткнул иглу во внешнюю часть бедра Джисона, удерживая его на месте, чтобы ввести лекарство полностью. Прошло несколько напряжённых секунд тишины и тревожного ожидания, а затем Джисон резко дёрнулся всем телом и начал хватать ртом воздух, прижав руку к груди и широко распахнув глаза. — Джисон! — Минхо небрежно отбросил шприц на пол и вскочил с колен, хватая ладонями лицо Джисона и заставляя его посмотреть на себя, — Эй, дыши. Выслушай меня, ладно? Я не знаю, как долго продлится действие адреналина. — А-адре... — Джисон обессиленно задыхался, — Ты вколол мне дозу? — Да, но, как я уже сказал, я не знаю, на сколько её хватит, так что слушай, что я говорю. — Боже, нам... — Джисон сглотнул, а затем попытался усмехнуться, что было больше похоже на хрипящий кашель, — Нам действительно стоит поработать над твоими понятиями о личных границах, Рэд. Минхо закатил глаза, крепче сжимая лицо Джисона в ладонях, — Сосредоточься, — скомандовал он, — У нас есть два варианта, как вытащить тебя из этого состояния. Либо ты ждёшь два дня, пока Сынмину не доставят пакет с кровью, чтобы ты смог- — Нет, — мгновенно отрезал Джисон, тряся головой так, будто снова впадает в состояние бреда, — Только не кровь, нет-нет-не- — Хорошо, я понял, никакой человеческой крови... эй, — Минхо снова встряхнул Джисона, возможно чуть сильнее, чем следовало бы, когда его глаза снова начали закрываться и терять фокус, — Продержись ещё немного, тебе нужно услышать второй вариант. Джисон возмущённо заскулил, но выполнил просьбу Минхо, моргая и пытаясь снова открыть глаза с таким усилием, будто это было самым сложным, что он делал в жизни. — Ты можешь выпить немного крови Сынмина. Если ты вдруг ещё не понял, он тоже вампир; это будет далеко не приятно, и ты будешь страдать от невыносимой боли в течение нескольких часов, но потом практически сразу же восстановишься. Джисон рассеянно кивнул. — Давай. Минхо обменялся взволнованным взглядом с Сынмином, а затем снова обратился к нему: — Ты уверен? Но вампир не ответил — его глаза уже снова были закрыты. — Эй! — Минхо встряхнул его ещё раз. Когда это не сработало, он снова похлопал Джисона по щеке — не настолько сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы вернуть к реальности, — Ты. Согласен? — Да... — это слово прозвучало так, будто его вытащили из Джисона физически. — Отлично, подвинься, пока он не вырубился и мы не упустили шанс, потому что я не позволю тебе воткнуть в него ещё один шприц с адреналином, — Сынмин отодвинул Минхо, присел рядом с диваном и вонзил острые клыки в своё запястье, прежде чем прижать его ко рту Джисона, — Это очень плохая идея, — пробормотал он, бросив на Минхо укоризненный взгляд, — Ты сейчас ставишь меня в ужасное положение, ты же знаешь? — Знаю, — с сожалением кивнул Минхо, — Мне тоже не нравится. Наблюдая за тем, как Джисон пьёт кровь из запястья Сынмина, он не мог избавиться от навязчивого ощущения, что с наступлением ночи эта идея будет не нравиться ему ещё больше.